Рыцарь вампир: Начало конца

Близость с незнакомкой опьяняла, тем самым вселяя в Кайто нарастающее чувство беспокойства. Охотнику претила мысль о столь нежелательных и абсолютно неуместных ощущениях, и всю дорогу, он усердно убеждал себя, что всё дело исключительно в алкоголе, и что девушка его совсем не интересует. Однако, чем больше он старался укрепить сей вывод в захмелевшем сознании, тем больше убеждался в обратном… Девушка жалась к нему без всякого стеснения, и со стороны, это наверняка выглядело далеко не невинно, но Такамия просто не смог найти в себе силы, а главное желание отстраниться. Твою ж мать! Преодолеваемый путь казался бесконечно долгим. Исчерпав весь запас ругательных слов, Кайто подумал, что на такой случай, не плохо бы изучить пару тройку иностранных жаргонизмов. Наконец, впереди показалась нужная улица, и охотник выдохнул с облегчением, предвкушая окончание этой жестокой пытки. Доведя девушку до крыльца высокого каменного дома, показавшимся ему смутно знакомым, он с облегчением, смешанным с лёгким разочарованием, отпустил руку незнакомки. - Ну вот, теперь вы в безопасности, - пробубнил он, стараясь не смотреть на восхитительно прекрасное лицо девушки, - В следующий раз будьте осмотрительны в выборе друзей. Последняя фраза была полна сарказма, однако, белокурая богиня, кажется, даже не обратила на это внимания. Её глаза неотрывно смотрели на охотника, поблескивая в ночном сумраке, будто алмазы, и, после минутной паузы, она, наконец, заговорила: - Как ваше имя, господин? Фраза прозвучала на родном для охотника диалекте, но больше его поразила исключительная нежность, с которой прозвучала фраза. Таким голосом женщины скорее предлагают провести с ними ночь, чем просто узнать имя. И что на уме у этой коварной чаровницы? - Вы знаете японский? – попытался абстрагироваться Кайто, чувствуя как его неумолимо накатывает волна возбуждения. Девушка улыбнулась, и эта улыбка была столь же коварно-соблазнительной, что и её голос. - Я родилась на Окинаве и провела детство в Киото , но уже некоторое время проживаю здесь. Знаете, мне кажется, мы раньше встречались. - Очень в этом сомневаюсь, - скептически произнёс охотник, но всё же внимательней посмотрел на собеседницу, - Я бы запомнил… - Возможно, я ошибаюсь, - качнула плечиками девушка, - Хотя, - её улыбка стала ещё более завлекающей, - мы можем обсудить это за чашкой чая или кофе у меня. В любом случае, было бы приятно поболтать с кем-то из соотечественников. О. Мой. Бог. Она с ним и вправду флиртует! Причём флиртует абсолютно откровенно и весьма профессионально. Приоткрытые полы пальто демонстрировали её идеальные ножки, и, невольно проскользив по ним взглядом, Кайто заметил на лодыжке небольшую татуировку в виде замысловатого узора. Охотник всегда относился к подобным штуковинам не лучшим образом и уж точно не хотел видеть нечто такое на теле своей женщины, но, чёрт побери, сейчас ему показалось это безумно сексуальным! - Не думаю, что это хорошая идея, - наконец, выдавил он, - А вам бы стоило обладать большей сообразительностью, прежде чем приглашать в дом незнакомого мужчину. Может я маньяк какой-нибудь, или убийца? Не поведя и бровью, девушка заливисто расхохоталась, абсолютно обескуражив этим Кайто. - Вы уж точно не убийца, - сквозь смех произнесла она, - А если и маньяк… Что ж, я не против немного побегать от столь привлекательного мужчины. - Вы… - Такамия едва не потерял нижнюю челюсть от подобного заявления, - Вы ненормальная… - Ох, да ладно! Я же шучу, - она перестала смеяться и заговорчески подмигнула охотнику, - А может и нет. Как бы то ни было, я обязана вам за спасение, и не вижу