Убийца из Тёмного города

875.М41, Сегментум Обскурус, Ципра Мунди II В те времена, когда он ещё носил синие доспехи, Вессан постоянно задумывался над одним интересным фактом, не дававшим ему покоя. Зачем тёмным сородичам нужны души, зачем им нужно причинять боль живым существам? Зачем им рабы в таких количествах? Как дешевая рабочая сила? Вряд ли в таких количествах, тем более что маленькие дети и старики - так себе рабочая сила, а дручии хватали всех без разбору. Теперь он понимал их путь. Путь паразитов. Не имея возможности избавиться от мучительной хватки Той-Что-Жаждет, они придумали как избегать неизбежного конца за счёт смерти бесчисленного числа других существ. Чужая боль омолаживала их, придавала им сил, и они жили постоянной резнёй. Но больше всего восхищало (и одновременно пугало) количество этих прирождённых убийц. Население Коморры было больше населения Биэль-Тан в тысячи, если не в сотни тысяч раз. На этом фоне и экзодиты и жители Искусственных миров выглядели просто бедными родственниками с окраины, ничего не понимающими в настоящей жизни. Единственное, что до сих пор сохраняло жизнь Искусственным мирам - то, что дручии не могут находиться в реальном пространстве достаточное время для того, чтобы захватить крупный рукотворный ковчег. Жить полной жизнью. Не отказывать себе ни в чём. Ни в телесном удовольствии. Ни в духовном. Решительно ни в чём. Не сдерживать себя от желания в порыве страсти толкнуть на кровать понравившуюся тебе женщину (если конечно она не против, либо ты достаточно ловок, чтобы не лишиться головы в процессе). Ни в желании вогнать полметра стали в глотку наглецу, взглянувшему на тебя недостаточно уважительно (опять таки, если ты достаточно ловок, чтобы сделать это). Ни в желании выпить или закусить (только плати). Ни в чём вообще. Они жили сейчас, здесь, ради собственного удовольствия, совершенно не думая о будущем, не боясь того, что произойдёт завтра, и не задумываясь о том, что грядёт, потому что для каждого из них завтра могло и не настать. Почему то именно эти дурные мысли торчали в голове у Вессана, методично расстреливавшего людей с борта рейдера. Он не палил очередями, как его соседи, и стоял на борту, и методично прицеливаясь стрелял одиночными, каждым выстрелом убивая одного мон'ки насмерть. Лишившись несколько месяцев назад камня души, он сам начал ощущать иссушающий взгляд Той-Что-Жаждет. Сосущую пустоту в душе, которую надо было заполнить. Теперь и он был запятнан вечным голодом, и выходов у него два. Либо приспособиться, либо стать одним из Иссушенных - лишённых разума полуживотных, на которых очень любят охотиться аристократы Коморры. Посадка, толпа кабалитов спрыгивает с борта рейдера, с кровожадным рёвом бросаясь в... Не в бой, скорее в бойню. Сопротивление защитников этого мира уже давно было подавлено, сейчас тёмные эльдар просто занимались бессмысленным на первый взгляд занятием - безжалостной резнёй. Но теперь и он понимал, что это не так. Каждый раз ощущая рядом чужую боль, он чувствовал, как угасает и исчезает это жуткое ощущение. Ощущение, будто душу высасывают через соломинку. Медленно, по каплям, чтобы растянуть наслаждение от изысканного напитка. Но они упивались этими моментами. Краткими моментами свободы от жаждущей хватки, преследующей их с самого рождения. Краткое ощущение свободы, пьянящее словно наркотик, которое хочется пережить раз за разом. Вессан пока что не научился наслаждаться этими моментами - воинская дисциплина, впитавшаяся в тело с сотнями лет тренировок никуда не делась. Воины Аспекта отрицали эмоции на войне. Воин должен быть бесстрастен и спокоен в сердце любой резни, ясно видеть путь и сохранять хладнокровие. А после боя придти домой, и снять с себя войну словно маску, становясь простым эльдаром. Наслаждаться резнёй для воина аспекта было сродни моральному падению, проявлением слабости, ибо неконтролируемая страсть была путём, по которому Губительные Силы могли отравить всю душу. Похоже, что тёмные сородичи не задумывались о подобных высоких материях. - Вперёд. - спокойно сказал его новый хозяин, носивший имя Малэйдиниан. Рулевой поднял рейдер, и аккуратно полетел вперёд. - Вессан, держи. Надеюсь умеешь пользоваться, - экзарх на лету поймал изящное оружие, которое оказалось бласт-пистолетом. Великолепная искусная работа, изящные обводы, гравировка и украшения в виде узоров страданий, в которые были вплетены сцены пыток и разврата. Красивое и смертоносное оружие. Вессан знал, что в его отряде каждый был вооружён бласт-пистолетом, это значило только одно - будет охота на крупную дичь. Дичь обнаружилась спустя минут десять путешествий по грязным закоулкам города мон'ки - губернаторский дворец, и готовящийся к старту шаттл, который похоже тёмные