Последняя осень.

«За окном был поздний вечер, может быть, даже уже ночь. В окнах большого дома около леса горел свет. Максим подошел и заглянул в приоткрытое окно. Мужчина сидел в кресле и курил, читая что-то в желтой папке. Неожиданно в комнату вбежали два мальчика, лет восьми и четырех. Притом глаза старшего явно не видели ничего. А вот у младшего наоборот казались неестественными по своему ослепительному цвету. — Папа, папа, скажи ему, чтобы он перестал! — воскликнул старший из мальчиков. Мужчина взглянул на детей поверх папки и спросил: — Что случилось, Ярик? Жалуешься на младшего брата? — Нет! Он опять делает это! — прохныкал слепой мальчик. — Ничего я не делаю, — капризно возразил маленький, хотя его язык еще заплетался. — Нет, делаешь! Ты опять слышишь их, я знаю. Я видел, как вы говорили! — Правда? — теперь отец явно заинтересовался. — Что тебя так пугает, Ярослав? Разве это плохо? Ярослав насупился, тычась слепыми глазами в пространство. — Я задал вопрос, — требовательно напомнил мужчина. — Ты должен ответить. — Плохо, — негромко выдавил мальчик. А потом в его лице появились какие-то странные взрослые черты. — Почему? — спросил младший братик. — Потому! — выкрикнул Ярослав. — Тогда он сделает с тобой то же! Он круто развернулся и бегом вылетел из комнаты, почти не спотыкаясь. Младший мальчик явно ничего не понял. Он улыбнулся отцу, а потом помчался за братом. Мужчина хмуро смотрел им вслед. Что-то он упустил...» Макс вышел из душа, вытирая волосы полотенцем, и не сразу заметил Андрея, чистящего зубы у раковины. — Доброе утро, — поздоровался Андрей. — Чего? — Макс скинул полотенце с головы. — А, привет. Он хлопнул друга по плечу и стал одевать свой халат. Внезапно Андрей схватил его за руку, чуть повыше локтя. — Ты чего? — удивился Максим. — Что это у тебя? — в свою очередь поинтересовался Андрей. — Где? Андрей откинул край халата, обнажив приличный порез на животе Морозова. Вокруг раны кожа покраснела. Значит, след был недавним. Макс выдернул полу халата, спрятав порез. Пожалуй, даже слишком резко. А потом грубо выдавил: — Ничего. — Это называется ничего? Ты пропадал четыре дня, а вернулся с этим! — Андрюх, — Макс приблизился к другу, губы его раздраженно дернулись, — я сам со всем разберусь. Только не говори никому. — Не скажу, — тихо сказал Андрей. — Можешь мне доверять. — Могу? — в голосе Макса послышался сарказм. — А ты ничего не хочешь мне сказать? Про Дашу? — Про Дашу? Нет. О чем ты? — Вот и ты — о чем? Максим схватил полотенце, последний раз смерил друга сердитым взглядом и вышел. *** Вика сказала подругам, что немного задержится, и потому они ушли в столовую без нее. Она собиралась проверить, где был Макс. При этом ей казалось, что это вполне может быть с Дашей или Андреем. А потому, пока все в столовой, у нее было время поискать тому доказательства. Убедившись, что Даша и Юля ушли, Вика тут же заглянула в полку к Старковой. Конечно, при этом она чувствовала себя довольно мерзко, но ей было просто необходимо знать, что происходит с Максимом. Но у Даши ничего необычного не оказалось. Вика уже собиралась заканчивать, как тут случайно уронила тетрадку. Из нее выпала фотография. — Это еще что? Вика перевернула карточку и обомлела. На ней был сфотографирован не Максим. И даже не Андрей. Ярослав Ионов. Вика пару секунд тупо пялилась на него, потом торопливо засунула обратно в тетрадку, положила ее на место и выбежала из комнаты. Чувство какой-то грязи, омерзения не покидало ее. Но уверенность в том, что все это ради Максима, словно оправдывало ее перед собой же. И в то же время мысли о том, что Даша врет, не давали ей покоя. Она выскочила в коридор и уже пошла в столовую, как ее остановили Алиса и Надя. — Привет, — улыбнулась им Вика. — Привет. Вика, а скажи, когда человек что-то скрывает, то ему ведь плохо, правда? — сразу задала вопрос Надя. — Нет, скажи, что не плохо, потому что он скрывает, чтобы другим было лучше, — возразила Алиса. Вика слегка растерялась от такого серьезного и совсем не детского вопроса. В прочем, эти две девочки не редко интересовались подобными вещами. Так что такие вопросы были вовсе не редкостью и зачастую возникали из самых безобидных вещей. — Э... Знаете, я думаю, что конечно, плохо. Если что-то скрывать, то это может сильно ломать. — Зачем же тогда врать? — удивилась Алиса. — Ммм... — Вика пыталась подобрать правильные слова. — Просто иногда лучше никому не знать правду, так как она может оказаться не очень хорошей. — Но ведь если тебя любят, то должно быть все равно, — произнесла Надя. — И Андрюша говорил, что врать нехорошо. — Конечно, не хорошо, — поспешно согласилась Вика. — Но скрывать, это не значит врать. Просто что-то недоговаривать. Ведь иногда сказав правду можно потерять того, кого любишь. Девочки переглянулись. — Спасибо, — хором произнесли они и побежали в столовую. Вика проводила их взглядом и вздохнула. Не дай Бог, им когда-нибудь придется скрывать что-то страшное, ради сохранения любимых. *** Максим не пошел на первый урок. Не по своей воле. Он стоял в кабинете директора перед Крыловой и Виктором. — Максим, мы ждем, — напомнил Виктор, сурово скрестив руки на груди. — Ну, просто надоело мне в этой школе, решил вырваться погулять, — ответил Макс. — Все. — Просто погулять? Четыре дня? — недоверчиво воскликнула Елена. — Да, именно, — слегка вызывающе ответил Морозов. — И возвращаться я не планировал. — Ты что, хотел бросить школу? — не поверил Виктор. — А как же твоя мама, ты о ней подумал? — Подумал. Я бы связался с ней. — Что ж, — отчеканил Виктор, — я не знаю, зачем ты сбежал. Но теперь ты отправишься на уроки. И будешь наказан. — Займешься уборкой в душевой, библиотеке и сарае. А еще больше никаких прогулок. Если ты еще раз без разрешения покинешь территорию школы, то мы будем вынуждены поставить на педсовете вопрос о твоем исключении, — добавила Крылова. — Иди, — произнес Виктор. — Максим. Если ты не думаешь о себе, то хоть о Марии и Володе подумай. Макс не ответил. Он вышел. За дверью он прошел всего несколько шагов, как вдруг схватился за живот и сполз по стенке, кривясь от боли.