Ставки На Выживание

Химчан бежал. Бежал со всех ног, бежал так, что в ушах раздавался свист, в глазах уже потемнело, а его майка насквозь пропиталась потом. Наверное, он давно бы выдохся, но состояние аффекта, вызванное выстрелами за спиной, потешное улюлюканье над ним, и грохот заведенных пикапов, летящих и подскакивающих то и дело в воздух на неровной почве бездорожья, не давало ему остановиться. А в голове парня в это время мелькала мысль о сломавшемся пятьюдесятью футами ранее квадрацикле: транспорт заглох как раз в тот момент, когда он слетел в кювет, попытавшись предпринять попытку побега от преследователей. Еще Ким прикинул, что было бы весьма кстати подумать об утренних пробежках годами этак двумя ранее. Или, к примеру, о каких-нибудь курсах самообороны. Хотя какая тут самооборона, когда в спину так и метит та-другая порция свинца. Преимуществом преследуемого было только то, что он точно должен был достаться охотникам живым. Очередная пуля просвистела где-то над ухом, что заставило его сгорбиться, прикрыть руками голову и бежать быстрее. «Я возьму его», — послышался сзади мальчишеский голос. Химчану стало отвратительно от одной мысли, что такие же подростки, как он, добровольно шли в отряды охотников. Тем временем будущий снайпер точно смог расслышать звук тяжелого прыжка из машины и нагоняющий его топот. «Что же за имплантаты вживляют этим подопытным тварям?» — подумал Ким, поняв, что от преследователей его может спасти только лишь редкая удача. В голове то и дело мелькали дикие сцены издевательств охотников, свидетелем которых он, несмотря на свой юный возраст, являлся ранее. От воспоминаний гнев полоснул мозг, и единственная обуявшая его мысль: «Почему же я?» — так и просилась быть высказанной. Только вот легкие, качающие сейчас воздух с бешеной скоростью, не могли позволить этого парню. — Стой, тварь, — крикнул кто-то сзади, совсем близко, отчего Химчан припустил еще пуще, но не тут-то было: дробь пуль, раздавшаяся под ногами, заставила его подпрыгнуть и, запутавшись в своих же развязавшихся шнурках, упасть на живот. — Готов, ублюдок, — подбегающий спотыкнулся тоже, но ловко удержал равновесие, и попытался схватить Кима за ремень его штанов. Тот выбрался, штаны сползли вниз, а нагнавший упал сверху. «Ну ты его еще там оттрахай», — раздался чей-то голос под дикий гогот, и Химчан услышал, как машины охотников остановились. — Иди на хуй, — из последних сил вскрикнул он поймавшему его парню и, развернувшись, метнул горстью песка прямо в лицо молодого охотника. — Ай, паскуда, — прорычал напавший, но Кима не выпустил. Тогда пойманный пнул его с колена под зад, и они оба, перекувыркнувшись через головы, кубарем покатились по склону, наобум размахивая кулаками. — Я тебе сейчас, — закряхтел напавший, и Химчан метко пульнул в него еще одной горстью песка: та попала прямо в рот обидчика. Парень попытался откашляться: видимо, горсть тяжелой земли попала в дыхательные пути. «Это мой шанс!» — подсказал сам себе пойманный, пытаясь подорваться с места. Но, не успев встать на ноги, он упал снова, проглотив порцию тяжелой пыли с привкусом свинца: охотник, несмотря на сильный кашель, держал его слишком крепко. И все, что Химчан потом мог вспомнить — топот тяжелых сапог старших охотников, и то, как на его голову под дикий гогот надели мешок. Химчану трудно сориентироваться. Когда он открыл глаза, нашел себя в отсыревшем бункере охотников. Сильное чувство жажды и сухость во рту давили на мозг. Парень не сразу обнаружил, что в помещении он не один. — Приведите старшего. Наш маленький бастард очнулся, — Ким почти осязаемо почувствовал издевку в голосе говорящего мужчины, отчего по его коже прошел холодок. — Чего вы хотите от меня? — крикнул он негромко, но никто так и не ответил. Неприятные воспоминания запестрили как кадры плохо отснятого фильма, и дремота совсем прошла: снайпер проснулся, когда Чон, что-то тихо напевая под нос, свернул на бездорожье. — Раз уж ты проснулся, советую пристегнуться, — произнес он, переведя взгляд на сонного напарника. Тот потер переносицу, сонно зевнув, даже не потрудившись прикрыть рот ладонью. — Ну