Burn with you

Это решение было совершенно спонтанным, Курт не планировал это заранее. С тех пор, как он взял отпуск, чтобы подумать над своей ролью в этой жизни, он совершенно перестал быть самим собой. То есть, он ощущал себя собой, все тем же Куртом Хаммелом, но он определенно чувствовал, что что-то в нем изменилось. Он не мог понять, что именно стало причиной его странного поведения, но он стал резким и спонтанным. Он мог заснуть в 4 утра и проснуться в 6, чтобы сходить за чикенбургерам в МакДональдс, который был в квартале от его квартиры. Все бы ничего, если только не учитывать тот факт, что Курт никогда не позволял себе нарушать режим и ложиться позже полуночи, не говоря уже о том, чтобы есть такую не здоровую пищу. Ведь он ходил в спортзал весь этот год, и его фигура приобрела идеальную форму, чтобы чуть что быть всегда на готове ее применить, и чтобы история застенчивого Финна Хадсона не повторилась с ним. Как бы глупо это не звучало. И сейчас на часах пол третьего ночи, он стоит с чемоданом в огромной очереди на паспортный контроль, чтобы вернуться, наконец, в свой простой далекий Огайо. Он не хочет спать, совсем нет. Он даже не чувствует усталости, даже когда ему пришлось одному тащить три чемодана до аэропорта и по лестнице вверх. "Не могу же я оставить все эти вещи здесь, чтобы ни один лаймовский взгляд никогда не обзавидовался тому, как хорошо это на мне сидит", - думал Курт, собирая чемодан буквально два часа назад. Его взгляд цепляется за полную даму, которая уже несколько минут сидит и пытается дотянуться до развязавшегося шнурка, но съеденный плотный ужин, видимо, говорил, что ей лучше обойтись и так. Очередь двигалась необычайно медленно, и это было ясно, ведь никто не работает продуктивно по ночам, даже если это их смена. Курт проклинает тех, кто придумал ночные смены, потому что, по его мнению, это совершенно не работает. Если они хотят гневных отзывов, то да, ночная смена — ключ к их получению. Но если они хотят больше клиентов, им лучше отменить ночные полеты, ведь это так утомляет, и никому не нужно. А такие спонтанные безумцы, как он сам, смогут посидеть до утра со своими проблемами и хорошенько все обдумать, ведь именно сейчас Курт ощущает, что действительно поторопился. Ему следовало просто подождать до утра, пока его голова прозреет, а все в мире перестанет казаться таким покорным и доступным. Внезапно телефон звонит в его кармане, пробуждая от рассуждений. Его очередь уже почти пришла. Он недоумевающе смотрит на незнакомый номер, а затем на время. "Поражаюсь наглости этих людей! А что, если я сплю?" - возмущается он про себя, а затем поднимает трубку и решает высказать все сразу: — Кто бы ты ни был, ты вообще знаешь, который сейчас час? Курт замечает, как парочка людей сзади вздрогнули от внезапного громкого и строгого тона, но считает, что это их проблемы. Пару секунд на другом конце сплошная тишина, и Курт уже почти решает нажать кнопку сброса вызова, как вдруг слышится знакомый голос. — К-Курт? Я... Т-то есть, это... - заикаясь, мямлит Блейн на том конце, но Курт все еще не понимает, кто это. — Извиняться, конечно, должны вы, но, простите, вы кто? - он ведет себя по-дерзки, делая этот свой фирменный жест "дивы", делая указательным пальцем бесформенный круг в воздухе. — Б-б... Я Блейн. Сердце Курта на секунду, кажется, останавливается, прежде чем до него доходит ситуация. Остается два человека до очереди Курта. — Блейн! - радостно, немного неловко вскрикивает он, из-за волнения даже слишком громко. — Я, конечно, понимаю, что сказал звонить в любое время, но, понимаешь, это не значит, что я буду консультировать тебя в три часа ночи. — Что? Нет! - тот, казалось, начинает успокаиваться, потому что его речь становится все понятнее. — Я просто звонил... звоню узнать, не хочешь ли ты сходить со мной... — Что? - спрашивает Курт, когда понимает, что тот замолчал. — Караоке! - выпаливает парень, и Курт надевает ту счастливую улыбку, которая обычно бывает тогда, когда в его любимом сериале герой приглашает героиню на свидание. — Караоке? Правда? Блейн, ты видел время? Не думаю, что караоке сейчас... — Я не имел ввиду сейчас, - тут же перебивает он. Курт выдает что-то вроде тихого "оу" и замолкает. — Но, знаешь... Если ты хочешь... — Что? — Если т-ты хочешь поехать с-сейчас в караоке и спеть со мн-ной... Курт не долго думает... поправка: совсем не думает... прежде чем согласится, да ещё так громко и радостно, что человек, проверяющий паспорта отпрыгнул назад от страха. — Ваш паспорт и билеты, - требует он. Но Курт бросает трубку, кладя телефон обратно в карман, засовывает билеты и паспорт в первый доступный карман и, отчаянно схватив три чемодана, уносится прочь из аэропорта, оставляя всех в глубоком непонимании. "Что ж, это займет их на какое-то время".

