Глава 10 — Не друг.
9 января 2021 г., 00:07
— Да что с тобой сегодня?
Я обернулся на голос и увидел Бэкхёна. Он держал в руке тетрадь, которую намеревался положить в рюкзак и, в целом, выглядел как-то обеспокоенно. Я моргнул пару раз. Что, уже конец дня?
— А что со мной? – поднявшись, я тоже стал складывать свои вещи в рюкзак, параллельно оглядывая класс. Действительно, почти все уже разошлись, - Я в порядке.
— Ты уже который день в облаках витаешь, - он прищурился и ткнул в меня краем тетради, - и спишь на занятиях, что у тебя случилось?
Внутри всё резко подскочило.
— Я просто не высыпаюсь последние дни.
— Да ну?
— Всё так и есть.
— И от чего ты не высыпаешься?
«Потому что эти несколько дней каждый вечер я провожу время с Каем. Он, кстати, странное существо, которое питается кровью и может ходить по стенам», - так я должен ответить? Думаю, вариант так себе. Хотя Бэкхён наверняка не дослушал бы до конца и закричал что-то в роде: «Стоп-стоп-стоп! С кем? Какой такой Кай? Вы встречаетесь? Не отнекивайся, мне тут, рассказывай!».
Я не смог сдержать смешок, представив этот разговор и прикрыл рот рукой. Серьёзно, он бы еще такое лицо состроил обиженное, я уве…
— О-ой, смотрю у тебя от недосыпа вообще колпачок едет, да? Хочешь, я тебя провожу домой?
— Думаю, ты будешь занят, - сказал я и указал на дверь класса.
Из-за неё выглядывал Чанёль и как только Бэкхён обернулся, он подошёл к нам и закрыл рюкзак моего одноклассника, пока тот с каким-то излишним удивлением смотрел на него. Внезапно лицо Бэкхёна изменилось, и он выдернул свой рюкзак.
— Я не понял, - сказал он, и я осознал, что ещё не видел его таким серьёзным, - Ты что здесь делаешь?
Чанёль в недоумении окинул Бэкхёна взглядом и почему-то покосился на меня. Это что? Я должен уйти или как?
— Я же всегда встречаю тебя после занятий, - сказал он и взглянул на время в телефоне, который держал в руке.
— Я знаю, но сегодня медсестра должна была отправить тебя домой. Ты почему остался в школе?
— Да всё…
— И так всегда! – перебил его Бэкхён и вдруг обратился ко мне, - вот скажи – это вообще нормально?
А я вообще-то думал уйти под шумок. Не горю я желанием участвовать в их семейных разборках. Ты зачем меня в это втягиваешь?..
— Что именно? Чанёль вполне нормально выглядит.
— Сейчас да. А после третьего урока мы встретились, а у него опять кровь носом пошла.
— Да это я был так рад тебя видеть, де… - вклинился Чанёль и тут же со стороны Бэкхёна ему прилетел подзатыльник.
— Подожди, почему «опять»?
— У него время от времени такое бывает, я ему говорю, что это ненормально, а он…
— Конечно ненормально, - согласился я, - тебе бы в больницу сходить.
Бэкхён резко схватил меня за руку и стал неистово её жать, после его с вызовом посмотрел на Чанёля, который уже стоял, опираясь на соседнюю парту с явно скучающим видом.
— Слышал? – Бэкхён ткнул его в плечо, - это даже не я уже сказал. Кенсу тоже это понимает. Я это понимаю. Медсестра тебе то же сказала, а ты, дубина, всё никак не поймёшь!
Чанёль закатил глаза и поднял руки.
— Я понял-понял, схожу к врачу, - мягко сказал он и, поднявшись, подошел к нам ближе, глядя на Бэкхёна особенно тепло, - схожу, честно.
— Вот и сходишь, - бросил ему в ответ мой одноклассник и, достав свой телефон, отошёл в сторону, минуя Чанёля просто с мастерским игнором, - мама звонила, сейчас узнаю, что она хотела и пойдём. Подожди.
Мы проводили его взглядом, и я вернулся к складыванию своего рюкзака. Тетрадь, учебник, пенал…
М-да. Сказать честно – ощущение, словно только что на моих глазах произошла ссора женатой уже лет десять пары. Честное слово, такая энергия от них… не передать иначе. Бэкхён так серьёзно разозлился на Чанёля за то, что тот наплевательски относится к своему здоровью, а когда Чанёль сдался и ответил, что займется этим вопросом, и я видел, что он планировал обнять своего беспокоящегося муженька, а тот, как сериале, ей богу, просто махнул хвостом, мол «я ещё злюсь на тебя, поговорим дома». И ушёл. Комедия.
Я взглянул на Чанёля, который как-то мечтательно наблюдал за довольно эмоционально говорящим по телефону Бэкхёном, и я думал, что уже пора бы и мне уходить, как вдруг он остановил свой взгляд на мне, и я остановился.
— Кстати, всё хотел спросить тебя.
— О чём?
Он и сел на парту, стоящую позади него, положил ногу на ногу, опираясь руками на стол за спиной, а затем посмотрел на меня как-то... по-другому. Я почувствовал какое-то напряжение, ещё не понял из-за чего вообще оно возникло, а затем он спросил:
— Ты так и не рассказывал, как ты сходил с тем письмом по поводу работы?
Всё внутри замерло, а в ушах резко стало так тихо, что казалось, секунды увеличились в своей длительности раз в десять.
А настенные часы всегда так громко тикают?.. И вообще, давно-ли здесь вообще висят эти часы? Не замечал.
Почему он об этом решил вдруг спросить? Уже прошло столько времени. К тому же, это ведь не он просил передать письмо, а Бэкхён, а тот, к слову, вообще никак не вспомнил об этом.
Хм. А ведь правда. Почему это он не спросил?..
Стоп, позже об этом подумаю.
По спине противно прошёлся холодок от воспоминаний о моём ярком походе в заброшенный кинотеатр.
Потребовалось усилие, чтобы сохранить спокойствие на лице, и я закинул рюкзак на плечо.
— Да как-то обычно, оказалось, что там никого не было – одни коробки. Кажется, ненадёжная компания была. А что? Что это ты вспомнил?
И буквально в одну секунду всё напряжение, которое прямо-таки звенело в воздухе, рассеялось и время, кажется, возобновило свой бег. Чанёль светло улыбнулся и потянулся, заведя руки за свои огромные уши.
— Да просто так, интересно стало. Мы замолчали, я вспомнил, что так и не спросил, как прошла встреча. Ты хоть не долго там бродил? Или сразу понял, что это хрень собачья?
— Да какие долго, ещё солнце стояло, а я дома уже был.
— Ну и хорошо.
— А… ага.
— Вы идёте или остаетесь здесь до завтра?
Мы взглянули на источник звука, который стоял, складывая телефон в карман и нетерпеливо постукивал ногой. Чанёль тут же поднялся. Ему потребовалось всего пара больших шагов, он оказался возле Бэкхёна и повис на нем, состроив капризное лицо.
— И ты позволишь мне ночевать на холодном полу в школьном кабинете? Оставишь меня тут? Оставишь? Неужели оста…
— Да как тут оставить тебя, если ты повис как прилипала!.. - прокряхтел Бэкхён, пытаясь отстраниться от Чанёля, но тот пресекал все попытки и только сильнее наваливался на него, едва ли не вынуждая его сползти по стене на пол.
И что это было?
Может, мне всё просто показалось из-за недосыпа? Если прокрутить в голове всю ситуацию, то становится понятно, что не по себе было только мне. И то, так было только потому что я вспомнил Криса и как он решил убить меня, а не потому что вопрос несчастного Чанёля действительно был странным. Он просто спросил. Чтобы не молчать.
Но…
Нет. Это всё наверняка мне просто показалось. Я действительно мало спал последние пару недель из-за того, что вечерами встречался с Каем и как-то не получалось расстаться с ним до рассвета. Нет, ну а как? Он же такие вещи рассказывает.
Итак, да, он отбрасывает тень. Различные священные писания и предметы никак на него не действуют, но существует какой-то… как же он… да, точно, «бальзам спокойствия», который может усмирить такого как он, если нужно. Он не чувствует холода, днём предпочитает спать, но в вполне себе обычной кровати или на диване, а не в гробу с землёй. Или без земли. Гробы – вообще не его история. Когда я задал этот вопрос, Кай сказал, что наверняка отдавил бы себе все бока.
Чем больше я вспоминал, пока шёл за воркующими (ну а как ещё это назвать) Бэкхёном и Чанёлем, которые вообще забыли, что я иду с ними, тем больше понимал, что тяжело удержать рот, чтобы тот не расплылся в глупой улыбке.
И мне даже не стыдно. Правда.
Это так необычно. Я чувствовал прилив адреналина каждый вечер, когда сидел в своей комнате и делал вид, что смогу чем-то заняться в ожидании, когда характерный скрип оконного козырька заставит все струны во мне задрожать в предвкушении. Он пришёл. И тогда мы продолжали беседовать, а Кай продолжал открывать мне секреты скрытого от всех мира немертвых. Я был удивлен, но насмешки со стороны Кая не были направлены на то, чтобы задеть меня. Да, он иногда посмеивался, но это было как-то так безобидно, так я бы даже сказал по-дружески, что злиться на такое было бы глупо. Хотя, «по-дружески» это, наверное, не самое лучшее определение, потому что я до сих пор не знаю, что происходит в его голове. Он приходит ко мне только из-за нашего уговора или так было поначалу, а теперь он ещё чувствует меня своим другом? Хотел бы я знать. Во всяком случае, с того раза, когда он зажал меня перед Банком больше никаких таких резких эксцессов с его настроением не было. Осознавать это было приятно.
Что бы я не спрашивал, Кай отвечал всегда честно, и я не чувствовал недосказанности. Конечно, возможно, эти вопросы были настолько простыми для него, что утаивание просто не имело смысла, но всё же, я был благодарен. Он оказался куда более внимательным, чем я себе представлял. И в последнее время наши беседы стали больше похожи на простой разговор, а не допрос с моей стороны.
