The story of the Savior Legion of the Black

POV Хелена

Я оказалась прямо у входа в здание СТРАХА. Мне на встречу двинулись две тени, сторожившие врата, но стоило мне выставить вперёд руку, как они застыли на месте. Их тьма, постепенно увеличиваясь, двигалась ко мне и впитывалась в моё тело. Я ощутила новые силы, словно стала могущественнее. От солдат СТРАХА остались только чёрные плащи и жезлы. Я толкнула дверь и прошла внутрь. Пройдя по коридорам, я вошла в большую комнату с высоким потолком, чем-то похожую на часовню. В противоположной стороне от входа стоял «трон», на котором восседал СТРАХ. Я даже немного опешила, увидев удивление на его лице. Но, быстро придя в себя, я пошла ему на встречу. — Надо же… Я вовсе не ожидал тебя увидеть. Нет, не так. Я ожидал тебя увидеть, но где же все остальные? Где весь Чёрный Легион? — Они не придут. Хотя нет, — подражая ему, сказала я. — Они придут, но ты будешь мёртв к тому времени и ничего им не сделаешь. — Самонадеянная девчонка! Ты всё надеешься победить меня? Как же до вас, людей, долго доходит. Ты не сможешь меня победить, потому что я вселил в тебя тьму, которой у Спасителя не должно быть. Он замолчал и махнул рукой. Появились сотни теней, но я посмотрела на них, как на картонных кукол. Я не знаю, что со мной произошло, но я ничего не испытывала. Может, у меня появилась сущность Спасителя, а может, я просто не вижу смысла их бояться. СТРАХ скомандовал им напасть на меня, но никто не сдвинулся с места. Только после второго гневного окрика солдаты неуверенно двинулись в нападение. Я не стала с ними играть, просто уничтожила, как сделала это с первыми сторожившими вход. СТРАХ лишь довольно улыбнулся, что мне совершенно не понравилось. Когда я полностью поглотила тьму, он, всё также улыбаясь, похлопал в ладоши. — Замечательно! А ты знаешь, я думал, что своим появлением без Легиона, ты обрушишь все мои планы. Но так получается даже лучше. — Поверь, твои планы я не собираюсь выполнять даже в последнюю очередь. Я здесь, чтобы покончить с тобой раз и навсегда. — Наивная девчонка. Пожиратель душ, вот кто находится внутри тебя. И ты только что сделала его в сотни раз сильнее, чем он был, — криво усмехнулся СТРАХ. — Брат мой, очнись ото сна, сегодня ты сполна утолишь свой голод. Я почувствовала, словно что-то внутри меня заёрзало и будто пыталось пробиться к власти над моим сознанием. Я закрыла глаза и представила, словно сворачиваю этого пожирателя душ в комок и засовываю куда подальше, чтобы он даже не пытался вылезти оттуда. Странно, но это помогло мне. Неприятное чувство растворилось, и во мне остались только холод и… смелость? Да, это именно она. Я чувствую, что готова победить СТРАХА, чего бы мне это не стоило. Пусть даже жертвой будет моя жизнь. — Бедная, глупая девочка! Разве ты не понимаешь, что упускаешь? Жизнь. Она ведь прекрасна, не так ли? Но какого это — умереть молодым? Пока не поздно, одумайся. Почувствую страх и боль, почувствуй жизнь. Я отпущу тебя, только если ты уйдёшь и никогда не вернёшься. Я даже освобожу тебя от пожирателя душ. Почувствовать боль? А что вообще может значить боль? Физическая боль временна, мы умираем и перестаём её чувствовать. Боль, которую испытывает тело, может ничего не значить для души. Но вот если болит душа — это совершенно другое дело. Иногда с этой болью трудно жить, а иногда её можно стерпеть. Но любая душевная боль в сотни раз сильнее физической. А что такое страх? Это то, что человек сам себе навязывает. Если бояться темноты или монстров, которых она скрывает, то нужно просто-напросто убедить себя, что ничего этого нет. Страх за любимых и близких тебе людей уже более осмысленный. Но разве я должна бояться за них, если итак стараюсь их спасти? Я должна убить СТРАХА, чтобы Чёрный Легион смог