Синигами XXI века: Генезис

Хирако не ожидал услышать подобное. Еще его потряс Маюри. Он стал совсем другим – вся эта ситуация подкосила его. Возвращение Куросаки немного оживило его, но сейчас, казалось, его руки уже опустились окончательно. Пока Шинджи переваривал происходящее, вопросы начал задавать Куротсучи: - Что тебе поведал Хицугая? Хирако даже вначале не понял вопроса, но потом, словно расслышав, ответил: - В общем, он погнался за ней. Не знаю, где конкретно он ее догнал. Между ними завязалась потасовка. И в ходе этого ему удалось сорвать с нее капюшон, и вот тогда он и увидел, что это Карин. - Хм.., - Маюри задумался, - о потасовке я слышу впервые. Она решила мне об этом не рассказывать. Что было дальше? - Она его ранила. - Она его ранила? – Маюри не поверил своим ушам. - Да, - Хирако кивнул, - Тоширо вначале расчувствовался. Ему казалось, что перед ним призрак. Он даже обнял ее, а она воспользовалась моментом и вонзила кинжал ему в плечо. Еще она что-то сказала и ушла. Потом его обнаружили, вернули в Готей. Он никому про нее не рассказал. Я сам узнал только утром. - Что же она сказала ему? - Я не знаю, но ее слова произвели на него…неизгладимое впечатление. Он ее испугался до чертиков. - Испугался? – Маюри усмехнулся. – Твой друг всегда был слабее нее. Хирако пожал плечами. - Не буду этого утверждать, но думаю, что все оставшиеся чувства к ней разом умерли. Страх творит с людьми странные вещи. - Ты прав, но что касается Хицугаи, то тут все просто – ему не нужны трудности. Он привык, что все идет так, как хочется ему. Ему нравилось в ней что-то определенное, а она по глупости усиливала эти качества, чтобы удерживать его, все-таки любовь и прочая чепуха. Сейчас, то, что он увидел, ему не понравилось, вот он и повернул назад. Куросаки не то, что не милая и пушистая, она даже не близка к этим понятиям. Все добрые качества давно похоронены под глубокими песками Агарты. Не стану скрывать – в ней всегда присутствовали жестокость, хладнокровие, четкий расчет, равнодушие. Просто сейчас эти качества обострены до предела. – Маюри ненадолго замолчал. – Значит, Хицугая отпадает…. Хотя я на него особо и не рассчитывал никогда. Остается только ее сестра и отец. - Что ты имеешь в виду? - Это люди, которые, как я надеюсь, помогут ей вспомнить кто она на самом деле. Своего рода катализатор, запускающий нужные процессы. - Нужные процессы – вещь хорошая, - кивнул Хирако, - только может быть расскажешь, что же с ней происходит? - Не помню, чтобы ты входил в мой круг доверия. Хирако тяжело вздохнул. - Прекрати так нарочито дышать, меня это нервирует, - сказал Маюри, а Хирако уже и не знал, дышать ли ему вообще. – Ладно, так и быть. Тебе повезло, что ты меньшее из зол. - О, я тронут. - Начнем с того, что сейчас ее имя Адавийя. Хирако оценивающе качнул головой. Имя действительно подходящее для пустынной Агарты. Маюри рассказывал дальше: - Случилось так, что она сама ко мне пришла, - Маюри увидел очередную порцию удивления и подтвердил свои слова. – Да, да, именно так – она пришла ко мне. Я только после понял, как она смогла найти мой дом. Опирался на ее слова и на то, что известно мне. - Тебе что-то было известно до всего произошедшего? - Я догадывался, - уточнил бывший капитан, - но понял уже здесь. - О чем ты догадывался? - Может, просто послушаешь? - Хорошо, прости, продолжай. Маюри уже пожалел о решении рассказать все Хирако, но как бы бывшему капитану не хотелось, пришлось признать неотвратимый факт – он не может помочь Куросаки сам. Ему нужна помощь. - Она появилась в первый вечер после моего отстранения. Той ночью шел первый дождь, - Хирако кивнул, он помнил тот день. – Не сразу, но мне удалось выведать у нее кое-какую информацию. Мне известно, что сейчас она держит небольшой трактир в Агарте в бедном квартале. - Трактир? – улыбнулся Хирако. - Я понимаю твои эмоции, сам долго смеялся. Но она держит трактир только последние пару лет, до этого у нее была совершенно другая жизнь, другой род занятий - Маюри сделал паузу. – Как я понял, жизнь в Агарте далеко не радужная. Если ты не появился в богатом районе, шансов на существование у тебя немного. - В Сейретее тот же принцип. Маюри с ним согласился. - Не буду сравнивать, но ей там пришлось не сладко. Она