Улыбка, кажется, стала шире, и почему-то захотелось закрыть своё лицо. Почему это?..
Быть втянутым во что-то такое… более того, быть частью этого потрясающе таинственного дела, ведь я ещё и донор… просто мурашки по коже.
Кстати, о доноре.
— До встречи, - вывел меня из мыслей голос Чанёля, он вместе с Бэкхёном махнул мне рукой на прощения, и мы разошлись в разные стороны.
Так. Точно. Это сегодня.
— Во сколько ты завтра заканчиваешь?
— Около трёх буду дома.
Кай поднял голову и взглянул на меня.
— Тебе по пути будет дойти до памятника со звездой?
— Какого?
— Там ещё солдаты, кажется.
— Ты говоришь о памятнике героям-спасателям Второй Аварии?
— Да, наверное.
— Который стоит уже лет двести? – я поднял бровь, - Серьезно? Он почти твой ровесник, а ты не знаешь из-за чего его поставили?
— Я как-то не обращал на него внимания. Черт, не сбивай меня. Тебе по пути к нему или нет?
— Не совсем, он недалеко от школы, правда, в другую сторону от моего дома.
— Встретимся там завтра после занятий.
Интересно.
— Я думал ты ещё будешь спать в это время, солнце же.
— Обычно я бы так и сделал, голова, но завтра я отведу тебя в Банк, - сказал Кай, а внутри меня всё подпрыгнуло, - ты хорошо себя чувствуешь?
— Беспокоишься?
Кай пожал плечами и как-то даже слишком равнодушно сказал:
— Да просто нельзя кровь сдавать, если ты болеешь, всё в таком духе.
Ах вот как. Понятно. Конечно, чего это обо мне переживать, я же просто…
Стоп. Стоп, Кенсу, алло. Ты чего так завёлся? Сбавь обороты, парень, а то скоро пар из ушей пойдет. Действительно, чего это я.
— Ну так как? – спросил Кай, заметив, наверное, какие-то перемены в моём лице.
— Я в порядке.
— Отлично. Тогда завтра после занятий иди туда. Не забудь.
Ага. Забудешь тут. Ещё и трёх нет, а я уже стою под этим чёртовым памятником как ещё один памятник, только поменьше. Это ещё с учётом того, что я прошелся с Чанёлем и Бэкхёном в противоположную сторону, чтобы те не увязались за мной, вернулся и уже позвонил отцу, чтобы отчитаться.
Я взглянул на памятник. Он изображал группу спасателей в защитных от радиации костюмах, каждый из которых держал человеческое сердце, а в центре, видимо, герой, чьё имя и было выбито на уже немного затёршейся табличке снизу, держал звезду в вытянутых вверх руках.
Посматривая вокруг, я стал ходить туда-сюда. Ох. Почему бы Каю просто не дать мне свой номер телефона? Чертяка. Он ведь сам приходил ко мне каждый вечер, договариваться не нужно было заранее. Но вдруг что-то случиться, допустим, я не смог бы прийти – было бы удобно позвонить, да и вообще, что за тупой вопрос.
Дурачина.
Наконец, спустя около семи песен в моем плей-листе, я заметил торопливо приближающегося ко мне Кая и, сняв наушники, пошел к нему навстречу.
— Даже странно встретить тебя днём и не у меня на окне, - сказал я, поравнявшись с ним.
Он вяло улыбнулся.
— Пойдем.
И, обойдя меня, Кай устремился куда-то вперёд. И как же понесло его! Я еле успевал смотреть под ноги, чтобы не споткнуться, как это происходит со мной буквально на любой поверхности.
Как-либо завязать разговор было невозможно – Кай шёл (хотя это ощущалось как бег) слишком быстро и у меня уже совсем сбилось дыхание. Да и, честно, когда я случайно взглянул на него в один из немногих моментов, когда удавалось поравняться, его лицо не выглядело располагающе. Это его из-за солнца так плющит? Или я опять его чем-то разозлил?
А можно где-нибудь выдать ему таблички, чтобы я хоть иногда мог понимать, что происходит?
— Здесь.
Это слово ещё не успело долететь до моего уха, а я уже в красках почувствовал лицом жесткую спину Кая, который почему-то резко остановился. По инерции меня слегка отшатнуло назад, но этого хватило, чтобы равновесие сказало «аривидерчи», и к ощущению удара по лицу должен был бы прибавиться удар задней точкой об асфальт, однако… я почувствовал холодное жесткое прикосновение к своему запястью.
— Аккуратно.
Быть может мне показалось из-за всей этой суматохи, но голос Кая прозвучал как-то… мягче? Вспоминая его лицо, не думаю. Показалось, всё же.
Я протёр глаз свободной рукой и, взглянув вверх, заметил вывеску небольшого книжного магазинчика. А затем Кай, который по-прежнему продолжал крепко держать моё запястье, затянул меня внутрь.
От всех этих телодвижений закружилась голова и я выдернул свою руку из холодной хватки, из-за которой уже становилось больно.
— Я тебе что, кукла тряпичная? – потирая руку, раздраженно сказал я, стараясь взглянуть в глаза Кая и уже готовясь встретить его колкий ответ.
Но вся его фигура, которая буквально мгновение назад, когда мы были на улице, была довольно отталкивающей, вдруг как-то изменилась и он глубоко выдохнул, переводя на меня спокойный взгляд.
— Прости, я не хотел, это всё солнце. Сегодня такой день тяжёлый, прости, - он взглянул на мою руку, которую только недавно сжимал, - болит?
Его тон… все же, мне тогда не показалось. И что это? «Прости» дважды?
Брр. И где теперь его едкости? Даже как-то… не по себе.
В ответ на его речь я смог только отрицательно покачать головой и, видимо, моё лицо было уж слишком выразительным в данный момент, что Кай с какой-то неловкостью (это точно Кай?) отвел взгляд и прошелся им по магазинчику.
Я последовал его примеру и огляделся. Всё по стандарту – небольшое помещение, уставленное книжными полками. Справа от входа вдоль стены стояла касса с листающим книгу продавцом. Широкие окна выходили на улицу, а довольно хорошо освещаемый угол занимали два мягких темно-зеленых кресла и низкий столик с парой книг на нём.
Краем глаза я заметил консультанта, который приблизился к нам. Лицо Кая как-то изменилось, словно он пытался вспомнить что-то.
— Здравствуйте, - сказал он с дежурной улыбкой, - вам что-то подсказать?
— Да, пожалуйста, мой друг желает оформить карту вашего магазина. Там же скидка полагается?
— Да, конечно, для этого нужно сперва совершить покупку. Что вас интересует?
С этими словами он взглянул на меня, но Кай вновь заговорил:
— Он бы хотел купить словарь редакции 621 года, у вас есть такой?
Консультант на мгновение сдвинул брови, он молча отошел от нас и, подойдя к кассе, что-то шепнул продавцу. Тот быстро оглянул помещение и, остановив взгляд на нас с Каем, что-то быстро шепнул консультанту в ответ и жестом показал тому занять свое место.
С улыбкой он направился к нам, и я только заметил, что Кай на него смотрит не так, как глядел на консультанта.
— Я проведу вас к складу, там осталось еще несколько экземпляров книги, которую вы ищете, - с теплотой в голосе проговорил кассир.
Он последовал между полками, минуя кассу и зашел в соседний зал. Мы прошли и его, пока не остановились у широкой двери.
— Сюда, - открыв дверь, сказал кассир и, пропустив нас с Каем вперед, зашел следом и закрыл дверь.
В нос тут же ударил запах чернил и бумаги – это действительно был самый обычный склад. Большая комната, тесно уставленная коробками, хорошо освещалась двумя плоскими лампами на потолке, потому обложки книг, обернутые в прозрачные упаковки, которые наполняли картонные «хранилища» были хорошо видны. Что мы ищем? Словарь? Какого там года?..
Но вопрос поважнее – зачем нам, спрашивается, словарь?
Я покосился на Кая, но тот лишь спокойно следовал за кассиром.
— Я его ещё здесь не видел. Новенький? – вдруг спросил он, и мужчина кивнул.
— Да, приняли буквально неделю назад.
— Заметно. Посоветуй ему не паниковать.
Это о ком они? О консультанте?
— Понятное дело. Иначе он тут надолго не задержится, - мужчина указал на меня, - но я вижу, что мой работник тут не единственное свеженькое лицо.
— Так и есть. Пьешь таблетки для памяти? - с улыбкой сказал Кай, а мужчина тихо рассмеялся и махнул рукой.
— Да куда там, просто наблюдаю.
Мы прошли между этих коробок и остановились у ещё одной довольно широкой двери. Наверное, куда-то сюда подъезжает грузовик и через нее вносят коробки с книгами. Значит, это выход на улицу?
Справа от двери стояло небольшое кресло и кассир, опустившись на него, достал телефон. Судя по его виду, больше никуда вести он нас не собирался. Мы подошли ещё ближе, и я заметил, что ручка обмотана какой-то тканью. Довольно грязной тканью, но это, наверное, вполне обычное дело.
Я перевёл взгляд на Кая. Так. Он опять заставит меня отключиться или что?
Вопреки ожиданиям, он почему-то засунул большой палец в рот, затем достал его и приложил к ткани. После он опустил ручку вниз, и дверь открылась.
Как и моя челюсть.
Это определенно должен был быть выход на улицу. Я абсолютно в этом уверен.
Но перед глазами открывался небольшой коридор, а впереди виднелись снующие туда-сюда фигуры в белых халатах, которых заливал мягкий голубой свет.
Это Банк, это точно он.
— Прикрывай рот, муха залетит, - насмешливый голос Кая вывел меня из ступора.
— Это же… Как это вообще возможно?
— Вечером расскажу. Пойдём, я договорился с Нель, она ждёт.
Мы сидели в одном из непрозрачных кабинетов. Он не был таким уж просторным, но дышалось легко.
