Убийца из Тёмного города

Коморра. Хай'кран. Арена культа Проклятого Клинка. Где-то 875.М41 Это был четвертый день великих игр, точнее великой беспощадной резни, учинённой ведьмами культа Проклятого Клинка после очередного удачного налёта. Четвёртый день кровь лилась на белый песок арен нескончаемыми потоками. Четвёртый день ведьмы различных рангов демонстрировали кровожадным зрителям своё великолепное искусство смертоубийства сотнями различных способов. Это была бойня. Мясорубка, каждый день перемалывавшая сотни рабов, экзотических животных и других эльдар на потеху публике. Арены были тем, что поддерживало жизнь в Коморре, ибо энергии страданий, которые ведьмы высвобождали своим кровожадным искусством становились превосходной пищей для тёмных эльдар. Налёт на мир с варварским названием Хексос стал неожиданно удачным. Мало того, что темным эльдар удалось захватить в плен много людей, ресурсов и ценностей, так среди пленников оказались не только несколько громадных генетически измененных воинов рабских рас, но и несколько десятков недостойных сородичей с космических лодок, именуемых Искусственными Мирами. Это увеличивало ценность добычи в сотни раз, и этих пленных ждала особо великолепная расправа. Каждый день одного из них выпускали на арену, чтобы под кровожадный рёв толпы убить его с особой извращённостью. Лёгкая смерть в Коморре не ожидала никого. Но они сражались, не ожидая и не давая пощады. Как и следовало умирать идущему Путём Воина. Они не падали на колени, потеряв надежду. В их глазах светилась ненависть к тёмным сородичам. Они знали, что им не будет пощады, и они не просили её, стискивая зубы, чтобы не подарить мучителям ни одного крика боли. Четвёртый день начался как обычно, и мало кто в тот момент знал, что этот день породит чудовище, которое будет бояться вся Коморра. Среди рабов в Коморре никто не ценится так, как рабы-эльдары. Экзодиты чуть меньше, эльдары с Искусственных Миров - гораздо больше. Но нет для культов ведьм ничего ценнее, чем раб-воин. Воины эльдар не падали духом, не просили и не давали пощады. Они были искусны, пусть и не настолько, как ведьмы. Они служили настоящим доказательством превосходства истинных эльдар. Их выпускали на арену против рабов низших рас, а потом убивали в поединках, в очередной раз доказывая, что истинные эльдар - настоящие мастера боя, как бы не пытались дёргаться трусы с космических лодок. Этот был не исключением - его судьбой была смерть в объятиях одной из ведьм. Но он, как и другие пленники не собирался падать на колени. Он понимал, что его ждёт смерть, но это будет смерть не от рук мон'ки. Уже второй час он проливал кровь людей и различных зверей на потеху толпе. Одетый только в рабские кожаные штаны, он казался сплетённым из ремней, а кожа хранила следы длительного плена - немногие коммориты могли похвастать таким числом шрамов на шкуре. Понятно было, что он не принадлежал к числу пленников, взятых в этом набеге. Было видно, что он сильно истощён, но свежих ран на его коже не алело - мон'ки явно были не его уровнем. Да, ему не доставало артистичности ведьм, его стиль был скуп и сух, словно пустыня. Он экономил силы, стараясь как можно меньше двигаться, экономно обрывая жизнь своих врагов одним-двумя сухими ударами, с безукоризненной точностью уворачиваясь от ловушек, которыми была напичкана арена, а иногда и заманивая глупых мон'ки в эти ловушки, экономя свои силы. В руках он сжимал простой меч, длиной с его руку, в качестве жеста милосердия брошенный перед ним на песок. Опасное оружие в умелых руках, но по меркам эльдар Коморры слишком громоздкое и тяжёлое. Но пленник доказал, что даже этого ему хватит. Меч напоминал ему о том, кем он был когда то невероятно давно, и он собирался напомнить об этом Тёмным Эльдар. Неизвестно, что оборвёт его жизнь, но это запомнят надолго. Когда то его кожу скрывала