Убийца из Тёмного города

882.М41. Коморра. Крепость культа Проклятого Клинка Что может быть изысканнее звука клинка, целующего плоть? Только звук клинка, вонзающегося в неё по рукоять. Для архонтессы Малессы Ал'Нар Кернан Лаэль, верховной суккубы культа Проклятого клинка, этот звук стал концом карьеры. И жизни, заодно напомнив, по какому тонкому острию ходит любой архонт, когда не присматривает за своими подчинёнными. Великий филосов Псо-Кобор говорил, что жить как истинный эльдар означает жить на лезвии меча, а жить как архонт - жить на его острие. Эта философская сентенция вполне подразумевала факт того, что вы можете сорваться на это острие. А вот для суккубы Ирэн Ланэйдианар этот звук скорее означал хорошие новости, а точнее начало новой ступени её собственной карьеры. Карьеры, резко пошедшей вверх из-за её жажды мести. Мести тому, благодаря которому она упала на дно культа и долго восходила обратно, и тому, кто в паланкине из её костей вознёсся на вершины Коморры. Культ Проклятого Клинка всегда считал подлость добродетелью, и на его вершине должна была быть не только сильная и искусная суккуба, но и хитрая и подлая. Горячая кровь из глубокой раны ударила фонтаном, моментально окрашивая в красный цвет руку и грудь суккубы. Алый поток жизни уносил с собой духовную эссенцию, отправившуюся на законное съедение к Голодной Суке. Эта духовная эссенция имела сладкий вкус предательства, оргазмически приятный, как и медный вкус фонтана алой реки, под который ведьма мурлыча от удовольствия подставила упругую грудь и точёную шею. Кровь раскалённой лавой омыла её тело, согревая плоть и душу. Ирэн купалась в этом потоке, который не иссякал длительное время. Под телом архонтессы уже натекла громадная лужа крови, хотя суккуба Ирэн отлично знала, насколько неправдоподобно громадным выглядит количество жизненной влаги в эльдарском теле. Лишь когда поток иссяк, она встала, с удовольствием растирая алые капли по груди и животу. Не сдержалась, облизнув тонкие пальцы и испачканные кровью губы, смакуя вкус победы. Лишь после этого она со смехом выдернула алый от крови клинок из своей павшей госпожи. О, отец Шаимеш, как же это легко оказывается... Архонтесса Ирэн Ланэйдианар улыбнулась своему отражению в луже крови на полу. Теперь её месть начнётся. Месть тому, кто девять лет назад сбросил её в рабские ямы. И плевать что по лестнице из её костей он поднялся до недосягаемой высоты. Она сложит себе гору из трупов, по которой доберётся до него, если понадобится. Опьянённая успехом захвата власти ведьма не понимала, что недаром архонты самых могущественных кабалов Коморры боялись даже думать об имени архонта Вессана Ареннара. За это время он породил суеверный страх. Слухи гласили, что в том месте, куда упадёт гневный взгляд Векта, у каждого за спиной появится призрачный убийца по имени Вессан, обрушивающий на головы своих жертв кару, неизбежную, и неумолимую как удар девяносто девяти клинков Ваула. Недаром поверья эльдар говорили о том, что Смерть не приходит за душой из ниоткуда. Смерть стоит у каждого за плечом от рождения до конца, и когда настаёт время, она лишь протягивает свою холодную руку. Для архонтов Коморры её воплощением стал верный слуга Аздрубаэля Векта. И ведьме Ирэн предстояло познать этот страх во всём его спектре... Центральный Пик, два месяца спустя. - Великолепно, и что это тут такое шастает в моих покоях? - Вессан с презрением пнул труп, растянувшийся прямо посреди его покоев. На великолепном экзодитском ковре было видно несколько бурых пятен, и они отнюдь не добавляли дорогому трофею эстетики. Носком сапога архонт столкнул с него шлем. Под шлемом обнаружилось тонкое женское лицо с хищными чертами и короткими огненными волосами. Зелёные кошачьи глаза смотрели в потолок с немым удивлением, будто увидели что-то, чего не видели никогда, а из уголка губ текла струйка крови, которая и запачкала ковёр. Голова женщины была неестественно вывернута, что свидетельствовало о том, что ей свернули шею. - Хех, девка. Горячая штучка на вид. Иллина, ты не желаешь ничего мне объяснить? - Вессан поднял бровь, глядя на невинно смотрящую на него рабыню, сидевшую на коленях на своём положенном месте. - Эта женщина проникла в ваши покои пока я спала, господин, и попыталась меня убить. Я защищалась, честное слово. - женщина сжалась, будто ожидая наказания, но Вессан не собирался этого делать. Вместо этого он присел в кресло, глядя рабыне в глаза. - Хмм, и как же она сюда попала? - Иллина отвела взгляд в сторону. - Я не знаю, господин. Я проснулась, когда она была в нескольких шагах от меня. - Что ж, ладно, Будем считать, что ты спасла мою жизнь. За это ты получишь награду. Разумеется в своё время. - от него не укрылось, как у Иллины покраснели щёки. За два месяца эльдарка изрядно