— Кай не всегда мастер рассказывать, поэтому я всё объясню, - Нель поднялась и, подойдя к одному из шкафов, открыла дверцу, - существует несколько входов в Банк. Многие приходят через книжный магазин, как вы сегодня с Каем, но есть и другие места, чаще тоже магазины, но уже в других частях города. При большом желании, ты сможешь войти в Банк и через те места, но отсюда ближе всего для тебя, как я понимаю.
Держа в руках небольшую коробочку, девушка вернулась к столу.
— Естественно, сотрудники в магазине – либо немертвые, либо сами являются донорами. Но, как понимаешь, запомнить всех – невозможно и для этого придумали систему. Для того, чтобы все было точно и мы, и ты был застрахован в случае непредвиденной ситуации, - она вдруг замолчала, затем тряхнул головой и продолжила, - ну… в общем. Для начала, тебе выдадут магнитную наклейку-код, чтобы ты мог приклеить ее к своей покупательской карте. У тебя же есть такая, на ней есть место?
— Да, конечно.
Кай, до того сидевший безмолвно вдруг поднял голову.
— Вы это о чём?
Я и Нель уставились на него.
— Кай, я конечно, все понимаю, но нельзя же быть настолько не в теме.
Кай слегка прищурился и, сложив руки на груди, молча уставился в окно кабинета. Не думаю я, что он высматривал там что-то особенное.
Нель перевела взгляд на меня.
— Покажи ее, пожалуйста.
— Да, сейчас.
Я полез в рюкзак, краем глаза заметив, что Кай украдкой взглянул на меня, открыл небольшой боковой кармашек и достал оттуда пластиковую карту.
— Вот, - я пододвинул стул ближе к нему и протянул небольшой предмет, - посмотри.
Кай сдвинул брови и как бы нехотя взяв карточку, стал рассматривать серебристые наклейки. Он провел пальцем по их глянцевой поверхности, прощупывая выпирающие точки и полосы.
— Это… ты используешь её в магазине?
— Да, на эту карточку можно приклеить бонусные наклейки. Там внутри какой-то магнит или устройство, я не особо знаю, и вот его считывают на кассе. Во многих магазинах такие выдают, они маленькие, их удобно наклеивать на такую карточку. Еще пару лет назад каждый магазин просто выдавал отдельную карту, но потом как-то придумали вот такую систему, чтобы использовать меньше пластика, наверное.
Не могу сказать, что Кай выглядел восторженно, но выслушал он вполне внимательно. Хотя я уверен, он никогда бы не признал это.
Он коротко кивнул и вернул мне карточку, а я взглянул на Нель.
— Так, этот магазин. Мне выдадут наклейку? Это какой-то… ключ?
— На самом деле, она просто дает отличную скидку. Куда лучше, чем их обычные скидки, уж поверь.
— То есть, я смогу войти с ней же в другие магазины, которые ведут в Банк?
— Нет. Здесь начинается самое интересное.
Нель открыла коробочку, которая стояла на столе. Внутри лежали какие-то коробочки поменьше, упакованные в индивидуальные пакеты перчатки, ватные диски, растворы в баночках и крупный шприц-пистолет. От вида последнего стало как-то не по себе.
— Когда продавец или консультант, или кассир будут сканировать карту, которую ты будешь показывать – они отсканируют не только наклейку, но и чип, который будет в твоей руке. Между большим пальцем и указательным.
— Эм…
— Таким образом работникам станет понятно, что ты один из доноров, и ты сможешь спокойно попасть в Банк.
— Но зачем чип, если у меня будет карта?
— Без чипа ты не сможешь воспользоваться печатью, которая пропускает сюда.
— М… В таком случае, если для всего этого нужен только чип, зачем мне нужна карта?
— Это же приятный бонус!
Она сказала это с улыбкой, но всего на мгновение они с Каем переглянулись, а я не дурак, чтобы не заметить это.
Кай спокойно кивнул.
— Ты можешь сказать ему, я ручаюсь.
Отчего-то с его стороны это звучало как-то приятно, хотя я понимаю, что дело, скорее не в личном отношении. Он просто соблюдает нашу договоренность.
— Что ж, - Нель тихо вздохнула и достала одну из коробочек, - скажу честно. Существует организация людей, которые знают о существовании немертвых, но они не являются нашими донорами, что как бы идет вразрез с нашим законом. Они пытаются выслеживать нас, наверное, чтобы попытаться доказать, что мы опасны. Поэтому мы вынуждены маскироваться и сами, и делать то же самое с донорами. Чтобы обезопасить их. Ну и тебя, раз ты теперь один из них. Эти «революционеры», как они себя называют, черт бы их побрал, любят следить за магазинами и кафешками, высматривая все необычное. Посетитель вошел с другом, который заказал целую миску супа и салат, а сам даже от воды отказался? В их глазах это вызовет подозрение. Поэтому и мы, и вы должны вести себя максимально естественно. И да, их не особо волнует, что тот друг мог быть очень голоден, а другой человек, скажем, вернулся от зубного врача. Они просто заметят его и могут продолжить слежку, чтобы выведать «что-то».
Ого.
Значит, есть люди, которые ведут какие-то «подпольные» действия? И на сколько это все серьезно?
Мне даже тяжело было представить, что такое существует. Еще и столько условностей и все для того, чтобы все были в безопасности, и никто не пострадал. Конечно, я пока мало связан с этим миром, но на данный момент немертвые и вся их вот эта система выглядит очень упорядочено. Мне это нравится.
Нель говорила о законах. У них есть какая-то конституция?
Что ж, это плюс к тому, что нужно спросить у Кая.
— Это только звучит так сложно, - с улыбкой сказала Нель, - на деле ты привыкнешь, не бойся.
— Все в порядке, таким меня не испугаешь.
Клянусь, я почувствовал насмешливый взгляд Кая, хотя и не смотрел на него. Это что за связь такая вообще?..
— Ну что ж, - Нель открыла ящик стола и достала оттуда небольшую резиновую подушечку, - клади руку сюда, пожалуйста.
Я уже был знаком с местной анестезией, когда еще в младшей школе неудачно открыл стеклянный шкаф. Ничего приятного в этом нет, конечно, но вот шприц-пистолет с небольшой капсулой-чипом, вставленной в самую толстую иглу, которую мне только доводилось видеть, выглядел максимально неприятно.
— Это быстро, не беспокойся. Потом наложим повязку, чтобы быстрее заживало, и всё. Он совсем не мешает в повседневной жизни.
Я кивнул и отвернулся, стараясь отвлечься на то самое окно, в которое еще недавно пялился Кай, сам не заметив, как стал сжимать подлокотник стула.
— Так…
Наверное, она уже…
— Нель! Нель! – прозвучало откуда-то сверху. Я едва не подскочил. Это что, динамик? Такой маленький, я даже не заметил. Зато орёт как, - срочно зайди в пятую процедурную, здесь кровотечение!
Нель резко вздрогнула, я услышал, как она выругалась.
— Я иду, - сказала она, приблизив руку к своему рту и зажимая кнопку, - я скоро вернусь. Чертовы динамики. Прости, малыш, я в этом кабинете обычно не работаю. Кай, прижми тут.
Кай довольно быстро оказался передо мной, а белый силуэт Нель выскользнул из кабинета. Я перевел взгляд на свою руку. Из-за анестезии я не мог ощутить, как Кай держит моё запястье, прижимая к нему ватный диск. Из-под него стекала пара багровых струек, которые уже достигли резиновой подушечки.
Так и должно быть?
— Сейчас, - пробубнил Кай, - сейчас, ничего страшного.
Кай, сдвинув брови, одной рукой копался в коробочке, а второй прижимал уже почти полностью окрашенный кровью диск на моей руке.
— Что-то не так получилось?
— Сейчас… Вот. – Кай достал несколько новых ватных дисков и, прижав один на место предыдущего, обмакнул остальные в какой-то раствор и стал ими вытирать кровь, - да просто у неё рука дрогнула, когда её позвали. Ничего серьезного. Ты ведь ничего не почувствовал?
— Нет, сейчас рука как замерзла, что ли.
Кай кивнул, всё-ещё вытирая мое запястье. Его брови были сдвинуты, а движения отличались аккуратностью. Я уверен, если бы чувствовал руку в этот момент, ощутил бы, как он осторожно прикладывает прохладный диск и мягко ведет им, как кисточкой, с тем лишь отличием, что кисть обычно оставляет после себя краску, а Кай же стремился наоборот – избавиться от красных следов.
Тем временем, на столе накопилось несколько покрытых пятнами кружочков.
— Вот и всё, - он едва слышно выдохнул, - сейчас остановится, немного нужно посидеть.
— Спасибо. Может, давай я подержу?
— Тебе лучше сейчас не двигать рукой, сиди смирно, - он поднял взгляд на меня, - И перестань волноваться.
Да я и не волнуюсь…
Но я все же кивнул на слова Кая и выдохнул. И почему-то этот выдох прозвучал как-то прерывисто, а в ушах… это что, моё сердце так стучит?
Что? Чего это оно… почему я так разволновался? Ну, теперь хотя бы понятно, почему Кай мне это сказал.
Кай.
Интересно.
Интересно… как это выглядит в глазах Кая? Он же питается кровью. И вот эта ситуация. Это для него выглядит как-то… особенно?
Возможно… хотя, наверное. нет, но вдруг… он чувствует себя взволнованно из-за этого?
Может, это для него выглядит… даже не знаю, аппетитно?..
От этой мысли все внутри как-то сжалось, а сердце вновь начало тарахтеть в ушах. Эй, спокойно! Ничего не случилось. Надо успокоится, Кай же слышит всё.
Черт, чувствую себя голым.
Спокойно.
— Нель, когда говорила о тех людях, сказала, что они действуют не по закону или как-то так, - заговорил я, чтобы нарушить неловкое для меня молчание, - Получается, у вас есть какая-то сводка законов? Конституция?