была из бедного квартала, выживала как могла, а потом что-то вынудило ее присоединиться к одной группе людей и долгое время находиться с ними. - Кто они? – спросил Хирако, но где-то в глубине души, вспоминая ночное происшествие, он уже знал ответ. - Они называют себя братство ассасинов. – Маюри увидел, что Шинджи не до конца понял его слова. – Наемники, убивающие людей за определенную плату. Маюри увидел, что у Хирако даже ноздри сузились. Кажется, он ожидал услышать нечто подобное, и все-таки слова Маюри обескуражили синигами. - Потом что-то там у нее произошло, и она покинула их, но как ты видел, навыки никуда не делись. - Да, я видел, как она… появилась из ниоткуда и пропала… туда же! – с запинкой сказал Шинджи. - Это их умение – они могут перемещаться в небольшом пространстве, используя тень. – Хирако уже открыл рот, чтобы спросить, как они могут так делать, но Маюри перебил его. – Я не знаю, как! Я спрашивал! – Хирако опять глубже погрузился в кресло. Маюри продолжил. – Куросаки сказала, что несколько месяцев назад из Агарты сюда сбежал жрец храма, прихватив с собой одну интересную книгу. - Что за книга? - В ней записаны известные заклятия, которые им поведал дух кристаллов. - Так вот как им удалось извлечь духов!? – Хирако резко подскочил на ноги. Маюри жестом указал ему сесть обратно. - Какие вы, синигами, не терпеливые, - посетовал Маюри. – Да, я думаю, все происходит благодаря беглому жрецу и его милому книжному изданию. Правители Агарты связались с братством и сделали заказ, но с одним условием – чтобы на задание отправилась именно Куросаки. - Даже так, - задумался Шинджи, - получается, что им было известно, кем она была. - Само собой, - кивнул Куротсучи. – Когда она прибыла в Агарту первый раз, она отправилась сразу к правителям измерения. - Они рассчитывали вернуть кристаллы назад, - рассудил Хирако. - Именно, - Куротсучи удивился – оказывается, капитан Шинджи умеет думать. – Но их план пошел не по задуманному. Время идет, а Куросаки все еще не вернула им кристаллы. - Что с ней происходит? – Хирако задал главный вопрос. Маюри встал с кресла и пошел куда-то вглубь комнаты. Хирако следил за ним. Он увидел, как хозяин дома открывает дверцу небольшого шкафа и достает оттуда сверток. Шинджи увидел, что это меч, обернутый старой тканью. Маюри вернулся на свое место и протянул клинок синигами. Хирако в нетерпении взял предмет, быстро развернул ткань и поднес его чуть ближе к огню. Самурайский меч, таких в Готее великое множество, но трещины по всей длине лезвия и три ярких янтарных вкрапления чуть ниже рукояти отличает этот клинок от всех. Хирако внимательно осмотрел меч, покрутил его и затем вернул Маюри. Тот обернул его тканью и положил на пол рядом с собой. - Что ты думаешь? – спросил Маюри. - Камни – это крупицы кристаллов Зен, тут даже думать не надо. – Маюри улыбнулся и про себя подумал, что тот же Кераку не сразу догадался бы об этом, а Шинджи рассуждал дальше. – Лезвие острое, но вот трещины…. Наши мечи не коррозируют, на них не могут появляться трещины. Поэтому это не… как сказать, проводник духовной энергии синигами. - Ты мыслишь правильно, и все-таки ты прав лишь частично. Этот меч я нашел, когда мы разбирали завалы. - Это его взрывом так? - Какой ты нетерпеливый, - Маюри качал головой. – Дослушай до конца, тогда уже и спрашивай. Хирако даже цокнул. Ему не терпелось узнать историю. - От взрыва он не пострадал. Был обычный клинок, ничем от других не отличишь. Он был спрятан в полу комнаты для симуляций. Как оказалось, там было большое отделение, где лежал металлический цилиндр под размер клинка. Не сразу, но я понял, что у Куросаки был такой же меч. - Но клинок исчезает после смерти его владельца? - Шинджи! – Маюри повысил голос. Хирако замолчал. - Говорю, я все окончательно понял, когда Куросаки появилась на пороге моего дома. До этого я обдумывал некоторые варианты. В моем кабинете стоял большой комод, где лежали проекты, требующие осмысления и доработки. – Маюри увидел скептический взгляд Хирако. – Короче, они не работали. Я туда не заглядываю, но зачем-то полез. Сейчас, уже и не вспомню зачем, и кое-что обнаружил. - Дай угадаю – чего-то не хватало. - Ты схватываешь на лету. Да, одной папки не было. – Маюри шмыгнул