Разве вы волшебник, мистер Поттер?

Дамблдор обещал держать их в курсе новостей и к вечеру прислать кого-нибудь из орденцев для охраны дома. Он ушёл сразу после того, как они наложили на дом Фиделиус. Сириус тоже ушёл, сославшись на неотложные дела, и Поттеры остались наедине. Лили сидела в гостиной, листая старинный фолиант с осыпающейся позолотой на обложке. — Фиделиус — не идеальная защита, — буркнула она и с размаху хлопнула книгой по журнальному столику. Книга жалобно заворчала и попыталась отползти подальше от сердитой хозяйки. Лили с озабоченным видом строго посмотрела на Джеймса. — Надеюсь, сейчас ты мне всё объяснишь. — Дело в том, что прадед Генри Поттера, того самого, что заседал в Визенгамоте, помнишь, я же тебе рассказывал нашу родословную? Он построил этот дом, — сбивчиво начал Джеймс. — Прадеда, кстати, тоже звали Генри. И он зачаровал особняк заклятием “Семи поколений”, нацеленным на процветание рода. Если в этом доме родятся и вырастут семь поколений прямых его потомков, то всем членам семьи будет способствовать удача, болезни будут обходить стороной, богатство будет само плыть в руки… Ты чего так недоверчиво смотришь? — Я много читала о старинных обрядах, — покачала головой Лили, — но о таком никогда не слышала. — У потомственных волшебников есть свои секреты. Если не веришь мне, посмотри на Малфоев. Есть легенда, что их предок, который приехал из Франции, был как раз из седьмого поколения, выросшего в таком же зачарованном особняке. Генри Поттер был склонен ей верить. Теперь ты понимаешь? Наш наследник должен родиться здесь. Это же будет мальчик? — Да, — кивнула Лили. — Колдомедик сказал, что точно будет мальчик. — Седьмое поколение, Лили! Он достигнет совершеннолетия — и условия для заклятия будут выполнены! — Это твоё заклятие похоже на прививку “Феликса Фелициса” для всей семьи, — улыбнулась Лили, заразившись энтузиазмом мужа. — Да! Феликс Фелицис — действительно, похоже! А что такое прививка? Впрочем, неважно... Представляешь, сколько сил и магии вложено в этот дом, сколько сделано предками для дальнейшего процветания семьи? Мы же не можем просто взять и растоптать усилия шести поколений Поттеров. Мои родители умерли от оспы… Но нам не страшна будет ни драконья оспа, ни любая другая болезнь, и сыну мы обеспечим счастливое будущее, ты только представь себе! — Хорошо. Но дом совсем нельзя покидать? Как же тогда ты учился в Хогвартсе? Джеймс объяснил, что дом не должен пустовать больше месяца. Нужно чтобы в нём всегда были жильцы, и чтобы они находились в кровном родстве с наложившим заклятье предком. Именно поэтому он настоял на том, чтобы после смерти его родителей от драконьей оспы они немедленно переехали сюда. — Ребёнок тоже должен родиться здесь. Потом он может ехать хоть в Хогвартс, хоть в Дурмстранг, — мы ведь останемся, дом не будет пустовать. После того, как заклятие сработает, дом можно будет покинуть, но я бы не стал этого делать. Дедушка Генри был великим артефактором, после срабатывания заклятья весь дом станет одним огромным талисманом, зачарованным на удачу. Никто не сможет причинить нам вред, пока мы будем находиться в доме. Один минус — снести его и построить новый особняк тоже не получится, для этого придётся сначала уехать отсюда не меньше чем на год. — А почему тогда так все не делают? Джеймс посерьёзнел. — Во-первых, заклятье может наложить только тот, кто построил дом и будет в нём жить, и там же будут жить его потомки. Никто другой наложить заклятье не сможет, так что, к примеру, заработать на жизнь этим не получится. Во-вторых, он должен быть артефактором очень высокого уровня. Артефакторика — наше семейное дело, и я, не буду скромничать, понимаю в этом деле даже больше отца, но я даже представить не могу, как к этому делу подступиться — превратить целый дом в артефакт! Возможно, кто-то из старших ликвидаторов заклятий Гринготтса смог бы это сделать, получив нужные знания… но даже в этом я не уверен. Предки Лонгботтомов — тоже артефакторы, кто-то из них и зачаровал их особняк, но сейчас их потомки занимаются всем