Замок

Mane et nocte (лат.) - Утром и ночью

      — Господин, можем ли мы отправиться с вами? — Иннеру крутился вокруг Дракулы, как заведенный, носясь вокруг него небольшим ураганчиком, лишь чудом не попадаясь под руки Господина, который непременно скрутил бы ему шею за подобное. Но Замок вполне умело проходил защиту и осторожно появлялся со стороны, или же за спиной, где вампир его не видел, но чувствовал.       — Нет. Оставайся здесь, — мужчина покачал головой, быстрым шагом проходя по коридорам, чтобы встретиться со своими вампирами, которые должны были собраться за то время, что он им дал.       — Но мой Лорд! Мы так хотим быть с вами… позвольте нам сопровождать вас! — голоса Замка доставали его, казалось бы, отовсюду, где бы он ни был, и чтобы не делал.       — Нет, — вновь решительно высказался Дракула, пытаясь сдержаться от того, чтобы не заковать эту сущность где-то над огненной рекой. Интересно, а если поджарить Кровь, что с ней станет?..       — Господин, пожалуйста, мы не будем доставать вас, вы даже не услышите нас…       Громкое рычание Дракона пронзило все пространство и вокруг вампира взвилась огненная аура, которая создала на камне неровные коптящие полосы, отчего на подобный грохот тут же обратила внимание вся армия Князя, уставившись в небольшую арку, под которой Дракула намеревался кого-то сожрать.       — Как же ты меня бесишь, Иннеру! — зарычал вампир, сдавливая когтистой рукой шею мужчины, который от страха широко открыл глаза, переливающиеся таким же красным цветом, как и глаза Повелителя. — Если я сказал нет, значит — нет! И не смей меня доставать с этим, иначе я оторву твою дурную голову!       — Мой Господин… — Замок еще хотел что-то проскрипеть, но огненная рука Дракулы не дала ему возможности нормально изъясняться.       — Ты… мелкая сволочь… Иннеру! Если я замечу тебя в своих солдатах, то я прикую все твои тела к крышам и отдам на съедение гарпиям, — прорычал Дракула, с силой отшвыривая от себя мужчину и не видя, как тот пошатнулся, резко выходя во двор и замечая, что вся нежить, столпившаяся здесь, наблюдала за их разборками. — Что уставились? Тоже хотите быть обедом гарпий? Могу устроить…       Половина его армии тут же испарилась туманом, в основном это были вампиры, которые моментально взлетели в воздух, где-то под тучами дожидаясь своих лейтенантов и генералов, которые рассказали бы им куда лететь.       — Господин, — один из высших вампиров, насколько мужчина помнил, его звали Аластор, а его брата Шицу, подошел к нему, пронзая красным взглядом, - что прикажете?       Перекошенная огромными клыками челюсть выходила вперед, а дыры ноздрей постоянно раздувались. Огромное тело, ничуть не походившее на человеческое, бугрилось мышцами и мощными, но редкими латами, которые в основном защищали грудь вампира и его спину. На руках у него были небольшие шипы, да и кожа была толще человеческой, поэтому могла выдержать удар мечом. Генералы были отобраны Дракулой как самые преданные вампиры, которые не просто хорошо понимали приказы, но и в крайних случаях, когда рядом с ними не было Господина, могли действовать по обстоятельствам, не вызывая после этого раздражение князя, который оставался доволен проделанной работой.       — На севере, около реки Гунай, есть небольшой оплот Братства, я хочу наведаться к ним.       — Это вам сказали те рыцари? — спросил Аластор и Дракула кивнул, не обращая внимания на то, что вампир усмехнулся. Генерал не удивлялся тому, что Повелитель смог добыть подобную информацию от вечно молчащих рыцарей.       — Просипели перед смертью, — тонко заметил Дракула. — Вы будете ждать меня в лесу и не привлекать внимание, пока я постараюсь выяснить, где расположился наш обед. Если шумиха начнется раньше положенного…       — Мы будем вести себя тихо, — быстро произнес Шицу, переглядываясь с братом. Как-то не хотелось получить нагоняй от Дракулы.       — Надеюсь на это, — бросил вампир и тут же распался сотнями черных летучих мышей, которые небольшой пищащей стаей вылетели в небо, мгновенно скрываясь где-то в тучах.       В душе что-то неприятно жгло. Это не было чувство совести или стыда, Дракула даже сомневался в том, было ли это вообще человеческое чувство, ибо то, что колотило его разум, подходило своей силе к чему-то гораздо мощному и бессмертному. Он знал, что летит на пир, а потому нечто голодное и безжалостное царапало глотку, прося… нет, требуя их крови, их криков и многочисленных смертей. Не помогал даже дикий ветер, который иногда вырывал из быстро летящего облака отдельных мышей, разбрасывая их по небу, как черные кляксы.       