и манеры, — по-доброму цокнул фантом. Но слух Химчана оказался острее, чем казалось Дэхену. — Ты имеешь что-то против моих повадок? — хрипло задал вопрос Ким, не настроенный шутить после вереницы неприятных воспоминаний прошлого, которые обрушил на него сон. Дэхен лишь пожмурился. — Не пойми неправильно напарник, просто если ты и в самом деле тот, о ком я подумал, — начал объясняться младший, отчего словил еще один непонятливый взгляд со стороны Кима. — Зараза, — только и пробубнил штурмовик, наспех добавив, — замнем эту тему и оставим тайну твоего рождения в покое. — Просто скажи, кем это ты уже успел меня представить, — хмыкнул ехидно Ким, проигнорировав предшествующую просьбу. — Ну, знаешь ли, — пожал плечами фантом, — может, остальные и не в курсе, но я точно знаю тебя. Внешность довольно запоминающаяся. И даже не отрицай, что вокруг твоего происхождения ходило много скандалов. Это тебя бастардом звали, — Дэхен осекся, не договорив фразы, когда заметил, что Химчан начал сверлить его сердитым взглядом. Фантом же, стараясь аккуратнее подобрать фразы, продолжил, — тот случай, когда ты… 21 день в бункере, — Чон — не мастер говорить. Это понятно по тому, как Ким напряженно сжал губы. Дэхен на время замолк, после чего добавил вполголоса, — ты не хочешь говорить на эту тему, правда? Увидев, как снайпер только лишь снисходительно улыбнулся уголками губ в знак согласия и отвел напряженный взгляд в сторону, фантом пожал плечами. Такая реакция только разожгла в нем интерес, и он, все же подумав немного над своей дальнейшей репликой, вполголоса добавил, — просто охотники, знаешь ли… — Хватит, — резко рыкнул Ким, когда пальцы его сжались в кулаки с такой силой, что костяшки побелели от напряжения, — знаю, что сам напросился, сняв твой обет молчания на эту тему, но, ей-богу, я сниму с тебя скальп прямо здесь и сейчас, если ты произнесешь еще хоть одно слово, Чон. — Ладно-ладно, понял я уже, — примирительно пропел фантом и уткнулся взглядом в переезженную тропу. Химчан не хотел вспоминать свое прошлое и теребить старые раны. Тем более, не нуждался в обсуждении своей жизни кем-то другим. Мало кто мог понять его судьбу, но много кто пытался влезть в нее, узнать о самых черных уголках его души и вытащить все самое «интересное» наружу. Слишком много любопытных людей, желающих утолить свой интерес ко всякого рода черным, либо ужасающим делам не из желания помочь, а из желания унизить. Слишком много лиц было в его жизни, которых он, если честно, совсем и не хотел встречать. Еще будучи ребенком он успел узнать, какую боль могут принести люди не только при помощи оружия, но и с помощью слов. Снайпер успел вырасти быстрее доброй половины ровесников из своего окружения и возненавидеть многих из тех, кого знал сам, и кто знал его. В его душе было слишком много ненависти, агрессии и тех эмоций, которые он, будучи еще ребенком, на вполне мог понять. Он многое хотел бы скрыть от назойливых глаз чужих людей, когда те, наоборот, пытались вытащить из него душу. Но, подумать только, столько лет прошло, и где все эти люди, а где — он сам? К счастью, в последние годы все были столь невнимательны и обращены в свое же спасение, что Ким мог оставаться в тени этой лихорадки. Как бы иронично не было, этот мор стал едва ли не его спасением. Потому что, наконец, он смог стать такой же невидимкой как все, хоть и держал людей на расстоянии, оставаясь волком-одиночкой, и имел в этой антиутопии свои мотивы, принципы и способы выживать. — От остальных никаких сообщений? — спросил снайпер, не желая думать сейчас о пережитых уже давно доводах и обидах. — Не-а, — отрицательно махнул головой фантом. — Значит, они либо еще не доехали до точки, либо решили, что нас уже нет в живых. — Да ну их, — отмахнулся Чон, — я вообще надеюсь, что нам дадут новых напарников. Тем более, отряд из шести человек выглядит странно. — Будто мы охотники, — подтвердил снайпер, наводя на то, что именно у названных принято передвигаться колонной по три машины. Химчан хмыкнул своему домыслу, потому что сейчас, когда его злость на Банга все еще не прошла, он был согласен с фантомом. Если