Глава 8
30 октября 2017 г., 18:37
Свисток. На табло 15:17 в пользу Аоба Джосай. Судья дал знак, что у команды Карасуно замена центрального блокирующего.
— Ну что, сыграем, Ма-чан…***
Игра с Сейджо была до жути сложной для девушки. С такими игроками она ещё не встречалась. Хотя, судить мальчиков по девочкам нельзя. Женский пол, как ни крути, всё же окажется слабее.На табло: 22:24 в пользу Аоба Джосай
Мач-пойнт Сейджо. В этот раз Майя стояла на задней линии. А это означало, что в этот раз она будет принимать подачу. Осознавая, что, как сказала Хитока: « Да Боже! Эта его подача руки же оторвёт, если её принять! Ойкава, что, монстр?!», подача у Тоору труднопринимающаяся, но Хината приготовилась, во чтобы то ни стало, отбить её.Падаёт… Прямо в руки розоволосой…
Стук об руки, затем об пол. И ко всему этому Хината, лежащая на полу, твёрдом и холодном, держалась за свою руку, которая и без того была красная. — Скорее, отведите её в медпункт! — крикнул капитан Карасуно. Первым спохватился Нишиноя. Взяв розоволосую на руки, он скорее выбежал вон из спортзала и направился к большому зданию, в котором они жили. «— Из-за меня Карасуно проиграли… Благодаря мне Аоба Джосай забили своё контрольное очко. Из-за меня Карасуно опозорилась… Сильнее… Нужно стать сильнее, иначе я просто не смогу играть в матчах!» — именно такие мысли вертелись в голове у девушки.***
— Травма, конечно, не очень-то и серьёзная, но всё же ты не сможешь играть месяц, — сделала вывод медсестра, — Своё имя и фамилию скажите, пожалуйста. — Хината Майя, — девушка, чуть ли не плача, опустила голову. — Так, вот справка об освобождении от тренировок и физкультуры. Через месяц придёшь к медсестре, место положения которой я тебе указала. Будь в следующий раз поаккуратнее. Тут и до перелома недалеко.***
Идя по тропинке, ведущей прямо к спортзалу номер три, девушка разглядывала каждый камешек под ногами. Обидно. Очень обидно. Она только вступила, только разогрелась, воспылала, поехала со своей командой в спортлагерь, чтобы подтянуть свои навыки в волейболе, увидела столько сильных и высоких игроков, вышла на площадку и, наконец, сыграла. Сыграла… Первый раз она смогла ощутить такие сильные чувства. Она хотела играть снова и снова. Но это телосложение, свойственное всем девушкам, не смогло выдержать напора слишком точной и жутко сильной подачи Ойкавы Тоору. Действительно, эта подача пугала, но Хитока немного преувеличила с «подача, отрывающая руки». Руки, конечно, не оторвёт, но если подачу будет принимать неподготовленное тело, тем более женское, неудивительно, что человек получит травму. Пусть и несерьёзную, но травму. И сейчас розоволосая шла и сдерживала слёзы, которые готовы вырваться из её глаз. Но она сдерживалась. Сдерживалась, чтобы не показаться слабой. Сдерживалась, потому что тут был Нишиноя. Если бы парня не было рядом, девушка бы уже давно потеряла над собой контроль, убежала куда-нибудь в тёмное место, и разревелась так, что остановиться было бы сложно. Что такого? Это же всего лишь травма. Пройдёт время, и заживёт, скажите вы. Однако для Майи - это было потрясение. Она так хотела… Так хотела играть… В итоге, это закончилось тем, что она села на скамью, чуть ли не становясь менеджером старшей Карасуно. Эта травма точно не заживёт до конца лагеря. А ведь, если подумать, то виноват опять Тоору. Опять… Как бы ни было больно, она не хотела признавать. Она ведь только начала забывать его. Начала… Но не забыла. Просто не смогла забыть его. Их отношения закончились изменой, что стало крайне нежелательным потрясением, особенно, для таких впечатлительных людей, как Хината-старшая. И снова Ойкава нанёс удар по эмоциям. Снова… — Может хватит киснуть? — заметив, что резко погрустнела девушка, и как резко сменилась аура вокруг неё после посещения медкабинета, сказал Юу, — Ты ведь не думаешь, что не будешь играть с остальными? Это, вообще-то, ещё не конец. Мы на национальных с ними точно встретимся. Они не слабы, они пройдут. — Звучит так, будто ты пытаешься меня успокоить, — разочарованно улыбнувшись, произнесла девушка, ещё больше расстроившись. Она не хотела сейчас ни с кем разговаривать. Настроение было на нуле. Она могла сказать такую чушь, что этим, вероятнее всего, заденет за больное. Девушка она не глупая. Она очень проницательна. Хорошая черта для спортсмена, — Звучит так самонадеянно… — Ты так считаешь? Я лишь сказал то, что думаю. Это самонадеянность? Почему ты всё отрицаешь? Неужели на тебя так