На Солнце оживёт Огненный Дракон

Чудесной новостью второй король Эраклионский во время вечернего чаепития перед наступающими выходными обрадовал своего драгоценного златовласого супруга — завтра они отправятся в небольшое путешествие. Немедля первый Эраклионский правитель высказал согласие, засияв золотыми искрами, осыпающимися с его ресниц на румяные щёчки. Ранним утром Валтор, ныне Эраклионский, какую фамилию он принял вместе с короной правителя королевства своего любимого супруга, разбудил сонного солнечного мальчика. И наблюдая рассвет ещё одного чудесного дня ранней весны, они облачились в тёплую одежду и хорошо позавтракали, собирая в дорогу корзинку с бутербродами и горячим чаем в магическом термосе. Скай, по слову Валтора, натянул помимо тонкой футболки ещё и тёплый длинный свитер, сгорая от жары в своих тёплых покоях, обогреваемых отопительным барьером придворного мага, по совместительству второго монарха Эраклиона. И от любопытства наконец узнать, что же за сюрприз приготовил для него его любимый хитрый муж. Удостоверившись, что его солнечный король достаточно тепло оделся, взял с собой перчатки и достаточно еды для перекуса на обед, застегнул все пуговицы тёплого пальто, сам Валтор на плечи накинул свой любимый плащ, подтянул к шее шарф и открыл портал прямо в гостиной покоев. И только Ская, при шаге в пространственный разлом окутало тёплым облаком Живительного Пламени Валтора, тут же короля бросили из уютного мягкого тепла в снежный сугроб… в прямом смысле! Портал открылся случайным образом и оказался на высоте двух метров. И едва оставалось мгновение до противного ощущения мокрого таящего снега на лице, шее и руках, как внезапно Скай ухает на руки любимого супруга, а рядом в воздухе зависает на заклинании левитации выпавшая из рук златовласого короля плетёная корзина с обедом. — В-Валтор! Что это было?.. — обронил Скай, цепляясь за плечи супруга, обдавая его лицо тяжёлым дыханием от испуга. Сердце-то как колотилось! Он сильно перепугался! Но зато наконец пробудился от пелены сна, что сопровождала его все утренние сборы в дорогу. — Прости, — маг легко улыбнулся и оставил на губах любимого лёгкий поцелуй, — я не знал, что портал откроется столь некорректно и окажется на высоте. Скай глубоко вздохнул, и холодный воздух пробудил его от волнения. Сердце наконец успокоилось, и дыхание выровнялось. Скай в ответ Валтору улыбнулся, обнимая его. — Но ведь ты не дал мне упасть, — сказал златовласый король, одаривая супруга своим прекрасным небесным взором. — Однако, я мужчина и, каким бы худосочным телосложением не был одарён, я всё равно довольно тяжёлый, чтобы так легко поймать… — Но я же нефилим — наполовину демон и наполовину человек. Не забывай, что я у тебя особенный, — гордо вскинул голову Валтор, вновь сильно и жадно поцеловал любимого мужа в лоб, а после в нос и аккуратно опустил его рядом. Ноги тут же утонули в снегу по щиколотку, и при следующем шаге Скай опустился по колено в бескрайние сугробы в самом сердце елового леса. Валтор пригласил его в удивительное место! Здесь всюду природа, нетронутые сугробы, ели усыпаны снегом, и мягкий морозец лишь чуточку щиплет щёки и нос. Так-то Скай и понял, что они больше не на Эраклионе — на его родной планете всюду в зимнюю пору лютуют морозы. А впереди, куда и направился Валтор, роя сапогами снег, раскинулся удивительной красоты замок. Дворец? Было бы трудно назвать это готическое величие, созданное из тёмного камня, простым современным монархическим дворцом. Замок имеет как минимум пять этажей, над ними возвышаются башни с острыми шпилями. На стенах замка расположились статуи тёмных драконов, горгулий и демонов, сжимающих в своих жадных объятиях демониц. Пугающая и завораживающая красота! Пересекли мужчины засыпанную снегом чёрную кованную ограду, окружающую замок, ранее, чем Скай успел догнать супруга и спросить: — Валтор… что это за место? И… можем ли мы нарушать границы частной собственности? — с некоторой тревогой спросил Эраклионский. Пусть они и короли влиятельного государства, не могли они столь просто посетить любой дом! На что Валтор ему ответил удивительное: — Прямо сейчас мы находимся на дрейфующем острове Ленарэс, — мужчины прошли просторный двор, окружающий замок, и остановились у засыпанных высокими сугробами ступеней широкого крыльца. Валтор вскинул голову, на лице его Скай узрел толику печальной ностальгии. — И этот замок — мой дом. В этих стенах я издал свой первый вздох. Скай вздохнул в смутных чувствах. Невероятно! Этот тёмный замок — родной дом его супруга! А значит… здесь не только жил многие тысячелетия его муж и познавал таинства волшебства. Также в этом замке властвовали и Три Древние Ведьмы и, возможно, имел своё временно пристанище Тёмный Феникс. С удивлением Валтор взглянул на супруга, так ни единого ответа и не получив. Скай опомнился, мотнул головой и вопросил: — То есть… Ты был здесь рождён? Валтор с лёгкой улыбкой кивнул, нежно касаясь волос любимого супруга. — Создан. Но можно и так сказать. Ведь у меня нет биологических родителей, и моё тело и душа были сотворены Тремя Древними Ведьмами из сплетения Тьмы и Огня Дракона, — Валтор коснулся груди и устало вздохнул, мотнув головой. — Не хочется об этом вспоминать. Отныне я не принадлежу Тьме ни единой частицей своей души, — уверенно опустил маг. Приглядевшись, Валтор ступил на первую… или одну из первых ступеней парадной лестницы у входа в замок. И обернувшись, подал руку любимому златовласому мальчику. — Идём. Я уже давно не был здесь. Очень хочется осмотреть всё — сохранилось ли хоть что-то из былого, или всё порушено под тягостной силой времени. Ведь прошло очень много столетий. Ощущая, как сердце вновь бьётся быстрее, но уже от приятного волнения, от предвкушения изучения родного дома своего мужа, Скай с улыбкой подал Валтору руку и вместе они поднялись к главным дверям. Тяжёлые створки больших дверей, что даже более тех, что встречают всякого гостя во дворце Эраклиона, поддались не сразу — пришлось мужчинам вместе навалиться на одну из дверей да потрудиться немного, напрячься, чтобы хоть немного её отодвинуть. Приоткрылась небольшая щель с противным скрежетом и грозным грохотом оставленных без внимания многие годы петель, и гости… гость и хозяин замка смогли пройти внутрь. Просторный парадный зал был не тронут, как и всё убранство вокруг. Здесь пахнет пылью, некоторой затхлостью и чуточку влагой, но дышится удивительно свободно. Громады колонн подпирают высокие потолки, но некоторые из них рухнули, из-за чего несколько была повреждена несущая конструкция замка, но почти ничего не обрушилось. Парадная лестница была в целости, лишь