Давай пригласим Блейна Андерсона

— Давай быстро, пока никого нет. — сказал Курт между поцелуями. Будучи в Огайо, они жили у своих родителей, а пока они жили у родителей, чувствовали себя подростками, которые не могут найти квартиру, чтобы заняться тем, чем они собирались заняться сейчас. Часть одежды уже оказалась на полу, остальная грозила вскоре присоединиться. — Покажешь мне свою комнату? — спросил Блейн. — К черту комнату. — заявил Курт. — Возьми меня на диване. На диване, который находился в гостиной, в двух шагах от них. Похотливый, нетерпеливый Курт. А Блейн? Разве мог он отказаться от такого предложения? Определенно, нет. Избавившись от одежды, парни расположились на диване. Блейн, зная, что шея является эрогенной зоной Хаммела, поцеловал именно ее. Курт застонал, отчего Андерсон возбудился еще больше. Наконец, они закончили прелюдии и перешли непосредственно к делу. Комната заполнилась пошлыми звуками: шлепками тел, вскриками, скрипом дивана. Оба парня были уже на пределе. Они стонали достаточно громко, чтобы не заметить пришедшего Финна. Финн думал, что задержится у Уилла и Эммы до вечера. Именно так он и сказал Курту, когда уходил. Но, как оказалось, его помощь особенно не потребовалась, поэтому он беспечно возвращался домой, тихо подпевая музыке в наушниках. Он собирался постучать, но заметил, что дверь не заперта. Это его, конечно, удивило, но думать об этом Финн не стал. Он просто вошел в дом и… — О боже, простите. — закричал Хадсон, закрывая глаза. — Я ухожу. — все так же громко прокричал он и ретировался. *** — К черту комнату! — передразнивал Блейн Курта, одеваясь. — А дверь ты не мог закрыть? — Ну что ты как маленький? Мы же тут не человека убивали. — Мы занимались сексом. — сказал Блейн. Ответом послужило выражение лица Курта, говорящее: «Да ладно?». — Я вообще-то за твоего брата беспокоюсь. Думаешь, ему часто приходится заставать парней за таким занятием? — Уверен, он переживет. Блейн бросил на парня уничтожающий взгляд. — Ладно, я поговорю с ним. И это будет самым неловким разговором в моей жизни. А, хотя нет. Ничто не превзойдет беседу о сексе, которую провел со мной отец, когда я был в старшей школе. Андерсон грустно улыбнулся. — Я тебе даже немного завидую. — О, нет. Тебя там не было. — Я говорю о ваших отношениях с отцом. Он поддерживает тебя. Мой, после моего камминг-аута, почти не замечал меня. — Блейн сел на диван. Курт приземлился рядом и обнял брюнета. — Хэй, все будет хорошо. Однажды он поймет. — Сомневаюсь. *** Финн вернулся через несколько часов. Он постучал в дверь и, когда Курт открыл ее, он увидел, что Хадсон закрыл глаза рукой. Курт закатил глаза. — Можешь открывать. Я один. — Ты в одежде? Еще раз. — Ну, конечно, я же не… — «Броуди» -…идиот. Есть некоторые вещи, которые мы стараемся не употреблять в разговоре с кем-то, боясь напомнить о чем-то неприятном. Этим чем-то для Курта и Финна был Броуди. И Финну совсем не обязательно знать, в чем ходит по дому парень его бывшей девушки. Финн осторожно приоткрыл сначала один глаз и, убедившись, что опасность позади, вовсе убрал руку. — Я испек печенье. Хадсон не думал о том, было ли это попыткой загладить ситуацию или просто дружеским жестом. Печенье есть печенье, а кулинарные навыки Курта прекрасны, так что не отведать лакомство было бы непростительно. — Курт, — позвал Хаммела Финн — я хочу купить маме подарок, и мне нужна твоя помощь. — Конечно, без проблем. — Спасибо. *** До Рождества оставалось всего несколько дней, а дел было достаточно, чтобы времени хватало только на еду и сон. Курт, по натуре перфекционист, несколько раз перевешивал гирлянды и елочные украшения. К составлению меню рождественского ужина он подошел также серьезно и, возможно, заработал бы себе нервный срыв, если бы Кэрол не взяла это на себя, сделав Хаммела вторым пилотом. Курт собирался отметить праздник дома, а после поехать к Блейну. Его родители устраивали прием, и Андерсон настоял на том, чтобы его парень был в списке гостей. — Если бы не ты, я бы умер здесь от скуки. Только посмотри