glassy sky

Полицейский опомнился только через несколько минут, когда огляделся вокруг и понял, что они оказались за восточной оградой дома. Чтобы добраться до дома Ханя, нужно было пройти пятьсот метров по улице Тонбэксом, потом ещё квартал и вот ты уже в центре Хуэндэ. Но Бэкхёну совсем не хотелось возвращаться домой, он не верил, что это всё, провал. И что с ним случилось? Полицейский будто онемел, даже сдвинуться с места не смог. Этот вор обладал магией, завораживал одним лишь взглядом. Бэкхён винил во всём свою ориентацию, потому что Чанёль понравился ему. Полицейскому всегда нравились высокие мускулистые парни с идеальной внешностью, и Чанёля, без сомнений, можно было отнести к таким. Бэкхён не смог совладать с собой, из-за чего шагал по улице совершенно разбитый. Хоть и звучало это совершенно абсурдно, но Бэкхён, полицейский со стажем в семь лет, упустил вора, который был у него буквально перед носом. Это было абсолютное поражение. Дальше оставаться в Пусане было бессмысленно, он был уверен, что вор в этом городе и на минуту не задержится. Вот только почему он снова проник в дом Джонхёна? Зачем забрался в детскую? За своими размышлениями Бэкхён и не заметил, как добрался до дома. В этот раз у Бэкхёна были запасные ключи от квартиры, которые ещё утром ему оставил Лухан. Полицейский вошёл в квартиру и положил ключи на полку. Бэкхён принялся расшнуровывать кроссовки, когда из кухни вылетел растрёпанный Лухан. — Тебя где черти носили? — Лухан был в лёгкой серой футболке и трико, и этот домашний образ никак не вязался с тем, что он застал утром. — Уже неважно, я упустил его. — Бэкхён обречённо опустил голову на плечо друга и обхватил руками хрупкую талию. — Ну, не переживай так, это ведь не конец… — Лухан опустил руку на макушку друга и начал уверенно поглаживать. — Это конец моей карьеры. — Бэкхёну хотелось рыдать, ведь головой-то он понимал, что сам виноват. Куда делись его силы, когда преступник был рядом? Странное чувство пустоты и неуверенности поселилось внутри него. Ему казалось, что выхода нет, а что делать дальше — непонятно. — Ты ещё слишком молод. И я уверен, что выход есть. Что ты узнал? — Лухан всё также бережно прижимал друга к себе. Он знал, насколько важна работа для Бэкхёна, потому что сам был таким же. Работа была для них всем, и когда её разрушали, вместе с ней крушили и часть их души. Бэкхён судорожно затряс головой из стороны в сторону, отгоняя наваждение. Ему с отчего-то вспомнились глаза вора. Они завораживали, от них не возможно было оторвать взгляда, и Бэкхён просто не мог собственноручно разрушить молодому парню жизнь. — Пошли, — Хань взял друга за руку и потянул на диван. Свет был приглушён, а через приоткрытое окно доносились сигналы машин и ночной гул. Бэкхён успокаивался, но смутные чувства продолжали его терзать. Полицейский никак не ожидал, что, встретив преступника, тот произведёт на него такое впечатления. Бэкхён ожидал гнева, ярости, только не… симпатии? Нет, ему просто показалось, он просто слишком похож на его бывшего. Вот и всё. — Рассказывай. — Они сидели напротив друг друга, Бэкхён теребил край кофты и вдыхал свежий ночной воздух, который проникал в комнату с улицы. — Я упустил его, понимаешь? Он был так близко, но я не смог, не знаю почему. Он обошёлся со мной, будто я пустышка, неопытный стажёр. Я даже за пистолет схватиться не успел, как от байка след простыл. Но зато теперь я точно знаю, что у него есть сообщник. Может, их только двое, а, может, есть и третий, не знаю. Я пришёл в дом Хон Джонхёна, чтобы осмотреть своими глазами место преступления, и он был там. Я не знаю, что он там делал, наверняка заканчивал начатое или ещё что. Теперь я его точно упустил. — Может всё ещё не так плохо? Уже слишком поздно, давай спать, я постараюсь узнать что-нибудь завтра. — Лухан отправился стелить постель, а Бэкхён поплёлся ванну. Сил