Ожерелье

Полутёмное помещение было почти пустынным, только хрупкий силуэт девушки длинной тенью проходил бесконечными коридорами. Высокая арка осталась позади, когда она подчёркнуто бесстрашно подняла голову, и облачённая в изящную обувь ножка шагнула на твёрдую поверхность каменного пола. По спине пробежали мурашки, стоило девушке почувствовать на себе взгляды, — но она стойко прошла вентиляционную решётку, поднимаясь по ступеням и протянула вперёд серебряный поднос, на котором лежал небольшой лист бумаги. Почти с восхищением смотря на тонкие пальцы, разворачивающие лист бумаги исписанной стороной к себе, она подавила рвущуюся наружу тревогу. В голове то и дело проносился бушующий ураган скомканных мыслей. Перескакивая с неминуемой кары на милосердное снисхождение, огонь надежды постепенно угасал. Чувства, заточённые под маской спокойствия и холодной решимости, пытались вырваться из голодного плена. Струны души играли свою печальную мелодию, лишь больше угнетая обстановку. Накалённые, горячие эмоции, которые так крепко приходилось держать в узде, прорывались лёгкой дрожью в руках. Тяжело вздохнув, она сосредоточилась на единственной важной цели: от неё зависела дальнейшая судьба, и внутренний голос шептал девушке, что скоро в её истории поставят заключительную точку. — О… это от Карлайла… — мягкий голос словно завлекал в сети и подчинял волю, — пишется без мягкого знака, милая Бьянка. Не сразу поняв замечание, девушка несколько секунд бессмысленно смотрела в ответ — кровавые глаза осуждающе изучали её лицо. В голове навис туман. Что будет дальше давно известно. От такого взгляда она втянула шею в плечи, и тут же её обдало холодом с двух сторон. Незримая стража, служившая много лет клану верой и правдой, не подвела и сейчас. Девушка повернула голову и встретилась с кровавыми глазами вампира, который смотрел на неё с толикой любопытства. — У него в клане, оказывается, пополнение, — более звонкий голос разрезал ужасающую для Бьянки тишину. — Его сила возросла… — глухой голос, больше похожий на шелест, напугал её ещё больше. Она старалась дышать тихо, но сердце в груди билось настолько сильно, что, казалось, достигло горла. Мысль о скорой смерти и вовсе вынудила дернуться. Это и стало её роковой оплошностью. — Насажала ошибок… — его голос рассекал истошные крики девушки, — неграмотная… — По крайней мере, нашим разногласиям с Калленами пришёл конец, — мужчина, на вид старше своих собратьев, равнодушно наблюдал за расправой над смертной. Это заставило брюнета посмотреть в его сторону: — Конец? О, Боги, нет. Наши разногласия глубже, чем судьба какого-то человечка. — И в чём их смысл? — блондин, сидящий по другую сторону от него, задал, пожалуй, главный вопрос. — Брат мой, я думал, ты в курсе… — тон был мнимо удивлённым, ведь они все прекрасно знали его цель. — У них есть то, что я хочу. Если есть цель, остановиться невозможно. Только когда достигнутое будет в его руках, этот вампир снова докажет всем, что любое его желание неизменно исполняется. Отныне и всегда.