— Вроде того. Например, люди, которые знают о нашем существованием должны стать донорами. В редком случае они могут просто работать в Банке, но это скорее исключение. С тобой у нас всё по закону. Правда, пришлось немного пролить неоплачиваемой крови.
— То-есть за мою кровь будут платить?
— Да, но так как ты несовершеннолетний тебе не могут выдать карту. Этот вопрос чуть позже решат, не беспокойся. Но для начала, с этим чипом ты получаешь скидки в тех магазинах, что ведут в Банк.
— Звучит уже интересно. А список будет?
Кай усмехнулся.
— Плюс, как помнишь, мы с тобой условились, что я расскажу тебе, все, что ты пожелаешь. Это тоже своеобразная оплата.
— Разве не все доноры получают эм… знания?
— Нет, далеко не все.
— Тогда почему они соглашаются на это?
— По разным причинам. В основном, потому что здесь платят гораздо больше, плюс получают льготы.
— Как думаешь, что там случилось? – я указал головой на дверь, - говорили что-то о кровотечении.
Почему-то в моей голове появилась довольно неприятная картина. Я надеюсь, на этого человека… не напали.
— Наверное, проблема с аппаратом. Или может, у человека кровь не сворачивается. Болезнь такая есть, слышал? У нас уже были случаи. Не беспокойся, ты в безопасности.
— Да я в порядке. Здесь очень даже светло и приятно. Просто как больница, но больше.
Кай кивнул и перевел взгляд на мою руку и в этот момент дверь открылась, а внутрь спокойно вошла Нель.
— Как прошло?
— Это был новенький. У него началась паника и он поранился. Сейчас уже все в порядке.
— Испугался? – спросил Кай.
— Не знаю. На смене была Сунори, она не особенно пугает.
— Ты с ней, видимо, не играла в покер.
— Ха, возможно, - с улыбкой сказала Нель и подошла ближе, - я вижу, у вас тут тоже все нормально. Малыш, прости, рука дрогнула, я не привыкла работать в этом кабинете, сегодня я на замене здесь.
— Все в порядке, я не почувствовал, - я указал на Кая, - ну и обо мне было кому позаботится.
— Да, Кай очень заботливый.
— Может, хватит?
— Тогда, возможно, тебе уже стоит перестать сжимать его руку, - деловито сказала Нель и отнесла коробочку в шкаф, откуда ее ранее доставала, - кровь уже давно свернулась. Выбрасывай всё и вымой руки.
Кай словно проснулся и довольно резко отпустил моё запястье. Он поднялся, и собрав использованные ватные диски, отошел к мусорному ведру, а затем к раковине, которая удобно находилась в углу кабинета. Не знаю почему, но его настроение, кажется, вновь изменилось. Наверное, он просто смутился.
***
Осталось последнее дело в банке – зайти в хранилище и забрать контейнер для этого проклятущего Гойе. Пару часов назад Клаус прислал сообщение с этим заданием и Кай, мягко сказать, не обрадовался этому. Из-за этого, кажется, он был не особенно приветлив с Кенсу, когда они встретились. Еще и солнце это. Настроение, конечно было испорчено. Давненько не приходилось помогать в Банке, но вот, удалось себя применить, когда нужно было остановить кровь у Кенсу. Не хотелось бы признавать, но на мгновение это показалось довольно волнительным. Особенно когда оказалось, что даже так близко кровь Кенсу не имеет такого жутко густого и «назойливого» запаха, как у большинства. Это было довольно… черт, да, было приятно, вдыхать его. На секундочку даже захотелось позволить своим глазам измениться, а челюсть откликнулась небольшим зудом, особенно когда на собственных пальцах заблестели багровые капли. — Да, Кай очень заботливый. Так сказала Нель, а затем отправила его убраться и вымыть руки. При чем тут забота? Что он должен был сделать? Оставить разбираться с этим всем Кенсу самого? Он явно развел бы больше грязи, орудуя всего одной рукой. Как бы то ни было, они попрощались с Нель, она вернулась к своей работе. Затем нужно было отвести Кенсу сдать кровь и после процедуры осталось лишь заглянуть в хранилище. Вообще, если подумать, мало кто из доноров был в нём. Не то, чтобы это была какая-то тайна, вовсе нет. Просто какой смысл туда заглядывать? Там одни коробки и ящики, да и температура не совсем комфортная, как для людей. — Так за чем мы идем? — Мне нужно отнести контейнер с кровью одному молодому члену нашей семьи. К тому же там работает мой друг и если тебе здесь нужна будет помощь или будет что-то не понятно, а меня рядом не будет, сможешь к нему обратиться. Кенсу кивнул и продолжил с интересом оглядываться вокруг себя. Это любопытство. И откуда в нем это? Хм… Ведь если подумать. За эти несколько дней с ним самим произошло куда больше всего занятного, чем за последние несколько лет так точно. Какая-то странная штука – он просто рассказывает простые вещи своего обихода и окружения – а взамен видит блеск в глазах Кенсу, который так пристально наблюдает за ним, так внимательно ловит каждое слово. От этого внутри него самого уже несколько раз всё замирало на какую-то секунду, а затем только время продолжало свой ход. Он стал меньше курить. Сам даже не заметил, как забывал сигареты дома каждый раз, когда вечером направлялся к Кенсу. Кенсу. Опять Кенсу. Всё сводиться к этому парню. Это как-то раздражает. От этих мыслей стало как-то неловко, Кай почувствовал, как сдвинул брови, уже хотел открыть дверь хранилища, до которого они наконец дошли, как вдруг она открылась сама. — Благодарю, увидимся! Держа контейнер под мышкой и смотря назад, из помещения боком вышел Крис. Руки сами собой сжались в кулаки, когда их взгляды встретились, а краем уха Кай услышал, как сердце стоящего рядом Кенсу резко забилось быстрее. От чего?.. Дьявол, точно. — О, здравствуй, Кай. — Крис, - кивок головой, - а я думал, вы с Клаусом ещё в путешествии. Да и как это, ты сам сюда не особенно ходишь. Положение вроде как не должно позволять? — Мы только вернулись. А ты всё остришь. Если ты думаешь, что я зол из-за того нашего инцидента в кинотеатре, то ты не прав, всё в… - он перевел взгляд вбок и вдруг заинтересованно улыбнулся, - О, а это кто? Эй, мы ведь с тобой уже виделись, да? — Да. Голос Кенсу прозвучал негромко, а между тем его сердцебиение всё бесновалось. — Точно, как раз в том кинотеатре был ты! Это тебя Кай спёр с нашей милой встречи. Кенсу хотел что-то ответить, но Кай оказался быстрее: — Было так мило, что те остатки здания уже несли окончательно. — Прости, дорогуша, произошло недопонимание, - противно-мягко заговорил Крис и, отпустив ручку двери, протянул ладонь к старшекласснику, - давай мириться? Я не обижу. Как тебя зовут? Ага. Сейчас. — Кенсу. Было видно с каким трудом тому удалось протянуть порядком подрагивающую руку и пожать ладонь Криса. Внезапно тот дернул на себя, и Кенсу оказался совсем рядом. Кай резко шагнул вперед. — Ты чего, Кай? – с усмешкой сказал Крис и похлопал Кенсу по плечу, - это просто приветствие. Надо же проявлять доброжелательность, а не вести себя как ты! Думаю, при вашей встрече ты не особенно разменивался любезностями. — А я думаю, тебе нужно бы ценить личное пространство. С этими словами Кай схватил Кенсу за перевязанную руку и расстояние между ним и Крисом вновь стало позволительным. Беспардонный. Наглый. Каким образом Клаус хочет, чтобы они наладили отношения?.. Только потому что они все семья? — Я смотрю, ты сегодня что-то больно счастлив, - на губах Кая появилась усмешка, и он сложил руки на груди, - дай угадаю. — Да куда тебе, дорогуша. — Владыка порадовал своим вниманием, что ли? О. Я угадал, видимо. — Да, ты прав. Он кстати отправил тебе поручение. Читал? Кай кивнул и указал на дверь хранилища. — Ясно-ясно. Кенсу, - от его голоса парень слегка вздрогнул и взглянул на Криса, - ты выбрал очень правильного компаньона, такого спокойного, такого чувствительного. Да и если подумать… - немертвый пару раз вдохнул воздух, повернув голову к Кенсу, - вы два сапога пара, да, Кай? Да как ты ведешь себя… Сдерживая гнев, Кай усмехнулся. — Не слушай его, у него, как видишь, рука уже, наверное, устала. Да, Крис? Надо отдыхать, а он несет всякую… — Вообще-то я тут расхваливаю тебя, - точно, он еще и любитель перебивать, - Кай очень хороший парень, Кенсу, позаботься о нём, ладно? — Эм… Конечно. — Славно, - с улыбкой произнес Крис и прошел мимо, - был рад познакомиться, надеюсь, еще удивимся. Берегите себя. Они проводили его взглядом и, когда фигура Криса завернула за угол, послышался одновременный выдох. — Что бы он не говорил, лучше держись от него подальше, если увидишь. Понял? Кенсу поднял немного поникший взгляд и коротко кивнул. — Я и сам, если честно, не особенно хотел бы снова увидеться с тем, кто хотел меня убить. — Правильное решение. Ну вот. Зачем он вообще появился? Настроение только стало нормальным. Ничего не поделаешь. Он член семьи. Игнорировать – лучший выход.***
