Речи ворона

Лучше живым быть, нежели мертвым; живой — наживает; для богатого пламя, я видел, пылало, но ждала его смерть. Ездить может хромой, безрукий — пасти, сражаться — глухой; даже слепец до сожженья полезен — что толку от трупа! Старшая Эдда. Речи Высокого.

— Шевелись, Утред. Опоздаем — и нам влетит! — Да иду я, иду. Между прочим, из-за тебя все. Тебе захотелось на тот дуб лезть. Что за блажь? — Просто я мир с высоты поглядеть хотела. — На что тебе это? — Чтобы знать, каким его птицы видят... Вот Сварт высоко летает, все видит. — Не поминай эту птицу! Мне все время кажется, что он следит за нами. Опасливо поднял глаза. Кроны сумрачного леса сомкнулись, неба не было видно. Запнулся. — Камень! Вот ведь... — Поменьше ворон считай! Глянь, все рассыпал. Теперь точно опоздаем! — Помоги лучше, Брида. Из-за тебя же все! Схватил за рыжую прядь. Вывернулась ужом, дернулась — в кулаке несколько золотых волосков. Присела, складывая хворост. — Спасибо. — Да шевелись уже! Почти бежали. Сердце в ушах отбивало ритм шагов. Потянуло дымом костра, запахло едой. Пришли... Подлесок расступился. Усадьба в лучах заходящего солнца. Шагах в двадцати от дома на огромном пне... — Брида, смотри, опять сидит. А рядом на шесте огромный ворон. — И чего он сюда ходит? Он же слепой! Какая ему разница, где сидеть? — Заткнись, Утред! Равн не слепой. Слепой не станет на лес смотреть. Прямая спина. Рыжие с проседью волосы. Глаза цвета зимнего неба, только вроде облаками затянутые... Еще шагов десять до него. — Смотреть? — но голос понизил. Быстро зашептал. — Я тебе сейчас докажу, что он как крот слепой. Выбрал палку в два пальца толщиной, в стрелу длиной. С размаху кинул. — Нет! Хворост опять рассыпался. — Убедился? Что я тебе говорила! Прости его, Равн. Глаза цвета зимнего неба обратились к ним. В правой руке зажата палка. На лету поймал... — Равн, я... Прости... — Думал, что я слеп. Значит, и видеть не могу. Левая рука скользнула вдоль палки, ощупала, оценила. — Прости, Равн... Глухо каркнул ворон. — Так вот же Сварт — мои глаза. — Глаза? — недоверчиво. Глянул на черные как угли глаза птицы, затем на облачные — Равна. — Поэтому ты сюда с ним приходишь? — Я прихожу лес посмотреть. Там вон, — показал палкой, — шагах в пятнадцати дятел стучит, а вон там еж в кустах копошится. Огляделся. Ничего... Замер. Вроде и впрямь дятел долбит. — И меня видишь, Равн? Усмехнулся. — Не вижу, — облегченно выдохнул, ткнул Бриду кулаком в бок. И тут... — Но слышу. Палка пролетела над головой. Волос коснулась. Аж присел! И ворон опять хрипло каркнул. — Прости его, Равн. А меня видишь? Опустилась на колени. Близко-близко. И ворона не боится... Рука коснулась рыжих волос. Сильная, вся в шрамах. — Сварт говорит, что волосы твои медью струятся. И ладонь большая. Теплая.