сородичи решили оставить на закуску. Дворец, скорее похожий на крепость, пока что ещё обороняли небольшие силы людей, но это слабое сопротивление скорее только раззадорит кабалитов, чем создаст для них препятствие. Устранить эту жалкую оборону могла пара выстрелов из тёмного копья, и это было лишь делом времени, пока воины доберутся из зон высадки до дворца. Прикрытый щитами ночи рейдер отключил двигатели, перейдя на эфирные паруса. Бесшумный кусок ночи в ночи, незамеченным перелетел через стену, и аккуратно приземлился в тенях между деревьями. Пятеро эльдар выпрыгнули из машины, а рулевой переместился на нос, где было установлено тёмное копьё, и взял шаттл на прицел. Все молчали, сибарит распоряжался жестами. Тени в тенях, они подошли к стене, и аккуратно полезли по ней, словно пауки. Сконцентрированная у ворот охрана явно не ожидала такого, а если и ожидала, но была слишком напугана. - Я хочу знать, почему вы не смогли обеспечить оборону, командир! - со стартовой площадки, до которой оставалось пару метров вверх, доносился резкий голос, судя по тону принадлежавший какой-то шишке. Шишки везде одинаковы, и всегда выделяются особыми властными интонациями, без разницы говорят ли они на готике, на эльданнаре или на т'ау. - Это уже неважно. Мы будем обороняться до конца во имя Императора! - Ваша дубоголовость лишь оскорбляет Его Имя. Во имя Императора вы должны были защитить всех этих людей, которых вам доверили! - Малэйдиниан отлепил руку от стены, и жестом показал "Будем брать". Вессан кивнул. План был оговорен заранее, поэтому он осторожно подтянулся, и краем глаза выглянул. Ага. Трое. Один в губернаторском вицмундире. Один - явный военный. Третий был проблемой, потому что принадлежал к числу так любимых людьми генетически изменённых громил, именуемых на их жутком наречии "Астартес". Вессану сильно повезло, что он был в тени шаттла, и десантник был спиной. Покров тьмы не работает против оптики шлемов. Увидев всё, что было нужно, Вессан бесшумно сполз обратно, показав жестами, что он увидел. К языку военных жестов привыкать не пришлось, по странному совпадению он в принципе был идентичен языку, который использовали воины Аспекта в тех случаях, когда прибегать к мыслеречи нельзя. Сибарит молча кивнул, показав, что первых двух берём, а десантника - в расход. Вообще, было бы идеально взять его живым, ибо в Коморре космодесантники стоили крайне приличных денег, но это не представлялось возможным - впятером без парализаторов они вряд ли бы справились с этой горой керамита и мускулов, а гранаты с нервно-паралитическим газом были бы бесполезны. А вот выстрел из бласт-пистолета просто превратит его в облако пепла. Три, два, один. Эльдары бесшумно подбрасывают себя, и приземляются на площадку, выхватывая оружие. Три выстрела из пистолетов уничтожили мутанта-качка начисто, не оставив даже пепла. Это Вессан отметил где то краем глаза, бросившись вперёд, перекрыв всю посадочную площадку двумя звериными прыжками. Два удара. Два бесчувственных тела. Два выстрела - два трупа гвардейцев у двери на посадочную площадку. Всё тихо. Упаковав ценный товар, один из кабалитов высунулся с площадки, и помахал рукой в сторону безмолвного сада, где даже привыкший к сумраку взгляд не мог выхватить место посадки рейдера. Достав оружие, воины вломились внутрь дворца через коридор, ведший к посадочной площадке. Спустя буквально несколько секунд громыхнул взрыв - это пилот рейдера взорвал выстрелом из тёмного копья шаттл. Отличный приветственный фейерверк, внёсший лишь ещё больше сумятицы от того, что вломившиеся через дверь на верхние уровни здания эльдары начали заниматься любимым делом - резать мон'ки как овец на бойне. По этажу будто пронёсся кровавый смерч, сея смерть каждой своей частью - на остриях и лезвиях мечей, на другом конца дула бласт-пистолета, на острых шипах доспехов, во взрывах плазменных гранат. Вессан же ощущал неясное чувство единения. Будто он снова атаковал в составе Бажакаин, обрушивая удар вместе с боевыми братьями, чьи души по вине дручий находятся у Той-Что-Жаждет. Снова молниеносный удар, в едином порыве сметающий врага, и исчезающий словно листья, которые уносит ветер. Тряхнув головой он сбросил наваждение, ударом ноги выбивая дверь. Рука потянулась к плазменной гранате, однако когда он присмотрелся, то кинул парализующую, и подошёл поближе, осмотрев дёргающихся жертв. Вот это уже была действительно крупная дичь - тройка слепых псайкеров, которых люди использовали для связи, кажется на их варварском наречии они назывались астропатами. За такую добычу в Коморре заплатят немалую цену душами, и если души Вессана не особо волновали, то факт того что их добыл именно он ему будет полезен. Оставив астропатов в отключке, Вессан начал