Нечто большее (Ламберт, его Предназначение, юмор)
22 июля 2018 г., 23:16
Примечания:
Написано по заявке: Ламберт, внезапно заиметь Что-Нибудь Предназначения. H+
— Ну и что, сука, ты так уставился?
Ламберт хлебнул из фляги и с вызовом посмотрел на большую серую птицу. Птица переступила с одной лапы на другую, чуть сдвинувшись вправо по ветке, приоткрыла массивный загнутый клюв и скрипуче произнесла:
— Жалование принес, бездельник?
Ламберт уронил голову на скрещенные предплечья. «Выкинуть тварь и дело с концом!» — подумал он. Попугай тем временем раскрыл крылья, захлопал ими по воздуху, будто бы намереваясь улететь. Ламберт с надеждой покосился в его сторону.
— Гроза, мать ее, — глядя одним желтым глазом в совершенно ясное, без единого облачка, небо, сказал попугай.
Ламберт застонал, снова приложился к фляге.
— Какое нахер Предназначение?! — зло пробормотал он. — Это же просто издевательство!
Попугай поджал одну лапу, нахохлился, всем видом выражая несогласие. Ламберт засунул флягу в седельную сумку, еще раз фыркнул в сторону птицы и растянулся на сложенной попоне, крепко ухватив рукоять меча. Спал он чутко. Это даже нельзя было назвать сном в обычном смысле — скорее медитацией. Ламберт слушал лес вокруг, шелест листвы, шорох, скрежет, треск, издаваемый зверьем — все вместе соединялось в его сознании в трехмерный узор, центром которого был он сам. На него снисходило спокойствие и умиротворение.
Попугай щелкнул клювом, следом виртуозно скопировал предсмертный вой грифона, которого Ламберт завалил днем ранее.
— Проклятая птица! — заорал Ламберт от неожиданности, вскакивая. — К дьяволу в жопу такое Предназначение!
С перекошенным от ненависти лицом он ринулся к попугаю, твердо намереваясь придушить того. И в эту же секунду с небес хлынул весенний ливень: яростный, ледяной и хлесткий. Потом громыхнуло с такой силой, что почти заложило уши.
Ламберт выругался. Вода уже заливалась ему за воротник, текла противными холодными струйками по спине. Он развернулся, схватил еще не до конца пропитавшуюся водой попону, и, осторожно прижав к себе птицу, кинулся под защиту ближайшей ели.
— Muta iam istam mentem, mihi crede, obliviscere caedis atque incendiorum. Teneris undique; luce sunt clariora nobis tua consilia omnia; quae iam mecum licet recognoscas.* — откуда-то из района подмышки Ламберта произнес хорошо поставленным басом попугай, больше похожий теперь на грязную серую, промокшую до нитки, кучу тряпья.
*"Поверь мне, уже пора тебе изменить свой образ мыслей; забудь о резне и поджогах. Ты окружен со всех сторон; света яснее нам все твои замыслы, которые ты можешь теперь обсудить вместе со мной." (с) Цицерон. Первая речь против Катилины.
