Улли и я

Вот помните я говорил, что меня не так сильно шокировала встреча с Венди, как то, что произошло после неё? Хотя в это сложно будет поверить после того, что я рассказывал про встречу и то, как мы с ней мило поболтали и я выглядел влюблённым идиотом, не способным связать двух слов рядом со своей любимой девушкой. Но это факт. Домой мы возвращались в полном раздрае. Ну, я, то есть, так точно был в полной заднице, по крайней мере ощущения были очень похожи. Я был одновременно безумно рад, что встретился с Венди, и волновался о том, что сделает Билл, и (вдобавок ко всему этому) Ламаник сверлил меня очень многообещающим взглядом и я просто чувствовал, что приближается… кхм, скажем прилично — откровенный разговор. Собственно, именно он и состоялся дома. Видимо, это судьба. Как только я разулся и снял верхнюю одежду (куртку шапку шарф), Ламаник бесцеремонно подхватил меня за воротник рубашки и потащил за собой. Я конечно повозмущался для виду, но плёлся за ним послушной овечкой — я чувствовал себя малость виноватым. К тому же… я предполагал, о чём пойдёт разговор. Что сказать — я не ошибся. — Итак, — кузен заговорил сразу же, как мы оказались наедине в его кабинете. — Я ожидаю, что на мои вопросы ты ответишь предельно честно. Вы с Уиллиамом не встречаетесь. — Это не вопрос, — буркнул я, переминаясь с ноги на ногу и пряча руки в карманах джинс. Ламаник раздражённо постучал пальцами по столу, и я сдался. - Да, не встречаемся! Я соврал. Прости! — И долго ты собирался скрывать от меня этот факт? — резко спросил кузен. — Да я как-то и не собирался тебе ничего говорить, — неловко пожал плечами я. Ламаник просверлил меня тяжёлым взглядом, а после устало вздохнул и чуть съехал вниз в своём шикарном кресле, закрыв руками лицо. — Ты понимаешь, что я за тебя волновался? — спросил он меня, не меняя своего положения в пространстве. — Ну… да, — выдавил я из себя, подходя поближе. — И что я считал, что Уиллиам воспользовался твоей наивностью и доверчивостью и тебя соблазнил? — Ну, знаешь ли! — возмутился я. — Я не такой уж и идиот! И к тому же — ты что, не видел Улли? Он же даже пауков не убивает, потому что они живые и им больно. А я ненавижу пауков! У меня моральная травма из детства! Эти твари должны умирать, когда я их вижу, иначе я не смогу спать спокойно!!! — Успокойся, Диппер, — поморщился кузен на мой крик души. — Я не об этом. Я действительно за тебя волновался. Пойми, хоть между нами и сложились довольно… своеобразные отношения, мы с тобой всё ещё являемся одной семьёй. — Давишь на совесть? — пробормотал я себе под нос и опустил взгляд на расстилающийся по кабинету мягкий ковёр. — Ну прости ещё раз. Просто… мы с Улли довольно давно дружим, а он гей. Так что как бы я не уверял окружающих, что мы просто хорошие друзья, они бы всё равно… да ты сам видел — мы ведь столько раз в двусмысленные ситуации попадали. И как бы… мы-то привыкли к этому, это нормально, но все остальные сразу считают нас педиками, голубыми, ненормальными… ты считал меня ненормальным. В кабинете повисла звенящая тишина. Я бы даже сказал — зловещая. Я… я знал, что, блин, это глупо, и что вообще-то не с чего мне вот так раскисать, но я чувствовал, что расплачусь как девчонка, если, ну, что-нибудь случится такое, что меня ещё больше расстроит. Сколько раз я это слышал со стороны кузена — про то, что я извращенец, и что встречаюсь с жалким педиком, с недоразумением, и вообще… столько слов было сказано. И, блин, я всегда старался относиться к этому как к шутке, но… не знаю, сегодня просто столько всего навалилось. Я глубоко вздохнул, огляделся в кабинете и поплёлся к шикарному даже на вид кожаному дивану. Да, умеет Ламаник жить на широкую ногу. Плюхнувшись на