они окажутся правы, то это сможет внести хотя бы какое-то представление об их дальнейших действиях. И, конечно же, не слабо потешит эго самого Химчана победой и возможностью тыкнуть старшине в лицо фразой: «Я же говорил». Будет ли только в таком случае у них возможность пересечься хоть еще раз? — А еще я думаю, что нам не стоит говорить о том, что это мы подорвали базу, — невпопад сообщил фантом, перебив мысли старшего. Ким открыл рот, чтобы возразить, что это было бы с их стороны крайне опрометчиво, но не произнес и слова. Признайся они с Чоном в подрыве базы, для них это могло обернуться чем угодно. При чем под «чем угодно» парень представлял сущий ад на земле. Море рапортов, еще больше — допросов. Возможно даже — ордер за самовольные действия. Повяжут и вычислят всех: никто не посмотрит даже, что в отряде был Мун. И, помимо этого, в добавок, его самого лишат звания. Даже под угрозой атаки зараженной базы охотниками, которые могли бы выкрасть зашифрованные и засекреченные данные; даже если и в ВС поймут, что со стороны их отряда подрыв базы стал единственным верным решением, ибо, помимо врага в виде охотников, угрозу целой армии зараженных не смог бы сдержать ни одно подразделение преследователей, по уставу никто из них не имел права брать на себя подобной ответственности. — За такое нас по голове никто не погладит, — поддержал, наконец, Ким напарника. — С их стороны будет щедростью, если они только оставят нас в живых, — предположил Чон. Снайпер, криво усмехнувшись, кивнул: — Тогда лучше не говорить им о существовании 06-Сигма. — Верно. Мы прибыли на точку, не дождались Муна с Чхве через четверть часа и решили вернуться на базу. — Где нашли ее уже подорванной, — продолжил теорию снайпер. Фантом взъерошил волосы, закончив мысль: — Поэтому мы и не поехали на FN-14. По уставу мы не имели права соваться туда неполным составом. — Надеюсь, эта легенда их устроит, — вполголоса выдохнул Химчан. И, переведя на секунду взгляд на внезапно притихшего фантома, снайпер подумал, что не каждому преследователю и за всю отведенное на этой жалкой планете время удалось пережить столько, сколько они за день пережили в отряде. Если даже этот зомби-апокалипсис действительно когда-нибудь закончится, будет совсем неплохо собраться в каком-нибудь баре, чтобы вспомнить пережитое за кружкой старого-доброго эля. И на самом деле тыкнуть Бангу в лицо фразой: «Я был прав», — чтобы хоть чуть покапать бывшему напарнику на мозги. Если бы только он был уверен, что все это вообще когда-нибудь закончится. «Хотел бы я это увидеть», — переводя взгляд в окно, подумал парень. — Знаешь, — признался он, — я даже успел пообвыкнуть ко всем вам. — Я сворачиваю на обочину. Тихо, — едва ли не шепотом перебил его Чон. — Я же не в этом смысле, — хитро прищурился снайпер и, заметив на себе серьезный взгляд штурмовика, вскинул руки в жесте «сдаюсь». Тем временем фантом и впрямь свернул на обочину, заглушил мотор и дернул молча Химчана за рукав в попытке привлечь внимание. Напарник только перевел взгляд в сторону, куда указывал штурмовик. — Видишь? — еле слышно спросил он, сосредоточившись на машине, стоящей метрах в трехстах от них. Кузов ее удачно был скрыт от лишних взглядов огромным баннером «Добро пожаловать в Уэст-Эдж», приглашавшим выцветшими буквами заглянуть посетителей других регионов в бывшую обитель азартных игр и ночной жизни. — Думаешь, это… — хрипло навел Химчан, но Дэхен, даже не переведя на парня взгляд, кивнул: — Охотники. — Нельзя было отпускать Кима с Чоном, не дав им даже никаких указаний, — нахмурившись, произнес старшина. — Они не маленькие дети, Банг. Они хотели свалить — мы дали им на это полное право, — фыркнул Ю, отчего поймал на себе озадаченный взгляд напарника. — Ты думаешь, что они не вернутся? — напрямую спросил он, отчего инженер только пожал плечами: — А должны? — Ну, мы же отряд, — напомнил неловко Банг. — Да, отряд. Ты, я, Мун и Чхве. Четыре человека, как и должно быть. А Киму и Чону, я надеюсь, хватит ума промолчать о нас и обо всем, что мы успели натворить за прошлые сутки. — Ты все же считаешь, что там будут наши? — приглушенно