Серьезные отношения

      Самый важный день.        - Передай ленточку, - Усаги отложила очередной упакованный подарок к почти двум десяткам уже готовых свертков. Вытянув вверх руки, сладко потянулась и покрутила шеей из стороны в сторону. Она немного устала, но усталость была приятной. Конечно, если бы они с Мамору заказали упаковку подарков для гостей на их свадьбе, свертки наверняка получились бы гораздо более симпатичными. Но зато так они смогли больше потратить на сами подарки. А упаковывая их самостоятельно, словно уделили дополнительное внимание каждому из своих гостей.       Мамору протянул ей новый моток тонкой золотисто-розовой ленты. Вернулся к своей работе. Ему казалось, что Усаги справляется с чисто женской забавой: декорированием мешочков из темно-фиолетовой атласной ткани куда лучше. Она намного изящнее, чем он, завязывала бантик, ровнее прикладывала декоративную белую розу, которую впоследствии гостьи смогут использовать как заколку для волос, если у них возникнет такая необходимость. Но оставить невесту саму разбираться с таким количеством свертков просто не мог. Поэтому сейчас и возился со всеми этими ленточками, незаметно прикусив от усердия внутреннюю поверхность щеки.       Усаги придвинула к себе следующий пустой мешочек, положила туда подарок и стала закрывать упаковку. То и дело, девушка принималась тихонько напевать себе под нос незатейливый веселый мотив или свадебный марш. Слыша ее тихое мурлыканье, Мамору не сдерживал улыбки. Прекрасно понимал ее настроение: самому не терпелось. Поэтому и отложили упаковку подарков на последний вечер, чтобы скоротать время.       В комнату заглянула миссис Цукино. Окинула оценивающим взглядом фронт работ, который еще предстояло освоить дочери и ее будущему мужу. Помощь предлагать бесполезно. Уже дважды пытались. Эти двое — достойные друг-друга упрямцы. Решили все сделать только вдвоем, значит — так оно и будет.        - Принести вам чай? - предложила женщина, прежде чем прикрыть за собой дверь в комнату дочери. Усаги обернулась, тепло улыбнулась матери.        - Не надо. Я сама сделаю. Подарков через десять, - пока еще — Цукино так же бросила быстрый взгляд в сторону «отдарков», которые еще предстояло оформить. Проводив взглядом маму, девушка посмотрела на часы и улыбнулась шире. Обернувшись к жениху, она счастливо хихикнула, - Всего через восемнадцать часов я стану твоей женой. На-всег-да! - последнее слово она пропела.       Мамору взглянул на дисплей лежащего рядом с ним мобильного телефона, покачал головой.       - Через четырнадцать, Усако, - потянувшись через стол, чтобы взять ножницы, он не устоял перед соблазном хотя бы мимолетно скользнуть пальцами по ее руке. В ответ на почти невесомое касание, Усаги протянула руку и ласково погладила его щеку.        - И все же — через восемнадцать, - приподнявшись на колени, она дотянулась до жениха, чтобы шаловливо поцеловать его в самый кончик носа, - Как бы мне ни хотелось, чтобы ты был прав. Но наша церемония начнется только в два часа дня.       Мамору отложил в сторону очередной упакованный подарок и тоже потянулся, щурясь от удовольствия, доставленного такой легкой лаской любимой девушки.        - А про то, что завтра в десять мы забираем бумаги из муниципалитета ты благополучно забыла? Уже в десять, ты станешь моей женой.        - Понимаешь, это не совсем то же самое, - Усаги откинулась на спину, вытянулась на полу и мечтательно прикрыла глаза, - Я ведь всю жизнь мечтала о свадебной церемонии, а не о получении документов. Документы, это очень важно, конечно. Но не так важно, как произнести «Да» у алтаря.        - И не так важно, как сейчас закончить нашу работу, - Мамору демонстративно приподнял стопку еще пустых мешочков, - Если мы сейчас засидимся с этой работой, знаешь что будет?        - Что? - Усаги заинтересованно посмотрела в его сторону, но вертикальное положение не приняла.        - А то… - в очередной мешочек отправился подарок и парень начал закручивать верх в аккуратную и опрятную воронку, - … при таких темпах, мы с тобой закончим часам к двум ночи. Уснем прямо здесь, - он легко хлопнул ладонью по столешнице низкого столика, за которым они устроились, - а утром будем вынуждены сломя голову и с твоим любимым криком: «Опаздываем!» нестись в сторону муниципалитета, чтобы потом иметь хоть призрачный шанс подготовиться к церемонии.       Представив описанную им сцену, девушка чуть слышно хихикнула. Наконец, села и вернулась к занятию.        - Было бы очень интересно, увидев тебя в такой ситуации, - заметила она, быстро справляясь с собственным подарком.       Какое-то время они продолжали работать, отвлекаясь иногда, только чтобы сказать друг-другу что-то, что могло бы показаться абсолютно бессмысленным, если бы будущие молодожены не знали все это настолько хорошо. Если бы для них не было естественным и понятным то, что другим показалось бы простой глупостью.       Не запакованных подарков становилась все меньше, но им еще предстояло повозиться. Так что Усаги все же решила пройти в кухню и приготовить чай. Жених направился следом за ней.       Они прошли мимо комнаты Шинго. Через приоткрытую дверь было видно, что паренек активно сражается с компьютерными монстрами, вместо того чтобы начистить свои праздничные туфли. Усаги хмыкнула и прикрыла дверь, чтобы мама не увидела, чем занимается ее младшенький. Утром будет достаточно времени, чтобы подготовить пару обуви. А этот вечер слишком хорош, чтобы омрачать его ссорами. Пусть даже и досталось бы не ей, а Шинго. Впрочем, миссис Цукино была слишком занята телефонным разговором о предстоящем дне с младшей сестрой мужа, чтобы замечать хоть что-то вокруг. Это казалось невероятным, но она даже забыла о том, что поставила в духовку порцию ужина для мужа. Увидев это, Усаги улыбнулась. Она сама не чувствовала этого совсем, но для ее родных вечер вышел довольно неспокойным.       Девушка с помощью сложенного в несколько раз полотенца вытащила из духового шкафа тарелку, отставив ее на стол, включила чайник. Вода в нем еще даже не начала шуметь, давая знать о своем нагревании, когда она вдруг почувствовала кольцо крепких рук, сомкнувшихся у нее на животе.        - Тринадцать часов… - негромко произнес он совсем рядом с ее ухом. Это его уточнение заставило Усаги счастливо рассмеяться. Она обняла его руки, накрыв своими. Прикрыла глаза, - Всего тринадцать часов и у меня в руках будет уже миссис Чиба.        - Хочешь простоять все это время так? - девушка постаралась прижаться к нему еще хоть чуточку ближе.        - Не отказался бы, - Мамору уперся подбородком в ее макушку, улыбнулся своим мыслям, - Усако, - ответом ему послужило негромкое «Мммм?», изданное совсем расслабившейся в ласковых объятиях пока еще невестой, - До дня свадьбы всего несколько часов. Ты вполне можешь его мне показать…        - Кого?        - Не кого, а что, - мягко поправил молодой человек, - Покажи свое платье.       От ее мягкой, ленивой расслабленности и следа не осталось. Усаги мгновенно обернулась, с негодованием во взгляде взглянула на своего любимого. Подняв руку, довольно больно несколько раз ткнула его указательным пальцем куда-то в его ребра.        - И не подумаю! Ты даже сам не понимаешь, о чем просишь! Это плохая примета. Нельзя жениху видеть наряд невесты до свадьбы. Ты же хочешь, чтобы мы были счастливы? Или тебе все равно? - ее разгневанный вид позабавил Мамору.        - Я уверен, что мы будем более чем просто счастливы, Усако...       ...Их церемония была такой, как они оба ее и представляли. Маленькая, тихая, скромная. За их спинами едва ли можно было насчитать сорок человек приглашенных, включая самых родных людей — семью и ближайших подруг невесты. Она все время улыбалась. Просто не могла иначе. Да и как? Ведь рядом с ней самый близкий, самый родной и любимый человек. И она точно знала — для него все так же. Для Мамору в целом мире нет никого ближе и дороже, чем она.       