Однажды

      Почему о счастье так сложно говорить. Не хотят находиться слова, все не то, все мимо нот. Где оно живет в нас это счастье? Наше маленькое яркое, такое короткое и теплое счастье.       Я помню, мое самое первое, самое живое. Мне подарили большой взрослый велосипед, как у соседского паренька. Даже лучше. Я качу по огромному полю, подскакивая на колдобинах проселочной дороги, все быстрее, быстрее. Ноги почти потеряли педали. Лечу над желтой сурепкой все выше и выше в яркую синеву неба. Утреннее солнце еще такое нежное, ласковое. А впереди целое лето, вся жизнь. И я кричу что есть мочи, ору от счастья, которое разрывает меня на кусочки, рвется наружу, его невозможно удержать внутри.       Слезы счастья - плач души. Я – подросток, первая любовь - странная, не как у всех. Семья мешает, тебя никто не понимает, даже пытаться не стоит. Папа на кухне колдует над ужином, ждет маму с дачи. В девять раздался звонок, оглушающий звон тарелки и вой - животный, мерзкий: «Мама разбилась». Почти час на моих глазах уходил отец. Вот он - живой, родной и строгий, а потом его нет. Не хочу больше видеть, никогда, как гаснет взгляд, как исчезают губы и чернеет лицо. А потом позвонила мама и сказала, что с ней все в порядке, она в травме, но ничего страшного, небольшое сотрясение, ей еще повезло, а вот другой машине – нет, и телефон она разбила, и машина почти всмятку. Мама все говорила и говорила, а мы не слушали, сидели, обнявшись, и рыдали от счастья.       Их много этих секунд, минут. Каждому отдана часть души, отведено место в моей памяти. Все я бережно храню, берегу от посторонних, это мое, только мое личное спасение, моя панацея в этой вселенной.       Ты знаешь, что все, что у меня сейчас есть - это ты. Мой мир, моя жизнь. Ты подарил мне счастье, которое я не ждал. Я почти забыл, каково это, хотя никогда этого не забывал.       Каждый раз ты уходил. Каждое утро убегал от меня. Сначала я просыпался и ждал, когда хлопнет дверь, потом перестал. Когда спишь легче. Мне казалось - привык, смирился. Полноте, обманывать себя последнее дело. Я ждал, проклиная себя за трусость. В то утро я опять боялся проснуться, пребывая в вязкой дреме. Еще не тут, но уже не там. Но это чувство, что не один, его нельзя спутать, невозможно ошибиться. Самые прекрасные звуки на свете - звякнула ложка, зашумел чайник. Еле различимый аромат кофе плывущий по квартире. Ты остался. Ты не ушел от меня. Я вцепился зубами в край подушки, чтобы не заорать от счастья, как тогда, в детстве. Не отпущу, никогда больше не отпущу, у нас целая жизнь впереди.       Почему все слова о счастье часто кажутся плоскими и пустыми? Почему так сложно сказать, что оно такое и не рухнуть в банальность. То мы как церберы пытаемся оградить его от других, страшась быть непонятыми, смешными, то отдаем его – великодушно, не скупясь.       Мы столько лет вместе и только сегодня я нашел в себе смелость задать, наверное, самый затасканный вопрос: «Ты счастлив?», чтобы получить совершенно нормальный ответ: «Мне хорошо.» «А ты помнишь, когда был по-настоящему счастлив в последний раз?» «Помню.» «Расскажешь?» «В то утро, когда я набрался смелости и остался, не ушел как всегда. Думаю: выгонит – уйду, а нет – останусь, навсегда. Жду, когда ты проснешься, а ты все спишь и спишь, издергался весь. А когда ты вошел и я увидел… взгляд твой, глаза у тебя были такие, в общем, я тогда, чуть от счастья не сдох.» Сегодня я его спрячу, никому не отдам наше маленькое живое счастье. Счастье на двоих.