носом. – Этот проект задумал еще Урохара, будучи капитаном, я продолжил разработки, но мы ни к чему не пришли. Проект получил название «Генезис», - ответил Маюри, предугадав вопрос собеседника. – Много столетий назад мы задумались над вопросом реинкарнации. Можно ли каким-то образом сократить временной промежуток между воплощениями и перерождениями. Не добившись результатов, было решено убрать идею в долгий ящик. Вначале я обнаружил пропажу папки, а потом меч. Я подумал, что, возможно, Урохара постарался. Решил возобновить опыты и умыкнул файл у меня из-под носа. Это в его стиле. Именно поэтому я и отправился к нему в тот злополучный день. - Когда произошел взрыв, - закончил Хирако. – Теперь понятно…. Урохара ведь не причем? - Конечно, нет. Потом обнаружив меч, я стал думать на Карин, но своими мыслями не делился, поскольку мог быть не прав. Но когда она появилась у меня, я убедился в своем предположении. Она нашла верную формулу, сделала то, чего мы с Урохарой не смогли! - Неужели ты признаешь, что Куросаки обставила тебя? – усмехнулся Хирако. Маюри хохотнул в ответ. - Она не меня обставила, а весь Готей. - В каком смысле? Только не говори, что она инсценировала собственную смерть! Это уже будет похоже на бред. - Нет, нет, она действительно погибла двадцать пять лет назад. Ее хитрость заключалась в другом. Думается мне, она либо знала, что погибнет, либо специально подставилась под удар. - Зачем ей это делать? - Ответ на этот вопрос можно узнать только у Куросаки. Надеюсь, когда-нибудь я его получу, но сейчас мы имеем то, что имеем. Она очнулась в Агарте спустя год после смерти. - Спустя год?! – ахнул Шинджи. – Но…как…невозможно? Маюри скептически посмотрел на Хирако, на его панику. Даже улыбка появилась на лице бывшего капитана. Кипение мозгов синигами его веселило. - Но раз она наверху, - Хирако пальцем указал на потолок, - значит, все правда. - Конечно, правда. Подобную историю мне просто лень придумывать. – Маюри продолжил повествование. – Ты спросишь – почему я решил, будто бы Куросаки знала о собственной смерти? Я тебе объясню. Она пришла ко мне и сказала, будто бы шла по следам. Словно что-то манило ее. Но манило ее кое-что конкретное – ее душа, спрятанная в мече. - Что? Это невозможно! Невозможно расколоть душу в нашем состоянии. Мы сами души, просто наш путь продолжается дальше, в этом мире. - Хирако, я не знаю, как ей это удалось. Она пришла сюда, взяла вот этот меч, - он указал на клинок, - и словно под гипнозом взяла и пронзила себя! - Пронзила? - Вот именно! Я тогда ничего не соображал, но затем произошел какой-то духовный всплеск, энергетический взрыв, после которого я увидел, что лезвие пошло трещинами, а ее рана затянулась. Как будто ее там и не было никогда! Именно в тот миг к ней вернулась сущность синигами. Я обрадовался, думал, она вспомнила, но на утро обнаружил иное – Куросаки по-прежнему утверждала, что ее имя Адавийя, а глаза приобрели ужасающий оранжевый оттенок. – Маюри замолчал. Он посмотрел на окно, на капли, медленно стекающие по стеклу. – Кристаллы Зен – величайшая ловушка. На самом деле, кристаллическая порода много веков, даже тысячелетия, служила тюрьмой древней богине, от которой собственно появился наш Король. - Ты не шутишь? – прошептал Хирако. – Значит, Зен – это дух, заключенный внутри кристаллов. И…погоди… она сейчас внутри Карин? Как она там оказалась? - Я не знаю как, могу лишь предположить. - Я слушаю и готов ко всем невероятным вещам, - Хирако всплеснул руками. - Мне доподлинно известно, что до Куросаки было еще несколько владельцев кристалла. Служители храма Агарты специально впускали в себя ее дух, чтобы она поведала остальным тайны сотворения миров, поделилась с ними невероятными заклятиями. Всю полученную информацию они записывали и составили эту злополучную книгу. Просто жрецы – верующие люди, умеющие сохранять концентрацию, умеющие договариваться с духами. Они абсолютно не учли один факт, что Зен – могущественная и сумасшедшая стерва, чей замысел – обрести новое тело. Со жрецами у нее отношения не складывались. Но потом ее подселили к местному военачальнику, и тогда Зен была очень близка к своей цели. Чтобы обрести собственное тело, ей нужно поглотить носителя, полностью подчинить его волю. Тогда