Ведьмострочники

Даже самая распоследняя чайка нынче вылетела из гнезда, чтобы, примостившись на поросшем бледной травой утесе, наблюдать за тем, как входит в гавань Ард Скеллиг горделивый драккар Эйста Турсеаха. Перед сходнями десятками расстилали белоснежные медвежьи и волчьи шкуры, рассыпали северные цветы и ягоды. Торили дорогу королеве Цинтры, почтившей Скеллиге визитом. Калантэ ступала по мехам, чуть подобрав юбки, и озирала наполненную людом пристань. Брат лез на голову брату, чтобы получше рассмотреть ту, что избрала мужем достопочтенного сына Скеллиге, и широкоплечим стражникам непросто было заставить толпу вести себя подобающе. — Говорят, Эйст, что нет сильнее на Скеллиге зверя, чем белый медведь, — с полуулыбкой произнесла Калантэ, чуть склонив голову в сторону новоприобретенного супруга. — Истинная правда, душа моя, — кивнул Эйст, отмахнувшись от прилетевшей в лицо кисти рябины. — И как ты считаешь, если устроить поединок между львом и белым медведем, кто одержит верх? — лукаво осведомилась Калантэ. Эйст, задумавшись, замолчал на мгновение. А после ответил, бережно поправив складку отороченного мехом плаща на плече супруги: — Смею предположить, душа моя, что никто никогда подобного не устраивал. Но если тот лев и тот медведь решат соединить свои силы, мало кто осмелится выступить против такого союза. Калантэ, чуть прищурившись, улыбнулась. Казалось, ответ пришелся ей по вкусу. — Мудрый ответ, Эйст, — промолвила она. — И другого от короля Цинтры я не ожидала.