раскрепостилась, но не потеряла своей стеснительности. Воинских навыков тоже, судя по наёмному убийце со свороченной шеей. Но Вессан отметил и ещё одно. У рабыни было время, чтобы убить себя тем оружием, которое было с собой у убийцы, однако нож по прежнему находился в заледеневших пальцах. Видимо Иллина поняла, что смерть не избавление, а может быть и привыкла к своей новой жизни, благо жила она так, как не жил ни один раб в Коморре. Ей отвели роль прилежной игрушки для развлечений, и похоже что ей это нравилось. Думая над этим, Вессан кликнул коммуникатор. Пожалуй не мешало бы прибегнуть к искусству гомункула, и допросить эту стерву, которая попыталась его убить. Спустя два часа. - Ареннар, до меня дошли слухи, что твоя рабыня убила наёмного убийцу. Ты за этим пришёл ко мне спустя два часа? - Вект был явно недоволен произошедшим, и причиной этого было то, что наёмному убийце удалось проникнуть в Центральный Пик. Так как это было невозможно, то Вект делал вывод о том, что убийца был из числа кабалитов Чёрного Сердца. - Нет, Владыка. Я прибегнул к услугам моих гомункулов, и мне удалось немного допросить убийцу. - Тиран довольно кивнул. Ему нравилось, когда кто-то проявлял инициативу там, где это было нужно. - Рассказывай. - Это Ксандия Кенарленна, приближённый дракон архонта Тарила, однако она сказала, что работала не по приказу Тарила, а по наводке некоей архонтессы из Хай'Крана. Это всё, что удалось узнать. К сожалению моя рабыня обороняясь сильно повредила убийце мозг. - Вект фыркнул: - Ты действительно до сих пор не понял, кто послал убийцу? - Вессан пожал плечами: - Простите, Владыка, но боюсь что я затруднюсь ответить, кто из архонтов Хай'Крана не желает моей смерти. - Вект замолчал, глядя на Вессана с высоты своего трона, и будто что-то обдумывая. Молчание затянулось на несколько минут, после чего Вект заговорил снова: - Два месяца назад у культа Проклятого клинка сменилась архонтесса. Суккуба Малесса Лаэль внезапно исчезла без следа, не нашли даже тела, и её место заняла её приближённая Ирэн Ланэйдианар. - он прищурился. - Тебе ничего не говорит это имя, Ареннар? - Вессан ответил моментально: - Разумеется, Владыка. Имел с ней крайне тесное знакомство. - Думаю я не обязан помнить твою биографию от рождения и до сего момента, так что подробнее. - Это суккуба культа Проклятого Клинка, которую я убил на арене девять лет назад. После этого боя меня и купил дракон Малэйдиниан из кабала Зловещего Взора. - Тиран молча слушал. Сложить один и один было проще простого. Спустя несколько секунд молчания он кивнул: - Эта суккуба горит жаждой мести, не сомневаюсь. Будет хорошо, если она умрёт. Но в идеале я хочу видеть её перед собой. Здесь. Промахи Тарила начинают меня раздражать... Спустя неделю, Крепость культа Проклятого Клинка. Он шёл. Это было понятно, что он шёл, и от этого ведьме Ирэн становилось приятно. О, она любила это состояние перед боем. Всегда перед боем по её телу разливалась приятная дрожь возбуждения, словно перед бурной и страстной любовной игрой, тело напрягало каждую мышцу, внутри скручивалась настоящая пружина, когда адреналин ударял в голову, опьяняя чувства, обострённые дозой серпентина и адреналита, и острые ногти с нетерпением постукивали по рукояти меча. Она ждала, пока он придёт на её поле, чтобы сражаться по её правилам. Потери кабала, тщетно пытавшегося остановить убийцу её не волновали. Ведьма не подозревала, насколько они с её врагом отличались. Там, где она испытывала возбуждение, её враг оставался спокойным, словно гладь озера. Вессан следовал традициям храма Яростных мстителей. Воитель надевает душу воина словно маску, отстраняясь от мыслей. Он не должен получать от битвы ни удовольствия, ни отвращения. Он не должен испытывать чувств вообще, отстранёно наблюдая за картиной боя, и действуя повинуясь разуму и рефлексам, но не эмоциям. Позволить бою течь через себя, словно спокойной реке, плыть по нему, рассекая зеркальную гладь воды сражения. Он незримой тенью проник в крепость культа, минуя ловушки и сигнализацию, и дал себя обнаружить только тогда, когда это было нужно. Он сеял смерть щедрыми горстями, оставляя за собой прожжённые бласт-пистолетами трупы. Укрытый теневым и голографическим полем, почти неуязвимый, смертоносный архонт шёл вперёд по коридорам, ювелирно избегая ловушек, которыми они были напичканы, будто знал о каждой из них (на самом деле так и было). Никто и не подозревал, какая титаническая подготовка предшествовала этому кошмарному нападению. Неделя подготовки, ради двадцати минут боя, который должен был закончиться смертью одной женщины. Тщательная проверка и изготовление оснащения, допрос пойманного раба, чтобы узнать о ловушках и планах дворца, подготовка и медитации. И всё ради одного момента. Ради