на волю вырвется нечто, способное разрушить все. - Ты знаешь, в те дни я не заметил у Куросаки изменения в глазах. - Я тоже, - согласился Маюри. – Нет, я видел, что ей трудно, ее ноша тяжела, но таких признаков как сейчас я не наблюдал. - Что за признаки? - Она почти не может спать. Я варю специальные отвары, они на какое-то время смогут помогать, но скоро они станут бесполезны. Она слышит голоса, которые что-то ей кричат. Зен делает все, что она сдалась и полностью подчинилась ее воле. Думаю, скоро так и будет, если что-то не сделать. - Но что мы можем? - Нужно, чтобы она все вспомнила. Ведь каким-то образом она сдерживала Зен? - Думаешь, встреча с сестрой может все изменить? – предположил Хирако. - Возможно, а может и все усугубить. Сам видел, встреча с Хицугаей прошла не совсем гладко. Просто… у меня сложилось впечатление, что где-то на подсознательном уровне сама Куросаки не хочет вспоминать. - Почему ты так решил? Может, это все-таки Зен? - Может быть, отрицать не стоит. Просто…. Редко, но у нее бывают моменты просветления. Однажды она назвала меня тайчо. А в другой раз она сказала, что умерла из-за Готея. Я очень удивился услышанному, попросил повторить, а она уже забыла, что сказала. - Да уж…, - после всего Хирако не знал, что и думать. Голова вот-вот взорвется. Слишком много невероятной информации. – Теперь я знаю, откуда пришел вызов в особняк Фудзисавы. Маюри улыбнулся. - А ты думал, это счастливое стечение обстоятельств? Нет, дорогой, я все продумал и специально свел Куросаки и твоего дружка. Просто получился немного другой эффект, не то, что я ожидал. - А что это за фотография с могилой? - Какой могилой, ты о чем? – не понял Куротсучи. - Сегодня Кераку обнаружил у себя на столе черно-белую фотографию. Там изображено дерево, вдалеке какая-то развалина, которая раньше была домом, а под деревом свежее захоронение. Оно обведено черной пастой, а сзади написано: «Здесь спрятано кое-что интересное. Найдите, если сможете». Маюри откинулся на спинку. - Снимок с собой? - Нет, он пока у Кераку. Было решено, что небольшие группы будут патрулировать в аристократических районах, чтобы не только выявлять потенциальных похитителей, но и искать этот участок. Кстати, как ты узнал про Фудзисаву? - Куросаки сказала. Она изучала наши территории. Когда она попала сюда, то не говорила по-японски, сейчас свободно разговаривает. - Вот что значит опыт, - кивнул Хирако. - Да, да. И она увидела, как глава клана дарит своей дочери браслет с кристаллом, а внутри – дух лейтенанта Мацумото. - Да, было жутко, когда они были готовы пронзить оболочку камня. Урохара сказал, что даже мелкие трещины могут навредить и духу, и его истинному хозяину. Некоторые нам удалось вернуть, но, кажется, духа Мацумото среди них нет. - А что стало с другими фотографиями? Хирако задумался. - Я…не знаю, - признался он. – Они были у Хицугаи. - Он не мог их потерять? Шинджи пожал плечами. - Я уверен, что он их потерял! – Маюри злился. – И теперь кто-то погиб…. По-другому новую находку не объяснишь. Наконец, в комнате наступила тишина, нарушаемая треском дров и стуком капель по крыше. - Что ж, Шинджи, спасибо, что навестил, но думаю, тебе пора. Хирако ошарашено посмотрел на окно, на ненастную погоду. - Может, ты будешь так великодушен и разрешишь мне остаться на ночь? - С какой стати? - Я в свою очередь обязуюсь завтра же принести тебе копию снимка и не рассказывать о невероятном возвращении Куросаки. - Ты бы и так принес мне фотографии, поскольку своими силами будете искать год нужное место. Про Куросаки ты бы и так не рассказал, потому что тебя сочли бы за психа. - Иногда я бываю убедительным, - не унимался Хирако. Его не грела мысль о возвращении в Готей ночью по такой погоде. Маюри устало выдохнул. - Ладно, радуйся, что я сегодня добрый. Но чтобы утром тебя не было. Не хочу, чтобы Куросаки видела тебя. Еще психанет. Хирако удивился, но кивнул. Маюри встал, указал ему на разбитую софу недалеко от лестницы, а сам пошел наверх. Шинджи был не против вытянуть ноги, но он так пригрелся в кресле около камина, что решил подремать там. Ему казалось, что не заснет. Он услышал ошеломляющие вещи, от них трепетало в душе. Но Шинджи ошибся, и спустя какой-то время заснул под монотонный стук дождя.