Не надо звать Такеру

Саниро до последнего не знал, правильно ли он поступил, придя сюда. Зачем, и что пригнало его в эту студию? Простое любопытство? Или желание лишний раз доказать себе, что подобные действия могут вызывать лишь отвращение? Скорее всего, второе. Саниро уверенно вошёл в офис издательства. Так уверенно, что охранник у дверей не решился остановить его и потребовать причины прихода. Парень шёл по коридорам здания, ища на стене указатели, желая выйти на правильный путь. И вот наконец он увидел широкую стрелку с надписью «Фотостудия». Саниро прошёл в указанном направлении и скоро вышел к нужной двери с соответствующей табличкой. Осторожно приоткрыв дверь, Саниро услышал негромкую музыку и увидел ярко освещённое помещение, в середине которого был установлен тёмный экран, окружённый горящими софитами. Между трёх расставленных на треногах фотоаппаратов суетился невысокий лысоватый мужчина; на его короткой шее висело ещё две небольших камеры. – Хорошо. Да. Хорошо. Мацуи, больше чувств. Встань ближе, – комментировал беспокойный фотограф, умудряясь использовать все свои фотокамеры. Перед экраном находились двое парней. Они не спеша прикасались друг к другу, ласкали. Молодой крепкий парень, которого назвали Мацуи, был с обнажённым торсом лишь в брюках. Его напарник помимо брюк имел ещё и рубашку, правда распахнутую и приспущенную с одного плеча. Парни изображали прелюдию к постельным утехам. Саниро прикрыл дверь, подошёл поближе. В помещении присутствовало ещё трое мужчин. Все не отрываясь, смотрели на «сцену». На вошедшего никто не обратил внимания. Саниро ещё усмехнулся – очередь что ли? Парни продолжали игру. Мацуи запускал руку под рубашку партнёра, под пояс брюк, приближался и осторожно обнимал его. Партнёр принимал его ласки, откидывал голову, прикрывал глаза, его рука то робко поглаживала тело парня, то, пыталась остановить его нескромные прикосновения. – Стоп! – крикнул фотограф. – Отлично. Пожалуй, можно раздеваться, Такеру. Парни, которые только что обнимались, тут же отошли друг от друга. Такеру снял рубашку. – Так! А это кто к нам пожаловал? – возмутился фотограф, заметив постороннего в зале. – Эй, кто вас сюда впустил? Все присутствующие тут же повернулись к Саниро. А он стоял и не знал, что ответить. Лишь неуверенно поглядывал на Такеру. Тот его, конечно же, узнал и подошёл. – Оставь, это мой друг, – кинул он на ходу фотографу и улыбнулся Саниро. – Привет. Не ожидал, что ты придёшь. Но я рад. – Я просто хотел посмотреть, как ты работаешь. – Хорошо. Только отключи телефон, пожалуйста. Наш мастер приходит в гнев, если ему что-то мешает. Такеру вернулся к работе. Он снял и брюки, оставшись совсем нагим. Под тихие звуки музыки ласки парней возобновились. Движения были плавными, объятия не крепкими, поцелуи едва касались кожи. Мацуи вёл роль доминанта. Он склонялся над партнёром, он нескромно гладил его тело, сжимал его плечи, опускал руку под низ живота. Такеру принимал партнёра с видимым наслаждением. Его тело изгибалось, поворачивалось, подчиняясь желаниям объятий. На лице лежала истома, из-под опущенных ресниц проглядывало сладострастие, из приоткрытых губ дышало молчаливое согласие. Каждым движением рук, головы, тела, каждым взглядом парень позволял желать себя и обещал исполнить это желание. Сначала Саниро смотрел на игру парней с некоторым пренебрежением, но после поймал себя на том, что действие захватывает и даже… да, возбуждает. Внизу живота заныло. Так обычно бывало, когда он смотрел