Когда мы покинули Банк, а затем и магазин, оказалось, что прошло уже куда больше времени, чем я ожидал, солнце уже склонялось за горизонт, а цвет неба окрасился в удивительно-оранжевые тона. Улица тихо шумела, а запах цветения достигал меня, хотя вокруг никаких благоухающих деревьев не наблюдалось. Глубокий вдох. И выдох. И еще один. — Голова кружится? – прозвучал голос Кая справа от меня, и я взглянул на него. — Немного, - я взглянул на свою руку. На кисти красовалась перевязка, а на сгибе локтя – уже наполовину отклеившийся пластырь. Я оторвал его и, скомкав, бросил в ближайшую урну. М-да. Лучше бы отцу этого не видеть, а не то ещё подумает, что я колоться начал. Брр. Ни за что. — Обычно советуют подышать поглубже. И ещё вот. Кай протянул руку, я взглянул на неё и удивленно перевел взгляд на парня. — Что? Съешь, это полезно, - буркнул он и всучил мне алое яблоко. — М… спасибо. Довольно мило с его стороны. Он специально принёс его для меня? От этой мысли внутри всё как-то потеплело. Это… Это всё наверняка из-за головокружения. Сегодня был довольно насыщенный день, и он ещё даже не закончился. Лучше отвлечься. — Я проведу тебя, чтобы ты не упал где-то по пути. — Если честно, я ещё не хочу идти домой, - сказал я и вонзил зубы в румяную шкурку яблока. М-м-м, какое сладкое! Нужно спросить, где он купил его. Я бы домой ещё взял. — Твой отец разве не будет беспокоится? — Нет, он сегодня допоздна работает. Кай пожал плечами. — Если хочешь, можешь пойти со мной, я отдам контейнер и затем уже пойдём к тебе домой. Я едва не поперхнулся. Серьёзно? Он предлагает продолжить прогулку вместе? Более того – это же ведь уже касается его личных дел. И я не буду мешать? Вау-вау-вау. Это уже похоже на дружбу. — Не хочешь? – спросил Кай, отчего вернулся в реальность. Черт, видимо, я слишком удивился. — Хочу, конечно. — Как раз успеешь подышать. Ну и доесть. С этими словами он указал направление, и мы неторопливо пошли. Молчание не казалось таким уж неловким, пока я с сочным хрустом жевал своё яблоко. Пару раз я поглядывал на Кая – тот выглядел одновременно довольно умиротворенным, но чувствовалось, словно он что-то хочет сказать. Хотя, может, мне просто кажется? Ох, кажется, я слишком много думаю. Ещё пара укусов – и огрызок отправился в урну, удачно попавшуюся по пути. Глубокий вдох. И выдох. — Ты упоминал, что это для «Гойе», - я указал на ящик, - Гойе – это твой друг? Кай взглянул на меня, скривился и покачал головой. — Нет, совсем нет. Он новый член семьи. — То-есть, он недавно стал немертвым? В ответ я получил кивок. — Вроде бы он неплохой парень, но это как с детьми, - он вздохнул, - Нужно следить за ним, а я как бы не лучшая сиделка. Он нахмурился и слегка пошевелил своим плечом. — В общем-то сегодня меня попросили просто отнести контейнер, так что я недолго. Подождешь немного и пойдем к твоему дому. — А почему он не смог сам забрать его? — Он ещё не может выходить на улицу, - видимо, моё лицо красноречиво дало понять, что я нуждаюсь в контексте. Кай похлопал рукой по контейнеру, - он ещё не может себя контролировать. Если он выйдет на улицу, то процентов девяносто, что нападет на кого-нибудь. Поэтому за новенькими нужно следить. Обычно этим занимаются мастера, но у Гойе с этим как-то не срослось. Мастера. Да, Кай рассказывал, что их семья – это не всегда родственники. Чаще это как раз-таки мастера и их… подопечные? Или как правильно можно их называть. И их Владыка - его мастер. Ох, как это необычно всё звучит. За этим размышлением я не заметил, как мы подошли к довольно неприметному дому, покрытому трещинами. На верхних этажах вместо окон выглядывали пластмассовые и картонные заслонки, а у подъезда с незакрывающейся хлипкой дверью стояла полуразваленная скамья. — Я скоро вернусь, не скучай, - с усмешкой сказал Кай, отрывая меня от разглядывания здания и, прежде чем я успел ему ответить, исчез в темноте подъезда. Ну и ладно. Подожду. Эта скамья, конечно, не вызывает особенного доверия, но учитывая некоторую тяжесть в теле, которая появилась из-за прогулки, сгодиться. Подойти. Присесть. Выдохнуть. Я прикоснулся к повязке. Ничего подозрительного, скажу отцу, что поранился в школе. Подумать только. У меня в руке что-то инородное. Анестезия ещё не совсем отошла и потому неудобства от этого чипа я пока не ощущал. Это… сколько таких людей ходит? Сегодня у меня брали кровь не в том же месте, что в первый раз – это было просторное помещение со множеством кресел, на некоторых уже сидело несколько человек. Методично гудели аппараты, перекачивающие кровь, за всем этим наблюдало несколько женщин и мужчин в белых халатах. Я даже перекинулся парой слов с девушкой, чье кресло находилось рядом с моим. А ещё в эту комнату не вошел Кай, он просто остался ждать возле прозрачной стены, присев на один из стульев. Позже он объяснил, что тех, кто не работает в Банке просят не входить в процедурные без особенной надобности. А он просто следовал правилам. Признаться, было довольно необычно встретиться глаза в глаза с другими донорами, а та девушка и вовсе оказалась довольно милой. Она поинтересовалась, давно ли я здесь, а затем спросила, кто мой друг, который остался ждать снаружи. — Здесь ещё есть места. Он стесняется? — А ему не нужно сдавать кровь. — Не нужно? Он что, ещё восстанавливается? — Да нет, он немертвый. Лицо девушки резко изменилось. Она бросила взгляд на Кая, сидящего спиной по отношению к нам, затем снова на меня, что-то пробормотала и, сославшись на небольшое недомогание, откинула голову назад. Больше мы с ней не разговаривали, а когда я попрощался с ней по окончанию процедуры, девчонка бросила что-то невразумительное в ответ, кивнула головой и поспешила на выход. Вспоминая её поведение, мне стало как-то не по себе. Она была довольно дружелюбной, а потом… Она испугалась Кая? Или ей было неприятно говорить со мной из-за того, что я общаюсь с ним? Подумаешь. В этом нет ничего такого. Он вполне нормальный. Конечно, его настроение иногда скачет так, что хрен угадаешь, с какой ноги он встал и что будет дальше, но в целом... Он нормальный. Я даже задумался над тем, чтобы назвать его своим другом. Не понимаю её. Грохот. Я резко поднял голову на шум. Откуда-то сверху. Что это? Этот дом не выглядит так, что в нём много кто живет, к тому же судя по тому, сколько времени мы сюда шли – район также не самый популярный. Наверняка здесь живет если не один Гойе, то ещё всего пара жителей. А судя по громкости шума – не похоже на бытовую ссору с битьем посуды на почве какой-то интрижки или измены. В голове сами собой всплыли слова Кая: — …он не может себя контролировать. Сердце пропустило удар, а затем застучало аж в ушах, я подскочил на ноги. Кай. Я не понял, как оказался в подъезде, а нога ступила уже на второй лестничный пролёт, но… Стоп. Минутку, нужно остудить голову. А это черт возьми сложно, с таким-то тарахтением в груди! Стоп. Стоп. — …сто процентов нападёт на кого-нибудь. Я… Он ведь может напасть на меня? Судя по тому, что Кай сказал ждать снаружи, да и по тому, что говорил раньше – очень даже возможно. А если действительно что-то случилось, и Каю нужна помощь? А смогу ли я вообще чем-то помочь?.. Я уже вижу его недовольное лицо. «Чего ты пришел, я же сказал ждать», - так бы он сказал, я уве… Внутри стало как-то горько, я поджал губы и оперся рукой на удивительно целый поручень. — …его отсюда! – эхом разнеслось в подъезде. Внутри всё сжалось. *** Было опрометчиво считать, что встреча с новичком пройдет так уж гладко. Возможно, он попытался бы выхватить контейнер. Или пришлось бы ждать больше обычного, пока его дрожащие руки справились бы с тонной замков? А могло быть и то, и то. Словом, ожидать можно было разного, но когда пропустив Кая на кухню, Гойе навалился на него сверху, а через мгновение жгучая боль вспышкой пронзила плечо – пришлось признать, это был настоящий сюрприз. Кай мгновенно схватил Гойе за руки и, резко наклонившись, перебросил превращенного через себя. Из горла вырвалось рычание – зубы Гойе, все ещё смыкающиеся на плоти Кая существенно увеличили из без того глубокий укус, и на плече стало липко. Что это с ним вообще? Он ведь такой же немертвый! Какого хрена?! Сцепить зубы. Схватить снова набросившегося новенького за плечи, сжать максимально жестко и вложить все силы, чтобы отбросить его к стене так, чтобы задрожали окна. Подоконник за спиной треснул, Гойе упал на пол и сжался. Послышалось глухое рычание. — Эй! Стой на месте! Гойе! – Кай выставил руку вперед, видя, как парень уже поднялся на ноги, - стоять! Сотрясаясь мелкой дрожью, Гойе стоял и неотрывно глядел на Кая. А глаза… а в их бесцветной глубине не было ни намека на сознательность. Черт. Говорить с ним бесполезно. Он не слышит. Машинально пошарив рукой по карманам Кай понял, что в этот раз забыл «бальзам спокойствия». Черт. Черт! Он едва успел заметить, как Гойе слегка пригнулся, а сразу после этого в глазах как-то на мгновение потемнело, а челюсть отозвалась тупой болью. Удар. Удар. Дьявол, почему он такой быстрый и… дикий, черт подери?! Зубы Гойе сомкнулись в миллиметре от руки Кая. Второй кулак прилетел новенькому в живот. Затем ещё раз. Рычание стало громче. Теперь Кай понял, что рычит не только новенький гад. Откуда-то в тощем теле Гойе появилась сила, и через мгновение он завалил Кая на пол. Жгучая боль вновь пронзила тело, на этот раз удар пришелся прямо в шею. А затем в плечи – с какой-то одержимостью Гойе вцепился так, что по пальцам потекла кровь. Сжав зубы, Кай взглянул