Рыцарь вампир: Начало конца

В тексте могут присутствовать опечатки, которые я не заметила... Не судите строго, время позднее) Всё исправлю) *** Боль. Дикая, необузданная, она пульсировала в каждой клеточке тела, терзая и сжимая стальными тисками. Чувствовать это было невыносимо. Настолько невыносимо, что пронзившая плечо холодная сталь казалась чем-то абсолютно незначительным. Ничто не спасало от этой невероятной агонии, с каждым днём уничтожающей хрупкие нити сознания. Оставался лишь непрекращающийся голод, животный инстинкт, требующий немедленного удовлетворения. Она не знала, кто она. Не знала ничего, потому что не осталось в памяти ни единого уголка не окутанного густым туманом полного забвения. Она была не мертва, но и не чувствовала себя живой; не могла чувствовать и не испытывала никаких эмоций, кроме редких приступов ярости; даже не могла закричать, когда становилось совсем невыносимо, и она начинала терзать себя, в надежде на избавление. Она – ничто, и у неё нет ни имени, ни дома, ничего. Только вечная пустота… *** - Танаки… Исайя, неслышно ступая по мощёному но земле камню, приблизился к клетке, где на холодном полу неподвижно лежала их истерзанная пленница. Встреча со старыми друзьями закончилась для неё так же не самым лучшим образом. Раненая по милости госпожи Кинато, рука дампирки кровоточила . Тонкие струи крови стекали по неестественно худому предплечью, рисуя на коже своеобразный узор. Она всё ещё была голодна, измучена проклятием, заставляющем её снова и снова причинять себе боль. Правая рука девушки двигалась вдоль грудной клетки, оставляя на ней длинные красные царапины. Она продолжала делать это до тех пор, пока не расцарапывала кожу до крови… - Танаки! Он должен был её остановить, пока она не изувечила себя окончательно. В такие моменты контроль над ней давался чистокровному особенно сложно. Она была недосягаема, не понимала, что делает, и это была отчасти его вина. Акире не было свойственно чувство вины, впрочем как и любому другому представителю его класса, однако эта девушка заставляла его пересмотреть свои взгляды. Глядя на неё сейчас, он начинал сомневаться, что такие страдания стоят его цели… Исайя тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли: безусловно оно того стоило! Ради этого он жил, и ничто не могло быть для него важнее. Вампир снова взглянул на пленницу. Её грудь была испачкана свежей кровью, а глаза безумно метались по потолку, словно пытаясь отыскать что-то важное. Она даже не замечала его, охваченная путами собственной сущности. Воистину страшная судьба… Но всё закончиться. Уже совсем скоро… *** Яростно вышагивая по мокрой после ливня дороге Кайто был похож на свирепого дракона, готового в любую секунду извергнуть на свет Божье карательное пламя. Уровень его раздражения уже превышал отметку здравого смысла, что крайне задевало самого охотника, славящегося своей сдержанностью и холодной невозмутимостью, не сломленной ранее ни при каких обстоятельствах. Но сейчас он просто пылал и ничего не мог с этим поделать. Как такое могло случиться? Когда он умудрился утратить чувство самоконтроля, которым так гордился?! Как мог позволить произойти подобному? Столько вопросов, и лишь один ответ – Ами. Стремление защитить её, отгородить от ненавистных ему кровососов сделало его мнительным безумцем. Эти проклятые исчадия Ада лишили его стольких дорогих людей. Родители, брат, Танаки… Даже его лучшего друга обрекли собственным проклятием! И он ненавидел их за это. Ненавидел всех душой тварей, мнивших, что имеют право вершить человеческие судьбы подобно Богам, хотя и близко ими не являются. Проклятые демоны в человеческой шкуре! Он видел их истинную натуру за этими смазливыми ангельскими личиками, и не мог побороть испытываемого к ним отвращения. Не мог смириться и принять благосклонность Кросса и его мечтаний о мирном сосуществовании, когда именно вампирская сущность убила его дочь… Впереди простиралась пустынная тёмная улица, по обеим сторонам окружённая высокими зданиями с яркими искрящимися вывесками и надписями. Где-то приглушённо гремела музыка, зазывая случайных прохожих присоединиться к ночному веселью молодёжи города любви и вечной романтики, но Такамия был слишком взвинчен, чтобы замечать хоть что-нибудь вокруг себя. Его ноги двигались сами собой, и только когда в воздухе запахло алкоголем, смешанным с резким «ароматом» сигаретного дыма, спала пелена гнева и