перила кое-где прохудились. Множество дверей сокрыты в темноте лишённого освещения ранее прекрасного старинного замка — возможно, теперь их не удастся так легко открыть, как и входные двери их могло заклинить и подморозить. Скай прошёл за Валтором чуть вперёд и от внезапного скрежета совсем рядом оступился — под его сапогами оказалось разбитое стекло, усыпанное небольшим сугробом, а сверху поддувал прохладный свежий зимний ветерок, принося немного снега с крыш замка. Потолок, собранный из стекла витража, был несколько разрушен. Пробивалось солнце, словно одно лишь присутствие властителя светила призвало его в этот мир и придало сил пробиться своими золотыми лучами сквозь плотные облака. Мужчины проследовали в боковые коридоры, огибающие, по словам Валтора, весь замок. Шаги отдалялись громким эхом от расписного мраморного пола. Большие окна пропускали совсем немного света из-за налипшей на стеклах пыли. Отделочный материал на стенах кое-где откололся и обнажил голый тёмный камень замка. Гардины и тюль прохудились и теперь свисали обрывками уже простой ткани, утратившей свою былую красоту и ручной работы вышивку. И вновь двери, что чередовались с настенными запылёнными фресками и большими картинами в рельефных рамах, излюбленных пауками. Колонны, подпирающие высокие, более внушительные громады потолков, чем даже в богатейшем дворце Эраклионских монархов, кое-где порушились, но в целом лишь мелкие камешки на изузоренном изящным рисунком мраморе, измазанном грязью, издавали пугающий хруст под ногами в глухой тишине пустого замка. Мебели в коридорах почти не наблюдалось, лишь сохранились несколько фарфоровых ваз, налипшая грязь на которых скрывала прекрасный рисунок пейзажа. И несколько тумб и были они особо изящными рельефами украшены, ножки их изогнутые поражали воображение. Но общая пустота замка беспокоила, и Скай уже подумал, что замок кто-то обнаружил и обворовал, но Валтор был абсолютно спокоен, лишь несколько хмурился, словно в мыслях его были не самые приятные образы. Несмотря на состояние замка, оставленного хозяевами, здесь не ощущался мороз. Задумался Скай, возможно в этом месте всё ещё действует заклинание, не позволяющее стенам пропускать холод снаружи, но, прислушавшись к собственным ощущениям магической сущности, не смог уловить определённых барьеров. Взамен ощутил он присутствие иных сил, да в столь ужасающем количестве, что тут же к Валтору прижался и руку его обхватил, ошарашено озираясь. Возникло у Эраклионского ощущение, будто за ним прямо сейчас следят не менее сотни опасных чудищ, теней, чертей, таящихся в тёмных углах оставленного замка. — Что такое? Ты что-то увидел? — к испугу мужа Валтор отнёсся серьёзно, хотя Скай прямо сейчас почувствовал себя подобно маленькому дитя, испугавшемуся шелохнувшейся гардины в своей спальне. — Нет… Не то чтобы… — замялся Скай, несколько отстраняясь. — Просто мне немного неуютно. И не хочется потеряться. Кажется, замок очень большой. Валтор кивнул. — Да, очень. Количество помещений в нём практически равно твоему богатому дворцу. Спальни, гостевые, залы, чердаки и… подвалы, — на последнем слове Валтор запнулся, помешкал, сжимая губы. Скай взволновано взглянул на мужа, и едва заметив толику тревоги на его лице, немедля всё понял. Воспоминания, едва Валтор оказался в своём забытом доме, вновь пробуждаются, и он ощущает страх, испытанный однажды маленьким мальчиком, когда его за непослушание Древние Ведьмы запирали в тёмном подвале, где не было ни единого лучика света. Но Валтор отбросил гнетущие мысли и продолжил: — Но большую часть замка занимают библиотеки и различные хранилища магических артефактов. Так как это место было пристанищем для трёх сильнейших ведьм-прародительниц, самого Тёмного Феникса — воплощения Тьмы всего нашего мира магии, и… — Валтор вздохнул, мотнув головой, и вновь улыбнулся своему супругу. — И для одного волшебника-неумёхи, которого ты прямо сейчас так нежно держишь за руку. Смутившийся Скай ничего не ответил, только кусал губы, тронутые улыбкой удовлетворения, и все сильнее руку своего мужа сжимал. Тем временем мужчины продолжали путь по оставленному многие сотни лет назад замку. Но Скаю всё больше и больше казалось, что сгущается некая сила, странная энергия всё так и пытается подобраться к нему, прорваться через абсолютную защиту его любимого мага Валтора и цапнуть за ногу, а то и вовсе в тёмные подвалы замка утащить и запереть там навеки, дабы насладиться его сладкой полной чистейшего Света душой. Из-за чего Скай руки Валтора не отпускал, а когда маг сам выпутался из крепких объятий мужа, ощутил укол паники, да почувствовал, как скрутило от волнения живот. Но постарался сдержать свою рвущуюся наружу тревогу и подошёл к Валтору… почему-то внимательно изучающему некую дверь. Хотя какое там «некую» — она точно такая же, как и два десятка проигнорированных в этом коридоре и ещё примерно семь — в главном парадном зале замка. Так почему Валтора привлекла именно эта?.. О чём Скай поинтересоваться не успел — Валтор открыл дверь, несколько раз дёрнув её, чтобы та отошла от промёрзшего косяка, и замок сработал, после чего вошёл и позволил и Скаю переступить порог, поманив супруга за собой. Пред взором Эраклионских королей предстал несколько стесняющий кабинет, подобный царской обители для работы с ценными бумагами. Необычная мебель старинного типа, украшенная золотыми и серебряными вставками, очень заинтересовала Ская — подобное редко увидишь даже в доме королей самого богатого королевства магического мира. Как и множество бумаг и свитков, сложенных на столах и в большом стеллаже у стены, без внимания наследного короля Эраклиона не были оставлены. Широкое окно за громоздким письменным столом было занавешено уцелевшими гардинами, но едва Валтор коснулся их, ткань под его руками рассыпалась. И бумаги лишились целостности, только Скай попытался взять их и прочесть хоть слово. Но уцелевшие и не тронутые листы оказались на удивление абсолютно пусты. Лишь некоторые из середины стопок проявили на белом, чуть пожелтевшем полотне тень отпечатка букв, слов из которых было ни единого не собрать. Всему этому виной течение времени — не так давно, несколько сотен лет назад, чернила были довольно некачественными и держались на бумагах лишь несколько десятилетий. После чего летописцам приходилось переписывать ценные тексты, пока они окончательно не выцвели. Лишь спустя века на полках лавок начали появляться изящные баночки с насыщенной чёрной тушью и столь любимые первым Эраклионским королём перья — ведь как они удобны при долгом письме в отличие от примитивных ручек!.. — Валтор, — Скай обернулся, откладывая