вбок. Стул? Подходит. Схватить предмет мебели за ножку. Размахнуться, насколько позволяет амплитуда. Мгновение – и сверху посыпались куски разбитого о спину Гойе стула. Его зубы разомкнулись. Помогло? Этого в любом случае хватит. Сгруппировавшись, Кай ударил коленом Гойе в пах, а когда тот согнулся – вторым коленом так, что того отбросило на спину назад. Шея словно полыхала каким-то диким ощущением, как и рана на плече. Это… — Твою мать! Этому недавно превращенному сукину сыну хватило всего мгновения, чтобы опомниться. Секунда – он схватил обломок стула, размахнулся и вонзил его в бок Кая, а меж тем новый укус разгорелся на левом бедре. Пускай он превращенный Мариссы, которая вызывает только любовь в его сердце – сдавать ему нельзя. Это уже не шутки. Утробно рыча, Кай схватил Гойе за волосы, рывком ударил его по лицо второй ногой. Не давая ему прийти в себя, вскочил на ноги и вложил в следующий удар максимум сил. С грохотом поехавший немертвый пролетел по комнате и спиной распластался об стену. На той остался след, а сам Гойе, сплевывая кровь, скорчился на полу. Нет. Нет времени рассматривать, нужно действовать, пока он в таком виде. Бросив последний взгляд, Кай выскользнул из комнаты, роняя по пути предметы, чтобы те задержали Гойе, когда тот вновь сможет подняться, затем вылетел из квартиры, мгновенно захлопывая за собой входную дверь. Карман. Телефон. Выбрать номер. Гудок. Гудок… — Саймон! Хватай кого-нибудь из охраны, грузите машину и летите к Гойе и заберите его отсюда! Дьявол, он озверел и набросился на меня. Я… Послышался грохот, а затем толчок в спину, которой Кай прислонялся к двери. Так быстро пришел в себя?! Он так ее сломает! — Эй?! – послышалось из телефона, Кай прижал его к уху крепче. — Он ломает дверь. Я пока удержу его, сколько смогу. Точно, я наберу его, может быть он что-то посоветует. Сколько ждать? Дьявол да что ты творишь! Положив трубку, Кай прислушался к звукам из-за двери. Кажется, он отошел от двери и… крушит квартиру? Он ищет кровь? Что вообще с ним… Так, это потом. Выбрав в телефоне ещё один номер, Кай приложил его к уху и прислушался к гудкам. К счастью, вскоре гудки оборвались и вместе них прозвучал голос. — Привет, Кай. Я сейчас немно… — Это срочно, Гойе сошел с ума, я под его дверью. Послышался шорох, кажется, он куда-то вышел, потому что кроме голоса из телефона стали доноситься звуки улицы. — Что случилось? — Я не знаю, он просто взбесился с какого-то хера. Скажи, когда ты обновлял печати? Давно? — О черт, печати! — Когда?! — Я собирался как раз завтра вечером нанести новые. Они должны еще работать, но учитывая, что он даже на тебя напал и пытается вырваться они стираются быстрее. — Ты далеко? — От дома Гойе? Очень. Что же нам… Подожди. Может сработать, надо проверить. Кай, подними коврик. Под дверью, да. Придерживая телефон не раненным плечом, Кай отошел от двери и поднял пыльный коврик. Под ним черным цветом было выведено несколько размашистых символов, чьи контуры на глазах становились тоньше и теряли цвет. Печать. Именно подобные штуки были нанесены на внутренней стороне квартиры, которую в данный момент разносил Гойе, и именно они не позволяли ему выйти. Кай знал только одного человека, который мог нанести их. Полукровка, которого не шибко уважали некоторые члены его семьи. И как раз он висел на другой стороне их телефонной связи. — Что-то осталось? – послышалось у уха, - Кай, что там? — Печать видно, но она тает, если можно так сказать. — Добавь своей крови, быстрее, пока её ещё видно! — Это поможет? — Немного замедлит, да. — Надеюсь, этого хватит, я вызвал помощь. — …детка, я сейчас, минутку… Кай, держи меня в курсе. — Спасибо. Кай положил телефон в карман, взглянув на свою руку, зажмурился и впился в неё зубами. Кровь тонкой струйкой устремилась на пол. Странно. Вопреки представлению об этом, печать никак не отреагировала. Хотя Кай надеялся, что она как-то подсветиться, завибрирует или что-то в таком духе. Чтобы было понятно, что всё сработало. М-да, хоть это всё можно было обозвать магией, спецэффектов не предполагалось. Вновь послышался грохот, но… не только он. Со стороны лестничного проёма зазвучало что-то другое. Это что? Шаги? Да ладно, не… Не может быть. Что он тут… — Кай! Запыхавшись, широкими шагами к нему подбежал Кенсу. Его глаза устремлялись то на пол, то на кровь, то на дверь, пока не остановились на лице Кая. — Я же сказал ждать, уходи отсюда. Я потом найду тебя. — Да о чём ты вообще говоришь, ты весь в крови! Он совершенно без колебаний приблизился на расстояние меньше полуметра и взглянул на плечо и липкую шею. — Гойе сошёл с ума и напал на меня, - быстро сказал Кай, краем глаза наблюдая за печатью. И правда, она стала исчезать куда медленнее. Есть все шансы удержать его до прибытия подмоги, - Кенсу, вали отсюда, он пока там, но может вырваться. В этот же момент дверь с хлопком задрожала и послышалось рычание. Черт! Продолжая держать руку над печатью, Кай уперся спиной в дверь. Кенсу тут же подошел к нему и схватил за ладонь. Дверь за спиной вновь задрожала, а печать чуть ускорила своё тление. Кай взглянул на Кенсу, который что-то бормотал, пытаясь взглянуть на рану на руке. Точно. — Он учуял тебя, - это было очевидно. Единственный человек так близко, пара метров, даже такой слабый запах сейчас действует на Гойе как приманка, - Черт побери, да где же они! Конечно, Саймон и его парни не могли в мгновение ока оказаться здесь, но в таком положении каждая минута длилась куда дольше ей положенного. — Меня? – на мгновение Кенсу замолчал, а затем сдвинул брови, - он ведь на тебя напал, почему? — Да что б я знал! — Я могу хоть чем-то помочь? Позвонить? Может… — Лучшее решение – это свалить отсюда, - Кай взглянул на пол и осёкся. Печать что, впитала всю кровь? – Кенсу, я вызвал помощь, сейчас тебе нельзя быть здесь, ты его провоцируешь еще сильнее, чем то, что у него там сдвинулось в башке! Знакомое ощущение разрастающихся по телу и лицу вен щекотно отозвалось в кончиках пальцев, зрение точек-глаз обострилось и выросшими зубами он впился в свою руку, вновь позволяя печати наполнится его кровью. Осознание того, что за всей этой чудесной сценой наблюдал всё ещё стоящий напротив Кенсу пришло только через мгновение. Прекрасно. Ну, и кстати, это даже хорошо. Он испугается и сам уйдет, и не будет… — Кай, здесь я видел аптеку за углом, я туда побегу и вернусь. Если подмога, которую ты уже вызвал, приедет и успокоят Гойе, я помогу тебе с ранами. Ты же сможешь удержать его до того времени, да? Кай изумленно уставился на него. Он только мог представить, как сейчас выглядит – с кровавыми следами на одежде, теле и особенно – лице. Да и само лицо – то самое, что привело его в ужас при первой встрече. Вполне заслуженно. Но сейчас почему-то Кенсу смотрел прямо в те самые жуткие белые глаза, в его собственных глазах отчетливо виднелась обеспокоенность без тени страха, а голос вовсе не дрожал. Очередной толчок выдался такой силы, что Кай слегка отшатнулся от двери, а затем вновь вжался в нее всеми силами. — Идёт. Беги отсюда, со мной всё будет в порядке, я же не человек. Кенсу коротко кивнул, Кай почувствовал теплое прикосновение к своей руке, а затем старшеклассник устремился вниз по лестнице ещё быстрее, чем поднимался. Удар. Удар. Ещё один. Ещё! Кай сцепил зубы и, развернувшись, упёрся руками в дверь, заняв более удобную позу. Его кровь лужицей покоилась на печати, которая медленно впитывала её. Пока хватит. Лучше покрепче держать саму дверь. Чем целее та будет – тем на дольше хватит её, если печать исчезнет. Зажмурившись, он умолял время идти быстрее. Укусы на теле горели каким-то совершенно незнакомым ощущением. Они так пылали, что даже в голове становилось дурно. Кай прикусил губы, опираясь на дверь всеми силами. — …я помогу тебе с ранами. Эти слова сами собой как-то всплыли в памяти, и только через какие-то мгновения Кай понял, что почему-то улыбается. И что ещё это за приподнятое чувство внутри? Черт, наверняка, если бы его сердце билось – оно бы сейчас трепетало. Это всё чертов Гойе! Кай не мог точно понять, сколько прошло времени, но лужица крови под ногами уже почти исчезла, а Гойе словно откуда- то черпал новые силы, черт возьми, потому что удары снова участились. За спиной послышался топот и голоса, среди которых хорошо узнавался звонкий говор Саймона. Наконец-то! — Сюда, быстро! Кай, порядок? - спросил он, тут же пропуская ещё нескольких прибывших с ним мужчин к двери, - отойди подальше. Указав на дверь, Саймон достал маску, протянул её Каю и сам надел такую же. Остальные по немой команде проделали то же самое, а в их руках показались прозрачные баночки со знакомым мутным содержимым. «Бальзам спокойствия». Черт, у них всё схвачено. Пропуская прибывших вперед, Кай отошел подальше. Всё прошло быстро: один из мужчин открыл дверь, Гойе, всё еще натыкающийся на барьер из-за едва уцелевшей печати получил заряд «спокойствия» в лицо. С криком он упал, спасатели скрутили его, надели на лицо маску, больше походящую на намордник, защелкнули руки несколькими наручниками за спиной и быстро