Дыхание

      Карпов был изрядно удивлён реакцией Лены. Только что с ней он испытал нереальное наслаждение! И ей тоже было хорошо — Стасик в грязь лицом не ударил. И вдруг она вырвалась и убежала, как угорелая! Что же с ней случилось? Или это её беременность так проявляется? Он выбрался из воды, забрал ПМ, закрыл его в шкафчик и тоже направился в душ, а потом в свою раздевалку. Одеваясь, думал о начальнице дознания: «Вот как это понимать?! Или я напугал её словами, что она теперь должна быть моей? Слишком рано? Возможно. Но, так или иначе, я уже не мог больше терпеть. Наконец-то, свершилось! Я её попробовал. И мне это очень даже понравилось! Савицкий Ткачёву сказал, что она в сексе нулевая. Полная чушь: ух, сколько в ней страсти! А он, дурак, не понял. Сам виноват!» Стас оделся, хотел было пойти на выход, но отчего-то замешкался и осторожно сделал несколько шагов к женской раздевалке… Через некоторое время. Разговор двух подруг: — Привет, Ир! — Ну, привет, Лен! Как дела? — Знаешь ли, отлично! Всё Ирочка, Стасик теперь окончательно — мой! Подруга насторожилась: — Ты всё-таки не удержалась, да?! — Ир, я не смогла устоять! А он, по-моему, здорово в меня втрескался! — радостно сообщила Лена. — Ой, дурочка! Я же предупреждала: Стас совсем не прост. Мало того, он опасен! — искренне тревожилась Ира. — Не преувеличивай! После того, что мы сейчас делали с ним в бассейне, он просто обязан на мне жениться! Стас теперь мой. Ир, признайся: тебе просто завидно, что пари выиграла я, а не ты! — Лена — уже одетая, не глядя по сторонам, вышла из раздевалки, глянула на водную гладь бассейна, — Ладно, пока-пока! — попрощалась она с Ирой, нажала отбой. Мужчины у бассейна не было. — Стас, ты где? — позвала она. — Я здесь! — раздался его тихий голос. Лена обернулась и, от неожиданности, едва не столкнулась с ним — так бесшумно он подошёл к ней сзади! Раздался металлический лязг затвора. Лена увидела нацеленный на себя ствол с глушителем: — Стас, ты чего?! — она попятилась назад, к бассейну. Стас надвигался на неё: — Леночка, ты слишком поторопилась. Я — ничей. И спорить на меня нельзя — это бесполезно! — усмехнулся он, затем его лицо стало абсолютно бесстрастным, — Извини, но пари ты проиграла! Раздался негромкий хлопок. Лена, как стояла, так и повалилась с бортика замертво. Стас презрительно усмехнулся: «Дура. Могла бы ещё жить, да жить!» Он сплюнул в воду и направился к выходу, а на бирюзовой глади бассейна осталось распростёртое женское тело… Мрачный Ткачёв, дежуривший на сутках этой ночью, передал утром Савицкому видеозапись из того самого бассейна, тихо сказал другу почти на ухо: — Ромыч, там такое…. Ну, я просто подумал, что ты должен увидеть и узнать это одним из первых… — Паш, чего там? — удивлённо спросил Роман. Тот отрицательно помотал головой и замахал руками: — Не-не, у меня язык не повернётся! — он быстро свалил домой отсыпаться. Рома недоумённо взял флешку с записью и, проходя мимо дежурки, спросил: — Олег, ночью было что-то криминальное? — А-а, Ром, огнестрел в бассейне! Ткачёв как раз выезжал. Непонятно: то ли заказуха, то ли случайность, — выдал свои версии дежурный. — Ладно, сейчас выясним! — бодро отозвался Роман, направляясь в оперскую — просмотреть запись. Увиденное его потрясло до глубины души… Оказалось, что в том злополучном бассейне по периметру были поставлены скрытые камеры. Вообще, сделано это было, чтобы в вечернее время получать «бытовой» компромат, а потом шантажировать незадачливых посетителей бассейна — любителей различных плотских утех. Роман решил всю запись не смотреть, а взглянуть только на последние часы работы оздоровительного учреждения. И не ошибся! В самом конце записи на водной глади бассейна было мёртвое женское тело. Лицо молодой женщины было прекрасным, если бы не аккуратная дырка вместо правого глаза! Рома вспомнил ориентировку, где