***

В середине ночи на улицах было мало нормальных людей. В основном, это были либо одинокие пьяные люди, чье сердце беспощадно разбито на много мелких кусочков, либо большие пьяные компании, которые празднуют какие-то важные события. Курт стоит на перекрёстке возле светофора, переминаясь с ноги на ногу от холода. Вокруг него три чемодана, в которых полно теплой одежды, на самом деле, но он все равно мерзнет в одной футболке, потому что слишком напряжен, чтобы думать и занимать свой мозг чем-то другим. — Курт! - слышится сзади, и он оборачивается, резко подпрыгнув. — Прости, я тебя напугал? — Нет, я... - на самом деле, да, он его напугал, но предпочел не говорить об этом. — Все нормально. Они стоят возле светофора, и проезжающие машины кажутся такими бессмысленными, как и проходящие мимо люди. Никто из них сейчас не имел для них особого значения, они пытались влиться в эту странную ситуацию, привыкнуть. — Так почему ты... с багажом? Курт поджимает губу, потому что ни одной правдоподобной лжи у него не было, а сказать правду было бы глупо, и только поставило бы их обоих в неловкое положение. — Я... То есть... Не важно, это... Это долгая история. — Я, эм... - начал Блейн, нервно выдыхая. — Тебе помочь? - он, спохватившись, наклоняется и пытается поднять чемодан, но, видимо, не рассчитав, кидает его обратно на землю. — Черт, что ты там носишь? Кирпичные дома? Курт смеётся, а затем опускает взгляд и берёт два чемодана в руки, словно это был обычный школьный портфель. — Для этого я ходил в спортзал целый год, потому что я понял, что если будет что-то такое, то мне понадобится справляться одному. — У меня нет времени даже сделать физику, не говоря уже о спортзалах, - он закатывает глаза, улыбаясь. — Так что, мы должны это куда-нибудь занести? Я помогу. Блейн снова наклоняется и берёт оставшийся чемодан, и на этот раз он уже рассчитал силу, так что спокойно мог его удержать. Блейну было, определенно, труднее, чем Курту, который к тому же держал вес в два раза тяжелее, но он делал вид, будто это ничего не значит для него. В конце концов, он сам вызвался ему помочь. — Да, я... Я думаю, мне нужно домой их занести. А потом мы сможем... — Сходить в караоке. — Блейн, я, конечно, не против, - он начинает двигаться вдоль шоссе, глядя на своего друга. — Но... Ты не думаешь, что все сейчас закрыто? Блейн молча заморгал, потому что трудно было придумать что-то еще. Идея с караоке просто была первым, что пришло ему в голову, и он даже не успел подумать об этом, пока летел на встречу. — Я... Но я по-любому должен с тобой спеть. В этом же суть, да? - он улыбается, и Курт смущенно усмехается. — Да... Да, наверное. В три часа ночи. — В три часа ночи, - повторяет Блейн, и улыбка его становится все шире. Они молча продолжают двигаться по тротуару, прежде чем Блейн продолжает. — Так где ты живешь? Просто, если далеко, мы можем вызвать такси, ведь транспорт будет сложно словить. — Нет, все в порядке. Я снимаю комнату недалеко отсюда, через четыре дома. — Это замечательно! — Мы могли бы спеть у меня, правда? - он улыбается, снова поднимая взгляд на Блейна. — А как же твои соседи? — Хозяйка квартиры уехала на некоторое время в Австралию, и я, вроде как, один в квартире. Это выгодно, ведь я плачу за одну комнату, а пользуюсь всей квартирой в ее отсутствие. — Здорово! А никто не будет жаловаться на то, что мы решили спеть в три ночи? - он смеется. — Ну, возле нас живет старушка, которая не слышит даже тогда, когда я кричу на нее. Сверху от нас никого нет, так как последний этаж, а снизу молодая пара, которая и сама не спит по ночам, если ты понимаешь, о чем я. Блейн поджал губы и кивнул. — Повезло тебе! — Тебе тоже, - Курт усмехается. — Чем же? — Редко кто поет с Куртом Хаммелом ночью, - он игриво прищуривается, и Блейну кажется, будто бы его сердце выпрыгнет из груди.