стали спускаться по лестнице вниз. — Ты как? – Саймон махнул парням, мол, догонит их позже. — Пойдёт. — Нужно осмотреть квартиру. Может, что-то вызвало такое поведение. — Я зайду с тобой. М-да. Стояла разруха. Всё, что было в квартире – столы, стулья, полки – всё попало под яростную руку Гойе. — Жесть, - переступая обломки кресла, сказал Саймон, - это же надо. Я всякое видел, но это как-то… — Ты помнишь, как чувствовал себя в такое время? — Конечно, меня всё раздражало, но двигаться было так больно, что я только, кажется, по кровати катался. Кай кивнул. Всё как у него. Конечно, позже наступала вторая фаза, когда боль уже отходила, а голод ещё нет. Это было похоже на состояние Гойе, но… нет, это не то. Кай не мог спровоцировать его своим поведением. Да, он находился целый день между людей, но ведь от него самого не пахнет человеком, это не могло вызвать такой приступ. Что же это такое могло быть? Кай прошел на кухню. Нога, которую он слегка поджимал из-за укуса тут же прилипла к чему-то… ах да, разлитая кровь. Кроме того, на полу валялись также ещё закрытые пакеты, довольно много. Видимо, они вывалились из контейнера, который помятой массой валялся также где-то на полу. Что ж. Гойе явно ещё не скоро вернется сюда. С этими мыслями он наклонился и, подобрав несколько пакетов, направился к Саймону в другую комнату. Каким-то образом висящее на стене небольшое зеркало уцелело и, проходя мимо, Кай остановился напротив. Он сдвинул брови. На его одежде и лице красовались кровавые пятна, белые волосы выглядели как старая кисть. Кроме того, на коже всё ещё проступали полосы вен, да и глаза-точечки не добавляли этой картине человечности. Он вспомнил о Кенсу. Он наверняка видел приехавшую машину, если уже вернулся из аптеки. Ну, и если не сбежал. Всё же, возможно он ещё ждет внизу, лучше попытаться привести себя в порядок. Вздохнув, Кай провел рукой по своим волосам, пытаясь провести их в порядок. Рядом с петель свисала дверь в ванную. Кстати, вымыть хотя бы лицо будет также не лишним. Так он и поступил. — Нашел что-то особенное? – голос Саймона прозвучал из другой комнаты и Кай вышел из ванной. — Нет. Я возьму эту кровь? — Да, конечно, - Саймон выдохнул, - Я тоже ничего не нашел, но сейчас нужно отвести Гойе в Банк. Парни ждут. Потом ещё вернусь ещё сюда. Устало выдохнув, Кай кивнул. Подъезд. Лестница. О. На улице уже, оказывается, начало темнеть. Он махнул рукой уезжающей машине, в которую сел Саймон и приложил свободную руку к шее. Ноет. Горит… Да и нога… — Кай! Неужели он правда остался ждать?.. Кай повернул голову и на краешках губ почему-то заиграла улыбка. К нему широкими шагами подошел Кенсу, который держался поодаль. Хм. И правда послушался. Может, как раз из-за этого и удалось удержать Гойе? — Я видел, как они вынесли кого-то из подъезда. Это был Гойе? Кивок. — Как ты? Черт, садись сюда, я принес… - Кенсу аккуратно взял Кая за свободную руку и потащил к несчастной скамейке, - садись. — Всё в порядке. — Замолчи, я же не слепой. Или это у тебя это принт такой на рубашке? — Я серьёзно. Хотя Кай говорил это, однако всё же, позволил Кенсу усадить себя. Рядом плюхнулся рюкзак, и парень полез в него. — Можешь снять? Или нет, тебе, наверное, тяжело двигаться, я… - откуда-то из карманов джинсов зазвонил его телефон, - минутку. Черт, это отец. Алло, да? А. Да? Хорошо, я понял, - Кенсу задумчиво перевел взгляд на Кая, а затем на рюкзак, - я хотел спросить, можно я задержусь сегодня у Лухана? Помнишь, я говорил тебе о нем, мы еще… Да, да, мы ещё раньше учились вместе. Да. Его мама знает. Да. Я вызову такси и приеду домой. Есть. Я понял. Конечно. Пока. Он повернулся к Каю, который глядел на Кенсу, не отрываясь. — Я вызову такси, мы поедем к тебе домой, - сказал он, - что ты так смотришь на меня? — Просто размышляю, что ты не послушаешь меня, если я не соглашусь, а сил спорить у меня нет. А ты врать умеешь, оказывается Кенсу закатил глаза и, набрав ещё один номер, отошел на пару метров вбок. И чего ему так неймётся? А, наверное, он не знает, что раны немертвых заживают быстрее. Но почему-то не хотелось его останавливать. И это осознание как-то держало Кая в подвешенном состоянии. Обычно… да, обычно он предпочёл бы нагрубить, чтобы от него отстали и уже сам бы разобрался со всем. Сейчас он мог бы сделать то же самое с Кенсу, заставил бы его в обиде или страхе свалить домой, а сам бы добрался к себе. А что насчёт ран – сон и несколько пакетов крови существенно помогли бы ситуации. И всё. Но почему-то в этот раз как-то совсем не хотелось поступать подобным образом. Может, просто это усталость? Или это помутнение в голове из-за жара укусов? Может, в слюне обезумевшего Гойе было что-то ядовитое? Честно, он бы не удивился подобному раскладу. — Кай? Эй, ты меня слушаешь? – рука Кенсу оказалась перед глазами, и Кай моргнул пару раз, - Скоро приедет машина. Я брал с собой пиджак в школу, но было жарко. Он немного маловат, но набросишь на плечи, прикроет кровь. С этими словами он полез в рюкзак и, погодя достал весьма помятый предмет одежды. Между тем, краем глаза Кай заметил свежую упаковку бинтов и какую-то баночку. Хм. Он хочет перевязать раны? — Вот, держи. Кенсу расправил пиджак, слегка встряхнул и, подойдя к Каю, набросил на его плечи, наклонившись. Как-то он… слишком близко. Ещё немного – и можно было бы почувствовать наверняка тёплое дыхание. Внутри всё как-то сжалось, в горле как-то пересохло и запершило, отчего Кай сглотнул. Видимо, Кенсу также заметил это. — Кхм… - он сделал шаг назад и окинул Кая взглядом, - Нормально. Уже темнеет, водитель не заметит. И он был прав. Когда машина подъехала, они сели на заднее сидение и в полном молчании доехали до нужного дома. Выйти. Пройти к подъезду. Подняться. Открыть дверь. — Прости за прямолинейность, но вот это – не замок, - спокойно сказал я, указывая на этот допотопный крючок. Кай только махнул рукой, прошел к дивану и присел на него. Он стянул с плеча пиджак и положил на стол. Кажется, на внутренней стороне осталось немного крови. — Я сейчас. Кажется, Кай что-то пробормотал мне в ответ, а я оказался на кухне. Я конечно не спец, но в фильмах часто показывают, как ранят людей. А потом кто-то их зашивает. Тут то же самое, только Кай не человек, а я не буду ничего шить. Для начала нужно смыть кровь, правильно? Потребовалось немного времени, но я вернулся в комнату с миской воды и ножницами. Я взглянул на Кая, и сердце на мгновение пропустило удар. Черт, он лежал без движения с закрытыми глазами. Ещё и кровь… Конечно, я понимаю, что он немертвый, но на секунду мне показалось, что он… — Кенсу, со мной все будет в порядке, - его тихий голос нарушил тишину, царящую в комнате. Я почему-то выдохнул с облегчением после этого, - всё само заживет, когда посплю днём. Нет. Все в порядке. — Нужно было раньше меня прогонять. — Так я говорил. Вот сволочь. Так хотелось бы огреть его этой миской по голове за такое отношение. Хорошо, что он хотя бы мысли не читает. Кай тут же открыл глаза и сел ровнее, слегка подрывая моё убеждение в его невсесильности. Он тихо выдохнул, и весь его вид говорил о том, что он смирился, а взгляд почти кричал что-то вроде: «ну давай, делай что-нибудь». Я прокашлялся и, соорудив из бинта подобие салфетки, положил ее в миску, в которую перед этим плеснул обеззараживающее средство, которое также взял в аптеке. — Я начну с ноги, - в ответ я услышал мычание, - придется… —У меня ещё есть штаны. Спасибо, что заботишься о моем гардеробе, конечно, но по милости Гойе в них уже есть дырки. Я никогда не боялся крови, но я и ран никогда не видел. Поэтому, когда, разрезав штанину, я увидел кровавое пульсирующее пятно, то всё же, замешкался. Кай поднял голову. — Может, я сам? – с усмешкой сказал он и слегка наклонился, - ты... — Так. Сиди, пожалуйста и не мешай. Я не спец. — Не очень-то приятно смотреть на такое. — Не очень-то приятно, что ты пытаешься избавиться от меня, когда я пытаюсь помочь тебе как другу. Кай удержался от колкостей на этот раз, и я был благодарен. Спустя какое-то время вода в миске стала совсем бурой. — Не понимаю, - вдруг сказал Кай. — Если ты снова будешь смеяться надо мной – я воткну в тебя ножни… — Да я не смеюсь, - и впрямь, лицо Кая стало серьёзнее, - просто я не понимаю. Рана уже должна была начать зарастать. — Так быстро? Ох, я сказал это вслух. — Да, смотри. С этими словами Кай протянул мне свою руку, в которую ещё недавно всаживал собственные зубы. От этой картины стало как-то не по себе, но… рана и правда выглядела так, словно ей уже не один день. Кровь высохла, а края затвердели. В отличие от нее рана на ноге, да и на шее, насколько можно разобрать из-за обилия засохшей крови вокруг, выглядели как раз так, как им было положено выглядеть, будь Кай человеком. — Если ты говоришь, что у Гойе поехала крыша, наверное, это тоже не случайность. Кай кивнул и приложил руку к плечу. — Действительно. Я справился с раной на ноге, стараясь аккуратно прикладывать бинты и лишний раз не елозить. Не знаю на сколько чувствительные у него нервные окончания, но всё же