Я видел короткие сны

Джерард рос очень спокойным мальчиком. Будучи ещё грудным малышом, он очень мало плакал, всегда послушно ел то, что ему давали, и засыпал под тихие колыбельные матери. Когда Джерард подрос, родители начали водить его в детский садик, который был ближе всего к дому. Всё было хорошо: он начал общаться со своими сверстниками, заводил себе друзей, слушался воспитателей и всячески помогал им. Но где-то через пару месяцев к ним в группу привели новенького. Его звали Мартином. Джерард, воодушевлённый тем, что может обрести нового друга, подбежал к мальчику и предложил ему поиграть вместе со всеми. Когда они играли всей группой на большом ковре, Мартин заметил надпись на ручке Джерарда. Мальчик призадумался и спросил при всех: — Почему на твоей руке имя мальчика? — спросил Мартин, нахмурив свои маленькие бровки, от чего на лбу появилась маленькая складочка. — У каждого мальчика должно быть написано имя девочки, а у девочки — имя мальчика. Все дети, игравшие рядом с ними, начали смотреть на Джерарда, а тот, нахмурившись, смотрел на своё запястье. — Ты какой-то неправильный… Ты сломанный. А как говорит моя мама: если сломано — то браковано, — продолжил Мартин. — Бракованный! Бракованный! Джерард — неправильный, он — сломанный-бракованный! — смеялся мальчик, хлопая в ладоши и показывая на Джерарда своим пальчиком. Все дети начали смеяться вместе с Мартином, а тот в свою очередь был доволен тем, какие правильные выводы он смог сделать. С того самого дня над Джерардом начали издеваться, говорить, что он — неправильный. За ним закрепилось прозвище "бракованный" и теперь редко можно было услышать его имя в этой группе. В этой группе для детей не было мальчика с именем Джерард, теперь для них был только мальчик по имени Бракованный. Воспитатели пытались успокоить детей, объяснить им, что у любви нет пола и возраста, для неё нет рамок и все перед ней равны. Но разве дети могут это понять? Они только дети судят по тому, что видят каждый день: родители — мужчина и женщина, которые любят друг друга; влюблённая пара, держащаяся за руки по телевизору — парень и девушка. Всё должно быть так, без исключений. Всё чаще Джерарда можно было увидеть где-нибудь в углу комнаты с опущенной головой и машинкой в руке. Он стал замыкаться в себе и с каждым днём он всё больше и больше ненавидел имя на своём запястье. Однажды, когда вся семья легла спать, Донна услышала всхлипы в доме. В ночной рубашке и босиком она вышла в коридор и прислушалась к звукам. Тогда она поняла, что всхлипы доносятся из комнаты Джерарда. Девушка аккуратно вошла в комнату сына и увидела, подрагивающую от всхлипов, спину мальчика. Она тихо и осторожно подошла к кровати и присела на её край. Лёгкими движениями руки она начала поглаживать мальчика по волосам. Только истинная мать может понять, что сейчас творилось в душе Донны. Она не могла смотреть, как плачет её дитя. Слёзы наворачивались на её глаза, а сердце разрывалось от того, что её ребёнка что-то мучает, что её ребёнок тихо плачет и старается не разбудить родителей своими всхлипами. Джерард повернулся лицом к матери и со слезами на глазах спросил: — Почему я бракованный? Почему у меня на руке имя мальчика, а не девочки? Так не должно быть. У всех мальчиков в садике на руках имена девочек. У папы на руке твоё имя. А у меня имя мальчика! Я — неправильный! Я — бракованный! — захлёбываясь слезами, говорил Джерард и смотрел на свою маму глазами, полными непонимания, обиды и горечи. Донна в порыве обняла мальчика. Слёзы капали с её глаз на пижаму ребёнка, затекая за ворот его футболочки с Росомахой, и тихо-тихо на ушко она сказала Джерарду: — Ты не бракованный. Никогда так не думай. Ты поймёшь это, когда подрастёшь и встретишь человека, чьё имя ты носишь на запястье. Ты не один такой на этом свете. И сейчас ты не одинок. Мы всегда с тобой. Мы всегда будем рядом и будем поддерживать тебя. И даже если что-то не так, расскажи нам об этом. Мы дадим тебе совет. Мы никогда тебя не бросим. Джерард обнял свою маму и также тихо на ушко ей сказал: — Хорошо, мамочка. Спасибо. Донна посмотрела на своего сына заплаканными глазами, улыбнулась слабой, но счастливой улыбкой, вытерла слёзы с лица мальчика и, поцеловав его в лобик, пожелала спокойной ночи.