продвигаться дальше вместе с кабалитами. Сопротивления было немного, видимо вся охрана была у ворот. С ней вот надо бы разобраться, что у них было предусмотрено. Они прокрались к окну, выходившему на ворота. С высоты пятого этажа несколько окопов с парой десятков человек были как на ладони. Спустя секунду там, где стояли люди, расцвели огненные цветки плазменных гранат... Тот же день, чуть позже. Коморра, цитадель Зловещего Взора. Обычно для кабалитов оружие чистили рабы, но Вессан не доверял им. Побывав среди рабов он отлично знал цену их верности, поэтому по возвращении немедленно отправился в свою каюту, чтобы почистить доспехи и оружие, ибо и то и другое было щедро покрыто отличным бурым налётом крови. В душе же разливался странный покой. Чувство умиротворения и свежести, ничуть не похожее на обычную послебоевую усталость. Наоборот - он ощущал себя свежим и полным сил. Даже сосущая пустота, возникшая недавно в душе отступила. Лишь на время, скоро опять придётся убивать других, чтобы насладиться покоем - теперь это судьба, никуда от неё не денешься... Но ему нравилось жить тут. Разумеется в сравнение с рабскими ямами, или что ещё хуже, лабораторным столом гомункула (от воспоминаний его всего передергивало) это не шло вообще. Но в большинстве кабалов воины жили в общих казармах. В кабале Зловещего Взора воины жили в отдельных кубриках вроде корабельных кают. Аскетично, но аккуратно. Чем то это напоминало ему его каюту на "Взоре Азуриана", корабле, на котором базировался их отряд. Дверь каюты бесшумно отошла в сторону, когда он ставил последнюю часть доспехов в шкаф. Он немедленно повернулся, кладя руку на пистолет, висевший у пояса, но тут же опустил её. В комнату вошло двое суровых парней-инкубов, вооружённых огромными мясницкими ножами, носившими название "клэйв". Вслед за ними вошёл третий, точнее третья, и Вессан приветственно поклонился. Без излишнего раболепия, впрочем. Архонтесса Ллантей была крайне хороша собой. Ростом не уступая высокому Вессану, она была подобна изящному цветку, хотя на самом деле можно было ожидать того, что этот цветок ядовит как ничто иное. По её изящной фигуре, подобной песочным часам, струилось обтягивающее платье из зеленоватой кожи какой-то рептилии, скорее открывая изыски её силуэта, чем скрывая какие-то детали, и единственной деталью, портившей всё, был пистолет на бедре. Архонтесса молча смотрела на него, Вессан же из вежливости сохранял безмолвие. Наконец изящная рука поднялась, и махнула, приказывая инкубам выйти. Это был жест чудовищного доверия, впрочем было понятно почему. Даже если он убьёт её - она восстановится, но выходец с Искусственного мира никогда не сможет взять власть в кабале. А вот в рабские ямы вернётся моментально. - Каково твоё настоящее имя? Очевидно, что Вессан Ареннар это псевдоним. Откуда ты происходишь? Кем ты был до того как попасть сюда? - голос архонтессы журчал сладостью мёда, но в нём чувствовалась сталь и привычка повелевать. - Моё имя Вессан Яростная Буря, моя архонтесса. Я происхожу из мира Биэль-Тан, и я был воином Аспекта. - Какому храму Аспекта ты принадлежал? - спросила женщина, показав то, что она хорошо знает устройство войск эльдар Искусственных миров. - Я был экзархом аспекта Яростных Мстителей, госпожа. - архонтесса замолчала на время. - Что же, это говорит о том, что ты умеешь сражаться, что ты доказал во время налёта. Ты поймал больше, чем кто либо в кабале. - она усмехнулась, умудрившись даже этот лёгкий жест наполнить изяществом. - А умеешь ли ты убивать по другому? Крадясь в тенях, тише шёпота Шаимеша, проскользнуть сквозь вражеский лагерь подобно призраку, и одним ударом уничтожить того, кого охраняет целая армия? - Вам нужен тихий убийца, моя архонтесса? Я умею убивать и так, - леди легко рассмеялась: - Ты подаёшь свои мысли с деликатностью бойцового раба. В Коморре надо быть более тонким, если ты хочешь выжить. Да, мне нужен такой убийца. Догадываешься, почему это ты? - Догадываюсь. От меня можно ожидать хоть какой-то верности. Меня в случае чего не жалко. В случае провала вы легко скажете, что я сбежал и подался в наёмники. И кого мне надо убить? - архонтесса достала тонкую хрустальную пластинку. Вессан же поймал себя на том, что он не понял, откуда она достала её. Он просто не успел это заметить, равно как и не мог понять, где можно было её спрятать. - Возьми, тут все данные. Я приду к тебе через несколько часов, чтобы отдать тебе плату за пойманных псайкеров, и ты скажешь, что тебе надо. Сделай это, и я обеспечу тебя местом у моей правой руки. А провалишься... Впрочем в случае провала ты не вернёшься сюда. - повернувшись, архонтесса вышла, оставив Вессана в раздумьях. Выбора не было, но возможно именно это первая ступень лестницы...