стриптиз. Женский, естественно. А постельные утехи мужчин Саниро видел лишь раз в порно-фильме, и увиденное примитивное ёрзанье вызвало в нём лишь отвращение. Но происходящее сейчас было настолько нежно, настолько красиво исполнено, что приятная теплота желания наполняла кровь и напрягала нервы. Застеснявшись своих ощущений, Саниро отвёл глаза, покосился на стоявших в стороне мужчин. И странно, те эмоций не скрывали – смотрели на действие, не отрываясь, один даже потихоньку потирал пах. Вот это уже противно, и Саниро вновь вернулся к наблюдению за играми парней, к приятным ощущениям. – Стоп! – неожиданно громыхнул голос фотографа. Саниро даже вздрогнул. Действие «спектакля» так увлекло, что фотограф и окружающие люди были напрочь забыты. – Отлично, парни. Пока отдыхаем. Такеру и Мацуи остановились. Один из мужчин подал Такеру серое кимоно, которое парень сразу же надел на себя. Мацуи же отошёл к столу, где находился кувшин с водой и стаканы. Было заметно, что парень напряжён. И узкие брюки плохо скрывали это напряжение. Завязав кимоно, Такеру лёгкой походкой подбежал к Саниро. – Ну как тебе? – поинтересовался он. – Понравилось? – Ну… Ничего так… – замялся парень. – Вообще-то, меня никогда не увлекало подобное искусство. – А хочешь попробовать? Саниро удивлённо вздёрнул брови. А Такеру уже увлёкся идеей. – Не бойся. Я всё придумал. Лица твоего видно не будет. Снимешь только рубашку. – А Мацуи… – Он тебя не тронет. Пойдём. Увидишь, будет здорово. Предложение столь неожиданно, что Саниро даже растерялся. А Такеру, не теряя времени, уже подлетел к фотографу и начал ему что-то объяснять. Мастер выслушал, оценивающе оглядел Саниро и согласно кивнул головой. Такеру подозвал Мацуи, подвёл к экрану Саниро и, пока тот снимал рубашку, каждому пояснил задачу. Затем скинул кимоно и бросил его стоявшему наготове мужчине. Саниро остолбенел. Одно дело наблюдать за обнажённым мужчиной со стороны, но совсем другое – находиться рядом с ним столь близко, да ещё и трогать его предстояло. Он неловко осматривал совершенную фигуру Такеру, нерешительно приподнимая руку. – Не стесняйся, – шепнул Такеру и сам приложил ладонь парня к своей груди. – Можешь ничего не делать, держи вот так руку и склони голову. Да, так. Саниро наклонил голову к плечу Такеру, повернулся к шее. – От тебя вкусно пахнет, – также шёпотом проговорил он. Такеру едва сдержался от довольной улыбки. Услышать комплимент от идеала – это великое достижение. Саниро не видел этой улыбки. Он стоял спиной к камере, к зрителям и ничего не видел. Только чёрные густые локоны длинных волос за плечом партнёра да голубую жилку под смуглой кожей на шее. Под ладонью чувствовалось равномерное биение сердца. Оно было тихим, но почему-то эхом отдавалось в груди парня. Чтоб избавиться от этого отклика, Саниро опустил ладонь немного ниже. Пальцы споткнулись о бугорок соска и вздрогнули. Тогда ладонь легла ещё ниже. – Обними его, – раздался приказ мастера. Саниро понял, что обращались к нему. Опустил руку на талию Такеру, завёл её за спину. Странно, биения сердца ладонь больше не чувствовала, но почему-то эхо от него ещё громче отдавалось в груди. – А теперь оба резко отверните головы, – командовал фотограф. – Ещё резче, чтобы волосы взлетели. И ещё разок. Отлично. Ещё немного объятий. Саниро, ты слишком скован. Расслабь мышцы, у тебя спина деревянная. Саниро старался. Он и не думал, что снимки в стиле ню даются с таким трудом. До конца расслабиться не получалось. Ладонь по шее поднялась к