***

— Так, ты выбрал песню? - кричит Курт с кухни, заканчивая свои приготовления напитков. Он подумал, что раз они собираются провести ночь вместе (не в том смысле), то им понадобится энергия. Несмотря на то, что Курт не чувствовал усталости, ему показалось, что это не значит, что Блейн чувствует то же самое. — Я составил список претендентов, - радостно отвечает Блейн, когда Курт входит в комнату с подносом и ставит на стол рядом с ним. Он смотрит на кофе и аппетитные круассаны, а затем поднимает взгляд на Курта. — Ой, не стоило! — Нет, Блейн, ты не откажешься, - тут же приказывает Курт, поставив руку на пояс. — Я уже сделал это, и поздно отказываться! — Но ты меня даже не спросил. — В том то и дело, - он мягко улыбается. — Теперь тебе точно не отказаться. Сдавшись, Блейн выдыхает и берет одну чашку кофе, немного отпив горячий и бодрящий напиток. — Ладно, ладно, это вкусно. — А то, - Курт смеется и садится на стул рядом с Блейном, поджимая ноги и сразу уставившись в экран. Он пробегает глазами по списку песен, которые составил Блейн, а затем задумчиво мычит. — Что? - интересуется Блейн, жуя свою булочку. — Что-то не так? Курт вспоминает про свою и тоже тянется за едой. — Нет, просто... Блейн, - он выдыхает, - все эти песни прекрасны, я знаю их наизусть! — Правда? Что ж, тогда нам повезло. — Уже второй раз, - замечает Курт, отводя взгляд от экрана и улыбаясь другу. Тот улыбается в ответ и опускает взгляд. — Так что, мне нужно выбирать из всех этих песен? - Курт снова берет чашку и подносит ко рту, в который раз просматривая список. — Просто, это слишком сложно. — Да, они все прекрасны, - смеется Блейн. — И все идеально подходят для твоего голоса. — Ты выбирал песни под мой голос? — Конечно! Мне нравится твой голос, он такой... необычный. — Он женский, - его лицо изменяется, потому что эта тема была всегда для него больной. — Нет, вовсе нет! Он... Он просто... Высокий. И красивый. — Ты не можешь говорить мне это из жалости, Блейн, - злится Курт, потому что ему кажется, что история повторяется снова. — Надо мной всегда издевались из-за моего голоса и по телефону меня всегда принимали за девушку! Думаешь, если ты сейчас поддержишь меня, то это исправит все? Блейн был ошарашен таким наездом, потому что он никогда не имел ввиду то, что подумал Курт. Ему правда нравился его голос, и он не понимал, как можно издеваться над такой красотой. Он выдыхает и кладет руку ему на плечо. — Послушай, Курт. Я не пытаюсь тебя поддержать. Я не пытаюсь тебя оскорбить или еще что-то, что ты там себе выдумал. Мне просто нравится твой голос. — Правда? - кажется, он не верит своим ушам. — То есть, я... — Да, правда. Поверь, он замечательный. Курт был смущен и сбит с толку всей ситуацией. Он так разозлился на Блейна за то, чего даже не было, и теперь должен извиниться, но слова как-то не приходили на ум, и он просто замолчал, глядя в экран.