раздражения, застилавшая глаза, и он понял, что очутился в баре. - Отличный день, чтобы напиться, - саркастично хмыкнул он, обращаясь сам к себе, и уже через минуту разместился на высоком стуле за барной стойкой. - Что будешь, друг? – любезно обратился к нему пожилой бармен на хриплом французском. - Что нибудь покрепче. - подумал Кайто, и, в соответствии с мыслью, произнёс, - Водку. Благо, на всех языках мира, знаменитый русский напиток звучит одинаково. - Тяжелый день? – учтиво осведомился мужчина, выставляя на стойку рюмку. Кайто тупо кивнул не имея особого желания отвечать что-либо конкретное, да и вообще заводить беседу. Ловко подхватив с верхней полки бутылку с прозрачной жидкостью, бармен ловко покрутил её в руках, демонстрируя чудеса флайринга, и затем плеснул напиток в гранёный сосуд. Одним махом опрокинув её в себя, охотник зажмурился, привыкая к ощущению горящего горла. Невинная с виду, водка напрочь сжигала всё на своём пути, включая обременяющие голову мысли. Именно это ему и было нужно. Кайто подвинул рюмку к краю барной стойки, требую новой порции «чудотворного эликсира забытия», и бармен, без лишних слов немедленно исполнил его просьбу. По прошествии пяти или шести стопок желудок охотника уже напоминал жерло вулкана, с кипящей лавой, готовой вот-вот выплеснуться наружу. Вот Дерьмо… Докатился… Сидит и пьёт здесь в одиночестве, как последний заправский алкоголик… Как последний слабак! Кайто никогда ещё не позволял себе напиваться до такой степени , но, в тоже время, забыть всю ту дрянь, что вылилась на его голову в течении последних дней казалось очень привлекательной перспективой. Нет, нужно было взять себя в руки. Что бы не случилось, он должен уберечь Ами от загребущих лап этого чёртового вампира , и он не отступиться, что бы она не говорила. Она просто ещё не понимает. Она слишком наивна и молода, чтобы понимать, и, хоть и стремиться быть наравне с остальными, эта её упрямость… Глупая дурочка, так легко купишаяся на сладкие речи вампира. Смерть Танаки ничему её не научила… Немного пошатываясь, Кайто встал и, кинув на, натёртую до блеска, мраморную столешницу несколько купют сверх реального счёта, вышел обратно на улицу. Ночная прохлада немного отрезвляла, а мягко накрапывающий дождик приятно освежал пышущую жаром после душного помещения бара кожу. Глубоко втянув в себя воздух, насыщая горящие лёгкие кислородом, охотник запрокинул голову, подставляя лицо под живительные капельки и простоял так, наверное, минут десять, пока его внимание не привлекли чти-то посторонние голоса. - Оставь меня в покое! Я уже всё тебе объяснила! – звонкий, полный недовольства голосок явно принадлежал девушке. - Детка, постой! – хныкал другой, мужской, и, судя по хрипотце, мужчина был далеко не первой молодости, - Будет тебе глупить! Я ведь люблю тебя! Он попытался обнять спутницу, но та резко дёрнулась в сторону. - Не трогай меня, старый извращенец! – истерично выкрикнула она, выставляя перед собой руку, - Я ухожу и не смей больше меня преследовать или звонить! Не желаю больше тебя знать! Она отвернулась и зацокала своими высоченными каблуками по асфальту, но мужчина, игнорирую её предостережения, схватил девушку за запястье и притянул к себе. - Отвяжись от меня, мерзкая похотливая свинья! – взвилась она и, взмахнув рукой, со всей присущей ей силой влепила оплеуху по его упитанной физиономии. Звук от удара эхом разнёсся по улице, и даже стоя довольно далеко от разворачивающегося там действа, Кайто увидел, как мужчина сначала застыл, а затем на его лицо начало искажаться от гнева. Девушка же, прелестное белокурое создание со стройными длинными ножками, с раскрасневшимися от борьбы щёчками, попыталась вырваться, но её спутник явно не собирался спускать с неё допущенной вольности. Наоборот, от сильнее вцепился в тонкую ручку и толкнул свою взбунтовавшуюся подружку к стене. Та коротко вскрикнула, от неожиданности или боли, а её колени подогнулись так, словно она собиралась упасть. Кайто дёрнулся. Моральные принципы подсказывали, что пора вмешаться в этот явно не справедливый поединок, и он немедленно двинулся в сторону разругавшихся голубков. - Шлюха! – рычал мужчина, угрожающе потрясая кулаками, - Я что, недостаточно заплатил за твоё тело?! Брюлики, шмотки, лучшие рестораны! Чего тебе не хватало?! Да я как последний идиот с тебя пылинки сдувал! Продажная дрянь! Девушка побелела пуще мела. Обняв себя руками, она вжалась