него, я вытянул перед собой ноги, уныло рассматривая свои серые носки. Ламаник поднялся со своего места и подошёл ко мне. Я видел его чёрные лакированные туфли, которые он носил даже дома, и брюки с острыми стрелками. Выглядел он как всегда идеально. Наверное, это такая суперспособность, как умение рисовать или гениально играть на музыкальных инструментах. Он сел рядом со мной и тяжело вздохнул. — Диппер, — медленно заговорил он. — Мы с тобой не всегда ладим… точнее, очень редко, но… прости. Я правда не хотел. Ты — мой любимый младший брат. Я очень о тебе беспокоюсь. — Ты снимаешь видео о том, как я болею, — буркнул я в ответ. Ламаник закашлялся. — Ох, ну… у всех есть недостатки. Даже у меня, — смущённо пробормотал он. — Обнимемся? …серьёзно, что ли? Я поднял взгляд и ошарашенно уставился на Ламаника. Тот глядел на меня с привычной невозмутимостью. У меня что, слуховые галлюцинации начались? — Ээ… — проблеял я. — Я… это… Кузен приподнял бровь и насмешливо встретил мой взгляд. — Два раза не предлагаю, — улыбнулся он краешком губ. А я… ай, была не была! Когда такой случай ещё выдастся! Сдавшись, я потянулся к своему братцу и обнял его. Чувствовал я себя ужасно неловко. Ламаник успокаивающе похлопал меня по спине. — Ну всё! — выпалил я, расцепив объятия. — Это и так уже странно, не будем делать ситуацию ещё страннее. — Как скажешь, кузен, — усмехнулся Ламаник. А я вспомнил о том, что совсем недавно пообещал другу помочь наладить личную жизнь… — Кстати, знаешь, — задумчиво произнёс я. — А я ведь тоже хотел с тобой кое о чём поговорить… Я снова положил руку ему на плечи и притянул поближе к себе. — Теперь моя очередь задавать вопросы, — зловеще сказал я. — И мой первый вопрос — а хрена ли ты, мой дорогой старший братец, вьёшься вокруг моего дорогого и любимого Уиллиама Сайфера? Разговор, можно, сказать, удался. Не всё же одному Ламанику мне мозги выносить своей «порядочностью» и «культурностью»… хех. * И - нет. Конечно, обнимашки с Ламаником достойны занять одно из первых мест в моём списке «что это только что было?!», но - нет. Не они меня так шокировали. И даже не разговор с Ламаником. Значит, чтобы не возвращаться к началу разговора, потому что я хочу уже рассказать о другом, я перескажу всё это вкратце. — Мне нравится Уиллиам, — спокойно сказал мне тогда кузен, глядя мне в глаза. — Я хочу начать ухаживать за ним и завести с ним отношения. Ну я, естественно, был в лёгком удивлении. То есть… нет, это как бы со стороны было видно, но я… привык к тому, что Ламаник — козёл, и чувства не выражает, а тут… не знаю. Типа галлюцинации у меня. Или ещё что. В общем, я был скорее удивлён, чем НЕ удивлён. Но я всё равно уточнил у него серьёзность намерений. Ламаник, конечно же, заверил меня, что в своём намерении просто офигенно серьёзен (в чём я не сомневался) и налаживать отношения, судя по всему, начал прямо-таки после разговора, в котором я подарил ему своё благословение. Потому что за друга я переживал как бы не больше, чем за брата. Брат — он сильный человек, справится что с отказом, что с прихотью, а за Улли было страшновато… Опущу подробности. Однако уже ужин они готовили вместе — Улли, сияющий и весь такой радостный до неприличия, и Ламаник, занявший моё место и обнимающий Уиллиама со спины. Офигеть, это было конечно то ещё зрелище. Я как бы… не был к такому морально готов в увиденной картине, поэтому полюбовавшись воркующей парочкой, я тихо уполз в широкую гостиную, смотреть ужастик и переписываться с Венди. Билл не пришёл на ужин. Билл вообще появился дома только следующей ночью. * — …и я оставил еду в холодильнике, — беспокойно крутился вокруг меня Улли. — Там всё запаковано в отдельные порции. Просто поставь в