На Солнце оживёт Огненный Дракон

Многие семидневки без пищи и воды я прожил, света не видя, запертым в мрачном сыром подвале за тяжёлой железной дверью. Вокруг меня часто пробегали змее-крысы, облепляя мои волосы, руки и ноги мерзкой холодной слизью. Таково было наказание моих многоуважаемых матушек — Трёх Древних Ведьм — сильнейших волшебниц Тёмной магии в Волшебной Вселенной. Далеко не со всеми заданиями Тёмного Феникса — нашего покровителя, мне удавалось справиться верно и без ошибок: моих сил в юном возрасте не было достаточно, как магии знаний, так и духовной стойкости. Ведь я был… всего лишь маленьким десятилетним мальчиком, лишь узревшим мир. И первую кровь на своих руках, отнявших чью-то жизнь. Когда наказание завершилось, и дверь подвала поднималась сильной рукой одной из моих матушек, я с опаской выходил наружу. И только услышав, что могу отправиться в столовую и после вернуться к обучению в своей комнате, я бежал прочь. Я впихивал в себя желанную пищу порциями, а после мучился с болью в животе. Но в комнате своей я надолго не оставался. Дождавшись трёх часов после полудня, я откладывал книги и аккуратно выскальзывал в просторный коридор нашего огромного замка. Заглянув в покои своих матушек, удостоверившись, и что и наш покровитель — властитель Тьмы измерения, почивает послеобеденным сном, я преодолевал бальные залы, стены которых никогда не видели элегантного вальса придворных, и гостевые комнаты, что никогда не использовались и не слышали тонких голосков леди, сплетничающих о том богатом и обворожительном графе Кристофе дель Кватро… Я выходил в парадный зал и толкал своим маленьким неокрепшим телом тяжёлые створки дверей. Яркий полуденный свет тут же нещадно бил мне в глаза, привыкшие к мрачным стенам замка, к единой лишь зажжённой на письменном столе свечке, позволяющей увидеть текст древнего фолианта, они болели. Перетерпев, я аккуратно ступал на каменную террасу и, оглядываясь в предостережении, спускался и садился на большие каменные ступени. Я смотрел на него. Превозмогая боль и жжение, я смотрел на солнце, едва на заставляя свои глаза слепнуть. С жаждал большего. Яркое золотое светило осыпало меня тёплыми лучами, окутывая, согревая. Оно наполняло новыми удивительными силами мою охладевшую душу. Пламя Дракона, теплящееся в моей сущности, отзывалось явственно на свет Солнца, и я раз за разом поддавался велению своей магической силы. Солнце. Прекрасное, манящее и бесконечно далёкое. Даже став старше, из года в год, из века в век я проносил и хранил в своей душе, в тепле своего Пламени желание — однажды коснуться его. Коснуться Солнца. Сумасбродно, не так ли? Но на этой жажде, однажды осознал я, основывалось моё существование. Солнце. Я всё-таки дождался того дня, когда лучи его будут не только согревать моё тело. Отныне Солнце своими жгучими лучами разрывает меня на части. Рассыпаясь золотистыми переливающимися цитринами в моей тёмной душе, оно раз за разом, день за днём и каждую минуту моей жизни опаляет нестерпимым жаром моего демона. Нестерпимым… И жадно обожаемым мною. Я желаю… мечтаю… Внезапно я вновь ловлю себя за мысли, что каждый день своей бессмертной жизни я проживаю в ожидании Твоего прикосновения. Признаваясь себе в мазохизме собственного извращённого сознания, я тянусь к Твоему слепящему светилу, очищающему Истинному Свету, которое однажды окончательно убьёт меня. Так коснись же меня, Скай. Коснись… мой любимый солнечный мальчик. И разрушь меня своими руками.