***

— Ох, который сейчас час? - устало спрашивает Блейн, падая на диван. Курт покачивает в такт бедрами, крутясь на месте под веселую музыку, которую он никогда прежде не слышал. Он был навеселе благодаря бутылке виски, которую он нашел у своей хозяйки на кухне. Возможно, потом он будет переживать по этому поводу и пытаться вернуть все обратно, чтобы та ничего не заметила ко времени приезда, но сейчас его не волновало ничего, кроме музыки, стакана и Блейна. — На улице становится светло, - говорит Курт, поворачиваясь к окну, оказываясь задом к другу. Блейн невольно опускает взгляд на его задницу, наблюдая за тем, как та живо покачивается под музыку, и понимает, что ему сложно отвести взгляд. Он тоже выпил, а когда он выпивает, он делает то, что хочет, и ему трудно устоять перед соблазном. — Какой сегодня день? Мне нужно на занятия, наверное... - он протирает глаза и пытается вести себя по-взрослому, но как только он делает попытки сдвинуться с места, это заканчивается ощущением, будто бы кто-то приклеил его к дивану. — Давай посмотрим, - Курт поворачивается к нему и улыбается, слегка прикрыв глаза от того, что творилось в его голове. Он подходит к компьютеру, немного пролив содержимое стакана на пол, а затем переключает песню на какую-то медленную инструменталку. — Сегодня суббота, брат, - радостно заверяет Курт. Улыбка Блейна становиться шире, и он облегченно выдыхает, откинув голову назад. — Наверное, нам все равно не следовало пить, - произносит он мысли вслух. — Эй, никаких сожалений! Я не хочу слышать что-то подобное в своем доме! — Это даже не твой дом, дурак, - он смеётся, снова поднимает взгляд на Курта, и его смех становиться еще громче. — Что смешного? Блейн наблюдает за его странными танцевальными движениями. Либо он действительно был пьян, либо танцевать этот парень совершенно не умел. Но, так как Блейн хорошо знал уровень хореографии этого парня, судя по хоровым соревнованиям в школе, то это алкоголь так забавно действовал на его тело. Курт поднимает руки, начиная вращать кистями, как в каких-то индийских фильмах, а его бедра описывают один и тот же выразительный круг по несколько раз, и из-за его узких брюк, так хорошо облегающих все прелести, Блейн закусывает губу. Вскоре он вспоминает, что Курт, скорее всего, уже проследил за его взглядом и раскрыл все грязные секреты, но когда он поднимает взгляд на его лицо, то понимает, что тот слишком вжился в эту роль индийской стриптизерши. — Твои танцы... Это забавно. — Вряд ли ты где-нибудь еще увидишь подобную хореографию, - совершенно серьёзно заявляет он, и на этот раз изменяет движение таза с круговых на взад и вперед. — О, нет, пожалуйста, остановись! — Вам что-то не нравится, мистер? - Курт пьяно улыбается, закусывая губу, а затем начинает медленно стягивать с себя голубой шарфик, в котором он был ещё в аэропорту. — Ку-у-у-у-у-урт, хватит! - лениво тянет Блейн, на самом деле совершенно не желая, чтобы тот останавливался. Курт кидает шарф в сторону и походкой от бедра направляется к Блейну, по пути расстегивая рубашку, и Блейн замечает, какие тонкие и изящные у него пальцы. Он успевает расстегнуть только две верхние пуговицы, как вдруг спотыкается о ковер, и его прекрасное лицо сталкивается с полом. Раздается душераздирающий крик, который на мгновение отрезвляет Блейна, и тот подскакивает и несется ему на помощь. На самом деле, чувство отрезвления было самым ложным чувством в его жизни, и до него это быстро доходит, поэтому у него не получается добраться до Курта так быстро, как только можно. Но все же спустя некоторое время он подползает к нему и переворачивает на живот. Парень держится за свой нос, на переносице виднеется ссадина, а кровь медленно стекает по губе. — Господи, мудак, - шипит Блейн, убирая руки Курта от своего носа, чтобы рассмотреть получше. — Тупой идиот... — Мне больно! — Я уже понял! - саркастично отзывается он. — Так, у тебя есть ватные диски и пластырь? — У меня годовой запас средств ухода за кожей, конечно, у меня найдётся и ватные диски! - стонет Курт, прикрыв глаза. — Черт, голова разрывается. — А таблетки? — В тумбочке посмотри, - он пытается указать куда-то пальцем, но, проследив за направлением, Блейн видит только голую стену. Он усмехается, но, к