Наконец, холодный поток заснеженного ветра, что снял верхний покров снега с замерзших гор, смог осадить ненависть Дракулы, бушевавшую последние пару часов. Перед глазами, несмотря на плотно обволакивающий серый туман, начинали простираться карпатские горы, которые цепью тянулись друг за другом, уводя взор все дальше и дальше на территорию Трансильвании.       Когда за очередным темным хребтом, что отсвечивал от луны мрачным грязно-синим цветом, появились первые дома, князь понял — он достиг первых поселений, которые выборочно усеивали пространство вокруг города. Маленькие домики, что при свете дня наверняка горели бы чистейшим белым цветом стен и яркими переливами красной черепицы, теперь полностью скрывались в густоте зарослей, иногда выглядывая среди вековых деревьев редкими ночными огоньками бессонных жителей.       Снизившись настолько, чтобы холодные облака больше не щекотали ему кожу, вампир устремился дальше, оставляя позади себя несколько ярких домишек, которые к середине площади города множились и, в конце концов, полностью усеивали небольшое пространство, заполняя его так тесно, отчего в узких улочках вряд ли смогла протиснуться, запряженная одной лошадью телега.       Но стоило князю пролететь пару улиц, как он тут же почувствовал страх, который распространялся по городу подобно густому туману. Он плыл всюду, оставляя после себя неприятную влажную дорожку, которая тянулась по каменным стенам домов и соборов. Влажные серые пятна появлялись то тут, то там, словно бы отмечая помещения объятые ужасом. И только сейчас князь понял – он еще не встретил ни одного жителя.       Метнувшись черной тенью к ближайшим окнам, в которых он видел сверкающий огонек лампады, князь быстро заглянул внутрь. Хозяева не спали, пытаясь обезопасить себя. На одном лишь окне висело пять крестов, не говоря уже о том, что творилось внутри. Казалось, что местные жители ограбили церковь. Один дом совершенно не отличался от другого, все население казалось бы, в одно мгновение ударились в спасительную христианскую веру.       Братство.       Вампир вздохнул. Он уже точно знал, что здесь не обошлось без этих надменных рыцарей. Однако успокаивало то, что, несмотря на долгую деятельность этого ордена в городе, местные жители были, как ни странно, все еще живы, а это означало, что братство решило плотно осесть в этом городишке, собирая рекрутов из других деревень, потому что если бы они пытались обратить горожан в свою веру, то здесь уже никого не осталось бы.       Решительно ступив на мощеную булыжниками улочку, Князь, стуча каблуками, двинулся в сторону церкви. По его подсчетам людей сейчас там должно быть много, поэтому не мешало бы узнать, какими слухами полниться город.       Высокое, построенное в готическом виде, здание больше напоминало обитель вампиров, несмотря на свою настоящую службу. Несколько черных крестов, поеденных погодой и временем, высились на вершинах. Между узкими вертикальными окнами, словно короной были налеплены скульптуры, полукругом обводя часть стены.       Стоило князю приблизиться к храмовой постройке, как в этот же момент раздался громоподобный звон огромного колокола, который располагался в колокольне под самым небом, лишь изредка отсвечивая от огней города яркой бронзой.       Началась служба, тут же понял вампир, медленно обходя церковь и мельком наблюдая за людьми, которые спешили попасть на ночную мессу. Вряд ли божественные псалмы пелись в темное время суток больше двух дней в году, не считая пасху и рождество, но, по случаю появления вампиров, нужно было сделать исключение.       Настоятель храма, почтительно дежуривший около открытого для всех прихожан входа, узкими щелками глаз сосредоточенно осматривал округу, словно из-за ближайшего дома рано или поздно должен был появиться вампир. Но когда князь подошел ближе, старый мужчина не обратил на него никакого внимания. Ясное дело, заподозрить вампира в этом милейшем человеке, одетым в высокие кожаные сапоги и мощнейшие доспехи, прикрытые красным плащом из дорогой ткани, было совершенно невозможно.       Монах был рад любому, кто обратиться в их веру, а потому даже такие личности, как Дракула, были желанными гостями. До поры до времени.       Стоило ему пройти чуть ближе к входу, как над головой опять раздался мощный удар колокола, который распространился по всему городу сильным эхом. Вампир даже подумал, что этот звук можно было услышать даже в лесу.       