Другая сторона медали

Раньше Гарри боялся всего, что творилось вокруг. Ему не хотелось лишний раз выползать из своей каморки, пока дома находятся эти страшные люди. Но теперь появилась какая-то надежда. Вера в то, что он сможет себя защитить. Ну не зря же он - живая легенда. С каждой новой газетой, которая была мастерски сворована у ненавистной старухи, Гарри узнавал всё больше и больше. Раньше, всего несколько недель назад, он даже предположить себе не мог, что где-то там, в сотнях миль отсюда есть место, где кругом снуют волшебники. Мальчик поначалу думал, что старуха сошла с ума, поэтому сама создаёт эти газеты, но было одно большое но... Как бы она ни старалась, но у неё никогда не получилось бы двигать фотографии. С горем по полам Поттер принял истину такой, какая она есть на самом деле. Сначала было тяжело, но после это переросло в зависимость. Юная знаменитость просто жаждала узнать что-то новое об этом чудесном мире. Возможно и он когда-то туда попадёт, если верить, то чудо осуществится. Мысль о том, что он покинет этот дурдом, согревала не хуже жаркого пламени в камине. Вот Гарри услышал, что Дурсли закрыли дом и уехали. Раньше его пугало выходить из чулана, ведь эта странная семейка могла неожиданно вернуться и тогда ему точно было бы плохо. Но теперь всё изменилось. Появилось какое-то чувство лёгкости, которое тянуло его рисковать. Выждав несколько секунд, пока Дурсли отъедут, Гарри выскочил из каморки и побежал на кухню. Там было большое окно, из которого в комнату поступало больше всего света. В руках Поттер держал свежие новости из мира волшебников. Ему всегда казалось, что издатели явно ленятся. В день выходило всего десять листов, что ужасно возмущало. Будь он на месте этих редакторов, то печатал бы газеты тоннами, а то и больше. Сев поудобней за стол, Гарри открыл первую страницу. Соревнования по квиддичу вновь проиграны. Гриффиндор теряет хватку! Именно эти слова возвышались в центре страницы. Сам парень уже знал о квиддиче многое, ведь эта игра его крайне впечатлила. Он мечтал стать в будущем игроком, которого будет знать весь мир. Также Поттер искренне восхищался слизеринцами. Вот уж грация и талант! Да, многие были против них, но это была просто зависть. Газеты вещали о том, что практически все тёмные волшебники закончили Слизерин. Парень совсем не понимал, что плохого в тёмном волшебстве? Разве плохо быть сильным? Его не волновало чужое мнение. Самой большой мечтой на данный момент было поступить в Слизерин. Мысленно Гарри представил, как тётя и дядя яростно грозят ему, пугая всевозможными наказаниями. Представлял, как он закончит школу, станет великим магом и вернётся сюда вновь. Вернётся для того, чтобы превратить всё семейство в тех, на кого они похожи: тетушка Петунья - самая настоящая жаба, а дядя Вернон и Дадли - очень жирные свиньи. Такое сравнение заставило усмехнуться. Вот что-что, а такого они точно не ждут. Далее в газете рассказывали о празднике, который пройдёт в Хогвартсе в честь приёма новых студентов. Гарри закрыл глаза и тут же представил себя на месте новичков. Он не знал, какие испытания нужны для зачисления в Слизерин, но думал о том, что пора начинать тренировки. Не хватало ещё, чтобы его не приняли. Гарри совсем не понимал своих родителей. Он считал, что эти люди совершили свою первую ошибку, когда вступили в Гриффиндор. Их ошибку повторять не хотелось. Перевернув очередную страницу, Поттер замер. Он на миг прислушался и резко подорвался к себе в чулан. Дело в том, что было слышно жужжание мотора машины. Дурсли явно вернулись и теперь собирались войти внутрь. Мальчик сильно разочаровался, ведь дочитать он так и не смог. Вот только было в этом что-то хорошее: на него не будут кричать, потому что он у себя. Вновь прислушавшись, Поттер насторожился. Дурсли долго копошились в двери, но та не поддавалась. Обычно под дядиным напором сдавалась любая техника, не говоря уже о деревянной двери. В тот же момент Гарри подумал, что Дурсли просто не могли приехать так рано, да и машина дяди Вернона всегда была тихой. Тут-то Гарри и понял: это был последний день из жизни мальчика-который-выжил. Кто бы ни был за дверью, он не оставит улик. Тяжело сглотнув, Гарри принялся ждать...