микроволновку… — Улли! — закатил я глаза. - Я, конечно, фигово готовлю, но на то, чтобы поставить еду в микроволновку, моих способностей хватит. — Но я волнуюсь за тебя, Диппер, — расстроенно заметил Уиллиам. Я потянулся навстречу и крепко его обнял. — Ничего, дружище, — заверил я друга, похлопав его по спине и с неохотой выпуская из своих объятий. — Всё оки-доки. Повеселитесь там без меня, окей? Если мой братец будет тебя обижать, сразу же звони. Я его побью. — Я не собираюсь обижать Уиллиама, — фыркнул Ламаник. Он выглядел ужасно спокойным и немножко, пожалуй, довольным. А с Улли вообще обращался, как… не знаю, как с дамой. В хорошем смысле слова, в таком, мм, рыцарском смысле. — Скоро вернётесь? — спросил я у кузена. Спросил скорее для проформы, потому что знал — вернутся через три дня. Утром братцу позвонил его менеджер, и ему срочно понадобилось уехать в Нью-Йорк на три дня. А в Нью-Йорке как раз проходила выставка, которую ну очень хотел посетить Улли. Вот и получилось так, что Ламаник пригласил его поехать вместе. Уиллиам был вне себя от счастья. Они собрались быстро, и уже в четыре часа пополудни стояли в широкой прихожей квартиры вместе со мной. Внизу их ждало такси, так что прощание не затягивалось. С Ламаником мы тоже обнялись, коротко и сухо. — Только попробуй его обидеть, я тебя урою, — прошептал я ему на ухо. Кузен издал короткий смешок, и когда вывернулся из объятий, с ухмылкой приобнял Уиллиама и легонько поцеловал его в щёку. — Ни за что, — клятвенно заверил он меня. Улли сиял. Чувствую, сегодня ночью меня ждёт активная переписка с другом, ведь его уже сейчас распирало от желания поделиться со мной подробностями. Помахав на прощание ручкой, со вздохом закрыл за ними дверь. Ну вот я и остался один. Пора брать в руки учебник по аналитической химии… * Проснулся я рывком — от резкого шума в коридоре. Я так и заснул в холле, на диване перед телевизором и с учебником на лице. Проморгавшись и поднявшись на локтях, я глянул в коридор, но свет был выключен и ничего было не понять. Тихо поднявшись с дивана, я подошёл поближе и с подозрительным видом щёлкнул выключателем. И вздохнул с облегчением, когда увидел Билла. Билл зачертыхался от яркого света и страдальчески закрыл рукой глаза. Повязку он где-то потерял, да и выглядел как-то… я осторожно принюхался. — Ты что, пьян? — удивился я, подходя ближе. Сайфер вздрогнул при звуках моего голоса, и резко развернулся в мою сторону, убрав от глаз руку. Чёлка свесилась в сторону, потому что он чуть наклонил голову в бок, и я видел, как оба его глаза, один нормальный, а другой «кошачий», цепко поймали меня на прицел. Я поёжился и сложил на груди руки. — Аааах, сосна! — протянул Билл, скалясь в мою сторону. Я чуть нахмурился. — Всё так же блюдёшь целибат? Или ты моему братцу изменяешь только с этой рыжей шалавой? Я, значит, не слишком для тебя хорош, а какая-то рыжая шлюшка для этого дела отлично подходит, да? — Ты пьян, — я сжал губы в тонкую полоску. — Иди проспись, Билл. — Только если с тобой, — тут же расплылся он в приторной улыбке. Я дёрнул плечом и прислонился к стенке, наблюдая за тем, как рваными движениями, чуть пошатываясь, Сайфер снимает с себя верхнюю одежду. Получалось у него… проще сказать, что ни хрена у него не получалось. Собственно, поэтому я и проснулся — он уронил полку с обувью и грозился уронить шкаф. Коротко выдохнув при очередной неудачной попытке Билла избавиться от своего канареечно-жёлтого пальто, я подошёл ближе и подтолкнул к шкафу, заставив его усесться на удобную поверхность. Я прошёлся по крупным чёрным пуговицам-треугольникам, вытаскивая их из петель, и аккуратно стянул одежду с его плеч. Билл ткнулся мне носом в ухо, мазнув губами по щеке. — От тебя приятно