этого. Резные панели двери взорвались, оставляя после себя облака дыма. Дело явно не обошлось без дымовых гранат, потому что дыма было слишком много. Спустя мгновение из клубов дыма в зал ворвался тёмный силуэт. Стоявшая посреди зала ведьма немедленно атаковала изящным выпадом. Она двигалась быстрее молнии, чётко, как по учебнику, зайдя сбоку, и рассекая вторженца пополам изящным ударом глефы, запоздало отметив, что это не убийца, а труп одного из её стражников. Инстинкты, взвинченные серпентином на максимум, взвыли о том, что её атакуют сзади, и она рефлекторно заблокировала удар. Думать о том, как оппонент успел проникнуть в комнату и обойти её сзади ей было некогда. Новый прилив адреналина ударил в голову, когда она увидела его за вуалью теневого поля. Его. Почти такого же как тогда на арене, почти не поменявшегося. Ведьма уже не помнила себя, опьяненная наркотиками и жаждой убийства, она просто атаковала раз за разом, пуская в ход весь свой арсенал, и уклоняясь от выстрелов. Ей некогда было даже подумать, и понять, что её враг ведёт себя как минимум странно. Он стрелял почти что мимо. Не доставал меч, не включал голополе, не пользовался крейданном, трубки которого выглядывали у него из-за спины. И молчал. Сначала могло показаться, что он заперся в глубокую оборону, и ведьма принимала это за чистую монету, в упор не замечая странности в поведении оппонента. Она пьянела от боя, она видела, как он отступает, и промахивается по ней. И атаковала с удесятерённой яростью. Вессан же действовал по строгому расчёту, ибо его приказ смерть ведьмы не предусматривал. Он знал, что проиграет в ближнем бою ведьме, к тому же превратившейся в безумную кхэлас мэнаид. Но он так же знал, что адреналин и наркотики - помощники только поначалу. Они имеют время действия. К тому же тот дым, который он впустил в комнату был не совсем простым маскировочным дымом. В нём содержался интереснейший газ. Совершенно безвредный, пока не попадёт в кровь, где уже плавает серпентин. Да, адреналин в крови замедлял реакцию, служа для неё ингибитором, но адреналин - штука временная. Главное не дать ведьме поводов для очередного выброса адреналина в кровь. То есть не дёргаться, обороняться и не переходить в атаку. Подло? Кто-то скажет что подло, но не в Коморре. Ведьмы слишком привыкли к честным сражениям в открытую. Когда они начинают соперничать с архонтами, обычно это кончается плачевно, разумеется если архонт не полный некомпетентный идиот. Это понимала даже Лелит Гесперакс, но вот ведьме Ирэн похоже такое чувство как страх было незнакомо. А зря, потому что страх следует из инстинкта самосохранения, и предупреждает эльдара о том, что пора остановиться. Если вам стало страшно, значит вам грозит опасность, поэтому чувство страха - вещь очень полезная. А тем временем невидимый враг в крови Ирэн начинал действовать. Организм, который не подвергался атаке, не видел надобности в новых порциях адреналина. По мере того как реагировал адреналин, выброшенный ранее, начиналась реакция. Молекулы газа, попавшего через лёгкие в кровь, разрывали водородные связи молекул серпентина, и отрывали от него небольшой кусочек. Кусочек, соединялся с гидроксильной группой молекулы газа, это всё неслось в мозг и нервные ткани, подавляя их... В течение нескольких десятков секунд здоровенная доза серпентина, принятая ведьмой, превратилась в мощнейший снотворный наркотик. Ирэн быстро ощутила, что с ней что-то не так. Ярость схлынула будто по щелчку пальцев, движения замедлились, и в теле поселилась предательская слабость, изгнать которую не удавалось. Дыхание и сердечный ритм замедлялись, ноги моментально стали ватными, а пальцы сообщили, что им жутко тяжело удерживать даже лёгкую как пёрышко глефу. Она сбилась с темпа атаки, потеряла ритм. И мозг отказывался осознавать, что эта остановка будет для неё смертельна. Потому что ему не хотелось думать или осознавать. Хотелось закрыть глаза, и спать... Вессан еле успел подхватить упавшую ведьму, чуть не напоровшуюся на лезвие выпавшей из рук глефы. Снаружи раздавались звуки сражения и вой двигателей рейдеров. Это парни прилетели за Вессаном, и заодно поднимали на трон культа Проклятого Клинка многообещающую суккубу Элиэнну Эн'Вайл Меншас, дальнюю родственницу архонта Вайла Вайл'Ак Ак Меншаса, взятую Вектом под крыло в качестве жеста великодушия после трагической смерти архонта. Вознёсшаяся в один момент суккуба явно будет довольна таким исходом, и некоторое время точно сохранит верность Аздрубаэлю Векту. А вот судьба лежащей без чувств перед Вессаном ведьмы Ирэн похоже незавидна, потому что покушение на одного из архонтов кабала Чёрного Сердца было преступлением из разряда тех, которые Вектом не прощались. Хотя если подумать, а были ли вообще преступления, которые Тиран прощал?