Научи меня улыбаться

- Просыпайся! По утрам вставать очень тяжело, особенно на учебу или работу. Я с трудом разлепила веки, когда над ухом раздался веселый голос белобрысого идиота. Ну почему ему так нравится доставать меня? Я глянула на часы и поняла, что могла бы поспать еще хотя бы полчасика, но Игорь мне не позволил подобной радости. - Волчонок, когда я в следующий раз зайду, ты должна быть одета, а то придется тебя холодной водой обливать! - крикнул на прощание, выходя из комнаты, парень. Я закусила губу, но повиновалась, уже наученная, что от Игоря можно ожидать чего угодно. - О, проснулась. Холодная вода всегда действует, - хохотнул парень, когда я зашла в кухню. Он уже сидел с чашкой чая в руках. - А где Олеся и Таня? – протирая глаза и зевая, спросила я. - Собираются. Танюшка сегодня у сестры Олеси ночует. А у нас дела будут на вечер. - Танюшка прям нарасхват, - удивленно произнесла я, наливая себе кофе. Игорь завистливо покосился на мою чашку. - Ну, если б мы сегодня не уходили, она бы тут осталась, - пожал плечами белобрысый. – Так что ты давай ешь, я вот тебе бутерброды сделал, Олеся тебя подвезет до колледжа. - Спасибо, - робко произнесла я, хватая бутерброд с колбасой с тарелки. – Я сегодня хотела бы еще к маме зайти, посмотреть, как она там. - Зайдешь. Только постарайся не долго. В четыре вечера тебе желательно быть уже здесь. - Зачем? - Ешь давай, узнаешь, - ворчливо ответил Игорь и смылся из кухни, оставив меня наедине с завтраком. Снова тайны, секреты и уход от темы. Не понимаю я этих людей. В колледже было все не так страшно, как мне думалось. Одногруппники оказались довольно хорошими людьми, жаль, что я при знакомстве не запомнила их имен, но, думаю, раз я собралась здесь учиться, то вскоре их выучу. Две пары пролетели незаметно, а с третьей нашу группу отпустили, чтобы сильно не нагружать в начале учебного года, потому я пулей понеслась в больницу к маме. Купив кое-какие продукты, я отметила, что деньги почти закончились, а просить у друзей было как-то стыдно. Никогда не думала, что у меня будут такие друзья, как Игорь, Олеся и Андрей. Из-за этого мне тем более не хотелось портить отношения долгами. Решив, что пора бы уже искать новую работу, я отправилась на ближайшую автобусную остановку, ожидая скорого свидания с мамой. В палату я почти забежала. Она сидела на своей койке и читала книгу. Ее улыбка оказалась для меня тем радостным вознаграждением, ради которого я была готова преодолеть все преграды и пережить все тяготы своего существования. Мы долго разговаривали с ней, дольше, чем раньше. Она выглядела очень бодрой и радостной, пусть в глубине глаз и плескалась грусть, которую я старалась не замечать. Про отчима она задала лишь один вопрос, спросила, как он, в тот момент ее лицо выглядело обеспокоенным, но я честно призналась, что его давно не видела, да и в квартире давно не была. - Понятно, дорогая моя. Но ты всё равно зайди, проведай его, а то у меня прямо сердце не на месте, - робко попросила она, а в моей душе снова начала расти еле сдерживаемая ярость. Он избивал ее и меня, выкурил из собственной квартиры, стал водить туда дружков, устроил в ней свинарник, пропил кучу ценностей, и неизвестно еще, что там в квартире осталось! Но мама всё равно беспокоится о нем. Пусть она многого пока не знает, но и того, что ей известно, вполне достаточно, чтобы проникнуться ненавистью к этому человеку. А она всё равно беспокоилась, даже находясь в больнице. Я кивнула и глянула на часы. Оставалось совсем мало времени до конца приема. В этой больнице к распорядку дня относились на удивление строго, да и Игорь просил не опаздывать. - Мам, мне уже пора. Давай я к тебе завтра зайду? - я улыбнулась, оставляя возле ее кровати продукты. - Ты лучше завтра зайди к Вите. Пожалуйста. А ко мне потом как-нибудь. - Мама, - я поморщилась от этих слов,- хорошо, я зайду к нему после колледжа. И если успею, приеду к тебе. А если нет, то приду послезавтра, - добавила я, неприязненно вспоминая, чем закончилась наша прошлая встреча с отчимом. От мамы я поехала домой к Игорю и Олесе. Настроение было испорчено обещанием навестить этого алкоголика. - Волчонок! Олеся тебе на плите оставила обед, пока поешь, а потом расскажешь, как прошел первый учебный день! - крикнул, скрываясь за дверью в гостиную, открывший мне Игорь. Из