И совсем не важно, что свадьба их проходит гораздо более скромно, чем могла бы, найди они в себе силы потерпеть еще немного и накопить больше денег. Мамору был слишком горд, чтобы принять от родителей невесты большую помощь, чем это принято. Так что размаха, с которым обычно принято проводить свадьбы, у них не было. Платья подружек невесты заказаны в недорогом интернет-магазине, вместо музыкальной группы — караоке, которое, к счастью, с восторгом восприняли большинство друзей пары. Даже торт для них в конечном итоге испекла Мако. Но он точно ничем не хуже того, который они купили бы в кондитерской. Зато — наняли хорошего фотографа. А благодаря помощи Минако, которая на протяжении нескольких месяцев делала украшения для столов в форме шаров из золотых и розовых нитей, смогли заказать больше прекрасных цветов. Кремово-белые и фиолетовые гортензии, сиреневые розы и ранункулюсы. Их аромат окутал все вокруг настолько, что за ним девушка даже не могла различить ни своих духов, ни парфюма жениха.       Она быстро бросила на Мамору взгляд. Он улыбался так же, как всегда в самые радостные и важные для них двоих моменты. Так же, но и по другому. Лучше, ярче, более открыто.       Через тонкую матовую ткань своего платья она чувствовала тепло его руки совсем рядом. Хотелось чуть повести бедром и прижаться к нему вплотную. Но не делать же этого здесь, когда взгляды всех присутствующих направлены именно на них. К тому же, она почему-то немного боялась помять свое платье. Его Усаги просто обожала, хоть оно и сильно отличалось от тех, которые девушка с восторгом разглядывала на картинках в глянцевых журналах и интернете. Прямое и совсем простое. Даже довольно глубокий вырез декольте не делал его пошлым или просто откровенным. А единственные его украшения — кружевные рукавчики и кружево на спине — добавляли образу невесты еще больше романтичной утонченности.       Когда Мамору разрешили, наконец, поцеловать свою новоиспеченную жену, он обернулся к девушке, мягко улыбнулся и коснулся кончиками пальцев ее щеки. Так бережно, будто перед ним самая величайшая драгоценность не только в его жизни, но и во всей истории человечества. Усаги смотрела только ему в глаза. И уже не думала ни о чем другом, кроме того, что, наконец, стала его женой. Теперь они не только чувствуют себя единым целым, но и являются таковым по сути. Они семья.       Все так же поглаживая ее лицо, Мамору склонился к ее губам. Замерев от волнения, Усаги даже не решалась податься навстречу, пока не ощутила его поцелуй. Нежный, трепетный, ласковый.        - Ну здравствуй, миссис Чиба, - он улыбнулся, отстраняясь, но успел шепнуть ей эти несколько слов. Скользнул пальцами по ее щеке, плечу и всей длине руки, пока не сжал кончики пальцев жены. Под общий звук аплодисментов друзей и родственников они обернулись к своим гостям. Не сдержавшись, Усаги вскинула вверх руку с кольцом, будто хвастаясь свои счастьем, своим новым гордым званием. Она теперь не подруга, не невеста - жена.       Пока они шли по проходу между рядами стульев, гости осыпали молодоженов каскадом розовых лепестков и рисовых зерен. Усаги подняла лицо навстречу этим немым пожеланиям счастья. Несколько рисин ударили ее лоб и щеки. Не слишком приятное ощущение, но ей было все равно. Этого дня она ждала всю жизнь. А с тех пор как поняла, что другой мужчина, кроме Мамору, ей не нужен, ждала с особым трепетом и нетерпением.        - Я люблю тебя! - хотела сказать так, чтобы услышал только молодой муж. Но эмоции подхватили, заставили девушку почти закричать, так что ее признание достигло ушей всех, кто был приглашен на их свадьбу. Усаги смущенно потупилась, покраснела.        - Я тоже люблю тебя, моя Оданго-Атама! - он закричал ничуть не тише, чем Усаги. Если она известила мир о своей любви, почему он не может сделать того же? Сегодня — точно можно. Не грех в день собственной свадьбы с на самом деле любимой девушкой забыть о тех правилах, которые продиктованы представлениями общества о приличиях. На этот раз, в ответ на признание, гости разразились новой волной аплодисментов и веселых криков одобрения.       