Делаем ставки!

Лучи теплого майского солнца прорывались сквозь паутину грузных веток, которые, в свою очередь, время от времени колыхались от дуновения ветра, и окутывали теплым и мягким светом комнату, где стояла почти идеальная тишина, изредка нарушаемая шелестом простыней и сопением. Окно в спальне Скорпиуса и Лили Малфой было слегка приоткрыто, чтобы в комнате было свежо и прохладно. От духоты у Лили кружилась голова, а по утрам было тяжело встать с постели. А Скорпиус в ответ все время бурчал что-то про простуду, которую она легко может подхватить, и про то, что в ее положении этого допускать вообще не позволительно. Сейчас он уже проснулся и переводил свой встревоженный взгляд от открытой форточки, которая никак не давала ему покоя, к тихо сопящей Лили, которая лежала рядом. Ее огненно-рыжие волосы ярким пятном выделялись на белой подушке. Не справившись с поднимающейся изнутри волной тревоги, он встал босыми ногами на пол, почувствовав прохладу, и закрыл это треклятое окно. «Сегодня дует сильнее, чем в предыдущие дни», — оправдывал он себя в своих мыслях, подходя к кровати и укутывая в одеяло рыжеволосую девушку еще сильнее. В последние месяцы он сам себя не узнавал – уж слишком он стал заботливым. Есть забота, которая умиляет и радует, а есть такая, которая начинает пугать. Вот и Лили уже бегала от него, когда он носился за ней по Малфой-мэнору с бесконечной горой склянок зелий для иммунитета, хорошего настроения, хорошего сна и с горой одежды, которую он постоянно пытался на нее надеть. Но даже не смотря на то, что он иногда сильно перегибал палку, для такого поведения у него была причина. – Ай! — вскрикнула Лили и вскочила на кровати. Ее сонное и одновременно искривленное от боли лицо напугало Скорпиуса, и он тут же бросился к ней. – Лили, что с тобой? Где болит? Боль колющая или режущая? Может, ноющая? Ты пила таблетки на ночь? Спокойно спала? — он ошарашенный, с растрепанными волосами сидел на краю кровати, держа Лили за плечи и заваливал вопросами. В глазах его можно было прочесть, что он паникует и боится, но так же в них было необъятное желание помочь девушке, которая только что с криком проснулась. Но сейчас она сидела напротив этого, на вид, сумасшедшего парня и тепло улыбалась. – Все хорошо, я в порядке, — она взяла его лицо в свои теплые руки, как бы успокаивая, а потом придвинулась ближе и легко коснулась его губ, – Ребенок всего лишь толкнулся. – Мне кажется, что я не дождусь его рождения и умру от инфаркта в такие моменты, — Скорпиус уже оказался на своей подушке, обнимая Лили одной рукой, а другой поглаживая ее живот. – Эй! Не говори так. Нам нужен такой сумасшедший папочка, – девушка слегка толкнула своего мужа в бок и улыбнулась, а после приблизилась к нему ближе и вновь легко коснулась его губ. Она посмотрела на него и улыбнулась своим мыслям. Лили помнила Скорпиуса еще легкомысленным оболтусом, который по ночам сбегал из Хогварста в Хогсмид, дрался с однокурсниками из-за любого пустяка, ночевал на Астрономической башне за просмотром ночного неба и однажды заблудился в лесу. И самое веселое, что Лили во всем этом помогала ему. Она знала его, кажется, сотню лет. За это время у них были и взлеты, и падения. Они дружили, ссорились, не общались месяцами из-за своей упертости, потом снова дружили, скрыто ревновали друг друга, потом дружба стала перерастать во что-то большее, а сейчас она ждет от него ребенка. Она видела, казалось бы, все стороны его личности и все грани его сложного характера, но сейчас она открывала для себя в нем что-то новое и влюблялась в это, как в первый раз. – Чего так смотришь? — Лили встретилась с его вопросительным взглядом и только сейчас осознала, что нагло пялится на него довольно долгое время. Если бы они не были женаты, она бы точно смутилась, раскраснелась, кинула в его сторону что-то язвительное и ушла с гордым видом. Но сейчас она поступила иначе. – Думаю, как же я отхватила такое счастье, — сказала она и рассмеялась, а он крепко обнял ее в ответ, одарив самым влюбленным взглядом на свете. – Я хочу провести так целый день, но через несколько часов Малфой-мэнор будет кишеть Уизли, Поттерами и всеми, кто к ним прилагается, — Скорпиус сказал это с безысходностью в голосе, представляя эту картину. – Вообще-то это моя семья! — девушка слегка отодвинулась от него и надула губы. – Не дуйся, – Скорпиус придвинул рыжеволосую обратно к себе, – Ты знаешь, я испытываю к ним теплые чувства. Твоих братьев я даже друзьями назвать могу, Тедди и Хьюго тоже хорошие парни, но черт, они все такие громкие, когда собираются вместе. – Да, я согласна. Я тоже слегка опасаюсь грядущего вечера, если честно, — призналась Лили, отбрасывая маску мнимой обиды, – Все рыжеволосые девчонки Уизли соберутся вокруг меня и будут пищать. Все будут обнимать, спрашивать про пол ребенка. Те, кто постарше, как Молли и Фред, у кого уже есть дети, будут приставать с советами. Мерлин, их так много. И это еще я не беру в расчет то, что они все приедут с парами. Будет больше похоже на встречу выпускников Хогвартса, — обреченно хмыкнула Лили и положила руку на живот. – Может сбежим? Как раньше, — вдруг воодушевленно предложил Скорпиус, подпрыгивая на месте. – Это будет немного проблематично, — Лили повеселела, смотря на Малфоя. – Почему? — кажется, идея того, что ему не придется несколько часов находиться в гуле бесконечных родственников его жены вскружила голову, и обычно рассудительный и здравомыслящий Скорпиус, потерял способность логично размышлять. – Я беременна, дурак, — сказала Лили и рассмеялась, смотря на выражение лица Малфоя, который, кажется, в секунду понял, как устроен мир, — Представь меня с животом на метле, — комнату наполнил их звонкий смех.