Пирожок с джемом и повидлом

Криво натянув на маленькие пухлые ножки разноцветные гетры, Хесоль бегала из стороны в сторону. В возрасте семи лет детей остановить просто невозможно, поэтому родители лишь смотрят и с улыбкой тяжело вздыхают. Собирать маленькую хулиганку невозможно. Она носится из комнаты в комнату и даже секунды не сидит на месте. - Соль, - повысила голос мама, - Быстро села обратно и надела ботинки. Виновато опустив голову, девочка подошла к пуфику недалеко от выхода и послушно начала натягивать обувь. Завязывание шнурков у нее ну никак не получалось. Сколько бы Хесоль ни старалась, все равно получалось из ряда вон плохо. - Совсем ничего не умеешь, мечтательница, - присел на корточки старший брат и завязал надоедливые шнурки, - Вот ты, когда вырастешь, что делать без нас будешь? - А я выйду замуж за Минни. Он все сам делает: и шнурки завязывает, и на велосипеде кататься умеет, и даже спать ложится сам. Старший посмеялся и потрепал сестру по голове, взлохматив. В дверь послышался звонок. Будто не замечая ничего вокруг, девочка побежала и через некоторое время, дотянувшись до дверной ручки, увидела на пороге дома друга. Попрощавшись с родителями, двое выбежали куда-то к парку. В детстве у ребенка энергия неисчерпаема. Ребята могут бегать по улицам весь день, а потом они завалятся спать без задних ног. В этом и вся прелесть детства. На улице начало темнеть, и Чимин, как настоящий джентльмен, провожал подругу до дома. Карин, мама Хесоль, предложила остаться, пока его родители не пришли с работы, и выпить чаю, на что дети радостно побежали наверх. Печенья не успели появиться на столе, как их уже не стало. Тоже самое произошло и с чаем. Причем пропало все со стола в разное время. Хесоль и Чим все детство были словно попугаи-неразлучники. Друг без друга им было скучно, а когда они, наконец, встречались, то могли до утра разговаривать, а потом уснуть рядом на мягком диване. Ребенок всегда говорит, что думает, именно поэтому «устами младенца глаголет истина». Их не заботит, как это прозвучит и что подумают окружающие. Сев все вместе за столом, за ужином неразлучные друзья сидели рядом и играли в веревочки. Кажется, им было все равно, что будет на ужин, главное - что они могут провести время вместе. - Неразлучники, - смеялась мама Соль, - Убирайте все и садитесь за стол нормально. Через несколько минут все сели ужинать. Чимину не впервой сидеть с ними за столом. Не то чтобы его родители все время были на работе, но довольно часто мальчик просто любил оставаться дома у подруги и кушать вместе с ее семьей. Уплетая ужин за обе щеки, дети переглядывались и смеялись по понятным только им причинам. - Вы же так подавитесь, - сказал взрослый мужчина, который сидел посередине стола. - Пап, а ты не подавишься, если будешь все время на нас отвлекаться? - пробубнила себе под нос девочка. - Вот с самого детства такой «язвой» растет, - прыснул отец и принялся дальше ужинать. - С отцом нужно поуважительнее разговаривать, - крикнул брат, развернулся и, взяв свою тарелку, ушел к себе в комнату. - Но папа всегда на нас жалуется, - обиделась, надув губки, Хесоль. Не заметив, как рис прилип к щеке, Соль принялась дальше кушать, но мальчик успел заметить. Он взял пухлое личико подруги в обе руки, таким образом оторвав ее от приема пищи, и маленькими пальчиками убрал гранулу риса со щеки. - Чимин, - улыбалась Карин, - Ты, когда вырастешь, будешь отличным парнем и мужем. Кому же такой хороший мальчик достанется? - А я уже знаю, кому! – восторженно закричал ребенок, - Я женюсь на Хесоль, буду ее парнем. Родители в один голос засмеялись. Дети не первый раз говорят такое, но каждый раз это звучит немного наивно. - А ты уверен, что не найдешь девочку лучше, чем наша Соль? – спросил Тэкван, папа девочки. - Хесоль - самая лучшая девочка. Она только для меня такая, а значит, она моя! Чимин улыбался до ушей, а его глаза были широко распахнуты. Он с таким упоением рассказывал о своей симпатии к подруге, что семья просто не могла сдержать радость. В душе мама Соль надеялась, что в будущем это и вправду может перерасти во что-то большее. Они знали мальчика с детства, хорошо общались с его семьей, и эта идея не казалась им глупой. Чимин снова обхватил личико девочки руками, потянулся к ней и легко чмокнул пухлыми губками губы подруги. И пусть это было в детстве, и это звучало, как глупые наивные слова детей, но парень рос. Он забыл о тех словах, что прозвучали в детстве. Он просто был рядом и улыбался с ней. Но одну фразу из детства он помнил хорошо – она моя.