Лужайка овальной формы, окруженная со всех сторон пышными кустами с мелкими белыми цветами, все еще радующими глаз своей свежестью, словно специально была создана для красивой свадьбы. Они нашли ее случайно, пару лет назад. Когда на одном из свиданий старались уйти от пристального «пригляда» подруг Усаги. Часто бывали здесь и девушка предавалась мечтам о том, как прекрасно было бы провести этот день именно здесь и именно в сезон цветения этих милых растений. Так что Мамору поставил перед свадебным центром, куда они обратились для проведения своей церемонии вполне определенную задачу и, как оказалось, нет ничего невозможного.       Сейчас кусты были украшены гирляндами специальных лампочек — в течение дня, они набирали солнечный свет, чтобы вечером украсить продолжающийся праздник романтичным мерцанием наравне со свечами. По периметру поляны были расставлены столы, накрытые светлыми скатертями. Бокалы и стеклянные подсвечники играли на солнце, отражая его лучи и добавляя атмосфере одновременно праздничности и веселья. В отдалении, скрытая белым брезентовым шатром расположилась «походная кухня», где уже готовили к подаче заказанные в небольшом ресторане блюда.       Дождавшись, когда гости займут свои места за столами, новобрачные подошли к каждому столику, чтобы поблагодарить своих близких за присутствие рядом с ними в такой важный день. В какой-то момент, Усаги поняла, что у нее уже ноют мышцы лица от постоянной улыбки, играющей на ее губах. Но перестать улыбаться не получалось. Счастью и любви, переполнявшим девушку, словно было тесно у нее внутри и они рвались наружу, чтобы залить, осветить собой все вокруг.       Молодожены заняли свои места, принимая поздравления. Звучало много слов с самыми лучшими и искренними пожеланиями долгих лет, прожитых в любви, счастье, согласии и достатке. Почти все приглашенные не упускали случая пожелать новобрачным скорейшего пополнения в семье, чем очень смущали юную жену, навлекая на ее щеки пунцовый румянец.       Последней, слово взяла бывшая одноклассница Мамору — красавица Мичиру Кайо, к которой Усаги поначалу ужасно ревновала, пока не узнала, что сердце этой девушки уже занято настолько плотно, что ни для кого другого там места уже не найдется.        - Все слова уже были сказаны, так что я позволю говорить за себя музыке, - лукаво улыбнувшись, Мичиру присела перед столом новобрачных и достала из-под ниспадающей до земли скатерти футляр скрипки. Глаза Усаги удивленно округлились, а вот ее муж, судя по всему был полностью в курсе этого сюрприза. Во всяком случае, он совершенно спокойно поднялся со своего места и протянул к ней руку, развернутую ладонью вверх.        - Потанцуешь со мной? - он чуть кивнул в сторону оставшейся свободной площадки, будто специально для танцев. А может — и правда этот сюрприз готовился очень давно? Усаги радостно рассмеялась, вкладывая свою ладонь в его, поднимаясь следом за ним.       Кружась вместе с Мамору в танце, Усаги чувствовала себя героиней волшебной сказки, которая наконец обрела свое «долго и счастливо». Подумав об этом, она рассмеялась.        - Что такое? - муж посмотрел на нее с мягкой, счастливой улыбкой.        - Ничего. Я просто счастлива. Рядом с тобой я чувствую себя принцессой, Мамо-Тян, - вконец смутившись, она хотела спрятать лицо у Мамору на груди, но тот не позволил ей этого сделать. Глядя прямо в ее удивительные глаза, он убежденно произнес:        - Ты и должна себя так чувствовать. Ты — моя принцесса, мой ангел, моя жизнь, - не сдержав внезапного и необычного для него порыва, он склонился к своей жене и начал целовать ее лицо. Мужские губы касались девичьих щек, глаз, лба. А музыка, окутывающая их своим мягким покровом, все лилась и лилась, продлевая этот волшебный для двоих момент.       Когда композиция закончилась, Они еще какое-то время простояли в центре импровизированной площадки, для них будто не существовало никого другого. Пока кто-то из приятелей жениха не издал громкий свист не то чтобы одобрить происходящее между ними, не то чтобы привлечь внимание молодоженов к тому, что они еще не уединились.        - На нас все смотрят, да? - тихо спросила Усаги, вызвав у мужа легкий смешок.       - Они сюда за тем и пришли. Только не переживай. Сегодня нам с тобой можно все.       