щеке, большой палец коснулся мякоти губ – и в памяти сразу вспыхнул поцелуй Такеру. Так ярко, что Саниро невольно закусил губу. Внизу живота снова заныло. – Ты мне обещал, – донёсся до слуха парня шёпот Мацуи. – Я помню, – тихо ответил Такеру. Саниро понял, о чём речь. Он покосился на Мацуи – тот выглядел относительно спокойно, но его дыхание отяжелело, а рука за спиной Такеру, нервно сжимала обнажённые ягодицы. Эти еле сдерживаемые эмоции должны были вызвать отвращение, но к изумлению Саниро вызвали в нём новый взрыв возбуждения. В брюках стало тесно, и появилось желание крепко прижаться к горячему телу. – Стоп! Достаточно, – громко сообщил фотограф. – Молодцы. Отдыхаем. Такеру, подойди. Всё тот же мужчина снова подал Такеру кимоно, и парень, нарядившись, подошёл к мастеру. Саниро и Мацуи остались одни. Саниро чувствовал себя не в своей тарелке. Всё слишком неожиданно случилось, и всё непривычно так. Мацуи равнодушно оглядел нового коллегу. – Ты и правда друг Такеру? – вдруг спросил он. – Работаем вместе на подиуме, – тускло ответил Саниро. – А. Ну тогда он без проблем поможет тебе снять напряжение. – И Мацуи кивком указал на разбухшую ширинку брюк парня. Саниро не понравилось это замечание. Пренебрежительно хмыкнув, он отошёл от неприятного собеседника к стулу, на котором висела его рубашка. Вскоре к нему подошёл Такеру. – Классные снимки получились, – с улыбкой сообщил он. – Хочешь посмотреть? – Нет, – буркнул Саниро. – Они войдут в журнал? – Обязательно! Но ты не беспокойся, тебя на них никто не узнает. Ты останешься до конца? – А разве будет ещё что-то? – Да. Сейчас диван принесут. – И что будет на нём? – насторожился Саниро. – В принципе, то же самое, только в горизонтальном положении. – Зачем так много снимков? – В журнал войдёт только девять из них, плюс обложка. Ну, так ты останешься? Оставайся, а потом можем пообедать где-нибудь. Я угощаю. Саниро молчал. Он и хотел остаться, и не хотел. Ему было интересно посмотреть продолжение, и в то же время понимал, что подобное зрелище, оказывается, плохо влияет на его психику. Любопытство победило. На «сцену» поставили тёмно-синий диван с невысокой спинкой. Такеру скинул кимоно, Мацуи расстегнул и чуть приспустил брюки, и началось. Саниро, как и остальные «зрители», приковал взгляд к новым неспешным играм парней. И сколько он наблюдал за спектаклем, столько в его разуме и пульсировали нервные мысли: «Надо уйти. Больше не выдержу. Хорошо, что здесь нет женщин. Надо уйти. Ведь не выдержу.» – Стоп! Закончили! Все зрители дружно издали вздох облегчения. Поднявшись с дивана, Мацуи сразу вышел в незаметную дверь напротив входа. Такеру накинул кимоно, о чём-то коротко пококетничал с фотографом, а после подбежал к Саниро. – Выходи на улицу. Мой автомобиль прямо возле подъезда, – сказал он. – Может, лучше на моём поедем? – предложил Саниро. – Ладно. Выбирай пока ресторан, а я скоро вернусь. И не дожидаясь ответа, Такеру поспешил скрыться за той же дверью, за которой исчез и Мацуи. Скоро вернётся? Разве такие дела скоро делаются? К Саниро подошёл фотограф, который оказался ниже парня на две головы. Он говорил что-то об оплате, о работе, просил какие-то личные данные. Но мысли Саниро были слишком далеко от деловых тем. Парень смотрел на блестящий лысый затылок мужчины, с трудом понимая, что тот от него хочет. Наконец не выдержав, он протянул фотографу свою визитку и попросил связаться с ним на следующий день. Мастер согласно кивнул и, забрав визитку, отстал. Четверо мужчин столпились