уцелевший свиток, но такой же пустой, как и остальные документы неизвестного назначения, — что это за место? На что маг вздохнул, закрывая книгу и ставя обратно фолиант на полку книжного шкафа у противоположной стены. — Это был мой кабинет, — коротко ответил Валтор, оборачиваясь. Маг проследовал вокруг стола, скользнув ладонью по столешнице, на свободных от перчаток руках осталось много пыли. — Твой? — Скай с интересом подался вперёд и принялся более тщательно изучать каждый уголок помещения. Тут однажды многие часы проводил в работе его супруг! Но… — Но о чём повествовали эти бумаги? Ты тренировался в создании документов градоначальника? Или уже монарха? Валтор с добротой хмыкнул, опустившись в своё кресло. Оно уцелело и вес крепкого мужчины выдержало. Хотя от поднявшейся пыли магу пришлось прокашляться. Но сколь приятно было вновь оказаться в давно утерянном доме и окунуться в воспоминания… Возможно, они были немного печальными и тяготеющими, но… они всё равно оставались для Валтора дорогой частью его долгой и очень долгой жизни. — Хочешь сказать, я уже тогда своё будущее предполагал? — спросил маг, закинув ногу на ногу и сложив ладони в замке на коленях. Его королевская осанка, чуть наклоненная в бок голова, проницательный взор из-под ресниц и приоткрытые губы в лёгкой полуулыбке… Скай отчего-то себя подчинённым короля ощутил, хоть и сам полноправным монархом является. — А вдруг у тебя, порой, пробуждается дар предвидения? — с милой улыбкой предположил Скай. — Как я говорил раньше, психотропная магия мне не даётся, — опечаленно пожал плечами Валтор и из кресла поднялся. А то оно уже начало подозрительно поскрипывать и шататься. — А описаны на этих бумагах и свитках были, кажется, только магические заклинания и прочие экспериментальные вещи. Но так как всё стёрто, смысла отгадывать нет. — Но мне всё здесь безумно интересно! — встрепенулся Скай, одарив супруга лучащимся взором небесных глаз. И вновь золотые звёзды его солнечной силы опустились на его густые ресницы, и осыпаются искорками на румяные щёчки. «Прекрасен…» — подумалось магу в тысячный раз. Многотысячный, ведь сколько лет он проживает со своим любимым солнечным мальчиком? И день изо дня его посещает эта восхитительная, как его муж, мысль. Проглядел маг с интересом свой стол, но не обнаружил ни единой пропажи — во дворце, кажется, не ощущается присутствие чужого духа, и остров ещё никто не обнаруживал, замок никто не посещал и не обокрал. Все книги и тетради, весь этот беспорядок оставлен так, как Валтор видит его своей вечной памятью нефилима в далёком прошлом, в последний день пребывания в своём родном доме. Нашёл маг даже небольшой блокнот с собственными рисунками, но едва Скай обернулся, отвлёкшись от изучения стеллажа с бумагами в попытках хоть несколько выцветших слов разобрать, тут же закрыл свои каракули и бросил в стол. Что без внимания молодого короля Эраклиона не осталось. — Что там такое, Валтор? От голоса Ская прошлись по спине мурашки, но неприятными они ни были. Больше Валтор испытывал стыд. Уже, от единого представления, если Скай увидит детские зарисовки лишённых банальных пропорций и перспективы красивых людей, облачённых в богатые одеяния, которые маг пытался зарисовать, чтобы оставить на память и однажды, возможно, воссоздать… одежду или… самого человека. И что удивительно, и совсем Валтору с его любопытным проницательным мужем не на руку — чернографитные карандаши всегда имели отличное качество и нисколько не выцвели со временем! — Ничего, — уронил Валтор и тут же встряхнулся. Окинул маг взглядом стеклянную пирамидку на столе, вспомнил, как концентрировал свою силу на сгустке энергии, таящемся в ней и мерцал он всеми цветами радуги, отражая состояние души и энергетического запаса волшебника. Валтор осмотрел ещё некоторые волшебные вещицы, сохранившиеся на его столе, и хотел было выйти из-за стола и продолжить исследование своего дома, но тут путь его любимый супруг преграждает. Глаза его внимательно саму душу изучают, ни толики сквернословия скрыть не позволяя. Истинный король, хорошо же Скай юным принцем лекции профессоров слушал и прилежно учился мастерству проницательности монархов. — Валтор… А ну-ка покажи! — на лице Ская расцвета улыбка предвкушения, и златовласый мужчина попытался пробраться к внутренней стороне письменного стола. Но Валтор всеми силами давал ему отпор и отодвигал в сторону, подальше от ящиков стола, полных ерундового прошлого его супруга-волшебника. «Нет! Не могу я позволить ему… Опять этот стыд! Нет! — судорожно Валтор сглотнул. — Чем же его отвлечь?..» Валтор беспокойно взглядом по кабинету заметался, стискивая неустанно рвущегося к цели Ская, отпирающегося, вырывающегося из крепких объятий супруга. Тут-то на глаза Валтору попалась спасительная вещица — он точно знал, что Ская заинтересует и чему супруг будет обрадован. И удерживая мужа, потянулся и взял со стола небольшой продолговатый предмет. Так как вторая рука была занята, немного магии применил, чтобы очистить вещь от пыли и грязи, а после преподнёс подарок своему любимому солнечному мальчику. — Вот, держи. Я уверен, оно отлично подойдёт для твоих золотых рук. Правда, наверное, ты затмишь своим солнечным сиянием это перо. Интерес к таинственному содержимому ящиков стола Скай утратил, вгляделся в подарок мужа и с трепетом его принял. Он и поверить не мог, что удерживает столь драгоценную вещь в руках! — Валтор… — обронил Скай, обглаживая золотые изгибы пальцами столь трепетно, словно боясь ненароком сломать. — Это же пишущее перо из чистого золота! Тысячной пробы! Двадцать четыре карата! Инкрустация горным хрусталём и морскими русалочьими сапфирами! Ручная работа! Откуда у тебя такая редкость?! Валтор хоть и знал совершенные познания мужа в драгоценных металлах и камнях, но всё равно был глубоко удивлён тому, как мгновенно Скай узнал пробу золотого изделия — ныне бесценный в мирах сплав, имеющий тысячную пробу, что означает чистое золото, в отличие от семисот богатейших и пятисот — распространённого вида. И хрусталь горный от бриллиантов отличил, лишь взглянув, как и простые сапфиры от морских русалочьих, собранных в самой глубокой впадине океанов Андроса. Валтор отстранился от стола, ведя своего восхищённого и лучащегося супруга за руку, направляясь к двери. Больше им здесь делать нечего, нужно было посетить ещё пару мест до захода солнца. — Этой вещице более трёх тысяч лет. Это перо удивительно хорошо сохранилось, верно? — улыбнулся горделиво Валтор, купаясь в лучах восхищения мужа, бережно стискивающего у груди подарок супруга. — Однажды я нашёл слиток золота в лавках Эраклиона… М… — запнулся