помаленьку… В-третьих, пока не сработало заклятье, дом — это обычный дом. Если не наложить дополнительную защиту, он и сгореть в пожаре может, и при войне разрушиться, если шальная Бомбарда Максима в него угодит. Да и жить на одном месте не всем хочется. В общем, много причин. После долгих и обстоятельных объяснений Джеймсу, похоже, удалось убедить Лили в том, что уехать было бы худшим вариантом, чем остаться. Немного успокоившись, она отправилась на кухню. Ужин был почти готов, когда в дверь постучали. Незваными гостями оказались Сириус Блэк и Ремус Люпин. Джеймс вышел их встретить. Ремус объяснил, что Орден Феникса отправил его этой ночью охранять дом Поттеров, а Сириус “увязался” следом. — Это ещё кто за кем увязался, — холодно заметил Сириус. — Я и так собирался прийти сюда вечером. Потом не выдержал и рассмеялся. — Пусти его в дом, Сохатый, — сказал он сквозь смех. — А то ведь он стесняется попросить, а сам зайти не может — он говорит, что даже дома теперь не видит — будто лужайка между домами, огороженная. И всё. Ремус смущённо кивнул. — Проходи, Лунатик, — улыбнувшись, Джеймс взял Ремуса под руку и практически втащил в дом. За ужином состоялось что-то вроде семейного совета. Точнее, что-то среднее между семейным и военным советом. — Лили говорит, что Фиделиус — не идеальная защита, — сказал Джеймс, когда с ужином было почти покончено. — А я не хочу, чтобы оставался хоть малейший шанс, что моя семья пострадает от этого пророчества… Рем, ты в курсе дела? — Сириус мне рассказал, — кивнул Ремус. — Ремус, ты у нас самый умный. Каким ты видишь наше текущее положение? — спросил Джеймс с улыбкой, но взгляд его оставался серьёзным. — Итак. У нас есть пророчество, под описание в котором теоретически подпадает ваш будущий сын. И есть один могущественный псих, уже почти не похожий на человека, который, к несчастью, верит в пророчества, и рассматривает вашего ребёнка как одного из кандидатов на его осуществление. Я правильно всё понял? — Да, абсолютно правильно. Я же говорил, ты у нас светлая голова, даром что Лунатик! И как нам из этого положения выходить? Повисла долгая пауза. — Знаете, я читал одну книгу, — неожиданно начал Сириус, — и там… Со стороны Ремуса раздался странный хрюкающий звук. Он закрыл лицо руками. Джеймс не обладал таким чувством такта, так что заржал открыто. Через секунду смеялись уже все — и Лили, и даже сам Сириус. — Ребята, вы что? — отсмеявшись, укоризненно заметил Сириус. — Вы что, до сих пор считаете меня пустоголовой шпаной? — Но, знаешь, — всё ещё смеясь, заметил Джеймс, — сочетание понятий “ты” и “читал” всё-таки не слишком-то привычное. — Это нервное, — заметила Лили, смахивая выступившие от смеха слёзы. — Слишком много всего за один день. И вдруг разрыдалась, уткнувшись Джеймсу в плечо. — Ну-ну, родная, всё будет хорошо, — тихо шептал он ей, уводя её из гостиной. Минут через пять он вернулся, и Сириус смог наконец закончить свою мысль. — Я читал одну книгу… только не начинай снова ржать, Сохатый, ты сбиваешь меня с мысли! Ну так вот, там главный герой был великим волшебником, которому пришлось сбежать от своих могущественных врагов в другую страну. И там, чтобы его никто не нашёл, он переменил внешность и долгое время выдавал себя за сквиба. Даже одежду сам стирал, руками, представляете?! И был вне подозрений: ну конечно, сквиб — это тоже человек, но какую он может представлять опасность для волшебника? Тогда, конечно, к сквибам относились очень плохо, не то, что сейчас. Но герою это было на руку, он сносил и побои, и оскорбления, зато никто на него не обращал серьёзного внимания — а ему именно это и было нужно! А потом, когда его враги ослабли, он вернулся в страну и — р-раз! — всех победил. Вот это была книжка! Потом мать её у меня отобрала и в камине спалила — сказала, что это неподобающее чтение для наследника древнего рода… Подсунула мне вместо этого родословную Блэков. Вот эту книжку я уже сам в камине спалил, с удовольствием… Извините, ребят, что-то я отвлёкся. — Ты гений, Сириус, — прошептал Люпин. — Ты настоящий гений.