вокруг компьютера в углу комнаты. Про Саниро, казалось, совсем забыли. Предоставленный сам себе, парень без каких-либо размышлений прямиком направился к незаметной двери напротив. За ней находилась что-то вроде костюмерной. В небольшой комнате стояло несколько турникетов с развешанной на «плечиках» различной одеждой, мужской и женской. Откуда-то из-за них доносились тихие сдавленные стоны и шумное дыхание. Саниро осторожно прошёл и заглянул за висевшую груду тряпья. На узкой кушетке лежал на спине Такеру, одна нога его была поднята и согнута в колене. Мацуи навис над ним, словно большая туча. Его обнажённые бёдра расположились между ног Такеру и делали равномерные, но быстрые и резкие движения взад-вперёд. На лице Такеру уже не было той истомы, которую он изображал ранее. Зато появилась непонятная смесь из страсти, терпения, страдания и наслаждения. И какое чувство являлось сильнее, понять было сложно. Тело его изгибалось, пальцы нервно впивались в кушетку, из горла вырывались короткие хриплые стоны. Саниро резко отвернулся. Он никогда ещё не испытывал такого огромного сексуального желания. И к кому? И от чего? Сумасшествие какое-то. Саниро спешно покинул комнату, пересёк студию и, хлопнув дверью, быстро побежал по коридорам, пулей вылетев из здания издательства. Отыскав на стоянке свой автомобиль, он сел в него и завёл мотор. Нервы были на взводе, тело ныло от неудовлетворённости. «Он без проблем поможет тебе снять напряжение». Нет. До связи с парнем Саниро не опустится. Сейчас он вернётся домой, а там целых три молодые служанки, готовых на любые прихоти господина. Голова разболелась. И жарко. Саниро выключил мотор. Как ехать в таком состоянии? Может, вызвать такси? Надо успокоиться. Парень откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. Да разве тут успокоишься, когда перед глазами вновь и вновь вспыхивали кадры из увиденного спектакля? Причём, самые нескромные кадры. В стекло постучали. Саниро открыл глаза – в окно заглядывала улыбающаяся мордочка Такеру. – Ну что, ты придумал, где мы будем обедать? Парень открыл дверцу и уселся на переднее сидение. Саниро смотрел на Такеру уже одетого, причёсанного, с обычными эмоциями и движениями, а внутри пылало возбуждение, и нервы сохраняли напряжение. – Давай, я просто отвезу тебя домой, – угрюмо предложил Саниро. – Ну, или куда тебе нужно. – А обед? – Я не хочу. – Жаль. – Такеру капризно скривил губки. – Ну ладно, отвези домой. Ехать недалеко. Саниро старался не смотреть на пассажира и даже не разговаривать с ним. Он сосредоточился на дороге, ответы давал односложные и холодные. Вот и нужный дом. Саниро остановил автомобиль у ворот. Однако Такеру не спешил выходить. – Точно не хочешь пообедать? – уточнил он. Но вместо ответа Саниро вдруг повернулся к нему и попросил: – Поцелуй меня ещё, как в прошлый раз. Такеру непонимающе хлопал ресничками. Чего это он вдруг? – Ну, я не знаю… – Парень неуверенно пожал плечами. Саниро покосился куда-то на заднее сидение. Потом ещё раз. Он ждал. Заметив это движение, Такеру тоже повернулся к заднему сидению, но там ничего не было. Странный какой-то Саниро. – Если, конечно, ты так хочешь… – Нет, не надо, – так же резко отказался Саниро. – Иди домой. Такеру совсем ничего не понимал. Наверно, бедняжка перевозбудился сегодня с непривычки. – Может, зайдёшь ко мне в гости? – предложил Такеру. – Посмотришь, как я живу. – Ты разве не с Уэда живёшь? – Да. Но он не будет против. Да и нет его сейчас дома. Уехал в другой