Валтор. — Нет, в то время это ещё был Клион. Купил и сам выплавил это перо. Но оно показалось мне слишком простым и я решил инкрустировать его дорогими и редкими драгоценными камнями. — Восхитительно! — обронил осчастливленный Скай. — Чего же ты только не умеешь, Валтор? Маг довольный собой заулыбался шире и вывел мужа, пока тот пребывал в счастье обладания столь редчайшей даже на землях драгоценностей и металлов Эраклиона вещью, из кабинета и плотно дверь закрыл. Цель была выполнена, и теперь этот юркий король его каракулей не узреет и в совершенстве супруга не разуверится. — Наверное, я могу всё. Для тебя — всё, чего пожелаешь, — ласковый поцелуй Валтор оставил на скуле любимого мужа, и супруги проследовали по просторным коридорам замка дальше. Да вот только позабыл Валтор, что его умелый золотой мальчик не столь глуп и рассеян, и магией ловко управляется. И пока маг был опутан судорожными думами, как милого любимого от стола оттянуть, Скай уже забрался опустившейся с пальцев солнечной энергией в один из ящиков стола мужа и вынул одну ценную интересную вещь. И теперь свободной от ладони супруга рукой касался небольшого потрёпанного блокнота, бережно сохранённого в глубоком кармане длинного пальто вместе с новеньким золотым пером, которым Скаю работать будет в удовольствие — ведь когда-то в руках его держал его любимый муж… Путь, тем временем, продолжая, Скай наконец смог расслабиться в тёмном замке, полном потаённых скрытых сумраком углов, опутанных пылью и паутиной тайных помещений и, словно бы, пугающих чудовищ. И просто размышляя, оглядывая дом своего супруга, он вдруг важную вещь вспомнил: — Валтор, — встрепенулся Скай. — Да? Что такое? — тут же последовало в ответ спокойное. Кажется, Валтор тоже смог почувствовать себя спокойно в своём прежнем доме. — Что значит — дрейфующий остров? — поинтересовался Скай о неком термине, который Валтор назвал ещё тогда, на террасе замка у парадных дверей. И Валтор завёл небольшую, но как всегда из его уст, бесподобную, насыщенную яркими образами и очень интересную лекцию: — О, это редкое явление даже в нашей Волшебной Вселенной. Дрейфующие острова появляются сами, когда разрушается та или иная планета, ранее наполненная большим количеством магической энергии. И благодаря этой силе астероиды иногда могут стать огранёнными островками, блуждающими в космосе, обладающими собственной атмосферой, природой. Но большинство островов такого типа созданы руками могущественных волшебников, и благодаря независимому ядру, наполненному магической энергией, небольшой кусочек земли также пригоден для жизни, даже более благоприятной. Он может дрейфовать между планетами, внедряться в их атмосферу и оставаться там на некоторое время. Скай заслушался. Слова Валтора… проникновенные, а картины, всплывающие в разуме — насыщенные. — Удивительно! — обронил Скай, взирая на мужа, словно на Творца Великого. Вечно он так, и Валтор уже привык. Но было так приятно быть кем-то особенным для любимого. И мужчины, продолжая беседу, следовали далее по коридору. — Обычно маги создают подобные острова для уединения, и поэтому все рукотворные и контролируемые они обладают тщательно продуманной, сплетённой многими годами сетью защитных барьеров и, главное, невидимостью. Эти острова невозможно обнаружить ни единым волшебством. После этих слов у Ская возникла идея и тут же с любимым он ею поделился: — И ты… тоже можешь создать такой уединённый мир? Например… только для нас? Чтобы никто не посмел помешать нашей семейной жизни. В мыслях обоих супругов тут же возник приятный образ их уединённого любовного гнёздышка — окутанный нетронутыми сугробами, окружённый бескрайним еловым лесом зимний домик. Хоть и тайное это место было, но уединённым его с уверенностью было не назвать — планета Эраклион полна людей, и кто-то, некий любитель тихой природы, путешествуя далеко от поселений, однажды может обнаружить деревянный двухэтажный дом. А будь в тот момент дом не оставлен в одиночестве без хозяев переживать морозную зиму Эраклиона? И завидев на пороге королей государства, этот человек тут же бросится с восхищением к ним в ноги. А после все в королевстве о неком домике правителей узнают… — Конечно, я могу попробовать, но… — задумался Валтор, вглядываясь в супруга. — А как же Эраклион? Мы же короли, и у нас большие обязанности на посту монархов, Скай. — Валтор… Ха… — Скай испустил удручённый вздох. Кажется, юный король Эраклионский устал быть правителем столь огромного королевства. И его население только растёт, государство развивается с каждым годом. И даже вдвоём управиться со всем бывает столь трудно!.. — Что такое?.. — Валтор зарылся лицом в шёлковистые волосы супруга, лаская своим тёплым дыханием кожу головы и ушка. От столь приятной близости спрятанная под длинным воротником свитера брачная печать демона одарила Ская теплом. — М? Скай… Любимый… — бархатистым тембром голоса шептал Валтор, обнимая своего мужа, не в силах отпустить и насытиться полностью его теплом и ароматом самих небес и солнца. — Порой мне бы хотелось остаться наедине лишь с тобой. Как же мне надоели эти жадные взоры, что обращены мне в рот! Словно я матушка-птица, которая должна своих птенцов кормить! — несколько возмущённо запричитал Скай, отстранившись, сложив руки на груди. А Валтор и наглядеться не мог — сколь мил его любимый муж! Насупился весь от обиды, губки надул, бровки сдвинул, словно ребёнок, лишённый вкусной конфеты! — Да уж! — с весёлым смешком сказал Валтор. — Матушка-птица для пяти миллиардов птенцов! Скай утратил насупленную моську и Валтора ошарашенным взором одарил, что маг вновь рассмеялся. — Но вы и правда как настоящая семья. Большая… м… очень большая семья, — развёл руками Валтор и вновь сгрёб своего супруга в охапку своих тёплых объятий. Скай поднял голову и чмокнул мужа в губы, довольно улыбаясь. — И теперь к этой семье присоединился и ты, как полноправный отец. Абсолютно довольный Валтор вновь взял счастливого Ская за руку. — Хорошо, хорошо. А теперь идём изучать замок. Так много ещё нужно осмотреть, а времени у нас довольно мало, — Валтор вновь задумался, ощущая атмосферу данного места, и вывел предположение: — Кажется, стемнеет здесь рано, остров остановился на некой планете, на её полушарии, где сейчас короткий световой день. — Ну и что? Стемнеет, мы подсветим путь своей магией, — удивился Скай опаске любимого. — Но ты даже не представляешь, — прошипел на ушко своему супругу Валтор, так грозно и так опасно… — Как страшно здесь, в заброшенном тёмном замке, полном магических вещиц, артефактов и древних необузданных фолиантов, глубокой ночью и тёмным вечером. Оказывается, ощущения