рассказывалось о приезжем серийном убийце (а может, киллере?), который убивал свои жертвы точным выстрелом в глаз. За меткость его прозвали «Охотник». Известно было, что откликался он на имя Стас. Но, было это имя реальное или фамилия его была созвучной с этим именем, не знал никто. Рома отсмотрел пару эпизодов. Парочка занималась сексом прямо в бассейне, а потом неизвестный мужчина, уже в одежде, вышел к бассейну и после нескольких напряжённых фраз застрелил свою подружку. Савицкий решил перемотать немного вперёд. Там совсем другая парочка занималась сексом у поручней. Он замер от неожиданности и словно окаменел перед монитором! Его глаза отказывались верить: на записи были… Измайлова и Карпов! Они с таким упоением наслаждались друг другом, а обоюдные сладкие вздохи и стоны почти в полной тишине раздавались ещё громче, благодаря акустике. Его бывшая, как он считал, жена была словно настоящая секс-бомба из порнофильма — о такой партнёрше можно было только мечтать. Как она ему отдавалась! «Вот тебе и «в койке нулевая»! Если она с Карповым такое вытворяла, понятно, что мне перепадало совсем чуть-чуть!» — мысленно возмутился Роман. «И как комедию-то перед всем отделом ломали: напоказ собачились, непримиримых врагов изображали! А сами уже давно любовниками были! Но, как шифровались-то… Теперь ясно, почему Карпов и поехал её спасать от похитителей! Да, за такую бабу можно было и побороться! Как же я, дурак, раньше –то не рассмотрел!» Майор глянул на часы. По времени выходило, что Ткачёв ещё не должен был завалиться спать. Он набрал его номер: — Паш, не спишь ещё? — Уснёшь тут! — выдал ему Пашка. Весьма двусмысленно выдал… Роман слегка напрягся: — Ты всю запись смотрел? Друг не стал врать, убитым голосом ответил: — Всю, Ромыч. — И что ты об этом думаешь? — осторожно спросил Роман. — А что, блин, я могу думать, Ром?! — возмущённо засопел Ткачёв, — Выясняется, что ты змею на груди пригрел! Ну, Ленка! С*чка драная. Я её порядочной считал, как дурак ещё извинялся за тот случай с Карповым в коридоре. Ромыч, я же тебе говорил, предупреждал — такие дела я сразу секу. Сам ходок, — признался Павел. — Как ты думаешь, как долго у них ЭТО? — Да, кто знает?! Я так думаю, что после похищения. Пепосы, кто туда ездил, рассказывали, что там постель была одна, понимаешь?! Да ты же сам там был! Разве не видел? — Я же с малолетками работал, опрашивал их, а в цех не заходил. Мне и порно-студии хватило с лихвой! Видел, чем там ребятишек заниматься заставляли… — Понятно. — Паша, ты уверен, что эта запись больше никуда не ушла? — Не знаю. Я у охранника её забрал и всё. Но, видел только я, как дежурный опер. Ну, и ты… — Спасибо, друг. — Ром, я бы на твоём месте сразу стёр всё предыдущее, убийство только бы оставил. — А подозрительно не будет? Вдруг следаки скажут, что улики какие-нибудь скрыли? — Тогда не знаю. — Нет, Ткач, я это нарочно оставлю «для истории»! — хмыкнул Рома, — Будет, чем прижать ИХ к стенке. — Ну, Ленка-то ладно: баба — что с неё возьмёшь? А вот Карпов… — А что Карпов?! Вот и предъявлю ему… — Ой, Ромыч, не нравится мне всё это! — Ткачёв искренне переживал за друга, но не знал, какими словами его поддержать. — А мне, блин, так всё это нравится! — психанул Савицкий, — Ладно, давай! На созвоне. — Ага, — Паша быстро нажал отбой. В оперскую зашли Дима и Юра. Вслед за ними в кабинет буквально влетел начальник СКМ, прямо с порога потребовал: — Рома, запись из бассейна по огнестрелу у тебя? Дай сюда! Роман сидел к нему спиной: — Не дам! — вдруг ответил он и повернулся, выразительно, даже с вызовом, глядя на подполковника. Карпов слегка удивился, а потом вперил в него свои глазищи, но тот продолжал смотреть дерзко. Их молчаливая дуэль длилась несколько секунд. — Так! Видел, значит? Савицкий кивнул. Карпов пожевал губами, потом, видимо, принял решение,: — Тем лучше!