комнаты снова доносились звуки гитары. Я разулась, отметив, что из дома хорошо бы взять еще пару теплых вещей. Пообедав, я зашла в комнату и уселась на диван. Белобрысый сидел в кресле и что-то записывал в толстую тетрадь, держа на коленях гитару. - Ну, давай рассказывай, - не отрываясь от занятия, изрек он. Я закатила глаза к потолку: - А где Олеся? - С заказчиком общается. Скоро приедет. Мне ты говорить ничего не будешь? Я отрицательно покачала головой, но, подумав, всё же произнесла: - Мама попросила сходить завтра домой, посмотреть, как там отчим. Игорь нахмурился и, отложив ручку, поднял на меня свои голубые глаза. - Предупреди об этом Андрея, чтобы ничего на завтра не планировал. - Но... - Не спорь, - прервал меня парень и яростно сверкнул глазами, - мы с ним будем тебя сопровождать. - А тебе-то зачем идти? - удивленно вскинула брови я. Честно сказать, мне самой хотелось попросить Андрея пойти со мной, ведь если бы не он, я могла бы и не выжить в прошлый свой визит домой. Но что задумал белобрысый? - Так надежнее будет. Ты не думала, что отчим может привести своих друзей? Я медленно кивнула. Стало очень страшно. Если уж Игорь столь серьезно подошел к этому мероприятию, то о чем думала я, намереваясь идти туда одна в случае отказа Андрея? Наш разговор прервал звук открывающейся входной двери. - Олеська вернулась. Собирайся, одевайся. Мы там до вечера, так что можешь что-нибудь теплое взять. - Где «там»? – схватилась я за голову. Игорь в ответ лишь махнул рукой и вышел из комнаты, оставив меня наедине с самыми страшными предположениями. - Юль, у тебя все нормально? – минут через двадцать, когда я уже переоделась и искала в сумке толстовку, в комнату зашла Олеся. Поверх ее полупрозрачной воздушной кофты был надет милый вишневый жилет, видимо, она тоже решила утеплиться заранее. - Да, все хорошо, - кивнула я, вытаскивая нужную вещь и накидывая на плечи. – Может, хотя бы ты скажешь, куда мы идем? - Ты скоро узнаешь, это сюрприз, - улыбнулась девушка. Я тяжко вздохнула и последовала за ней прочь из квартиры. Во дворе нас уже ждал Игорь, сидя в машине на переднем сидении. Я села позади него, Олеся заняла свое законное место за рулем. Всю дорогу я смотрела в окно и пыталась понять, куда меня везут. За все время никто не проронил ни слова, меня это уже начало беспокоить, когда раздался звонок мобильного у Игоря. Тот поспешно взял трубку: - Да? Едем-едем. Не правда, не опаздываем. Андрюха там уже? Ну и хорошо. Скоро будем, - он убрал телефон в карман и обратился уже к жене. – Ребята уже на месте. Та лишь кивнула. Минут через пять мы подъехали к одноэтажному молодежному Дому Культуры «Юность». Здание выглядело старым, во многих местах краска потрескалась, обнажая серые стены. Возле входа стояли двое мужчин: Андрей и какой-то незнакомец, немного полноватый, плечистый и лысый. Удивленно разглядывая его, я не сразу заметила, что на плече у психотерапевта висит длинный чехол, судя по всему, с гитарой. Откуда у него этот инструмент и зачем, для меня было загадкой. - Наконец-то приехали. Олесь, это дочка ваша, что ли? Подросла немного, - отчего-то заржал лысый мужчина, а я непонимающе уставилась на друзей. - Это Ден. Не обращай внимания на его шуточки, - подмигнул мне Андрей. – Ден, это Юля. Мне снова захотелось обнять его, я только сейчас почувствовала, что соскучилась, но сдержалась и лишь, улыбнувшись, кивнула. - Да давайте тут детский сад откроем, детей еще позовем, - продолжал ворчать странный мужчина, пока не получил от Игоря подзатыльник. - Юля – наша подруга, так что помалкивай. Ден философски пожал плечами и, достав из кармана джинсов ключ, открыл деревянную дверь, пропуская нас в здание. Внутри пахло табачным дымом и немного сыростью. Мы оказались в просторном вестибюле, прошли мимо гардеробной и очутились в небольшом фойе с парой старых диванов и деревянных столиков, из которого вела еще одна дверь. За ней обнаружился длинный зал, как в театре, с невысокой сценой у противоположной от входа стены. На сцене стояла барабанная установка, по краям возвышались массивные колонки. Ден по-хозяйски прошел к щитку и включил свет, затем, насвистывая что-то веселое, прошел к пульту, окутанному множеством проводов, и начал щелкать кнопками. Мы же направились к самой сцене. Внутри трепыхалось беспокойство непонимания ситуации.