не было совершенно. Полицейский просто подставлял тело под струи горячей воды. Пена стекала по разгорячённому телу, а Бэкхён всё никак не мог отойти от произошедшего. Мужчина вышел из душа и надел вещи, услужливо предложенные Луханом. Зайдя в комнату, он тут же поежился, стоило прохладному воздуху окутать его разгоряченную кожу. Тут же захотелось оказаться под теплым одеялом. Он пожелал Лухану спокойной ночи, и, как только он скрылся за дверью, парень тут же начал проваливаться в сон. Голова коснулась мягкой подушки, и всё тело до самой макушки оказалось в коконе из пухового одеяла. Приятная нега расползалась по всему телу теплыми волнами, хрустящее бельё приятно покрывало кожу, запах китайских благовоний щекотал нос и Бэкхён почувствовал лёгкий ветерок, пробравшийся сквозь приоткрытое окно. Внезапно послышался шум, а затем кровать прогнулась под весом чужого тела. Бэкхён перевернулся на другой бок и тихо ахнул — прямо перед ним лежал Пак Чанёль. Полицейский потянулся за наручниками, которые должны были лежать на тумбочке, но совершить задуманное ему не позволили. Чужие руки перехватили его, прижимая к матрасу. Блеклый свет заполнял комнату, и Бэкхён слышал спокойное дыхание парня над ним. Полицейский не верил происходящему. Как вор пробрался в квартиру Ханя? Для чего вообще он это делает? Сердце колотилось как сумасшедшее, а чужие глаза улыбались так лукаво, маняще и сладко. Во рту мгновенно пересохло, а взгляд скользнул ниже. Чанёль был полностью одет: синие джинсы обтягивали длинные ноги, белая майка оголяла ключицы, а чёрная кожаная куртка делала парня ещё сексуальней. Чанёль проследил за взором Бэкхёна и усмехнулся. Он и не представлял, какой эффект производил на взрослого мужчину. Молодой парень, не медля ни секунды, откинул тёплое одеяло на пол, и прижался к стройному телу полицейского. Бэкхён шумно выдохнул, облизывая губы, а Чанёль не мог оторвать взгляда от его язычка, и, не удержавшись, рьяно припал к манящему рту. Преступник грубо сминал нежные губы в ожесточённом поцелуе, попутно исследуя шершавыми ладонями тело под собой, заставляя Бэкхёна извиваться и раскрывать рот в немых стонах. Сейчас полицейский не замечал тонкой грани между сном и реальностью, он чувствовал лишь грубые прикосновения и утопал в эйфории властных движений вора. Чанёль сорвал с полицейского мягкую кофту, бросил её на пол и через мгновение прикусил розовый твёрдый сосок. Пронзительный крик сорвался с распухших губ полицейского, и он тут же закрыл рот ладонью. Чанёль грубо сминал талию мужчины, вдавливал подвластное ему тело в матрас и удовлетворёно рычал. Вор провёл ладонями от низа живота к плечам и смял их сильными ладонями, Бэкхён почувствовал, как его буквально отрывают от кровати, а потом глаза озарил яркий белый свет, и жаркая ночь растворилась, словно утренний туман. — Проснись, проснись же. Бён Бэкхён! — Лухан тряс друга, однако разбудить друга было не такой уж и простой задачей. — Что случилось? — Бэкхён зажмурил глаза и постарался отодвинуться, чтобы друг не почувствовал мокрого пятна спермы расползающегося по ткани. — Ты кричал во сне. Вставай скорее, кажется, тебе повезло, потому что твою цель только что поймали. — Что? — Бэкхён до сих пор не мог абстрагироваться от сна, а тут такие новости, да еще и с самого утра. — Он снова попытался проникнуть в дом своего брата, но у него не вышло. Джонхён всех переполошил, так что твой подозреваемый в тридцать первом участке. Собирайся быстрее, — Хань, не мешкая, вышел из комнаты, а Бэкхён стал собираться со скоростью света. Полицейского переполняли противоречивые чувства. С одной стороны, он наконец-то поймал того, кого искал так долго… Но что-то в груди ныло и отчаянно хотелось, чтобы все это оказалось неправдой, чтобы на месте Пак Чанёля был кто-то другой. Но нет, в участке в камере действительно был никто иной, как Пак Чанёль.