совсем юного в обращении с волшебством властителя Солнца не были простой паранойей напуганного атмосферой темного замка. Здесь и вправду водятся необычные создания! И даже если они сотворили сами себя из накопленной бесхозной энергии магических артефактов и фолиантов. Скай подавил страх, но всё же по спине его пробежали неприятные мурашки. — Мне не страшно, — уверенно сказал он. — Ведь ты будешь рядом. Но Валтор не желал слушать уговоры и тут же заключил непреклонно: — Нет, Скай. Как только начнёт темнеть — мы вернёмся домой. В следующие выходные мы можем вернуться сюда вновь. Скай немного помешкал — кажется, это место, пусть и родной дом его супруга, но… всё же пристанищем самой Тьмы однажды этот замок являлся, и накопленная в закоулках энергия может озлобиться под покровом сумерек и даже по-настоящему ожить. — Ладно, раз ты считаешь это правильным, — согласился Скай, забывая обо всём и, не желая ни минуты терять зазря, принялся вовсю осматривать удивительную тёмную обитель, оставленную жильцами столетия назад. Хоть это и опасно, но… сколько же здесь хранится особенных вещиц! Редкостей, подобных тому золотом перу тысячной пробы? И личных вещей… его возлюбленного супруга… — Кстати, о фолиантах и артефактах. Скай, — позвал своего любопытного супруга маг. Валтор наблюдал его безграничный интерес к некой запылённой картине в рельефной раме, кажется, вылитой из подобного тому изящному перу чистого золота — по богатству этот замок мог сравниться с любым монаршим дворцом современности. Но картина висела слишком высоко, Скай дотянуться и стереть грязь с полотна не мог, чтобы изображённый портрет разглядеть. И прежде чем смышленый король не взялся за свою магическую силу, дабы подобраться к реликвии поближе, Валтор его окликнул вновь: — Скай. Король обернулся, вопросительно взглянув на супруга. — Никакого волшебства. Это первое правило, — непреклонно опустил Валтор, и Скай кивнул, хотя не без обиды — как же ему тогда те сокровища, что высоко расположены, без левитации или хотя бы лестницы достать?.. — Почему? — решил поинтересоваться король. — Я чувствую — здесь очень нестабильный энергетический фон, и магию использовать здесь будет опасно. Это возможно лишь в крайнем случае, хорошо? — и получив от мужа кивок и доверие узрев в его искренних глазах, продолжил со вторым правилом: — И артефакты, и книги, какие найдёшь в замке, различные камни, даже простые отколотые кусочки стен, а тем более оружие — кинжалы и мечи, картины и прочие любые предметы, — бесконечно перечислял Валтор, а Скай уже скривился, догадываясь о следующих словах своего супруга, — трогать запрещено. Ты понял меня, Скай? — грозно опустил Валтор, и Скай, ощутив по взору мужа серьёзность этого наказа, вздрогнул и тут же кивнул. — Вот и хорошо. Неизвестно, какой предмет в этом замке может быть наполнен смертельным волшебством. Мне и самому следует быть осторожным. Но как будто непослушный золотой мальчик пожелал бы слушать великого волшебника, когда наказы столь сильно ограничивают его свободу? И желания всё-всё в этом таинственном месте осмотреть? Следующая комната, которую посетили мужчины, оказалась даже не библиотекой — небольшим хранилищем книг. Пара невысоких, с два метра, стеллажей у стен и ещё пять одним рядом стояли в центре просторной комнаты. Несколько тумб, в ящиках которых Скай не нашёл ничего кроме так же бумаги с выцветшим текстом и почему-то спрятанных книг, когда и полки некоторых стеллажей были свободны и вместили бы как минимум с десяток фолиантов. На одной из резных тумб, украшенных декоративными серебряными вставками, рядом с изысканно исполненной статуэткой ретивого грифона, вырезанного из цельного большого куска хрусталя, Скай обнаружил листы с зарисовками простым чернографитным карандашом, но в необычных пентаграммах и спешных пометках парой слов на неизвестном ему, скорее всего, древнемагическом языке, ничего дельного для себя не нашёл. Зато присутствие властителя могущественной силы Солнца очень заинтересовало того самого хрустального грифона — статуэтка внезапно налилась подозрительным голубоватым ледяным свечением, и Скай удивлённо замер. И тут же тяжёлый взгляд супруга на себе поймал и поспешил от опасного магического артефакта ретироваться, вспомнив строжайший наказ — ничего из особых предметов в замке не трогать. Но разве мог Валтор всюду уследить за своим возлюбленным? Король мира драгоценностей не только пишет бумаги на экспорт металлов и камней на другие планеты, в другие королевства, для следующего создания ювелирных украшений, брони для воинов армий и прочих мелочей — ведь сколько же простого металла требуется поставить в разные уголки магического мира, чтобы удовлетворить требования по торговому договору!.. Но больше всего Скаю было по душе самому изучать драгоценные камни впечатляющих размеров, а также золото, серебро и редчайшую платину наблюдать. И вот перед его взором возник небольшой сундучок, овитый богатыми металлами. Не мог от любопытства Скай удержаться и, проследив, чтобы занятый книгами и поиском чего-то неизвестного из своего прошлого Валтор не отвлекался, аккуратно крышки сундука коснулся и приоткрыл. И вот удача — петли не скрипнули, и током магическим короля не ударило! А внутри… раскинулось зарево драгоценных камней! Больших и маленьких, с ладонь и с ноготок мизинца! Обрамлённых золотом и серебром и даже самым редким белым золотом — платиной и неогранённых камней! Скаю голову вскружила подобная красота! Не в силах сдержать себя, король мира драгоценностей коснулся кровавого рубина — тут же он отличил его редкое происхождение — это камень драконов и возможно отыскать его лишь в жерле спящих вулканов в мире легендарных существ — на острове Пирос. Вот только не задумался Скай, отчего же камни эти, сложенные в красивый сундучок, так ярко сияли, хоть и освещение в небольшой библиотеке шариками Огня и Солнца, витающих по помещению, было довольно скудное?.. Только король в руках самоцвет сжал, как мир в его глазах перевернулся. Немедля потянулись по его руке, от ладони, сжимающей огранённый рубин, нити неизвестной силы, и сцепились в ярко вспыхнувшем кроваво-золотом танце энергий магии. И мир в глазах замерцал белыми мушками. Вскрик, камень из рук выпал, стукнувшись об паркет библиотеки, и Скай рухнул на колени от внезапно нахлынувшей слабости. — Что… Что это было?!.. — испуганно выдохнул Скай и, наконец проморгавшись, увидел перед собой ковёр и нижнюю полку книжного стеллажа. И поднялся. Заметил он и камень — кровавый рубин, но коснуться он его более не желал. И когда выровнялся… понять не мог, отчего пол вдруг стал так близко? Ведь спина его сейчас вытянута в