счастью, в этой комнате была только одна тумбочка. Блейн оставляет пострадавшего и, встав на ноги, заставляет себя добраться до туда. Он открывает тумбочку и сразу начинает рыться в вещах, чтобы найти таблетки от головы. Он видит нужную упаковку, но внезапно его взгляд привлекает один очень интересный тюбик, который был ему хорошо знаком. Блейн тянется к нему, но тут же себя одергивает. "Это не мое дело". Блейн хватает таблетки и пластырь и закрывает тумбочку, потом быстро добирается до стола, оставляя их там. Затем он направляется в ванную, и болезненные стоны Курта подгоняют его и заставляют добраться до назначения быстрее, чем он сам ожидал. Он рассматривает все это огромное количество бутылочек и флаконов, и глаза невольно разбегаются, заставляя парня чувствовать себя не в своей тарелке. Неужели идеальная кожа Курта достается ему таким трудом? Пытаясь отогнать от себя все эти ненужные мысли, он поднимает взгляд и находит упаковку ватных дисков, удобно подвешенных возле зеркала. Блейн не знает, сколько понадобится, поэтому хватает всю сразу, и тут же несется обратно. — Курт, эй, ты там жив еще? - спрашивает он, обходя диван и садясь на пол рядом с ним. Слышится недовольное мычание, которое вызывает улыбку на лице Блейна, и он тут же снова убирает его руки от носа. — Похоже, тебе придётся встать, твою рану нужно промыть, хотя бы. — О, нет! Только не это! — Да-да, давай, парень, это нужно! Ты же не хочешь занести инфекцию и ходить с огромным носом? Это было бы ужасно, - Блейн понял уже, как тому важно хорошо выглядеть, и поэтому сразу начинает давить на это. — Господи, нет! - Курт сразу же подрывается, но теряет равновесие. К счастью, Блейн успевает схватить того за руку, и, хоть у него у самого проблемы с балансировкой, он все же удерживает его от еще одной проблемы. — Аккуратнее, эй. Пойдём в ванную, - говорит Блейн, встав и помогая Курту сделать то же самое. По пути Блейн хватает все то, что положил на стол, и ведет Курта, держа за локоть, в ванную. Включает свет и ставит его перед умывальником. — Какой ужас, - негодует Курт, глядя на себя в зеркало, искривившись. Он подходит ближе, пытаясь разглядеть рану, и, дотрагиваясь до нее, тут же одергивает руку, зашипев. — Эй, эй, не трогай своими грязными руками! - Блейн слегка ударяет того по пальцам, и он обиженно надувает губы. Блейн улыбается и включает воду комнатной температуры. Мочит диск и, повернув Курта к себе лицом, аккуратно проводит по ссадине, от чего снова слышится недовольное молчание. — Давай, сладенький, красота требует жертв, - он улыбается и продолжает убирать кровь с лица. Так как из самого носа тоже шла кровь, Блейн вскоре позаботился и об этом, остановив кровотечение скрученными ватными дисками. Вообще, в тот момент ушло довольно много ватных дисков, но, когда нос Курта был в порядке, а ссадина спрятана за пластырем, Блейн довольно улыбается своей работе и говорит: — Я спас твое лицо от ужасной беды! Курт широко улыбается, но его друг замечает, что тот уже ничего не соображает, так как, даже глядя на Блейна, его взгляд был устремлен куда-то в пространство. Он ведет парня за руку обратно в комнату и сажает на подоконник. — Эй, что я здесь делаю? - растерянно спрашивает Курт, оглядываясь по сторонам. — Я пока расстелю диван, а ты посиди здесь, и постарайся не танцевать, - отвечает Блейн и подходит к компьютеру, выключая его вместе с музыкой. Пока он возится с простынями и подушками, преодолевая сложности всей конструкции, Курт беззаботно наблюдает за тем, как восходит солнце, окрашивая безоблачное нью-йоркское небо в яркие алые оттенки. — Ты можешь остаться у меня, - говорит Курт, не отрывая взгляд от окна. — У тебя только одна кровать в комнате. — Ты можешь спать в другой комнате. — Я не стану спать в чужой комнате. — Но я здесь живу! — Ты сам говорил, ты снимаешь только одну комнату. Так что, я буду спать только здесь, - он улыбается, и Курт поворачивается, замечая это и улыбнувшись в ответ. Блейн возвращается к Курту, чтобы помочь ему добраться до постели, но тот на секунду просит остаться, чтобы еще немного окунуться в это прекрасное рождение дня. Он понимает, что красота этого момента во многом зависит от прекрасного человека, с которым они вместе погружаются в эти краски.