ничего зазорного в том, чтобы напоить своего спасителя чаем. Вы, к тому же, прилично промокли и наверняка замёрзли, так что заканчивайте сопротивляться. Обещаю, я вас не съем. В последней фразе прозвучал какой-то скрытый смысл, но мозг Кайто уже отказывался перерабатывать информацию. В конце концов, день и вправду выдался тяжёлый, он устал, весь мокрый и от него за километр разит алкоголем. Вряд ли в таком виде стоит появляться перед Кроссом и остальными. Много ли он потеряет выпив чашку крепкого чая и пол часика, передохнув в тепле? - Пожалуй, загляну ненадолго, - с наигранным безразличием сказал он, - Но учтите, со мной опасно играть в игры. - Не волнуйтесь, - с довольной улыбкой, красавица начала подниматься по ступеням, - Я тоn ещё игрок. *** Серебристая “Ауди а6” преодолела очередной поворот, двигаясь в направлении пригородной части Парижа. За все 45 минут, что они провели в пути, Ами и Такума не обмолвились ни словом. Заняв место на заднем сидении, девушка тут же углубилась в свои мысли и демонстративно отвернулась к зеркалу, словно ограждая себя от любых вопросов со стороны Такумы. Понимая это, Ичиджо не стал ни на чём настаивать, и устроился впереди, рядом с водительским местом. А что он мог ещё сделать? Их с Ами отношения, как бы не было ему больно, завершены, и не на самой лучшей ноте. По крайней мере, оставив его, она хотя бы попыталась проявить заботу о его чувствах, а вот он поступил как мерзавец, сказав те ужасные слова. И на что он после этого рассчитывал? Что Ами броситься к нему в объятия и будет умолять о прощении, они забудут невыносимые четыре года друг без друга и станут жить счастливо? Нет… Не будет такого, ровно как и счастья без неё. Да, он может жениться на другой, она родит ему детей, у него появиться внуки, потом правнуки, но всю свою бесконечно долгую жизнь его сердце будет биться только для одной девушки, только для Ами. Неожиданно для себя, Такума вдруг представил, как выглядел бы их с Ами ребёнок, и в голове сам собой родился образ маленького черноволосого малыша с грустными зелёными глазами. Это казалось полным бредом, но тот мальчик, Лео, он действительно мог сойти за их чадо. Аристократ вспомнил как они вдвоём сидели перед малышом, вспомнил, с какой нежностью смотрела на Лео Ами, и как сам он ощутил нечто похожее при взгляде на ребёнка. В этот момент, они были похожи на семью. Такума давно не ощущал себя так умиротворённо, как тогда. У него слишком давно не было семьи. Родители погибли, когда он ещё был маленьким. Дед же им почти не занимался, доверив воспитание внука нянькам и гувернанткам, а как только он подрос,сплавил его в Академию Кросс. В воспоминаниях об Осато вообще было мало хорошего. Он дважды предал его и весь клан, фактически смешав некогда благородное имя Ичиджо с грязью, и один Бог знает, чего стоило Такуме убедить себя и остальных, что он – не его развращённый силой и властью дед, и что никогда таким не станет. Он всегда старался казаться открытым и добрым, и окружающие привыкли воспринимать его именно так, не зная, какой на самом деле мрак таиться в глубинах его души. Реальный Такума имел мало общего с тем, которого создал для внешнего мира, но даже так, обе его части одинаково сильно любили одну лишь Ами. Она одна видела его тёмную сторону и всё равно не оттолкнула… Мог ли он надеется на это ещё раз? Время за раздумьями пролетело незаметно, и аристократ очнулся, только когда водитель, плавно вдавливая педаль тормоза, остановил машину возле ворот дома Айдо. - Мы на месте, Ичиджо-сан. - Хорошо, Поль, - Такума расстегнул ремень и вышел из машины. Открыв заднюю дверцу со стороны Ами, он обнаружил