пахнет, сосенка, — пробормотал он невнятно. — А от тебя не очень, — раздражённо отметил я. Опустившись на колени перед Биллом, я стянул с его крупных ступней чёрные лакированные, а сейчас забрызганные грязью туфли. — Мог бы хоть позвонить, что ли. Тебя почти 2 дня не было дома. Я поднял взгляд и осёкся — Сайфер пристально смотрел на меня своими воистину дьявольскими глазами. Я будто оцепенел под этим взглядом, и когда Билл протянул руку и зарылся пальцами в мои волосы, я ничего ему не сказал. — Я мог бы быть на её месте, — сказал он, мгновенно разрушив очарование момента. Я поморщился и поднялся с колен, но Билл конечно же не позволил мне отстраниться. Он легонько дёрнул меня за волосы, притягивая к себе. Я практически упал к нему в объятия. Его вторая рука легла мне на поясницу. — Диппер… — прошептал он. — Диппер… Я чувствовал себя неудобно и немного неловко. Пришлось коленом опереться об открытую полку шкафа, на которой сидел Билл, чтобы не сидеть в свою очередь у него на коленях. К тому же от Билла явно несло перегаром. Он был пьян, серьёзно пьян, и ему по-хорошему надо было бы проспаться, прежде чем заводить серьёзные разговоры. Но… Я не мог, как бы это сказать… не то, чтобы сопротивляться, а отталкивать его, когда он смотрел на меня вот ТАК. Не скрытым под повязкой глазом, с пульсирующим в такт сердцебиению узким зрачком. Это было так завораживающе, что сложно было отказать себе в желании ещё чуть-чуть посмотреть на эту его «болячку». Билл притянул меня поближе к себе и легко коснулся губ влажным прикосновением. Я молчал. Тогда он смелее прижался к моему рту и полез внутрь горячим, влажным языком. Чувствовалась горечь алкоголя, да и запашок был ещё тот, но я послушно приоткрыл губы и закрыл глаза. Было как-то странно, но в принципе ничего страшного и пугающего. Хотя я и целовался-то от силы раза два, и то на студенческих вечеринках и уже в подпитии. Так что я просто чутко прислушивался к ощущениям и шумно дышал через нос, как-то незаметно для себя вжавшись посильнее в мужчину и обнимая его за костлявые плечи… Охренеть до чего я дошёл — целуюсь с пьяным неадекватным Сайфером в прихожей квартиры своего брата. Думаю, не этого он от меня ждал, когда уезжал сегодня вместе с Улли по делам. Я не знаю, какая вообще меня муха укусила, и почему я как всегда не сопротивлялся и не сводил всё к шуточкам. Как-то… наверное, всё было слишком уж интимно. Сидят двое придурков в шкафу, среди пальто, курток и плащей, свет горит — только в этой самой прихожей, в доме никого и вообще ночь на дворе. И целуются, да. Когда я всё это представил со стороны, я приглушённо и коротко рассмеялся, отрываясь от чужих губ. — Ладно, Билл, — сказал я с улыбкой, накрывая ладонью его рот, чтобы он снова не начал этот марафон поцелуев. - Всё. Тебе и вправду стоит пойти проспаться. Утром поговорим, хорошо? Сайфер протестующе замычал и замотал головой. — Хочу с тобой, сосенка, — проскулил он, крепко меня обнимая и снова холодным носом пугая мои красные от смущения уши. — Ну, до комнаты я тебя, так и быть, дотащу, — проворчал я. — Давай, вставай, Сайфер. Нечего тут рассиживаться. Такое ощущение, что это я сейчас был пьян. Что это вообще такое было?! Сгрузив уже полусонного Билла на кровать, я кое-как избавил его от одежды и запихнул под одеяло. Щёлкнув Сайфера по носу, я пожелал ему спокойной ночи и, не удержавшись, провёл пальцем по короткому шраму рядом с калечным глазом. И только выйдя из его комнаты, я прислонился к двери и весь сдулся, закрывая лицо ладонями. Так, я это уже говорил, но. Но. Что это сейчас вообще было?! Я вообще не понял, почему я это сделал!!! Боже, я… я надеюсь, что утром он этого не вспомнит. Потому что я вот точно буду помнить всё!