Необычная компания.

       POV Бекхён.                      Парта - жёсткая и неудобная вещь. Книги - лишний груз. Тетради - листы для марания. Учёба, нафиг её.               Каждый день, каждый божий день. Как же бесит школа. Всем нужна учёба, говорят они. Школьные годы самые лучшие годы, говорят они. Время романтики, говорят они. Это лишь сладкая ложь! Как будто алгебра и геометрия пригодятся мне в жизни. Как будто я буду находить площади треугольников и квадратов. Это не мне, это им нужно, ради зарплаты. На наши знания им плевать. Не люблю учителей, они скучные, нудные. Бесят! Бесит их лживые улыбки! Их ложь бесит! Учителя, вот они самые настоящие профессиональные актёры.               — Бён Бекхён! Сколько можно спать на уроках?!, — учитель бесится, опять будут ругать. Бён Бекхён, хах, вот это актёрское мастерство! Дома папа не называет меня по имени. Актёр, снимай уже маску. Бесишь!        — Достали!, — я встал и взяв свой рюкзак вышел из класса захлопнув дверью. Пойду гулять.                      Звонит, зачем? Неужели волнуется? Скорее всего боится, что за мои проступки вычтут из его зарплаты.        — Эй, пацан! Чего ты не в школе?, — рядом стоял и тупо улыбался какой-то альфа.        — А тебе то что?, — выпалил я поедая свой бургер.        — Интересно стало, хочу завести друзей в своей новой школе, — альфа улыбаясь присел рядом.        — Я не дружу с теми кто учится в этой школе., — я усмехнулся, это правда, в школе у меня друзей не было.        — А я стану твоим первым другом тогда, меня зовут Ким Ки…        — Блять! Опять с омегами возишься?! На урок опоздаем!, — закричал какой-то альфа и мой новый знакомый извинившись побежал за своим другом.                      Бесят такие ребята! Боятся, что им поставят двойку, боятся опоздать, боятся учителей.               Я посмотрел на часы, ещё рано.               Конец POV Бекхён.                      Бекхён ждал 15:00 часов. Только в это время до 20:30 он был счастлив по настоящему. Это было место где он пропадал каждый день. А по выходным с утра до вечера он находился там, в своём убежище. У него там были друзья которых он уважал и ценил. Там он мог быть самим собой, мог улыбаться искренне. Там он наслаждался музыкой, любой. Там он пел и танцевал, там он был свободен.                      «Бекхён! Быстро вернись в школу!», — пришло сообщение, на что парень лишь фыркнул.               «Иди нафиг!», ~отправить!~, — Бекхён улыбнулся сам себе., - Хм, уже три часа.               — Молодой человек!, — Бекхён за спиной услышал строгий и злой голос отца-альфы.        — Чего тебе старик?! , — Бек повернулся к отцу.        — Сколько тебе надо повторять не прогуливать уроки?!        — Ой, иди ты, я спешу!, — фыркнул Бекхён.        — Бён Бекхён! Сейчас ты с нами едешь домой!, — сказал мужчина идя к машине.        — С чего ты решил?! Зачем я должен ехать с вами?!, — Бекхёну стало страшно, что его лишат его маленького счастья.        — Поговорим в машине! Если ты сейчас не поедешь домой с нами, я буду вынужден запереть тебя дома на месяц!        — Ну ладно…, — Бекхён последовал за отцом.                      Бекхён тяжко вздохнул увидев своего «Любимого папочку».        — И что он тут забыл?, — фыркнул Бек.        — Бекхён!        — Что?! Ладно, давай отчитывай меня! Ругай! Я уже привык слушать то,  какой я придурок! Что я позорю семью и так далее!        — Бекхён, я уже привык к твоим прогулам, к тому, что ты поздно возвращаешься домой, даже к твоей манере общения со мной, но зачем ты посылаешь своего папу?!, — спросил отец.        — Он мне не папа! И никогда им не станет!, — перешёл на истерический крик Бекхён.        — Щенок!, — за оскорблением в сторону Бекхёна последовал звонкий шлепок по щеке.        — Успокойся!, — строгий голос отца-альфы.        — Да как ты посмел?! , — Бекхён со слезами на глазах посмотрел в сторону отчима и вышел из машины хлопнув дверью.                      Бекхёна никогда в жизни ещё не били. Ни кто не смел поднимать руку на него. И этот шлепок, это первый раз когда его ударили. Щека болела, остался след от пощечины. Бекхён злился, вытирал слёзы с щёк и шёл в глубь парка. «Эта тварь! Как он посмел?! Суки! Чтоб они оба сдохли! Бесят!», — дулся Бекхён.               — Избаловали мы его, слишком много свободы дали ему, говорил ведь надо быть намного строже к нему! А ты говорил, «бедный мальчик пережил развод родителей, потом ещё и папа его умер, пусть живёт», — вздохнул альфа.        — Я поднял на него руку, бедное дитя. Может остановить его и попросить прощенья? , — омега сжал губы.        — Нет, вот из-за того, что ты постоянно просишь прощенья, он таким и стал. Пусть это будет хоть каким-то уроком!