девушку безмятежно спящей в углу салона. Она выглядела такой умиротворённой и безумно хрупкой, что у Такумы больно сдавило горло при воспоминании о её падении на крышу авто. Несколько ссадин покрывали её тонкое запястье, а шею и лоб «украшали» красные царапины, выделяясь на фоне светлой кожи. Кто-то сказал бы, что она очень легко отделалась, но для Ичиджо, не было ничего хуже видеть на её теле раны и знать, что ей больно. С невероятной осторожностью, словно хрупкого младенца он поднял её на руки и, впервые за прошедшие четыре года, почувствовал себя счастливым, ощущая тепло её тела, тесно прижатого к его. - Дождись меня, - приказал он водителю, и понёс девушку в сторону крыльца. Ами чуть зашевелилась, но не проснулась. Только чуть улыбнулась и обвила шею аристократа рукой, делая их контакт ещё более близким. Ах, если бы можно было просто раствориться в этих ощущениях, Такума не раздумывая сделал бы это. На пороге его встретила Мизуки, и пояснив, что все собрались в гостиной для внепланового совещания, предложила отнести Ами в гостевую комнату, где девушка могла бы отдохнуть. - Я покажу куда, - почти шёпотом произнесла младшая Айдо и повела Такуму наверх. - Спасибо, Мизуки-сан. Войдя в тёмную комнату, он не стал включать свет, чтобы не будить Ами. Пусть спит. Ей и так пришлось столько пережить за этот день. Такая смелая, такая прекрасная и…не его. Больше не его… Такума уложил девушку на кровать. Она немного заворочалась и неразборчиво зашевелила губами, но продолжала спать. Видеть Ами, распростёртой на красном атласе простыни, когда её вьющиеся чёрные локоны в беспорядке разметались по подушке было, наверное, самым прекрасным зрелищем, что Ичиджо когда-либо видел. Желание притронуться к ней, прижаться, так, чтобы их тела слились воедино было так велико, что вампир едва не застонал от собственной жалости. Он действительно жалкий, если добьётся её обманом, так же как и Такамия. Кстати, о нём оy совсем позабыл, перенося девушку сюда. Интересно, где он и как бы отреагировал на такое их появление. Наверняка не примянул бы снова показать, что единолично владеет душой и телом Ами. Такуму аж передёрнуло. И этот подонок имеет право притрагиваться к столь бесценной женщине? Целовать её губы и каждый сантиметр тела, прикасаться, слышать её голос, трепещущий от восторга, когда внутри разливается волна экстаза… Боже, это было больно. Лучше сразу вырвать себе сердце, чем сносить чувство, что тебя медленно кромсают на кусочки. Теперь, он пожалуй очень хорошо понимал Зеро, которому возлюбленная предпочла другого… - Такума… Этот тихий шёпот прозвучал для него пуще грома на ночном небе Парижа. Глаза Ами были всё ещё закрыты, только губы слегка подрагивали, в едва слышном вздохе. - Такума… Он не ослышался! Она произнесла его имя… Его имя, не Кайто. Могло ли это значить, что у него всё ещё есть шанс? - Я люблю тебя, Ами, - так же тихо произнес он, поднося её обнажённую руку к губам, - Я всегда буду любить тебя, даже если ты меня нет. Я всегда буду рядом, даже если буду не нужен. Ты – моё сердце и моя душа. Ты – единственное ради чего я существую. Медленно наклонившись, он прижался к её полуоткрытым губам, отдавая поцелую всю нежность и любовь, на которую только был способен. Это было раем. Быть вот так, вместе с ней, но так не могло продолжать вечно… К сожалению, не могло… - Спи, любовь моя, мой ангел, - прошептал он, нехотя отстранившись, возле самых её губ, - Я докажу, что достоин тебя, только не отталкивай меня, иначе я просто не выживу… Спи, моё сокровище… Такума не хотел уходить, но знал, что так надо. Если у него и есть шанс, то на этот раз, он сделает всё правильно.