спросил Енгук, поняв, что в таком случае они вчетвером могут остаться в проигрыше. — Пятьдесят на пятьдесят, — признался Ю и, услышав гулкий разочарованный выдох со стороны напарника, продолжил озвучивать свои догадки, — ты, как всегда, продумал не все выходы, да? Так вот, в таком случае их могут поджидать наши. И снайпер с фантомом, в лучшем случае, попросят новый отряд и предупредят нас о том, какую точку сделают временным штабом. Упомяни они про то, что это мы подняли на воздух базу — всех нас возьмут под арест, даже если мы были правы. Хотя, может быть, нас просто расстреляют по статье вредительства или же саботажа. — Вредительства или саботажа? — переспросил Банг, хмурясь, — да мы ради этих же уродов и старались. Что бы сейчас началось, не придрприми бы мы ничего? — Имеешь ввиду, не предприми бы мы ничего самовольно? — Это была самозащита, но никак не вредительство. — Без приказа штаба верховных, — Ю цокнул, — ты уже ничего не сможешь им объяснить. — То есть, у нас больше нет возможности вернуться к преследователям по-твоему? — Есть, конечно, — пожал плечами инженер, — если у всех хватит ума держать язык за зубами. Поэтому я и поддержал твое решение ехать на точки. Там мы хоть знаем, что нас ожидает. И шанс выжить, скажем, пока что, много больше. — Черт, — прошипел старшина, осознав вдруг всю серьезность ситуации. Вот о чем ему говорил Мун тогда — вести отряд из ШЕСТИ человек. Вот в чем была заключена вся сложность, о которой он и не думал раньше. Он не справился с первого же задания. Даже при том, что это неверно и так сложилось по ошибке. Его роль — знать и продумывать мысли всех своих подчиненных, а не пускать их на все четыре. Если только Ким и Чон откроют рот в попытке признания, всех шестерых ждут действительно большие проблемы. Подсознательно Енгук знал, что после подрыва базы их судьбы круто переменятся — подумать только, о чем они думали в тот момент? Ему не пришло в голову вспомнить про ответственность перед всеми ВС, он просто надеялся на Муна, который и предложил подорвать базу. Какой-то мальчишка, возомнивший себя капитаном, саморучно подорвал базу, а после попросту отдал командование ему, Бангу. — Меня обернул вокруг пальца какой-то малолетний пацан, — едва ли не шепотом произнес старшина. — А? — переспросил инженер, но напарник не ответил. Енгук нервно перебирал в голове варианты развития событий, поняв, что теперь никто иной, как он сам являлся ответственным за все произошедшее. Потому что тогда, в тот вечер, он принял на себя ответственность. Он не смог догадаться о этой уловке и, что страшнее… — Поворачиваем, — вполголоса произнес он, и когда Енджэ наклонился к нему чуть ближе, чтобы расслышать, что он там сказал, старшина резко вывернул руль влево. Инженер от неожиданности упал ему прямо лицом на колени, но Банг будто и не заметил этого. Он только думал о том, что, фактически, отправил двух своих бойцов за верной смертью. Размышляя над тем, как поступить теперь с капитаном, за неимением доказательств, он, под удивленный оценивающий взгляд напарника, трижды набрал и сбросил связь с машиной Муна. «Нужно ли говорить капитану, или бросить его на произвол?» — подумал старшина и, прокрутив в голове свой предшествующий монолог, принял единственное верное на данный момент решение. Одновременно штурмовик чуть ли не до предела выжал педаль газа, слушая первые гудки. — Мун на связи, — донеслось, наконец, с той стороны рации. — Разворачиваемся, капитан. Это приказ. Мы едем на аванпост. — Так точно, — вполголоса выдохнул разведчик, а затем дал отбой. — Почему теперь он решил ехать на аванпост? — пробубнил Чхве, пытаясь показать истинное недовольство, но в его тоне Мун не смог не услышать ноты радости. — Не знаю, что его заставило вдруг принимать верные решения, — пожал плечами капитан, глубоко выдохнув и бросив заинтересованный взгляд на напарника, — а по-твоему, солдат, какова вероятность, что все же идея с аванпостом — ловушка охотников? — Минимальная, иначе я бы постарался остановить Кима с Чоном, — быстро произнес фантом, — либо постарался настоять на том, чтобы мы поехали с ними. По крайней мере, если это