В перерывах между сменами блюд, за которыми тщательно следила Мако, Минако, Рэй и Ами развлекали гостей и молодоженов простыми играми и конкурсами.       Вначале они выложили на прямоугольный стол, выдвинутый ближе к центру поляны стараниями парней с работы Мамору, несколько листов бумаги с образцово изображенными на них иероглифами. Пять белоснежных квадратных блюд и множество прозрачных баночек с различными мелкими сладостями, кусочками фруктов, ягодами и орехами.        - Сегодня очень часто звучат слова «любовь, счастье». Но для того, чтобы они лучше вошли в жизнь наших молодоженов, нужно закрепить их с использованием всех органов чувств, - встав рядом со столом, Ами начала объяснять суть задания, - Мы уже использовали рты и уши, - девушка улыбнулась, - А теперь, давайте посмотрим на эти слова, и дадим новобрачным ощутить их вкус и текстуру. Нам нужны добровольцы, пять человек которые попробуют с помощью этих сладостей выложить на блюдах иероглифы. Двух победителей определят наши дорогие Усаги и Мамору. Новобрачная выберет самую вкусную, а ее муж — самую точную.       Добровольцы нашлись очень быстро. Пятеро смельчаков сражались с кондитерской каллиграфией, а гости, оставшиеся за столами, подбадривали их выкриками и советами. Наконец, отведенное им время подошло к концу и «строгое» жюри приступило к выполнению своих обязанностей.        - Я выбрала, - Усаги едва не облизнулась, глядя на тарелку Нару, где из различных ягод и мелких шоколадных конфет был выложен иероглиф «Любовь».        - Доченька, а как же твой старый отец!? - мистер Цукино картинно схватился за сердце.        - Папа! Я же не люблю гранат, - усмехнулась в ответ на это новобрачная.        - Вот всегда ты так. Бьемся с тобой, бьемся. Гранат полезен для здоровья, - мужчина словно забыл о том, что его дочка уже совсем взрослая, что сегодня она стала женой, упорхнула из родительского дома. Перед ним будто снова стояла четырехлетняя Усаги, которую они с женой уговаривают попробовать рубиново-красные зерна.        - А задание было составить самый вкусный, а не самый красивый иероглиф, - резонно возразила Усаги, а ее муж поспешил урегулировать ситуацию.        - Зато у Вас получился самый точный иероглиф, мистер Цукино, - дипломатично подчеркнул парень ради мира в семье и урегулирования будущих отношений с тестем.       Вскоре и матери Усаги пришлось поучаствовать в конкурсе, придуманном Мако. На небольшом сервировочном столике она вывезла большую керамическую миску, в которой горкой возвышалось мясное блюдо, источающее дивный аромат.        - Усаги, миссис Цукино. Подойдите пожалуйста, ко мне, - девушка положила рядом с миской несколько наборов столовых приборов. Дождавшись, когда мать и дочь подойдут к ней, шатенка продолжила, - Пора понять, насколько Усаги готова к ведению домашнего хозяйства. Насколько мы знаем, Мамору неравнодушен к мексиканской кухне? - она выжидающе посмотрела на новобрачного, ожидая его подтверждения. Расслабленно откинувшийся на спинку стула Чиба приподнял руку и небрежно покачал в воздухе ладонью, словно показывая, что подруга жены сильно преувеличивает его любовь к этому кулинарному направлению, - Будем считать, что Мамору любит мексиканскую кухню, - быстро поправила себя шатенка, чем вызвала смех всех присутствующих, - Так что Усаги и ее маме предстоит посоревноваться. Здесь восемнадцать ингредиентов. Чтобы доказать свою готовность к семейной жизни, Усаги должна угадать больше компонентов, чем миссис Цукино. Играем до первого непопадания.        - А если не угадаю? - Усаги бросила на подругу немного испуганный взгляд.        - Ну как же… конфискуем тебя у Мамору и будешь жить с родителями, пока все составляющие этого шедевра не начнут от зубов отскакивать, - Рэй закатила глаза и нетерпеливо сунула в руку новобрачной ложку, - Пробуй уже!       Усаги нерешительно подцепила на ложку немного неизвестного представителя мексиканской кухни. Понимая, что маму ей никогда не обыграть, она с тоской посмотрела на мужа. Мамору только кивнул ей с ободряющей улыбкой. Решившись, девушка отправила ложку в рот. Потом еще и еще одну.        - Эй-эй-эй! Тут на двоих! - со смехом поспешила вмешаться ироничная брюнетка, в шутку «оттаскивая» Усаги от угощения. Новоиспеченная миссис Чиба рассеянно кивнула, пытаясь понять по своим ощущениям, из чего состояла вкуснятина, которую она только что съела.       - Ладно… Здесь точно есть чили, - она решила начать с совершенно очевидных вещей.        - Есть, - удовлетворенно кивнула Мако и выжидающе посмотрела на мать подруги. Та, как и дочь, с минуту подумала над ответом, смакуя угощение и пытаясь мысленно разложить вкус на составляющие.        - Свинина, - уверенно произнесла женщина, распознав главный ингредиент.        - Совершенно верно.       Прошло несколько минут. Миссис Цукино, совершенно очевидно поддавалась дочери. Но Усаги и сама очень старалась. Не смотря на подгоняющую ее Рэй, тщательно обдумывала каждый свой ответ. Ей удалось назвать еще кукурузу, сладкий перец, картофель, соль, кориандр. Ее мать гораздо лучше дочери разбиралась в специях, но старалась не пользоваться своим преимуществом. Тем не менее, вскоре Усаги прокололась.        - Не знаю… Зелень какая-то… - Усаги уже не пробовала, а смотрела на содержимое ложки, - Петрушка? - она подняла взгляд на подругу и Мако с сожалением покачала головой.        - Нет, дорогая. Укроп.       Усаги обиженно насупилась. Не то, чтобы она надеялась победить маму, но в день своей свадьбы хочется быть самой лучшей. Даже в глупых конкурсах, цель которых — всего лишь развлечь гостей. Изменение ее настроения, огорчение, вызванное проигрышем, не укрылось ни от кого. Желая ободрить ее, Мамору поднялся со своего стула.        - Девушки, это все, конечно, очень интересно, но я просто требую вернуть мне жену. И чем скорее, тем лучше, - он протянул руку навстречу Усаги и она совершенно забыла о глупой и детской обиде.        - Укроп, значит? Я запомню, - она широко улыбнулась подругам и маме и поспешила к своему мужчине. Вновь оказавшись за столом молодоженов, она потянулась к уху мужа, - Это, конечно, очень вкусно, но я определенно не люблю мексиканскую кухню после этого.       Чтобы ответить ей, Мамору наклонился. Теперь, его губы и ее ушко были на одном уровне.        - После этого, я тоже. Конфискуют они тебя. Кто бы позволил! - одной рукой, он приобнял жену за плечи, мягко, но уверенно привлекая к себе.       Сразу после ужина и показа свадебного видео, подготовленного подругами невесты, присутствующие девушки потребовали от Усаги исполнить самый долгожданный ими ритуал. Девушка взяла у матери заказанную для этого точную копию своего букета. Незамужние подруги и родственницы в нетерпении выстроились у нее за спиной. Усаги, раскачивая в руках букет из гортензий, не спускала глаз с лица своего мужа. Новобрачная искренне надеялась на то, что девушка, которая поймает сейчас ее букет будет так же счастлива и любима своим избранником, как она.       Одно покачивающее движение, другое… и вот, она уже бросила букет за спину. По ликующему восклицанию, она поняла, кто из близких ей девушек по традиции следующей выйдет замуж. Обернулась так стремительно, что волосы взметнулись вверх, на мгновение образовав вокруг ее головы красивую легкую дымку. Нару стояла в нескольких шагах от нее, трепетно прижимая к груди букет. Четверо лучших подруг новобрачной недоуменно и завистливо посматривали на ее бывшую одноклассницу, а где-то среди приглашенных отчаянно краснел вечно растрепанный юноша в очках с невероятно толстыми стеклами.        - Поздравляю, - Усаги подошла к подруге школьных лет, чтобы обнять ее так крепко, как получится. Потом перевела взгляд на Ами, Рэй, Мако и Минако, - Ну что вы дуетесь? Это же просто глупая примета…        - Мы не на тебя рассержены, Усаги. А на себя… - Ами вздохнула, стряхивая с юбки платья несуществующие пылинки, - Понимаю, что выходить замуж пока рано. Вначале нужно окончить университет, построить карьеру и только потом…        - «Только потом»… - беззлобно передразнила ее Рэй, - Ами, успокойся уже! Брак карьере не помеха!        - Боже! Я столько лет занималась волейболом… - Минако казалась расстроенной больше, чем все другие девочки, но только на первый взгляд.        - А я почти на голову выше. Да мне и прыгать не надо было! - Мако бросила тоскливый взгляд в сторону шатра кухни. Один из поваров был так похож на ее прошлого возлюбленного…        - Вы знаете, что я вас всех просто обожаю? - Усаги счастливо рассмеялась, глядя на лучших подруг. Потом вдруг отошла от них к столу, за которым сидели ее родители и брат. Вытащила из цветочной композиции четыре розы, а вернувшись к девочкам — уронила по одной в руки каждой, - Я очень хочу, чтобы вы все были такими же счастливыми, как я.       Это был не последний раз в этот день, когда Усаги старалась передать подругам частицу своего счастья. Едва на город начали опускаться сумерки, а в ветвях цветущих кустов зажглись огоньки гирлянд, накопивших за день солнечный свет, Рэй подошла к молодоженам, положила ладони на плечи обоих и шепнула одно короткое слово: «Пора», после чего — протянула Мамору коробок спичек.       Усаги взяла в руки небольшой стеклянный подсвечник с высокими бортиками, которые были украшены кружевным орнаментом из роз. Мамору зажег белую свечу внутри. Трепетно оберегая горящий огонек, они передвигались от стола к столу, зажигая для каждого гостя своей свадьбы маленькую свечку. Чтобы каждый мог унести с собой домой с этого праздника хотя бы малую толику тепла, любви и нежности, которые Мамору и Усаги давно уже делят друг с другом. Снова звучали долгие слова поздравлений, пожелания счастья и неугасающей любви. И Мамору, поднося очередную свечу к маленькому огоньку, символизирующему их с Усаги чувства, не верил — знал, что их любовь и будет длиться всегда. С первого взгляда и до последнего вздоха.       Он навсегда запомнил их первую встречу. Тогда, эта девочка почти взбесила его. Это был первый раз, когда кто-то вызвал в нем настолько сильные эмоции. Со временем, они менялись, сглаживались, становились мягче. Пока Мамору не осознал, наконец, что раздражение сменилось симпатией, та — влюбленностью, а на смену ей пришла настоящая любовь. Такой силы, на которую он никогда не считал себя способным. Но Усаги показала, научила, как нужно любить, как дарить эту свою любовь. А он в ответ учил ее принимать эту любовь. Поначалу — боялся показывать ее в полную силу, опасался, что показав ей все свое чувство спугнет девушку. Потом, после их годичной разлуки, за которую ему лишь раз удалось вырваться и приехать домой, он перестал бояться. Понял, наконец, что чем-чем, а силой любви Усаги испугать невозможно.       Вскоре, от их свечи зажглись все остальные. А через несколько минут на быстро потемневшем небе расцвел первый алый залп фейерверка. Мамору сбросил с плеч свой пиджак и накрыл им плечи жены, прежде чем привычно обнять ее со спины за талию. Усаги чуть откинула голову назад, упершись затылком в его грудь и любовалась фейерверком, устроенным в их честь и в честь всех тех, кто разделил с ними этот день. Она всегда любила эти потрясающе красивые всполохи цветных искр. А вот Мамору — нет. Он не любил фейерверки до того, как они начали встречаться. Относился к тем, кто говорил, что деньги, потраченные на это короткое удовольствие можно было пустить на что-то куда более полезное. Но она научила его видеть и ценить красоту окружающего мира. В том числе и вот такую — сиюминутную красоту, созданную человеком для собственного удовольствия.       Обернувшись, она посмотрела на мужа. Почувствовав на себе ее взгляд, он перевел на нее глаза. Молодые люди мягко улыбнулись друг-другу. Над поляной прогремели еще три залпа и небо расцветилось желтыми и синими полосами.        - Я люблю тебя, - Усаги повернулась к мужу, чтобы обнять его. Мамору бережно погладил ее плечи. Вместо ответа он склонился к жене и коснулся ее губ нежным, трепетным поцелуем, вкладывая в него все свои чувства, все обещания, которые мог бы дать словами. Всегда быть рядом, всегда любить, всегда защищать. И всегда ценить ее к себе чувства. Но для двух любящих сердец слова вовсе не обязательны.       Небо над ними вновь украсилось красным цветком фейерверка.