ровной королевской осанке!.. — Скай, кому я сказал — ничего не трогать? — послышалось над ухом. Скай и не услышал шагов в этом переполохе магической вспышки! По спине прошлась дрожь, и Скай вскинул голову… на высоченного Валтора! Нет, не был маг очень высоким, не выше предпоследней верхней полки двухметровых стеллажей, но на голову словно бы вытянулся. Или… это сам Скай..? — Что?! — Скай пискнул не своим тонким голосом, взирая на свои руки. Тонкие, маленькие! Облачённые в синие перчатки, как и всё тело — он оказался одет в облегающий плотный костюм с серыми вставками прочного материала. Волосы его укоротились, а сам ранее мужественный и сильный король Эраклионский… — Я превратился в ребёнка?! — возопил маленький принц Скай. — Да, — хмыкнул раздражённо Валтор, поднимая с пола кровавый рубин. Скай запаниковал, метаясь под ногами мужа… который ныне больше на отца ему походил. А вдруг Валтор сейчас тоже станет мальчиком?! Как они смогут снять заклятье?! Но магический артефакт на тело и сознание волшебника не повлиял, Валтор спокойно держал его в руке, отражая внедрение могущественной силы метаморфозы. Повелительный взгляд супруга опустился на его маленького мужа. — А теперь я могу наказать тебя, как своего юного глупого сынишку за непослушание? — ощерился Валтор. Ах, он и наглядеться не мог! Маг лишь вид делал, что ярится на своего непутёвого супруга, а на самом деле безгранично рад, что из сундука Расфрола — также магического артефакта, способного сдерживать магические импульсы любого сосуда, сохранённого в нём, Скай выбрал именно этот камень преображения из множества других. Эти большие глаза, отражающие бескрайнее летнее небо, и маленький аккуратный носик. Миниатюрные ушки. Эти коротенькие золотистые локоны… Белоснежные зубки из-под приоткрытых в ошеломлении губ… Нежная кожа ребёнка… Розовый румянец… — Валтор… прости! Я… не знал… И голос. Совершенно другой! Лишь немного на настоящий голос короля Ская похожий! Магический артефакт вернул его в тот возраст, когда голос его ещё не был изменён под силой взросления и прекрасного мужского тембра не достиг. И пока Скай не заметил в глазах своего супруга разыгравшийся аппетит, Валтор изменился в лице и сдвинул брови в раздражении. — Скай… — недовольно прорычал маг, сложив руки на груди. — Прости! Прости, Валтор, пожалуйста! Не мог бы ты… снять это заклинание?.. — взмолился юный принц Эраклионский. И сердце мага словно пронзило стрелой новой любви. Словно заново Валтор влюбился в своего прекрасного золотого короля. «Теперь он определённо — маленький солнечный мальчик. Мой милый ангел небес», — Валтор издал утомлённый вздох. Но измученным он был лишь наигранно — на самом деле маг был окутан блаженством — как не хотелось ему снимать это заклинание! А кровавый рубин, всё ещё сжатый в руке волшебника, своего давнего хозяина узнал и, ощутив его мысли и эмоции, горделиво переливался, мол, это я всё сделал, я так поработал над великолепием твоего супруга, хозяин! Отблагодари меня новым запасом энергии, хозяин! Вздохнув, но так и не насладившись вдоволь милейшим личиком маленького принца Ская, Валтор взмахнул рукой. Поперхнувшись воздухом, Скай пошатнулся и стукнулся спиной о тумбу с тем самым хранящим в себе играющиеся магические артефакты сундуком. И осознал — его тело стало прежним! Он вновь — взрослый мужчина! В тёплых брюках, в сапогах, свитере и своём пальто! И его ладони вновь обрели недавно натёртые на эфесе любимого королевского меча мозоли! И те самые две раздражающие болезненные царапинки от бумаг документов на указательном пальце правой руки! — Ох, спасибо, Валтор! Я безумно испугался! Думал, что больше нормальным не стану! — пролепетал Скай, взирая на свои прежние мужские руки. На безмерное счастье любимого Валтор ответил лёгкой улыбкой, а после посерьёзнев, супруга от тумбы отодвинул — едва он стал прежним, и сила его магическая вернулась в полной мере, на его присутствие вновь реагируют магические артефакты. — Если этот камень сделал меня ребёнком, то остальные… — обронил, прижавшись к мужу в поиске безопасности, Скай. У него руки начинали трястись, когда он представлял себе, что случилось бы, выбери он другой драгоценный камень… — Все они безобидные, так как лишь колдуют над оболочкой и немного скрывают мощную магическую силу, как этот, преобразивший тебя в ребёнка — ведь подобная мощь волшебства свойственна взрослому человеку, но никак не десятилетнему ребёнку, — успокоил супруга Валтор, копаясь в сокровищах шкатулки. — Слава Творцу, — выдохнул Скай и тут же с опаской к мужу пригляделся, и к его занятию — Валтор перебирал драгоценные камни и внимательно изучал некоторые из этих пугающих своевольных магических артефактов. — Но… что ты делаешь? А если они и тебя заколдуют? Я не смогу отменить действие волшебства! — Не волнуйся. Так как они принадлежали мне, я знаю, как с ними обращаться, чтобы не хулиганили, — Валтор забрал несколько камней и сложил их в свой пространственный карман. После чего сундук закрыл, щёлкнул замочек. — Вот так. А теперь идём, осмотрим другие комнаты. Скай с улыбкой кивнул — кажется, муж не злится на его оплошность. Но немного он ошибался. — Но, — Валтор склонился и в лицо своего непослушного любопытного супруга вгляделся, — Скай. — Да? — уронил удивлённый золотой король. — Только осмотреть. И ничего не трогать. Договорились? — процедил Валтор, очень недобро глядя в глаза своего мужа. Ведь даже самому удачливому из существующих монарху Эраклиона может однажды не повезти, и следующий магический артефакт обозлится на неловкого волшебника Солнца, после чего может мстительно за нарушение спокойствия… его убить. — Угу, — сдавленно кивнул Скай, понимая, что теперь Валтор с него взора не спустит. Но… Хоть и сильно его ладонь сжимала рука супруга, и недоволен маг был своеволием мужа, его прикосновения по-прежнему были полны искренней заботы и теплоты любви. Следующее помещение, осмотренное в старинном тёмном замке, наполненном особой магической энергией, восхитило Ская больше остальных. Ведь это была просторная спальня! Подобная его во дворце Эраклиона большая кровать под плотным тёмным пологом. Длинноворсный ковёр, тумбы, книжные шкафы и небольшой письменный стол. Всё удивительно хорошо сохранилось и аккуратно прибрано, словно совсем недавно это место было хозяевами оставлено. — Так это… твоя спальня? — обронил в восхищении Скай, и Валтор с короткой улыбкой кивнул. У противоположной стены комнаты большой камин, а рядом мягкие кресла. По правую сторону его расположился большой непримечательный сундук, а по левую — стеллаж с множеством различных изящных предметов. Большие прозрачные кристаллы, играющие