и впрямь окажется ловушкой охотников, я буду поражен их неоригинальностью. Потому что, знай они о произошедшем достаточно, придумали бы методы изощреннее, чем обычная засада. Эти сволочи готовы на все пойти, лишь бы взять планету и ее заражение под контроль, — парень закончил едва ли не шепотом, Мун же, сжав зубы, потер шею. — Вот, значит как, — тихо выдавил он, все еще не понимая, является ли младший на самом деле охотником, и можно ли ему доверять. «Он ведет себя слишком аккуратно для охотника», — подумал Чоноп. Затем, скользнув взглядом по младшему, капитан поймал себя на мысли о том, что для мальчишки все складывается слишком удачно. Удачнее, чем для обычного солдата. Обдумывая, на чем же можно подловить парня, разведчик озадаченно потер переносицу, осознав, что если фантом и в самом деле являлся охотником, то он был слишком умен для своего возраста. — Знаешь, — начал аккуратно Чоноп, прищурившись, — иногда в отряды преследователей охотники засылают своих агентов. — Да, об этом рассказывали, когда я проходил переквалификацию, — признался Чхве, явно не желая начинать разговоры на эту тему. — В таком случае, имея достаточно большой опыт работы с ними, — акцентируя внимание на формулировке, Мун продолжил нажимать, — как считаешь, тебе будет под силу распознать, есть ли в нашем отряде охотники? — Думаю, если провести небольшое расследование, — фантом кивнул, закончив фразу одобрительным жестом, в то время как разведчик изо всех сил попытался придать своему взгляду суровости, мельком то и дело кидая взгляд на напарника. — Как солдату я доверяю тебе, — парень снисходительно наклонил голову вбок, подбирая верные слова, — и, потому как мне может понадобиться твоя помощь в роли солдата, считаю необходимым рассказать тебе о том, что, предположительно, по сообщению наших союзников, в отряде на данный момент находится несколько охотников, — сжав руль крепче, Чоноп понизил голос до полутона, затем кинул взгляд на осовелого Чунхона. Он молчал какое-то время, непонимающе моргая, а затем, ожив, только отмахнулся. — Это шутка? — наконец, выдавил фантом из себя. «Попался», — усмехнувшись в голове, капитан только отрицательно мотнул головой: — Никак нет. Информация не проверена, потому я не могу утверждать точно. — Тогда… ты сказал, их несколько. Точнее? — запнувшись, Чхве скрестил руки на груди. «Фрустрация», — отметил без удовольствия напарник и неопределенно повел плечом. — Не могу знать. Известно только что предположительно охотник не один, — вполголоса выдохнул он, заметив, как Чунхон нервно прикусил губу. — То есть, их может оказаться больше, чем нас? — ошарашенно произнес фантом. — Никак нет, — вновь отрезал Чоноп, отметив про себя то, что Чхве точно знал, о чем спросить, — их не может оказаться больше трех человек. — А они знают, кто есть кто? — Навряд ли. Крайне редко охотники из одного подразделения, либо из одной семьи, внедряют по несколько своих подчиненных на отряд. Я склонен к тому, что наши охотники не знают друг друга, и именно поэтому в системе и произошел сбой, из-за которого нас собралось шестеро. — Предположим, что их двое, — подвел Чхве, отчего Мун только прищурился. «Ты выдаешь себя с потрохами парень», — скрипнув зубами, подумал он. Но, в следующую секунду, удовлетворенный тем, что фантом заглотил приманку, только просто кивнул:  — Вероятно, что так. «Теперь ты попытаешься найти второго», — пронеслось в голове разведчика, и парень подумал, до чего же забавно будет за этим наблюдать. А затем продолжил: — Так я могу возложить на тебя ответственность их поиска? Напоминаю, никто не должен знать о нашем разговоре. — Так точно, капитан Мун. Сделаю все, что моих силах, — отчеканил Чунхон, салютуя рукой. «Вот и умничка», — не скрыв ухмылки, Чоноп переключил скорость. — Что мы, мать его, будем делать? — одними губами поинтересовался Ким. И, увидев как Чон в ответ лишь пожал плечами, беззвучно выдохнул. «Один черт знает, какие чипы в них вшили», — подумал снайпер, припоминая, что у охотников есть и ультразвуковой датчик движения, и кибернетика, и даже способности перехватывать сигнал на расстоянии. «Они считают нас. Я уверен, эти мрази стоят тут и считают, сколько машин въехало на аванпост.» П.