избавиться от своего вечного врага. — Нет, — ледяным голосом ответила я. — Никогда! Я пришла сюда ради твоей смерти, и я буду добиваться её до последнего моего вздоха! — Тогда ты — самое глупое создание, которое я когда-либо встречал. Он коснулся моих висков, самонадеянно улыбаясь и ожидая, что я упаду к его ногам. По моему телу пробежала дрожь, но я даже не сдвинулась с места, стояла и смотрела СТРАХУ прямо в глаза. Улыбка медленно начала сползать с его лица, сменяясь гримасой недоумения. Теперь настал мой черёд ухмыляться. Я схватила его за шею и со всей силы сдавила её. Я не знаю, что могло так повлиять на СТРАХА, чтобы он корчился, словно загнанная в угол мышь. Он сумел оттолкнуть меня и хотел исчезнуть, но я вовремя его «поймала», заблокировав все возможные пути к отступлению. Его и без того безумные глаза, теперь ещё безумнее смотрели на меня. Но разве это меня остановит? — Что ж, ты обрушила все мои планы. Тогда я лишу тебя тьмы и убью, мне незачем тобой дорожить, если ты не приносишь пользы. Он махнул рукой, и из меня словно вырвали часть моей души. Но нет, я не почувствовала себя слабой, совсем наоборот. Тьму заменила другая, светлая сила, и она была намного сильнее. Она казалась мне родной, словно я всегда существовала с ней. СТРАХ победно улыбнулся мне. Он слепо верил, что теперь я беспомощна перед ним, но даже не догадывался, какую большую ошибку он допускает. Я не пятилась в страхе, я не боялась его. Мой заклятый враг занёс клинок над своей головой и воткнул мне его прямо в сердце. Я не стану представлять из себя великого храбреца, мне было больно. Но что я говорила про физическую боль? Она ничего не значит именно для моей души. Видимо, СТРАХУ уже должно надоесть, что его планы крушат весь сегодняшний день. Он ожидал, что уже через секунду я упаду на землю мёртвым грузом, но даже я не ожидала того, что из раны, в которой торчит клинок, будет показываться золотое свечение. Мне вдруг стало так легко, боль исчезла. Крик, ужасный крик СТРАХА разрезал тишину в комнате. Свет из раны стал светиться ярче, и крики СТРАХА стали звучать более мерзко. Этот свет наполнил всё помещение и ослепил меня на какое-то время. Когда всё встало на свои места, в комнате вновь поселился мрак, я увидела, что от СТРАХА не осталось ничего, кроме его одежды. Он исчез навсегда. Я опустилась на колени и закрыла глаза. Внутри пустота, я ничего не чувствую: ни боли, ни радости от победы, ни сожалений о своей смерти. Эту пустоту даже не разгонял слабый стук сердца. Оно всё ещё пытается биться, хоть в него вонзили клинок… Неожиданно я почувствовала боль, ничтожную боль в голове. Это… видение? Пустой зал, здесь лежит только один труп. Я лежала посреди комнаты, с остекленевшими глазами, безразличная ко всему. Для мёртвых мир живых больше не имеет смысла. В комнату вбежал Энди. Он прерывисто дышал из-за быстрого бега, но и вовсе забыл, как это делать, когда увидел моё мёртвое тело. Он медленно подошёл ко мне и сел на пол рядом. Дрожащей рукой он вытащил из моей груди клинок и прижал меня к себе. Его глаза… они потемнели настолько, что даже невозможно себе этого представить. Они были наполнены болью. По его щеке скатилась слеза, он закусил губу, чтобы удержать крик, но всё же выпустил его, уткнувшись в мои волосы… По моей щеке тоже сбежала слеза. И перед тем, как безжизненно упасть на землю, я осознала для себя одну очень важную вещь, пусть и сделала это поздно. Мой страх — увидеть боль в глазах любимого человека, причинить её ему. Я сама испытала боль оттого, что вскоре её испытает Энди при виде мёртвой меня. Но я не могла ничего изменить, я пожертвовала собой, ради всего Чёрного Легиона. — Прости меня, — прошептала я бледными губами. Только досадно, что он этого не услышал, и не услышит больше никогда…