Не надо звать Такеру

Утром в гримёрке Такеру предстал перед очами директрисы. Увидав такого «красавца», Мидори так и села. Губа разбита, у глаза фингал, на скуле ссадина. – Что это? – ахнула женщина, беспомощно озираясь на свой коллектив. – Поверьте, Мидори-сан, я и сам не хотел подобного маскарада. – Такеру чувствовал себя виноватым. – Если не хотел, то откуда он взялся? – упрекала Мидори. – Сегодня первый день конкурса. Как ты выйдешь на подиум? – Я аккуратно наложу грим, и никто не заметит… Попрошу стилиста чёлку вот так… – Почему-то мне не очень верится, что это поможет. – Да не расстраивайтесь, Мидори-сан, – подошёл Саниро. – Рики выглядит намного хуже. – Рики? Ты дрался с Рики?! – Бедная женщина уже чуть ли не плакала. – И что же вы не поделили? Такеру смутился и отвёл глаза. Догадаться было нетрудно. – Боже мой! И кто об этом знает? Теперь взоры отвели все. – Значит, известно всем? Значит, дойдёт и до прессы? – Мидори была в отчаянии. – Всё. Это конец. И зачем я только связалась с тобой, Такеру! – Не говорите так, Мидори-сан, – заступилась одна из девушек. – Для прессы сейчас начнутся события значительно интереснее такой ерунды. – И то правда, – поддержала её подруга. – Пожалуйста, успокойтесь. Ведь всё только начинается. – Начинается? – вспыхнула Мидори. – Если это начало, то представляю, какое меня ждёт продолжение! Не в силах более сдерживать нервное напряжение, молодая женщина вскочила и быстро покинула гримёрку. В комнате повисла тишина. Такеру совсем расстроился. – Это всё из-за меня, – трагично произнёс он. – Глупости, – ответил Хикару. – В том, что случилось, есть другой виновник. Парень приблизился к Мокото и заглянул в его холодное лицо. – Ты ничего не хочешь сказать, Мокото? Ведь это ты вчера помог Рики устроить ловушку. Ты постоянно настраиваешь Мидори против Такеру. Ты – инициатор этой глупой войны. Из-за тебя Мидори теперь рыдает. – Рыдает? – усмехнулся Мокото. – Нет, она ещё не рыдает. Её эмоции будут намного ярче, когда я выложу в интернет фото разноцветной физиономии её звёздного сотрудника и его смачного поцелуя с Рики. И особенно полюбуюсь на то, как Мидори примет известие, что я, лицо фирмы, ухожу от неё. И ухожу прямо сейчас. – Из-за каких-то амбиций согласен предать Мидори? – упрекнул Саниро. – Не нужно таких высокопарных слов. Здесь я больше никому не нужен. Мидори поставила этого грязного извращенца выше меня. Да и вы оставили дружбу со мной ради его улыбочек. А может, даже ради его ласк, чему я не удивлюсь. Вот и оставайтесь с ним. А я посмотрю на вас со стороны и порадуюсь. С пожаром обиды в душе Мокото покинул комнату и своих товарищей. Уже бывших товарищей. Во вновь нависшей гнетущей тишине у Такеру возникло ощущение, будто из-за него рушится целый Мир. Парню было стыдно как никогда. – Ну и пусть уходит! – вдруг взвизгнул девичий голосок. – Тоже мне, птица важная! Предатель! Эгоист! Мерзавец! Подлец! И без него полетим! Коллектив с великим изумлением воззрился на некогда тихое нежное скромное создание. От столь при-стального внимания Юко засмущалась и даже покраснела. Но всё равно чувство справедливости в душе было ярче стеснения. – Никто и не заметит его отсутствия, – добавила девушка. – Вот именно что заметят, – ответил Такеру. – Мокото нужно остановить. Лучше я уйду. – Интересно, – усмехнулся Исами. – А кто ж тогда твои костюмы наденет? – Действительно! Среди нас больше нет таких коротышек, как ты, – поддержал Саниро. – А с Мокото у меня один размер даже обуви. Пусть валит, куда хочет. – Но как же Мидори? – Надо провести сегодня показ так, чтобы она не пожалела об уходе Мокото, – высказала своё мнение одна из девушек. – А про Такеру сказала: «Как хорошо, что я позвала именно тебя!» – Надо стать самыми интересными, придумать что-нибудь неординарное, – поддержала другая. – Раз уж начальник всё равно считает нас непослушными детьми, так может, похулиганим? Заодно и жюри повеселим. – Конкретнее, пожалуйста, – заинтересовался Хикару. – Например… Давайте в конце показа вы, мальчишки, наденете женские костюмы, а мы – мужские. – Мне идея нравится! – поддержал Саниро. – Будет весело. Только Мидори заранее не говорите. – Ага. Пусть лучше потом от нашего сюрприза в обморок упадёт, – согласился Исами. – Такеру, иди, замазывай свои болячки, ты среди нас самой красивой девушкой получишься! Всё жюри падёт к твоим ногам. И забудь о Мокото. В этой войне ты победил.