в стену, чуть всхлипывая от ужаса. Между тем мужчина продолжал яростную триаду: - Ну, ничего, я научу тебя, как выставлять Адриана Брюса идиотом! Сегодня ночью, я отымею тебя так, что ты потом неделю ходить не сможешь, маленькая смазливая потаскушка! Он подался к ней, занеся руку для удара, когда сзади её кто-то неожиданно перехватил. *** Кайто подоспел как раз вовремя. Этот подонок хотел ударить женщину. Что бы она не сделала этому престарелому пижону, он не позволит и пальцем её тронуть. Это было дело принципа. - Если руки чешутся, так может схлестнёшься с кем-то своей весовой категории? – свирепо прошипел он, оттаскивая незнакомца подальше от несчастной жертвы. На секунду во взгляде мужчины вспыхнуло удивление и растерянность, но затем, он попытался отпихнуться от охотника. - Отвали, придурок! Не до тебя сейчас! – почти пренебрежительно фыркнул он. - С радостью, только отваливай отсюда по хорошему, приятель. Я знаешь ли не любитель повторять дважды, а девушке твоя компания уже явно наскучила. - Да пошёл ты! – мужчина стиснул кулаки и росился на охотника, даже не представляя, на что нарывается. Употребление алкоголя, даже в таких количествах, отнюдь не влияло на физическое состояние Кайто. Один удар, и приставучий засранец оказался на асфальте в горизонтальном положении и без сознания. Когда он шмякнулся о землю, девушка вскрикнула и начала медленно сползать вниз по стене, но, прежде чем она успела упасть, Кайто подхватил незнакомку под локти. - Эй, вы как, не ранены? Он сам удивился мягкости, с которым произнёс эту обыденную в подобных ситуациях фразу. Обычно он был просто учтиво-вежлив, вне зависимости от пола пострадавшего. Замерев в его руках, девушка, видимо всё ещё шокированная произошедшим, едва заметно покачала головой, а затем, неожиданно для охотника, вскинула голову, и они оказались лицом к лицу. Уже давно Кайто не испытывал подобного замешательства и…восхищения, глядя на женское лицо. Чистые, цвета небесной лазури глаза, глядели на него уже не с испугом, а фактически с благоговением; светлые волнисты волосы, немного влажные от дождя, непослушно разметались по хрупким обнажённым плечам… Она выглядела такой нереально прекрасной, что могла бы сойти за плод его нетрезвого воображения. Однако, валялвшийся неподалёку, теперь уже явно бывший ухажёр, свидетельствовал о её реальности. Было в ней и что-то такое, что настораживало охотника, но оторвать глаз от этого чудного создания было выше его сил. Чёрт, это совсем не хорошо! - Стоять сможете? – негромко спросил он, понимая, что нужно срочно разорвать образовавшийся между ними контакт. Она молча кивнула, но, стоило ему только оторвать от неё руки, как девушка вновь чуть не оказалась на земле. Боже, за что? Кайто ничего не оставалось, как снова ухватить её, удерживая на месте. Соприкосновение с её кожей сводило с ума, и парень едва не рычал от досады, что мужские инстинкты преобладают над рациональной трезвостью ума. Положение усугубилось, когда девушка прижалась к нему всем телом, и её сладковатый клубничный аромат, атаковал последние остатки здравомыслия. Господи, спаси и сохрани! Попытавшись абстрагироваться от пьянящего аромата, Кайто заметил, что она дрожит. И не мудрено. Кроме коротенького платьица на тонких бретельках, на незнакомке больше ничего не было, а воздух, между тем, всё больше пропитывался северной прохладой. Охотник быстро скинул с себя пыльник и набросил ей на плечи, целиком укутывая идеальные формы прекрасной незнакомки, что было так же очень кстати. Он уже поймал себя, на том, что изучил каждый изгиб этого стройного тела вдоль и поперёк. Это уже ни в какие ворота не лезло! Нужно было срочно избавиться от этого наваждения, но совесть, как на зло, не позволяла ему просто удалиться, оставив её одну. Чёрт побери, её же только что чуть не изнасиловали, а, учитывая выдающиеся внешние данные, список желающих вполне может пополниться. - Где вы живёте? – спросил он, надеясь не вспугнуть девушку столь прямой постановкой вопроса, - Я провожу вас. Красавица часто заморгала глазами, будто осмысливая только что произнесённое им, и этот невинный жест прибавил ей ещё больше очарования. Хотя, куда уж больше… - Улица Сент-Доминик, - наконец выдала она слабым голоском, и охотник, проклиная Бога за создание столь неприлично привлекательного существа и попутно гадая, почему это название кажется таким знакомым, повёл девушку в названном направлении.