на всех этих зажравшихся лицемеров. — Очень лестно слышать, что мое общество тебе приятнее общества этих господ. — Еще бы. К тому же, мы с тобой можем пошалить наверху, пока мой гомофобный отец этажом ниже будет рассказывать, как он гордится Купером. — Если опустить твои детские травмы, то мне нравится. Блейн схватил Курта за руку и повел наверх. Их отсутствие могло оставаться незамеченным. По крайней мере, какое-то время точно, поэтому не воспользоваться этим было бы глупо. Когда дверь комнаты Блейна закрылась, Курт со всей страстью налетел на него, целуя. — Постарайся громко не стонать. — шепнул Блейн Курту на ухо. Они вышли примерно через полчаса, растрепанные, помятые, но одновременно счастливые. Наспех поправив прически и кое-как разгладив рубашки, парни присоединились к остальным гостям. Они искренне надеялись, что никто не заметит последствия их недавних утех, но Пэм, мать Блейна, оказалась внимательнее, чем ожидали влюбленные. — Вы, мальчики, выглядите ужасно. Вы что, подрались? — озвучив вопрос, женщина поняла, что они не совсем дрались. — Блейн, ты же понимаешь как этот ужин важен для твоего отца. Собрались его деловые партнеры. Так что сейчас же идите и приведите себя в надлежащий вид. — ее тон, не терпящий возражений, заставил их беспрекословно подчиниться. После этого все могло пойти спокойно. Ключевое слово здесь «могло». Курт и Блейн пошли за напитками, и так получилось, что он стали невольными свидетелями разговора мистера Андерсона и его друга. — …Я уверен, что Блейн еще встретит девушку. — Курт почувствовал, как Блейн напрягся и сжал кулаки. Казалось, еще минута и он набросится на своего отца. — Это скоро пройдет. Люди в его возрасте иногда экспериментируют. И тут Блейн не выдержал: — Так вот кем ты считаешь Курта? Экспериментом? — Блейн, послушай… — Нет, это ты послушай. Я тысячи раз повторял: мне не нравятся девушки. Никогда не нравились. Ты так ничего и не понял? Я гей, папа. Я люблю Курта. И это никогда не пройдет. Андерсон младший развернулся и, взяв своего парня за руку, направился к выходу. — Спасибо за ужин. — сказал он, когда они проходили мимо миссис Андерсон. То, что только что развернулось на глазах у Курта потрясло его. Конечно, ему приходилось сталкиваться с таким отношением, но за пределами собственного дома. Он не мог представить, чтобы его отец говорил о нем также. Блейн был прав. Отец так и не принял его. Брюнет остановился у машины. Он стоял спиной к Курту. Хаммел не знал, что сказать. Он понимал, что сейчас Блейн нуждается в его поддержке, но не мог подобрать слова. — Иди ко мне. — прошептал он, расставляя руки в стороны. Через секунду Блейн оказался в его объятиях. — Он всегда стыдился меня. Как будто я урод. — Но это не так. Ты это знаешь, я знаю. Миллионы людей знают. Твоему отцу очень повезло, что у него такой сын. — он гладил брюнета по спине, пытаясь унять дрожь, охватившую парня. — Посмотри на меня, Блейн. Ты прекрасен. Ты безумно талантлив, красив, сексуален, умен. У тебя отличное чувство юмора, а твои блинчики просто объеденье. Твоя музыка вдохновляет. Вот, кто ты, Блейн. Вот, кем я вижу тебя. И это даже не весь список и я бы продолжил, но тут так холодно, давай хотя бы сядем в машину. Андерсон улыбнулся. — Конечно. И спасибо, Курт. Я люблю тебя. Они сели в машину Блейна. — Мы могли бы поехать ко мне, если хочешь. Папа, Кэрол и Финн будут рады тебя видеть. Или, если тебе интересно, я знаю отель здесь неподалеку, где мы будем только вдвоем. Курт положил руку на коленку Блейна и медленно начал поднимать ее выше. — Ох, мне нравится идея с отелем. — Хороший выбор, мистер Андерсон. — Курт легко поцеловал своего парня в губы и машина покатила по дороге. Они рухнули на кровать, когда сил совсем не осталось. Курт смахнул с лица прядь волос, которая выбилась из укладки, что вообще-то не удивительно, учитывая с каким энтузиазмом они минутой ранее раскачивали эту кровать. — С нашим первым совместным Рождеством, милый. — на выдохе произнес шатен. — Первым из многих. — добавил Блейн и поцеловал Курта.