Ч. — прочитал сообщение Химчан и начал наскоро набирать ответ напарнику. «Мы должны предупредить остальных.» П.К. «Слишком опасно.» П.Ч. «Возможно, они уже читают нашу переписку.» П.К. «Говорить вслух еще опаснее. Ты же знаешь, насколько у этих тварей обострены чувства.» П.Ч. «Если бы во мне было на йоту меньше морали, я уже давно перешел на их сторону. Просто ради охерительной техники.» П.К. Дэхен меланхолично фыркнул, чем заставил Химчана попытаться резко перекрыть ему рот ладонью. Серебряное кольцо снайпера звучно брякнуло о пластмасс маски фантома. Напарники замерли. В глазах обоих читался испуг. «Ты совсем охренел?» П.Ч. «А ты?» П.К. «Мы остановились тут не для того, чтоб обсуждать степень нашего долбоебизма.» П.Ч., — в подтверждение своих слов фантом махнул головой в сторону припаркованной машины. Снайпер лишь закатил глаза, думая, что количественное и техническое преимущество сейчас явно не на их стороне. А значит, достаточно надежного плана он с Чоном соорудить никак не сможет. Ждать помощи так же было неоткуда: в попытке приехать на аванпост как можно скорее, парни поехали не по маршруту и сократили путь. «А что ты можешь предложить? Внезапное нападение?» П.К. «Вроде как.» П.Ч. Ким дернул за плечо штурмовика на себя, оборачивая. Затем показательно покрутил пальцем у виска. Чон только пожал плечами. «Будет лучше, если они сотней-другой заявятся на аванпост?» П.Ч. «Нет, будет лучше, если они убьют нас прямо здесь, а потом сотней-другой заявятся на аванпост.» П.К. «Ты настолько неуверен в наших силах?» П.Ч. «Вероятность того, что они стоят уже за нашим кузовом и сливают топливо, или просто пожирают весь наш сухпаек, слишком давит на мою уверенность.» П.К. «Раз уж ты серьезно не настроен на кровопускание, я просто разведаю, что у них происходит. Согласен?» П.Ч. Химчан неопределенно кивнул, а затем резко схватил напарника за руку. «Постой. Дай мне доступ к своему имплантату.» П.К. После того, как штурмовик открыл панель приборов и протянул руку к снайперу, тот начал что-то быстро набирать. Затем, переключив на своем чипе какую-то функцию и сделав пару непонятных Чону манипуляций, осведомил: «Готово.» П.К. Вслед уточнил: «Я объединил твой визор со своим прицелом. Все, что будешь видеть ты, я так же смогу увидеть. Буду держать их на мушке с крыши кузова.» П.К. Чон только кивнул, и после этих слов фантом, наконец, стал невидимым. «Только бы не натворить херни», — одними губами произнес Ким, бесшумно выходя из кузова вслед за невидимым напарником. — Неужели тебе и впрямь так нравится этот Ким? — вполголоса недовольно пробубнил Енджэ, когда Банг вжал педаль газа в пол до предела. — Что-о? — гулко пересросил тот. Ю пожал плечами: — Ты же вроде как не был от него в восторге. Так что теперь, даже если он и в опасности, это его сугубо личное… — Я повернул, потому что там, блять, треть моего отряда творит неведомо какую хуйню, — рявкнул штурмовик, отчего инженер кисло поморщился. — То есть, ты признаешь, что они могут слить информацию о нас? Старшина звучно выдохнул: — Наверное. Но это даже не главная проблема. Потому что на счет Муна… ты оказался прав. — Думаешь, он захочет тебя подставить? — самодовольно хмыкнул Енджэ. — Думаю, он меня уже подставил, Ю, — нехотя признался Енгук, ловя на себе удивленный взгляд напарника. — Это еще как? — Ну ты же у нас мозг, — саркастично надавил старшина, даже не желая вдаваться в подробности того, что он уже смог понять, — вот и улавливай сам, кретин. — Эй! Совсем охренел? Я что, должен мысли твои читать? — Твоя роль — не мысли читать, а продумывать стратегию. И быть на шаг впереди всех, даже этого разведчика. Енгук замолчал. Енджэ, в попытке подобрать слова на упрек напарника, только беспомощно раскрыл рот в немом жесте. После одной-другой мили, которые они проехали в полной тишине, он только выдохнул вполголоса тихое: — Прости. Больше парни не перекинулись ни единой фразой. Старшина уже было решился набрать короткое сообщение снайперу, что они следуют за ними, как ему пришло встречное: «Чон серьезно ранен.» П.К.