разными цветами, едва свет витающих рядом шаров Солнца и Огня касался их. Маленькие ножи-кинжалы с изогнутыми лезвиями, эфесы их опутаны золотом и серебром. Некоторые ювелирные украшения также инкрустированные драгоценными камнями и другие прекрасно сохранившиеся и удивительно красивые предметы — кубки, статуэтки, столовые приборы… Но почему все они сложены на полках этого стеллажа? — Обычно я пребывал либо в своём кабинете, либо здесь — в своей комнате, но перед этим завтракал и посещал несколько библиотек. Конечно, — хмыкнул с ностальгией по прошлому Валтор, оглядывая свою забытую обитель, — если у Тёмного Феникса и матушек не нашлось для их маленького слуги-нефилима какое-нибудь задание. Скай ничего не ответил. Сейчас Эраклионского больше интересовали камешки, которые столь бережно хранятся на полках стеллажа. Ведь он король государства, в котором драгоценности — основной способ заработка, и ещё далеко в детстве юного принца обучили отличать подделку от благородного осколка природного камня. Как названия их Скай и вовсе знает наизусть уже очень давно. И все… все камни здесь, до единого, настоящие! И такие больше! Подобные тем, что он видел в сундучке небольшого хранилища книг, посещённого ранее, но все размером с ладонь. Восхищённо Скай оглядывал камешки на полках старинных стеллажей, покоящихся на бордовых подушечках с золотыми кисточками. А как изысканно расписан рубиновыми нитями шёлк!.. Но едва рукой с интересом Скай вновь потянулся к особенным предметам, как взор Валтора тут же потяжелел и стал физически ощутим, и тут же Эраклионский руку убрал. Не зря супруг его отогнал — тут же, ощутив присутствие сильной животворящей магии Солнца, исходящей из души нового человека, все артефакты засияли переливами, заблестели, засверкали перламутром, так и завлекая юного короля коснуться, да приласкать заскучавшие драгоценные камни, что на самом деле опасными, хранящими в себе особые таинственные древние заклинания, магическими артефактами являются. — Они одичавшие, — заключил маг, облачая свои руки в тёмно-багровые перчатки. — Одичавшие? — удивился Скай. — Давно руки хозяина не чувствовали, вот и распоясались. Лучше даже близко к ним не подходить. Твоя магия слишком яркая и мощная, ты привлекаешь много внимания, — Валтор приобнял супруга за плечи и отодвинул его подальше от нервно сверкающих пуще прежнего самоцветов. Скай затаил дыхание и постарался свою неугомонную силу Света скрыть. Спустя минуту магическим импульсы, посылаемые к душе властителя Солнца магическими артефактами, стали менее ощутимы, а после и вовсе исчезли, и мерцание прекратилось — драгоценности замолчали. — Ох… И что же тогда?.. — обронил Скай, оборачиваясь к мужу. Валтор опустил его плечи и задумчиво прочесал пальцами волосы. — Как-нибудь я займусь перевоспитанием. А пока мы просто наведались сюда, чтобы прогуляться по руинам былого величия самой Тьмы, что приводила весь мир в ужас… — Валтор удручённо выдохнул. Он утомился от воспоминаний, что столь настойчиво лезут в его чистые мысли. Приказы, жестокое наказание, кровь на когтях демона, рваные багровые крылья Тёмного Феникса. И одинокие вечера и бесконечные ночи наедине лишь с книгами и мирно танцующим в камине огнём. — Но здесь очень красиво. Старинная мебель, изысканные фрески, искусные картины… — Скай прошёлся лёгким шагом рядом с камином, провёл ладонью по его утратившему отделку камню и, всё же наказ Валтора вновь нарушив, взял в руки статуэтку. Изваяние было простой декорацией и магию в себе не хранила, поэтому маг не рванулся тут же опасный предмет из рук любимого мужа вырвать. Юная фея и молодой эльф наслаждаются искренними объятьями. Скай оттёр пыль и грязь и восхитился блеску золота и драгоценных камней, коими были украшены крылышки феи и серьги длинноухого эльфа. Осколками бриллиантов и изумрудов были усыпаны их одеяния. — Даже в моём дворце такого не сыскать! Редкость! — Раз тебе здесь нравится, я постараюсь как следует поработать над замком, — улыбнулся Валтор, оценивающе оглядывая свою спальню. Впрочем, как он оценил состояние дворца и некоторых посещённых комнат, реконструкция много времени не займёт. Проблема состоит лишь в тайных помещениях со значительными скоплениями магии, которые предназначались для опасных опытов самого Валтора. — И сделать его вновь пригодным для проживания. — Угу! Я с удовольствием буду проводить здесь время, — Скай ласково опустил статуэтку на прежнее место и развернулся, взглянув на любимого супруга, но вновь с блаженной улыбкой отводя взгляд. — Только с тобой, Валтор. Время близилось к вечеру. Хотя, на самом деле, времени гости затерянного рукотворного острова Ленарэс не наблюдали. Они не знали, на какой планете и в каком полушарии сейчас остановился дрейфующий остров, но определённо, если у этого кусочка мира не было собственного климата, заложенной в ядро острова сети заклинания для периодической смены погоды, это был мир, подобный Эраклиону, либо климат на этой планете навеки оставался морозной снежной зимой. Едва уличив, что его супруг от долгого исследования интересного забытого замка, предался голоду и ощутил слабость, немедля Валтор нашёл путь к одной из столовых своего былого дома. Там они за уцелевшим очищенным лёгким дуновением магии столом перекусили бутербродами и выпили всё ещё горячий из магического термоса чай. Тогда-то за разговорами о всяком, что на разум придёт, Валтор и заметил через лишь немного запылённое окно в обеденном зале — на улице начало темнеть, и сумерки наступали достаточно быстро. Об этом он сообщил своему мужу, расслабленно наслаждающемуся согревающим вкусным напитком: — Что ж, на сегодня исследований хватит, — сказал маг, убирая термос и опустевшие чашки в корзинку. На вопросительный взгляд супруга он объяснил: — Взгляни, — кивнул Валтор на окно, — уже почти стемнело. — И правда, — огорчённо вздохнул Скай. Властитель Солнца тут же ощутил, как мало света отныне пред его взором — светило опускается за горизонт, и к этому явлению, как и к рассвету, он чувствителен. — Тогда продолжим исследование твоего дома с наступлением следующих выходных. Валтор кивнул, и мужчины поднялись из-за стола. Маг кивнул на двери и направился к выходу из столовой. И Скай поспешил за ним, но помедлил, роняя вопрос: — Куда мы? Ты ещё что-то хочешь посмотреть? — вопросил Скай, нервно вздохнув. В коридоре совсем стемнело, почти ничего не видно — грязные окна едва ли пропускают свет заходящего солнца — яркого морозного, оно сверкает лучами на закате особенно красиво и леденяще, освещая молчаливую зимнюю природу. Скай поспешил усилить сияние своего личного «светлячка» — маленького солнечного