Вынужденная попойка или Энма, я так больне не могу!!!Х)

Савада проснулся из-за того, что голова просто раскалывалась и грозилась взорваться от малейшего движения. В горле было сухо как в Сахаре, а в животе все органы как будто сговорились и дружно подали в отставку. Как только Тсуна попытался открыть глаза, по ним нещадно резануло заглянувшее в окно солнце. После нескольких попыток ему кое-как удалось распахнуть свои светлы оченьки. POW Тсуны. Чёрт, голова просто трещит... Такое ощущение, будто в ней слоны чечетку отплясывали. И горло болит от похмелья. Н-да, жопой чуял, что все так выйдет. И все из-за Реборна. Ну погоди, скотина бакенбардистая, я тебе ещё устрою сладкую жизнь. Конец POW Тсуны. Вот с такими мыслями Будущий Босс Вонголы провалялся последующие пятнадцать минут, после чего кое-как поднялся с кровати и медленно поплелся в душ. Стянув с себя одежду, парень залез в ванну и включил горячую воду. Стоя под теплыми струями, Тсунаеши стал вспоминать события вчерашнего дня. И чем больше вспоминал, тем больше ужасался, думая о том, что сотворили с его хатой его любимые шизики и тузики. Выйдя из ванны, предварительно обмотавшись полотенцем вокруг бедер, парень с опаской огляделся и стал медленно спускаться по лестнице. Но и здесь он умудрился споткнуться и полететь вниз, сильно ударившись боком. Потирая поврежденную часть тела, Савада первым делом заглянул в гостиную. После вчерашней битвы Облака и Тумана, от помещения практически ничего не осталось. Вся мебель была разобрана по кусочкам. Везде были осколки сервиза, телевизора и других вещей. По стенам поползли несколько трещин. И в довершение всей картины на потолке болтался одинокий провод с куском лампочки, в то время как сама люстра являлась в самом дальнем углу комнаты. Савада тоненько взвыл, представив, сколько будет стоить ремонт. Затем зашагал наш недобосс в кухню. Тут Тсуна ахуел. Вот уж он чего не ожидал, так это того, что...кухни у него уже нет. Нет, он конечно догадывался о том, что его хранители психи, но не до такой же степени. Тут терпению Савады пришёл конец. Он с похерфэйсом поднялся к себе в комнату, переоделся, достал телефон и первым набрал номер Гокудеры. -Да, босс?, - спросил Хаято, внутренне содрогаясь, так как жопа чует-дело дрянь. Особенно после того, как услышал голос Тсуны. -Хаято, дорогой мой, ты сегодня занят?, - поинтересовался Тсуна, при этом на его лице стал расплываться хищный искал, да такой, что даже Хибари поспешил бы смотаться поскорее из города на пару дней. -А в чем дело?, - спросил Гокудера. -Значит так, сейчас ты поднимаешь свою задницу, хватаешь с собой Ямамото, не спрашивай, я знаю, что он у тебя, и пулей дуешь ко мне. -после этого Савада отключился и стал набирать номер следующего смертника. -ЭКСТРИМально доброе утро, Савада!, - проорали в трубку. -Экстримальный ты мой, сейчас ноги в зубы и ко мне,- проговорил Савада, да таким голосом, что даже Сасагава понял, что если он не явится, то ему писец. Дальше по списку шел Гроза всея Намимори, Великий и Непобедимый Хибари Кея. -Чего тебе, травоядное? Если причина несерьезная, то ками..., - договорить Хибари не успел. -Слышь, камикоросник ты мой, если ты сейчас не явишся, я возьму твои торфа и затолкаю их тебе в задницу, ты меня понял?, - и не дожидаясь ответа, Тсунаеши сбросил вызов. И наконец, настала очередь Короля Ананасов. -Ку-фу-фу, Тсунаеши-кун, с добрым утром. Ты наконец решил отдать мне своё тело?, - спросил это камикадзе. -Слушай сюда, Ананасовая фея, сейчас ты идёшь ко мне. И советую поспешить, иначе я тебя кастрирую, а яйца затолкаю в глотку, - и конец вызова. Савада уселся в кресло, непонятно как уцелевшее, и стал ждать. Ожидание длилось недолго. Первыми пришли Ямамото с Гокудерой. Увидев своего босса, у них появилось желание плюнуть на все и свалить куда подальше. А ужасаться было чему. Сейчас Савада выглядел как никогда устрашающе. В глазах, которые приобрели янтарный цвет, плескалась ничем неприкрытая ярость. Губы были изогнуты в таком оскале, что даже Бельфегор от зависти удавился бы. Да и сама поза, в которой сидел парень, внушала уважение и страх. Парни хотели уже свалить, но Тсунаеши взглядом дал понять, что его лучше не злить. Затем в квартиру зашли остальные Хранители, которым хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, что Саваду сейчас лучше не трогать. Даже Хибари промолчал. Тем временем Десятый встал с кресла и поманил остальных в кухню. Когда все увидели помещение, их челюсти звучно встретились с полом. Даже Хибари вытращил глаза, смотря на все это. Ведь не каждый день увидишь на месте комнаты огромную десятиметровую воронку. Ещё края были кое-где обпалены, а на самом дне валялись какие-то обломки, бывшие некогда мебелью. Савада как-то жутковато усмехнулся, увидев ошарашенные лица Хранителей. И вдруг по глазам парня ударил лучик света. Тсуна огляделся в поисках источника данного явления и увидел видеокамеру. Савада про себя усмехнулся, подошёл и поднял камеру с пола. Как она выжила - непонятно. И тут в светлую голову Тунца пришла идея, что на ней может быть записан весь вчерашний день. Юноша отошёл от остальных, включил последнее видео и погрузился в просмотр. И с каждой минутой брови поднимались все выше и выше, пока не слились с челкой. Поначалу все было нормально. Хранители относительно культурно сидели и бухали. На второй минуте началось самое интересное. Все стали играть в бутылочку на поцелуй. Первым попал код раздачу Ямамото, и ему пришлось поцеловать сидящего рядом подрывника. И все бы ничего, но эти двое так увлеклись, что забыли про остальных. Тем временем испытание настигло Аобу, который был уже изрядно подвыпивший, сам полез целоваться к Реохею, а тот рад стараться. Затем стали играть в карты на желание, в результате чего Мукуро пришлось пить на выживание с Хибари. Оба наклюкались в зю-зю, но если ГДК просто ушёл, слегка пошатываясь, то Мукуро снова ухватился за камеру и продолжил снимать. Правда руки у него дрожали, поэтому дальше изображение прыгало из стороны в сторону. Дальше пошли совсем уж откровенные сцены того, как Хранители начали раздеваться и ласкать своих партнёров. Последнее, что запечатлела камера - это злое лицо Энмы. На этом видео закончилось. Савада Тсунаеши несколько минут стоял полностью ахуевший, а тем временем остальные члены банды оправились от первого шока и стали с опаской коситься на вытягивающееся лицо своего Босса. Затем Савада поднял голову,покосился на этих конечных извращенцев и протянул им камеру. После несколько минут наблюдал за охреневшими от впечатлений парнями и затем спросил: -И как это понимать, мои любимые психанутые хранители?! - затем достал свои перчатки и зажег пламя посмертной воли.