Король вампиров

Оглядываясь по сторонам, Гарри всё отчётливее ощущал бедственность своего положения. Кругом были устрашающие деревья, пропускающие совсем немного солнечного света, так что становилось страшно. Но всё же ему не хотелось вновь оказаться в доме Дурслей, так что бедственное положение не казалось ему критическим и уж тем более таким, чтобы впадать в панику или истерику. Теперь, когда он использовал свою «ненормальность», чтобы избежать наказания, дядя будет в настоящем бешенстве. Не зная, что делать, Гарри поднялся на ноги и побрел куда глаза глядят. Шел он довольно долго, но картина никак не менялась. Всё те же деревья, всё та же темнота и никаких признаков жизни. Последнее было, скорее, положительным моментом, ведь напади на него сейчас волк и медведь, жизнь бы тут же и закончилась. Вряд ли голодные животные оставили бы его в живых, ведь Дадли, которого он также считал животным, никогда не оставлял его в покое, устраивая нападения и избиения. Гарри шел ещё минут пятнадцать, но уже чувствовал, что кто-то за ним наблюдает. Кто-то, кого он не мог видеть, но чувствовал его взгляд. Хотелось верить, что это просто разыгралось воображение, но, вспоминая уровень своей удачливости, эта мысль уходила на задний план. Кто-то действительно за ним следит и остается лишь надеяться, что, раз этот некто не напал сразу, не нападет и в дальнейшем. От страха на глазах Гарри вновь выступили слезы. Ему было страшно, и он не знал куда идти. Да если бы и знал, то куда бы он отправился? К Дурслям? Уж точно нет: они после случившегося его изобьют очень сильно. И еды лишат наверняка. Уж лучше пойти скитаться, бродить по миру или попасть в приют, которым так часто угрожал дядя. Наверняка там кормят регулярно, да и скромная надежда на то, что избивать его так часто там не будут, всё же имелась. Однако для того, чтобы попасть в приют, сперва нужно выбраться из мрака этого леса, который так пугал. А заодно и сбежать от этого пугающего взгляда. Внезапно с невероятной скоростью что-то вылетело на тропинку перед Гарри. Этим чем-то оказался человек. Или не совсем человек. И теперь Гарри стало ещё страшнее, хотя раньше это казалось невероятным, ведь он уже был испуган.