шарика, витающего рядом своевольно, но от хозяина не отстающего и путь ему освещающего. Стало немного спокойнее, руки супруга Скай отпускать не желал, и путь они продолжали куда-то вперёд. — Нужно выйти из замка на улицу, — ответил маг спокойно. — Но зачем? Ты же можешь открыть портал прямо здесь, — удивился Скай. Валтор мотнул головой. — Нет. Как я уже говорил, в обители, в стенах которой когда-либо была сохранена сама Тьма и до сих пор хранится множество опасных магических артефактов, не стоит открывать пространственные разломы. Чужеродная энергия может повлиять на разорванные под действием заклинания сети Полотна Мироздания. После закрытия портала они могут не соединиться верно, что, впрочем, серьёзных проблем не принесёт. Но из-за нарушения структуры Пути открывающегося при создании портала, мы можем оказаться вовсе не на Эраклионе, а попасть в совершенно другое место. Скай вздохнул, спорить он не стал. Только на взор мужа понимающе одобрительно кивнул. Когда вдруг Валтор заулыбался ни с того ни с сего и с добротой хмыкнул. — Ч-что?.. — несколько смущённо обронил Скай. — Знаешь, а ты довольно мил в обличье ребёнка, — вновь завёл разговор о том небольшом происшествии Валтор. — Может, мне сохранить этот волшебный артефакт до будущих забавных времён? И вновь однажды его активировать? — Ну уж нет! Валтор! Мне и сегодняшнего раза хватило! — возмутился Скай, полыхая в смущении красными щеками. — Лучше скажи… что это был за костюм такой? Облегающий, удобный. Правда, некое приспособление на лице за эти пять минут успело мне надоесть — из-за плотной ткани я едва сам себя слышал! — Как ты уже догадался, раз данный артефакт был мною сохранён в моём доме, значит, ранее я использовал его, — рассказывал Валтор. — На ком-то или, как в данном случае, колдовал над своим телом, облачаясь в личину ребёнка. И этот костюм вплетён в сеть заклинания, так что и я носил его. — Но зачем тебе это было нужно? — обронил неверяще Скай. А ещё… безумно Эраклионскому теперь было интересно — а каков его любимый супруг в обличье милого мальчика в этом необычном костюме? Но Скай промолчал, слушая рассказ Валтора. — Однажды ситуация, развернувшаяся на задании Тёмного Феникса, потребовала от меня добиться доверия одного влиятельного гражданина некого государства. Это была молодая леди, как раз возраст её предполагал скорое замужество и появление первого дитя. Как я разведал, мечтала она о ребёнке, о мальчике, хотела заботой одарить, как следует воспитать, образование ему дать и обеспечить всем необходимым. Тогда-то я и обратился к Тёмному Фениксу с просьбой о подобном артефакте и вскоре его получил. Однако мне пришлось ещё и переодеваться в ободранные лохмотья и, наложив заклятье против быстрой регенерации клеток, разодрать себе коленки и поставить множество ссадин на теле. Чтобы у порога дома этой леди упасть в обморок от голода и дожидаться, пока она приютит… на самом деле взрослого мужчину-нефилима, который пришёл за её жизнью. Скай издал неопределённый вздох, неодобрительно глядя на супруга. Валтор это знал: его муж, хоть и опасается и очень не любит боль и страдания, но принимает его тяжкое прошлое, полное крови, убийств и бесконечной череды преступлений, совершённых руками отныне мирного волшебника, оберегающего знаменитое королевство Эраклион. — А после я использовал это перевоплощение и костюм для ещё некоторых заданий и по своей прихоти. Он соткан из эластичной ткани — из особого волокна, которое позволяет коже дышать и меньше потеть. Костюм приятный на ощупь, не стесняет движений и подходит для любой работы и отдыха. В нём я исследовал леса, занимался альпинизмом, рыбачил… Удивлённым взором одарил своего супруга, всё перечисляющего различные виды спорта, Скай. Чего только его любимый Валтор не умеет! — А… ребёнком ты зачем становился? Ведь ты, наверное, мог создать такой же костюм для взрослого себя, ведь так? — с улыбкой поинтересовался Скай. — Ну… каждому порой надоедает одноцветная повседневность, — Валтор пожал плечами. — Как известно, к детям люди подозрения ни единого не испытывают. Особенно, если они не одеты в лохмотья, и не снуют по рынку, снимая с поясов купцов тяжелые кошели… Вдруг на мысли Скаю пришла восхитительная идея. — А… Валтор? — позвал он, улыбаясь с предвкушением. — М? — протянул маг, ничего не подозревая. Как вдруг услышал: — А давай… ты используешь магию этого артефакта на себе? Красивая улыбка и искорки золота в небесных глазах любимого молили мага сжать в руках большой рубиновый самоцвет и самому обратиться в десятилетнего мальчишку. Но Валтору настолько это претило, что даже столь милейший любимый солнечный король не смог его уговорить. — Нет! Нет, и даже не проси! Ни за что! — взвился маг, дрогнув всем телом. — Но, Валтор! Почему?!.. — воскликнул обиженно Скай, стискивая руку мага, упорно следующего по просторному коридору заброшенного замка. — Нет! Я не стану! — отрезал Валтор. — Пожалуйста! Всего на минуту! Я лишь взглянуть хочу! — всё молил своего мужа златовласый король. — Скай! Я сказал — нет! — резко развернувшись, рыкнул Валтор в лицо своему ошеломлённому супругу. А после, отстранившись, немного подумал и со вздохом опустил: — Ещё затискаешь… Как тогда… После последней битвы с Ланикратом… Мне до сих пор стыдно от своего вида в образе ребёнка, в котором я предстал перед тобой. Коридоры замка наполнил звенящий солнечными лучами приятный смех короля Эраклионского первого. И словно бы вновь стало светло, и тёмная энергия, и опасная магия, что сохранена в стенах обители Тьмы, убегала прочь от сияющего радостью властителя Солнца. А второй Эраклионский со смутными чувствами смотрел на своего веселящегося супруга — теперь уже прежнего взрослого мужчину-короля, а не маленького мальчика, в коего он превратился час назад. И… сколь прекрасен и мил он был! Не думал маг, что его муж может быть ещё более нежным и милым! Этот образ на долгие годы останется в сердце Валтора. И теперь Валтор знал, как очистить свой прежний дом от всей этой скопившейся скверны. Ведь его супруг — настоящее солнышко! — Но ты был таким прелестным малышом, что я не мог тебя не обнять! — пролепетал Скай сквозь слёзы смеха. — Ладно, — выдохнул Валтор, обнимая Ская и направляясь к главным дверям замка, — идём. Пора возвращаться домой. А я подумаю над твоими словами. Пуще прежнего осчастливленный Скай обнял Валтора, следуя по широкой парадной лестнице вниз, к приоткрытым дверям, откуда проникало немного света заходящего солнца. Но не видел Скай за своим любопытством к каждому камешку на полу, как красива радостная улыбка на губах его на эмоции скупого супруга и как прекрасен лёгкий румянец на его лице.