Узами крови... и любви

      Это был еще один вечер — помнил Люсьен Лашанс, — душный вечер.       На набережной Анвила толкалась толпа моряков, наполняя морской воздух бранными речами. Причалил торговый корабль, привезший, наконец, безделушки с Саммерсетских островов. Уставшие матросы заполонили таверны, соря золотом и устраивая пьяные взбучки.       Впрочем, Люсьену не было до этого никакого дела. Пряча свое лицо под темным капюшоном, он держался в тени, как настоящий мастер скрытности. Он шел к маяку Анвила. Шел быстрыми, жадными шагами. Там, у маяка, была спрятана долгожданная плата за очередной блестяще выполненный контракт.       Лашанс был в нетерпении.       Наконец, ассасин приблизился к тайнику. Но только он забрал свое золото — послышался странный грохот. Взрыв в миниатюре. Люсьен вздрогнул, осмотрелся.       Неподалеку, на берегу, стоял невысокий силуэт. Юная бретонка с растрепанными волосами. Совсем одинокая.       Она занималась странным делом — пускала огненные шары в море. Те, пугающе сверкнув на её тонких пальцах, со свистом летели вдаль, но гасли, едва коснувшись водной глади. Девушка вновь и вновь пыталась поджечь воду — все руки были в ожогах.       Люсьен усмехнулся, увидев её, и, притаившись в тени, решил немного понаблюдать.       Люсьен помнил: она была странно-притягательной. Тонкая белая кожа — и сама хрупкая, как фарфоровая статуя. Волосы длинные, красно-каштановые, блестя на вечернем солнце, напоминали ему блеск свежей крови.       Она была одета бедно — перештопанное сто раз платье, босые ноги. И серый цвет был ей к лицу. Этот невзрачный, казалось бы, образ мог оттолкнуть, но только не Люсьена. Нет, она была притягательной. Странно притягательной. Для него.       Люсьен долго наблюдал за ней, с игривой насмешкой, как может наблюдать сытый кот за слепым мышонком. Лашанс уже собрался идти.       Его выдало неосторожное движение. Всего одно движение. Бретонка резко отреагировала на шорох, пустив огненный шар в источник шума. Люсьен едва уклонился.       — Поглоти тебя Обливион! — крикнул Лашанс, когда огненная струя пролетела всего в нескольких сантиметрах от его лица.       — Ох, прости меня! — пролепетала безумная бретонка, тут же кинувшись на помощь, — Ты в порядке? Прости, ты меня очень напугал…       Люсьен ответил молчанием — лишь окинул лицо девушки сдержанным взглядом.       Её лицо было таким же бледным, как луна. Щеки худые, подбородок острый. Тонкие губы сложены бантиком. Глаза большие, серо-зеленые. В этих глазах была особая, таинственная пустота.       Люсьен почувствовал: в этой пустоте скрывается что-то странно знакомое, родное для его темной души.       — Не беспокойся, — спокойно ответил Лашанс, — Я в порядке. А вот ты занимаешься странными вещами.       Тут Люсьен увидел, как худые и бледные щеки покрылись милым светло-розовым румянцем.       — Я… я тренировалась… — промямлила девушка, в свое оправдание, смущенно опустив взгляд.       — Для столь… небезопасных тренировок создана Гильдия Магов. И некоторые… иные организации, — заметил ассасин.       Бретонка лишь еще больше смутилась, впилась взглядом в свои босые ноги. Она отлично понимала — отбросам не место в рядах элитных магов.       — Школа разрушения — опасное оружие. Я удивлен, увидев его в руках бедной девушки. Зачем оно тебе? — спросил Лашанс, взглянув в лицо незнакомки. Он пристально изучал молчаливую пустоту её глаз, пустоту, что говорила сама за себя…       Бретонка, после недолгой паузы, ответила:       — Я не могу сказать… это тайна!       Люсьен и не ожидал иного ответа от неё, лишь загадочно усмехнулся. Девушка, не выдерживая его пристального взгляда, отвернулась.       — Ничего… я думаю, совсем скоро мы увидимся вновь, — загадочно ответил Лашанс.       Он отлично запомнил эти красивые серо-зеленые глаза незнакомки. Пока еще незнакомки. Глаза, полные безнадежной тьмы и отчаяния…