***

На следующее утро Джерард рассказал, что в детском садике его невзлюбили и всячески над ним насмехаются. В этот же день родители мальчика пошли в детский сад и забрали документы. Теперь Донна занималась не только домашними делами, но и воспитанием сына. Джерард помогал матери, чем только мог. Но давайте не будем забывать, что ему всего лишь три года, так что у него были всплески активности, после чего оставалось много бардака в квартире, а иногда даже и разбитые стаканы с соком. Прошло некоторое время. И вот уже Джерарду четыре года, он сидит в гостиной на полу за кофейным столиком и рисует маленьких монстриков цветными карандашами. Из-за арки гостиной вышли родители, и подошли к мальчику. Они оба смотрели на Джерарда с широкими улыбками на лицах.  — Джерард, — позвала мальчика Донна. Мальчик поднял глаза на родителей. — Пожалуйста, пересядь на кресло. Встав из-за стола, Джерард запрыгнул на кресло. Донна и Дональд сели напротив него на диван. Джерард, — начала Дональд, —, а ты не хотел бы, чтобы у тебя был братик или сестричка? — Хочу, хочу, хочу! — закричал мальчик, запрыгав на кресле, хлопая в ладоши и широко улыбаясь. — Хочу братика! Можно мне братика? — Ну-ну, малыш, — серьёзным тоном сказал Дональд, но при этом не снимая улыбки со своего лица. — Если ты хочешь, чтобы у тебя был братик, ты должен хорошо себя вести и помогать маме. Тогда мы подумаем и решим, кто это будет — братик или сестричка. Хоть Донна и Дональд не знали, кто же будет их новым членом семьи — мальчик или девочка, —, но они были уверены, что даже если это будет девочка, то Джерард всё равно будет счастлив. Когда у Донны уже начал появляться животик, мальчик всячески разговаривал с ним. И даже когда девушка ругала его за то, что он мешается под ногами, Джерард всё равно не отступал от своего и бегал за мамой. Он так хотел, чтобы та маленькая жизнь, внутри животика мамы, запомнила его и полюбила. И вот настал тот долгожданный день. У Джерарда появился братик, а у Донны и Дональда ещё один сын. Право выбрать имя для братика выпало Джерарду. Он несколько дней сидел и добросовестно выбирал имя, которое ему нравится. И вот, когда Донну выписали из больницы вместе с ребёнком, Джерард подошёл к ней и потянул за подол платья. Донна посмотрела на сына, отдала ребёнка Дональду и опустилась перед Джерардом на корточки. Он подошёл к ней и сказал на ушко имя, которое он выбрал. Дона улыбнулась, тем самым одобрив выбор сына. На следующий день в картотеке города был зарегистрирован новый житель — Майкл Уэй.