сапфирового цвета броня аспектных доспехов. Сотни лет он постигал искусство убивать с безукоризненной точностью. Сотни лет он верно служил народу эльдар, ступая по Пути Воина, а в последствии и по Пути Экзарха храма Яростных Мстителей. Война была его жизнью, кровопролитие - его профессией, его призванием. Искусственный мир Биэль-Тан высоко ценил это. Биэль-Тан с древнего эльдарского наречия можно перевести как "Возрождение былых времён". Провидцы Биэль-Тан верят, что им суждено возродить империю Эльдар во всем её величии, но это требовало очень многих сил. Враждебная галактика активно сопротивляется тому, чтобы свет детей Иши снова сиял по всему Великому Колесу, и потому для возрождения империи требовалось очень многое. Новую империю следовало выплавить в горне, раскалённом пламенем Войны, выковать молотами из боли на наковальне страданий, и закалить в крови врагов. Лишь тогда она возродится в своём величии. Как же наивно они думали, считая Старую Империю исчезнувшей без следа. Это стало понятно сразу же, как пленный экзарх попал в Тёмный город. Никуда Старая Империя не исчезла. Мифическая обитель гедонизма, разврата, кровавой резни, анархии и раздолья. Не сдерживаемая никакими рамками морали, чести и альтруизма. Не боящаяся ничего и никого. Вот она была перед его глазами. И имя её было Коморра. Последний мон'ки сдох, наступив на скрытую под песком пластину величиной с ноготь. Это запустило ловушку, которая и стала его концом - облако мономолекулярных нитей выстрелило из пола арены, идеально разрезав идиота на кусочки, оставив от него лишь кучку влажно поблескивающего мяса. Эльдар повернулся к трибуне, где на троне из клинков сидела верховная суккуба культа, и воздел меч в вызывающем жесте. Толпа умолкла, воцарилась тишина. И тогда заговорил пленник. Внутри арены были искусно спрятаны устройства, искажающие измерения, которые позволяли зрителям проецировать себя в самую гущу битвы, стоять рядом с обречёнными жертвами. Ощущать брызги крови, слышать крики ужаса. А сейчас они позволили каждому желающему услышать говорившего эльдара. - Это всё, тёмные сородичи? Всё, что вы могли дать мне? Звери Варпа и недостойные мон'ки, не знающие с какой стороны держаться за меч? Всё, что вы придумали? Вы, падальщики, скитающиеся по космосу, есть ли среди вас достойный воин, заслуживший честь забрать мою жизнь? Есть ли тут тот, кто ещё не забыл о древних ритуалах, истинные эльдар? - крикнул он, сделав нажим на последние два слова, и застыв в позе презрения - Если есть, пусть выйдет, и сразится со мной перед лицом Кхаэла Менша Кхейна! Я, Вессан Яростная буря, экзарх аспекта Яростных Мстителей, вызываю тебя на суд Кхейна! Без пощады, без милосердия! Толпа одобрительно взревела. В Коморре не было законов в прямом смысле, но некоторые неписаные правила чести существовали. Вызов на суд Кхейна мог бросить пленник. Отказаться от него нельзя, это огромный удар по чести. В случае победы пленнику даровалась свобода. В случае поражения - принявший вызов забирал его голову. Шансов у пленника не было никаких - против него выйдет вооружённая ведьма в полном расцвете сил. Пленник отлично всё рассчитал, бросив вызов в присутствии такого количества зрителей. И самое главное - надавив на древнюю традицию, а значит и на горделивое мнение комморитов, что именно они являются наследниками старой империи эльдар. К тому же о мастерстве экзархов искусственных миров знали даже в Коморре, а значит победитель забирал ещё и приз - возможность хвастаться тем, что он убил экзарха в поединке. Вспышка света осветила песок арены метрах в пятнадцати от пленника, выпустив на песок изящную ведьму, вооружённую агонизатором и пронзателем, но ясно, что это не всё, культ Проклятого Клинка славился коварством своих ведьм. Она была невероятно красива, взгляд мог оценить это без труда, ибо её обтягивающий костюм