город. – Командировка? – Нет… Просто увидел по интернету, как в каком-то городке один фитнес-клуб выставил мою фотографию в качестве рекламы. Вот, поехал разбираться. – Мог бы им позвонить. – Позвонил. Но те, видимо, не поверили и не отреагировали. Так что, не стесняйся, пойдём. Я тебя чем-нибудь вкусненьким угощу. Подумав, Саниро согласился. Войдя в дом, он осмотрелся, оглядел просторную светлую по современному обставленную гостиную, балкон второго этажа. – Большой домик, – высказал гость. – Прямо, как мой. Вы живёте без слуг? – К нам приходит одна женщина, готовит, убирает. Но она не живёт здесь, – пояснил хозяин дома. – На втором этаже наши с Уэда спальни. Вон там – моя, а там – его. – Я думал, вы вместе спите. – Чаще всего вместе, – скромно улыбнулся Такеру. – Чем тебя угостить? Едой или сначала выпьешь чего-нибудь? Ром, виски, бренди, сакэ… – Я люблю вино, – отозвался Саниро. – Желательно креплёное сладкое. – Вино… – Такеру подошёл бару, взглянул на его разнообразное содержимое. – Могу предложить Мартини, шоколадный ликёр… – Шоколадный? – оживился гость. – Да. А ты любишь шоколад? Правда?! Ой, я обожаю шоколад во всех его видах! Такеру был счастлив, что нашёл единомышленника. Схватив Саниро за руку, он подвёл его к стеллажу у стены и открыл один из шкафчиков. Тот оказался битком набит всякими коробочками для сладостей и шоколадками. – Смотри. Здесь мой постоянный запас шоколада разных сортов. Я могу за раз съесть килограмм конфет. Уэда знает это и вовсю балует меня. Угощайся. А вот смотри, эти фигурки тоже из шоколада. Держи. Вот швейцарские конфеты, немецкие, шоколад из России… Да ты не стесняйся. Рассказывая о своей сладкой коллекции, Такеру выкладывал шоколадки и нагружал ими Саниро. А гость и не думал отказываться. Набрав приличное количество конфет, он отошёл и разместился на диване. Началась дегустация. Такеру присоединился к парню, зашуршала фольга, в воздух поднялся запах шоколада. И вскоре на диване между двух сладкоежек лежала кучка смятых фантиков, среди которых уже трудно было найти уцелевшие конфеты. – Нужно запить, – заявил Саниро, устало откинувшись на спинку дивана. – Да. Я сейчас принесу воды. Такеру сбегал на кухню и принёс кувшин с водой и стакан. Сев рядом с Саниро, парень наполнил стакан и подал своему гостю. Напившись, гость снова откинулся. – Странный ты, Такеру, – высказал Саниро, оглядывая сидящего рядом парня. – Почему? – удивился Такеру. – Я такой, какой есть, обычный. – Нет, что-то в тебе не так. И на окружающих ты как-то действуешь неправильно. – Я тебя не понимаю, – честно признался Такеру, отставив кувшин и стакан на стоявший рядом журнальный столик. –Ты умудрился даже шею испачкать в шоколаде, – заметил Саниро. Он выпрямился и вытер рукой тёмную полосу на шее Такеру. Он вспомнил, как недавно крепко сжимал пальцы на этой шее, как чувствовал пульс на ней. Поддавшись воспоминаниям, рука невольно повторила этот жест. Такеру напрягся в ожидании. Что будет дальше? И снова этот робкий взгляд ожидающего своей участи пленника. Пленника, который готов исполнить желания господина. – Тебе нравится Мацуи? – спросил Саниро, отпустив шею и переведя ладонь на лицо. – Ну… Он красивый парень… С ним легко работать… – проговорил Такеру, не смея пошевелиться. Саниро приласкал кожу щеки, коснулся пальцем губ. – Зачем ты ему отдался? – Он был слишком возбуждён после съёмок… Да и я тоже… Саниро облизнулся, разглядывая полные мягкие губы. – Я хочу попробовать, – признался он. – С тобой. В твоей кровати. Согласен? – Да.