***

Закончив университет будучи беременной, Линда решила, что пока Фрэнку не исполнится три года, она будет сама заниматься его воспитанием, а потом пойдёт работать медсестрой. Она учила Фрэнка говорить, ходить, правильно держать ложечку и всему тому, что должен уметь делать ребёнок до трёх лет. Почему она не отдала ребёнка в детский садик раньше? Она считала, что там его не смогут обучить в совершенстве тому, что он должен уметь. Да и Фрэнк был весьма упрямым ребёнком, из-за чего он мог надоесть воспитателям и они могли забросить его обучение. Этого она точно не хотела. Она ходила с Фрэнком в парк на детскую площадку, и пока Фрэнк играл с другими детьми, она сидела на лавочке и читала книги по медицине, отрываясь от них, только чтобы посмотреть, как там её сын. В один солнечный день, когда они снова пришли на площадку, Фрэнк пошёл играть в песочницу, а Линда также сидела на скамейке и читала книгу. Но в этот раз что-то пошло не так. С песочницы донёсся плач, и какая-то мамочка подбежала к плачущему ребёнку. Линда вскочила со скамейки и подбежала к песочнице. Фрэнк сидел на песке, угрюмо сдвинув бровки сложив руки на груди, а рядом с ним стояла женщина с плачущим ребёнком на руках и пыталась его успокоить. — Что произошло?! — обеспокоено спросила Линда у женщины. — Ваш мальчишка бросил песком в лицо моего мальчика! — возмущённо и громко сказала женщина. — Фрэнк, почему ты это сделал? — с сердитым лицом спросила Линда у сына. — Он сказал, что я ненормальный, если у меня имя мальчика на руке, и что тот мальчик тоже ненормальный, — прокричал Фрэнк. — Нельзя было за это кидать в мальчика песком. — Зато он больше не будет так глуп, и не будет говорить плохо про человека, которого даже не знает. Линда замолчала и посмотрела на женщину стоящую рядом с ребёнком в руках. Женщина вытирала глазки плачущему ребёнку своим платком и тихо что-то ему шептала. — Простите, пожалуйста, моего сына, я с ним ещё поговорю, — сказала Линда женщине. — Уж будьте добры и воспитайте своего сына! — ответила женщина и ушла с ребёнком с площадки. — Фрэнк, пойдём. Нам нужно поговорить. — Но он был не прав. Я нормальный и мальчик, который носит моё имя на руке тоже нормальный. — Конечно, вы нормальные. Боже, да вы даже лучше многих людей на этой Земле! Но ты должен понять, что не всё решается силой. Иногда нужно переступить через себя и отпустить того человека, который сказал тебе что-то плохое, ведь ты можешь его больше никогда не встретить, а если ты вступишь с ним в драку, то от этого могут пострадать и ты и он. Так нельзя, Фрэнк. Иногда конфликт можно решить словами, а не только действиями. Ты понял меня, Фрэнк? — Понял, мамочка. Но я не обещаю, что смогу всегда себя сдерживать, — сказал мальчик, надув губы и смотря прямо матери в глаза. — Я надеюсь, что это будет очень редко.

***

И вот, когда Фрэнк уже ходит в детский садик, Линда начала получать жалобы от других родителей, что Фрэнк дерётся с их детьми. И с каждым разом, когда Линда приходила за Фрэнком, она замечала новое ранение на сыне. С осуждающим видом она забирала Фрэнка домой и разговаривала с ним об случившимся. А когда ложилась спать, она рассказывала мужу о том, что случилось. В это время отец думал о том, что из его сына растёт отличный защитник, и что его родственной душе повезло с его сыном, и они смогут преодолеть трудности жизни. Но всё-таки нужно поговорить с Фрэнком на выходных, ибо всему нужно знать меру. И вот после разговора с отцом, Линде больше не жаловались на Фрэнка другие родители, а у того в свою очередь больше не было ранений по окончанию дня в садике. И были только редкие случаи, когда Фрэнк дрался с кем-то в группе, и эти случаи означали, что его действительно довели до кипящей злости. Но то, что Фрэнк начал сдерживать свои порывы, принесло свои плоды. Он завёл себе друга и этого друга звали Рэйем Торо. Каждый день Рэй успокаивал мальчика и не давал тому влезть в драку, после чего он уводил его играть в другое место. Фрэнк был счастлив тому, что у него появился сверстник, который не смеялся над ним. Тогда мальчик решил, что никогда не отпустит нового друга от себя и что он всегда будет ценить его не смотря ни на что.