очень выгодно очерчивал фигуру. Однако стоило взглянуть в её глаза, и тут же становилось понятно, что это красота атакующей змеи. Длинные локоны, перевитые лезвиями казались блестящей чёрной рекой, а тонкое лицо сохраняло выражение презрительного пренебрежения. Она выражала презрение всем своим телом, но атаковала немедленно, пользуясь тем, что оппонент просто смотрел на неё. - ИРЭЭЭЭЭЭН! - взревела толпа, приветствуя Ирэн Ланэйдианар, вернорождённую суккубу культа Проклятого Клинка, любимицу толпы. Уже не один десяток, если не сотню лет её коварное мастерство восхищало Коморру. Она была звездой, хоть и не такого уровня, как Королева клинков Лелит Гесперакс. Завсегдатаи арены хорошо знали, что эта ведьма была ходячим оружием - она имела не только то, что сжимала в руках. Её волосы были переплетены лезвиями так, что один взмах головы мог покалечить незадачливого оппонента. Под ногтями у неё скрывались вживлённые слугами Шаимеша ядовитые железы, поэтому даже небольшая царапина заточенным до остроты бритвы ногтем становилась смертельной. Её оружие прятало скрытые осколочные пистолеты, а облегающий костюм на самом деле был напичкан выкидными лезвиями, плюс она носила геиргилат - прыжковый пояс, а значит могла драться и в трёх измерениях. У неё было ещё одно преимущество - она знала что где спрятано на арене, в то время как экзарху приходилось обдумывать каждый шаг, и внимательно смотреть по сторонам, чтобы не закончить так же, как поблёскивающая куча мяса в полутора метрах за ним. Удар пронзателя, эльдар плавно перетекает влево, не оставив на песке даже следа, и немедленно прогибается назад, уходя от хлестнувшего по его шее (точнее месту где она была долю мгновения назад) кончика агонизатора. Клинок поймал пронзатель, откинув его в сторону. Он отмечал про себя, на какие места ведьма спокойно ступала, и старался шагать по её следам. Ведьма же непрестанно атаковала. Изящно, непрерывно, комбинируя удары так, что они превращались в сплошную стальную лавину. Она не давала эльдару отдыха, пользуясь преимуществом в длине оружия - и пронзатель и агонизатор были как минимум на полметра длиннее клинка экзарха, и она не давала тому сократить дистанцию, загоняя его в глухую оборону. Толпа улюлюкала и бесновалась, выкрикивая свои восхищённые слова в адрес ведьмы, и презрительно насмехаясь над пленником за дерзость. Экзарх непрерывно защищался, старясь уклоняться от удара, избегая парирования её атак. И вот он добился своего - ведьма сделала движение на долю секунды медленнее чем это было нужно, оставив себя открытой для атаки, и экзарх немедленно воспользовался этим - а именно схватил пронзатель за древко, и дёрнул на себя. Ведьма улыбнулась про себя. Идиот купился на уловку. Выпустив из руки агонизатор, она дала подтянуть себя, включив мысленным усилием прыжковый пояс. Она уже видела, как рука в шипастой перчатке летит в лицо экзарху, как словно в замедленном видео вылезают скрытые шипы. Она уже предвкушала как эти шипы вонзятся в его глаза, пронзят кости и войдут в мозг... Раздался резкий и неприятный треск. Любой комморит отлично знал этот звук - звук ломающихся от сокрушительного удара костей. Сразу четыре ребра не выдержали и сломались, пронзая жизненно важные органы, и наконец одно из них вошло в сердце. Это был треск рёбер ведьмы. Как? Её? Этот раб? Таким простым ударом? Хищная улыбка быстро сошла с её лица. Она ещё не упала, но уже была мертва. В её глазах быстро менялась палитра эмоций. Предвкушение поменялось на недоумение. Недоумение на удивление... И наконец в них появился страх. Страх смерти. Эльдар не успел рассмотреть это всё. Сделав резкий поворот, он снёс ведьме голову, и откинул её тело от себя. Бой жутко истощил его, и он понимал, что его конец будет гораздо страшнее, чем смерть на арене. Но он не упал, найдя в себе силы поднять меч в победном жесте.