Из церкви пахло воском и ладаном, смешиваясь, эти запахи щекотали нос и казались какими-то неестественными, словно бы он попал в тягучий летний зной, от которого земля начинала испаряться, а цветы чахнуть. Нечто подобное происходило в его подземном городе, когда кипящая лава выбрасывалась на каменные утесы, но эта церковная атмосфера была едва слабее.       Надо же, князь ухмыльнулся, люди смогли воссоздать его вход в Ад, что ж, это было интересно. Начиная прислушиваться к тому, что говорил проповедник о голодной нежити, поселившейся в этих краях и о том, что им стоит защищать свои дома и родных, Дракула иногда посматривал за людьми, находя на их лицах полнейшее почтение. Их глаза были пусты, словно в голове стоял какой-то туман, а пальцы теребили серебряные кресты. Народу в церкви было настолько много, что не хватало места, отчего некоторые люди стояли на лестнице, пытаясь услышать пророческие слова.       Это было сплошным помешательством, отчего у мужчины не находилось слов, чтобы это как-то описать. Чувства начинали бунтовать, отказываясь изрекать из себя что-то одностороннее, всякий раз выдавая едкую насмешку из жалости и сочувствия к этому народу. Этих бедных, по сути беззащитных людей, хотелось отправить на тот свет только из-за этих чувств, чтобы они больше не мучились. И скоро он им это устроит.       Отделившись от группы людей, которые тут же заняли его место, Дракула не сдержался и растворился туманом, понимая, что пока служба не кончиться, у него есть время осмотреть пустующий город. Не желая терять подобную возможность, вампир ринулся по домам, стараясь отыскать хоть какую-нибудь зацепку о Братстве. Насколько он знал, те жили скупо, порой селясь в каких-то старых домах, чтобы скрыть свою принадлежность к этому ордену, а потому мужчина начал осматривать старые домишки, сгоревшей наружности, которые грозились рассыпаться пылью только от одного взгляда, не говоря уже о том, чтобы дотронуться до них.       Наконец, Дракуле это надоело и он, полетел обратно к церкви, где месса уже подходила к концу. Замечательно. Если он потратить на этих жалких фанатиков, еще хоть пять минут, он просто не сдержится и сотрет эту черную церковь с лица земли. Мужчина усмехнулся, успевая подумать, что он не удивился бы, если бы как раз под этим зданием и располагался бы оплот спасителей человечества.       Через пять минут, когда поток взмокших людей, пропитанных ладаном и воском, вывалился из церкви, две подозрительных личности завладели вниманием князя, который приземлился на крышу одного из ближайших домов и начал прислушиваться к их разговору.       Мужчины говорили о том, что в этот раз прихожан было больше, и что они заполучили много новых людей, готовых сражаться за них до победного. Что ж, здесь уместно было бы добавить до первой смерти, но рыцарям нужно было держать лицо, настаивая на великой миссии, которая наградит их… посмертно.       Именно они вывели Дракулу до своего пристанища которое, на удивление вампира, оказалось дорогим трехэтажным домом в россыпи зеленых цветов и резных окон. Пару мгновений, когда мужчина осматривал это чудо, ему в голову пришла прекрасная мысль запечатать все двери и окна и поджечь их вместе с этим красивым домом. Вот уж, моду взяли, селиться в подобных строениях, раньше хоть совесть была, какие-то устои того, что они рабы божьи и не берут денег, а тут такое…       Когда же Дракула вернуться в лес, где его должна была ждать армия, первых кого он увидел, естественно были генералы, о чем-то тихо переговаривавшиеся.       — Князь, — Аластор аккуратно переступил с ноги на ногу, двигаясь к нему и стараясь не задеть сломанным крылом широкие ветки деревьев. — Вы выяснили, где они прячутся?       — Да, мы разворотим это место в первую очередь, — решительно сказал вампир, посматривая на затихшую нежить.       — А что делать с пленными?       — А кто сказал, что они будут? — тихо рассмеялся Повелитель, видя, как радостный шепот пронесся по кустам. Подобные слова всегда радовали вампиров, а потому у него был маленький стимул, которым он легко пользовался.       — Будут ли какие-то особые пожелания? — поинтересовался Шицу, едко ухмыляясь, отчего серый шрам натянулся и поднял его верхнюю губу, обнажив огромные белые клыки.       — Да, — Дракула сделал приятную паузу, — убивайте рыцарей медленно.       — С превеликим удовольствием.