В первый и в последний раз

Доктор у нее не первый, вовсе нет, но в первый раз их близости – ее первый раз – она чувствует себя почти девственницей. Он – Доктор. Она всю жизнь провела, сходя по нему с ума и слушая истории Эми о нем, пока девочки росли вместе, а затем будучи студенткой археологии в университете. Сейчас он стал для нее почти мифом, и это еще как пугает. Страх о многом говорит, потому что Ривер Сонг не так-то просто напугать. Так что она изо всех сил старается этого не показывать, но ее выдают дрожащие пальцы, пытающиеся развязать его дурацкую бабочку, которую он упорно продолжает носить. Несколькими секундами позже она, пожалуй, проводит слишком много времени, просто уставившись на Доктора, прежде чем стянуть с плеч его расстегнутую рубашку. Но, черт возьми, это нечестно. Это ее первый раз с мужчиной, которого она изучала всю жизнь, мысли о котором постоянно занимали ее, в которого она влюблялась, но для него этот раз не первый. О нет, это совершенно точно не его первый раз. Он знает, что от местечка чуть ниже уха у нее подгибаются колени, а все тело заливается краской. Его руки аккуратно прокладывают тропинки по ее телу, но ясно как день, что они двигаются по знакомой территории, очерчивая вершины и впадины, которые он и так знает наизусть. Каждое его движение рассчитано на то, чтобы свести ее с ума. Ривер всегда знала, что он окажется искусным любовником; его глупые ребяческие повадки не смогли ее обмануть. Вместо них она всегда видела его чуткую и деликатную натуру, живущую под маской подростковой напыщенности. Но она и не подозревала, что все будет именно так. Он знает ее. Знает ее лучше, чем любой другой из ее любовников. Так что Ривер запускает пальцы в волосы Доктора; в ее попытке зацепиться за реальность его растрепанные каштановые пряди оказываются как раз пригодны для того, чтобы покрепче их сжать, когда он опускает голову меж ее ног. Пока его рот и пальцы слаженно двигаются по тщательно отработанному плану, она понимает, что он делал это и раньше. От этой мысли мурашки по коже. Их отношения никогда не были обычными: история любви наоборот. Сейчас Доктор ее знает, но наступит день, когда тем, кто знает, окажется она, а Доктор и понятия о ней не будет иметь. У нее не так уж много времени на подобные рассуждения, потому что он делает что-то невообразимое своими пальцами, и Ривер неожиданно откидывает голову на подушки, выкрикивая его имя. Он поднимается, нависнув над ней с довольной улыбкой, и она интересуется. – И где это ты такому научился? – Спойлеры, Ривер, спойлеры, – дразнит он, касаясь ее губ своими, и целует ее так страстно, что воздух в легких грозит вот-вот закончиться. Спойлеры. Он постоянно бросается этим словом, и однажды Ривер придется признать, что ей нравится, как оно слетает с его губ. Ей нужно запомнить это на будущее, и, может, на него оно окажет тот же возбуждающий эффект, что и на нее. Не прерывая поцелуй, он входит в нее с привычной легкостью, и Ривер чувственно вздыхает. Они быстро находят нужный ритм, и она тянется убрать взмокшие пряди волос с его лба. А Доктор смотрит на нее с печалью и тоской, странно несоответствующими новизне их отношений. Но, конечно, их отношения в новинку только для одного из них. Все это сильно сбивает с толку, и к Ривер подкрадываются сомнения, сможет ли она найти в себе стойкость, чтобы продолжить. Но когда он запускает руку между их телами, чтобы усилить ее удовольствие, она забывает о своей неуверенности. Есть только Ривер и Доктор, и ничего другое не имеет значения. Она кричит его имя, и он вскоре вторит ей, крича ее. Глаза Ривер все еще закрыты, а грудь тяжело поднимается и опускается, когда Доктор падает рядом. Через несколько мгновений она чувствует движение с его стороны и открывает глаза. Он изучает ее, и это служит лишним напоминанием, что несмотря на лицо ребенка, Доктору больше тысячи лет. Он знает, что для нее это впервые, и любопытное выражение его лица оказывается молчаливым залогом ее благополучия. Она улыбается мысли, что хоть это и был ее первый раз, он точно не был последним.