как-то не хотелось делать больно. Хотя он пару раз и отколол шуточки о том, какая я способная медсестра. Сукин сын. Приклеивая пластырь, чтобы повязка хорошо держалась на ноге, я почувствовал, что Кай как-то заёрзал на месте, и взглянул на него. Парень расстёгивал пуговицы на своей рубашки, левой рукой двигая существенно менее подвижно, чем правой. Может, предложить ему помочь? Наверняка ему неудобно или больно. Ну а что в этом такого. Я просто сяду ближе Кай наклонится ко мне, позволяя удобнее пропускать пуговицы в соответствующие разрезы, а затем нужно будет аккуратно стянуть с него этот совершенно грязный предмет одежды. Мы ведь будем так близко – я бы почувствовал его дыхание, если бы он дышал?.. Лицо. Моё чертово лицо, почему оно начало гореть?!.. Ещё и это странное чувство. Где-то в области солнечного сплетения всё задрожало. О боги, да что это?! Черт, Кай же слышит меня, как будто я сраный телевизор. — Кенсу, - я едва ли не подскочил из-за его голоса, - ты чего? Если тебе… — Мне нужно сменить воду! Кажется, я сказал это громче, чем хотел, а затем пробежал на кухню. Включив воду, я обмакнул руки и приложил их к щекам. Зажмурился. Ох, черт. Наверное, я не выспался. Или… Точно, у меня же брали кровь, а тут ещё и такой стресс, когда я увидел Кая в таком виде. Точно! Боги, как же полегчало. Хорошо найти ответ на какие-то дурацкие ощущения. Возвращаться в комнату было уже не так неловко. — Не знаю, чем ты там обрабатывал, но я чувствую, что рана на ноге заживает, - сказал Кай, когда я присел возле него и долил в воду жидкость из купленной в аптеке баночки. Он сидел уже без рубашки. Ну вот, сам справился. Молодец. — Правда? — Да. Она перестала гореть, - его тон звучал озадачено, - я никогда такого не чувствовал. Наверное, это из-за слюны. — Точно, он же укусил тебя. Я выжал новый отрезок бинта, несколько капель с тихим звуком упали в миску, и я начал убирать кровь с раны на плече. Аккуратно, движение за движением. Обмакнуть, приложить, протереть, затем снова в воду. В комнате периодически раздавался плеск, а Кай молча ждал, пока я смою кровь. Он и правда находился слишком близко, и уже в процессе я заметил, что он закрыл глаза, откидывая голову назад. Таким образом я лучше видел рану на шее, хотя ещё и не переходил на неё. Иногда брови Кая сдвигались. Он мог зажмуриться и несколько раз тяжело выдохнул. Да и в целом, его грудь периодически очень тяжко поднималась и опускалась. Хм… Может, разговор отвлечет его? Точно, лучше попробовать, чтобы было проще потерпеть. — Очень больно? – я выжал бинт и стал смывать остатки крови с плеча. Пятно слегка растягивалось и на грудь, с которой, впрочем, я уже её смыл. — Неприятно, - тихо сказал он и сдвинул брови, - очень. Горячо. И в голове как-то... странное ощущение какое-то. — Скоро станет лучше, я добавил того раствора побольше. — Хорошо. — Можно спросить? — О чём? — Ты говорил, что… - наконец, я приступил к шее. От первого прикосновения Кай тут же ощутимо вздрогнул, - прости, сейчас. Я налил средства из баночки прямо на бинт и аккуратно приложил его к ране. Стоит подержать немного, может, оно как-то особенно действует на немертвых? — М… Так что я тебе говорил? – сдавленно сказал Кай, сильнее откидывая голову назад и не открывая глаз. Его грудь вновь тяжело опустилась. — Ты говорил, что не дышишь. Но сейчас я вижу, ну всё это очень похоже на дыхание. Значит, ты можешь дышать? — Я могу, но не делаю этого, это мне не нужно. Но сейчас я не чувствую себя в порядке, поэтому… я не знаю, возможно, это осталось из моей человеческой жизни. Знаешь, как фантомная боль, только фантомное действие какое-то, - проговорил он, - хотя это звучит как-то тупо. Да нет. Это даже как-то… нормально, что ли? Вообще я только сейчас понял, что впервые осознанно прикасаюсь к нему. К прохладному телу, ровная кожа которого не ощущается как что-то… не знаю, «неправильно»? Продолжая придерживать смоченный бинт, я провел большим пальцем по шее. Совершенно обычное ощущение. Кожа как кожа. Только температура и цвет отличается. Дьявол. Что я вообще делаю? Трогаю Кая, пока он не смотрит. Пытаюсь понять, какая его кожа наощупь. Браво, Кенсу, это прям то, что нужно раненому почти человеку. — М-м… Я взглянул на него. Напряженное лицо начало расслабляться. О, видимо, тот раствор помогает. Может, он впитывает слюну Гойе? Не знаю. Хорошо, очень хорошо. Рассматривая его, я чувствовал себя так, словно подглядываю за чем-то непристойным. Всё время хотелось отвести взгляд, но когда я увидел, что брови Кая расслабились, внутри вдруг что-то радостно подпрыгнуло. Хотелось бы как-то ещё облегчить боль или жар, которые как он сказал, чувствовались ему чем-то неизвестным. Но как? Это был какой-то мимолётный импульс, моя свободная рука сама собой поднялась и мягко опустилась на лоб Кая. Конечно, тот тоже был холодным, и моя мокрая ладонь никак ему могла помочь, но… не знаю, почему. Мой отец делал мне так, когда я болел в детстве. Кай пошевелился, медленно открыл глаза и сфокусировал свой взгляд на мне. Меня как ошпарило. Я отдёрнул руку, чувствуя, как кровь вновь стала приливать к лицу. — Просто хотел… забудь, - пробормотал я и опустил руку, но холодное прикосновение заставило поднять взгляд. Кай крепко держал её и вновь поднёс к своей голове. Что? Что он… — Оставь так. С трудом выдерживая его взгляд, я опустил ладонь на прохладную кожу. Глаза Кая закрылись, и он положил свою руку сверху моей. — Тебе дурно? — Нет. Просто пускай так будет. Ты ведь сам её положил. Не жалуйся. И отчего я чувствую себя так неловко? Я просто... Я впервые был так близко к нему. Его лицо… действительно, очень светлое. Кожа кажется какой-то прозрачной и гладкой. Губы – плотно сжатые – свидетельство того, что ему неприятно, но даже они имели какой-то приятный цвет. Единственным изъяном можно было бы назвать небольшие круги под глазами, но я сам хожу уже пару дней с довольно порядочными мешками из-за недосыпа, так что эта черта даже придает ему какой-то естественности. В голове начался какой-то туман, а сердце вновь подскочило. В это же мгновение Кай открыл глаза, и я осознал, что из-за этого разглядывания и накатившей усталости, моё тело и особенно лицо оказалось порядком ближе к нему, чем я того ожидал. Его грудь тяжело опустилась, а у меня в горле запершило, и я сглотнул. Расстояние между нами снова сократилось, когда он приподнялся на локте, внутри меня всё резко подпрыгнуло, тело уже дернулось, чтобы отклониться назад, но… что-то удержало меня на месте. Я никогда никому не смотрел в глаза так близко. Так долго. Так пристально. И находясь на таком расстоянии, я убедился, что Кай правда дышит только когда ему хочется. — Спасибо, - тихо сказал он, словно удерживая меня одним только взглядом, - что помог. — Это ерун…да. О боги, это что, правда мой голос? По спине пробежались мурашки, я почувствовал холодное прикосновение сперва пальцев, а затем и ладони к моей пояснице. Легкое давление, он поднялся на локте ещё сильнее, от чего расстояние сократилось до нескольких сантиметров, а дурацкое сердце то пропускало удар, то возобновляло пульс с такой скоростью, что кровь уже стучала в висках. — Не ерунда. Выдерживать этот взгляд стало невыносимо, я взглянул куда-то неопределенно вбок. Выдох Кая прозвучал где-то возле уха, вызывая дикий холодок по коже от ног до самых щёк. Холодное прикосновение задержалось где-то около скулы. — Кенсу. В масляной голове словно что-то откликнулось. Я словно очнулся. Боги, что я только что… С каким-то неистовством я отклонился назад, взглянув на Кая, пока мои щёки окончательно окрасились в пунцовый. — Черт. Кай положил руку на свой лоб, по которому, как и по остальному лицу, а также по груди и шее проступили синие полосы. Опять это его лицо. Сегодня вижу его уже второй раз. Почему сейчас оно изменилось? И вопрос получше – вообще, что это всё было? Что он, да и я… Сердце заколотилось с новой скоростью и Кай, видимо, услышав это, взглянул на меня. По коже пробежались мурашки. Опять эти бесцветные глаза. — Кхм, спасибо, что помог. Дальше я справлюсь сам. — Нужно наложить повязку на шею. Отрицательно качая головой, Кай сел ровнее и потянулся к моему рюкзаку. Запустив в него руку, он достал несколько прозрачных пакетов с тёмно-бордовой жидкостью, после чего протянул рюкзак мне. — Не надо, - его тон стал каким-то на грани раздражения, - я сейчас выпью, а потом посплю. Всё пройдет. Можешь идти домой. — Может, достать тебе… — Ничего не надо, Кенсу, я же сказал. И правда. Его голос звучал так, словно я его чем-то начал бесить. Так. Ну это уже и меня начинает выводить. Что я в этот раз сделал не так? Почему он так со мной разговаривает? — Эй, если я тебя раздражаю, так и скажи. — Всё не так, просто… Просто уезжай домой. Я оплачу такси. В принципе, чего я мог ждать? Внутри всё стало каким-то горьким. Ну и ладно. Лежи здесь один. — Не нужно ничего платить. Я пошёл. Всё-таки, мы не друзья. Это просто уговор. Встать, набросить рюкзак и пройти на выход. И не оборачиваться. Хорошо, что он не может слышать обиду или злость, как сердцебиение.