сильно повлияла травма? Или же… Это всё потому, что это сделал Тоору? «— А ведь он прав… Расстраивалась бы я так, если бы получила эту травму, например, от Иваидзуми? Я запуталась… Не могу… Он наступил на самое больное, зная, что эту тему поднимать вообще не стоит. Хотя, я тоже хороша… Высказалась про самонадеянность. Хоть он и пытается скрыть недовольство в своих глазах, но я вижу его насквозь. Я сказала то, что боялась сказать…» Как бы Майя не пыталась перескочить с Тоору на «самонадеянность», мысли всегда были об одном. О нём. И снова он закрался в её разум и не хочет вылезать оттуда. «— Надо немного успокоиться. Я вполне могу повторить недавно сказанное.» — Майя? — Прости, Нишиноя. Я увлеклась и забыла про тебя, — хихикнула девушка. — Ты такая прямолинейная, — с серьёзным лицом Юу посмотрел на розоволосую, отчего та вздрогнула, — Мне это нравится! Нишиноя Юу — один из немногих парней, которые, в какой бы ситуации они не находились, оставались оптимистами и не могли полностью сосредоточиться на одном деле. Однако, если это не касалось волейбола. Когда разговор заходит в волейболе, то он становиться серьёзным, местами злым и слишком прямолинейным. Но именно эти черты и нравились Майе. Не в плане, конечно, влюблённости. Просто из него мог выйти отличный друг, в каких-то местах и парень.***
— Ну как, что с рукой? — к вошедшим в спортзал Нишиное и Хинате подбежал Савамура. Девушка молчала. Хоть Нишиноя немного поднял ей настроение, но смотреть в глаза своему капитану Майе было почему-то стыдно. Поэтому она даже не соизволила поднять глаза, рассматривая пол спортзала, который казался ей до этого непримечательным и пустым. — У неё не очень серьёзная травма. Играть не сможет примерно месяц, — произнёс Юу и украдкой посмотрел на Хинату. Она напряглась сильнее обычного. «Видимо, эта тема для неё всё же слишком тяжёлая», — подумал Нишиноя и отвёл взгляд от девушки. — Вот как… — капитан задумался, — Тогда будешь помогать нашим менеджерам, пока рука не восстановиться? — У-угу… — Майя повесила голову, перед этим глянув на Тоору, который вовсю флиртовал с девушками-волейболистками, приставшими к нему после окончания игры с Карасуно. Ойкава почувствовал, что сейчас в его спине образуется дырка, повернулся в сторону «убийцы» и посмотрел сочувствующим и, на удивление, разочарованным взглядом. Только в чём же выражалась его эта «разочарованность»?***
Прошла неделя летнего спортивного лагеря. Майя всё ещё сидела на скамье. Рука никак не хотела заживать. Думаю, она даже не планировала. Обидно, конечно, но сейчас девушка наблюдала за ребятами, разрабатывала тактику игры, изучала противников и занималась тем, чем должны заниматься менеджеры. Но она просто поражала. Никогда не практиковавшись в сфере менеджера, она достигла таких высот. — Поразительно! — воскликнули ребята из Карасуно с номерами один и пять. — Ты точно никогда не была менеджером? — сказал Савамура, чем ввёл Хинату-старшую в смущение. Было приятно получать комплименты от капитана, — Всё настолько чётко и просто описано. Выше всех похвал, Майя! Продолжай в том же духе! У тебя отлично получается. В следующих играх эта информация тебе пригодится. «— В следующих играх… Дайчи верит в меня…»***
После очередной игры с Аоба Джосай, Карасуно чувствовало разочарование из-за очередного проигрыша. «— Единственные, кого я не могу изучить — это Аоба Джосай. Если быть точнее, то Ойкава. Он непредсказуем и силён. Никогда не знаешь, что он выбросит. Из-за своей непредсказуемости он делает команду в два раза сильнее, поднимая и физическую, и моральную силу. Может, непредсказуемость в его глупости? Он ведь действительно туповат, как ни посмотри. Если копнуть глубже, то… То тут ничего нет. Никак не могу, что выкинет эта команда. Она сильна, ничего не могу сказать. Я сделаю всё возможное, чтобы суметь хоть капельку понять ход их мыслей. Хотя, есть то, что я поняла, и это может сыграть мне на руку. С одной стороны, когда идёт таймаут, тренеры стоят в сторонке, всю тактику игры команде рассказывает Тоору. Он глупый, и если я смогу вынудить его рассказать то, что я хочу… У меня есть 80% из ста, что он это сделает, я так думаю.»Наивная…
Хитока, Шимидзу и Хината-старшая подавали каждому по бутылке с водой и маленькому полотенцу. — Спасибо, — пробубнил Сугавара и ушёл на скамейку. Как настоящий капитан, Савамура заметил тяжёлую ауру, висящую над его командой, отчего падали духом даже менеджеры. — Ну-ну, вы чего раскисли-то? А ну-ка, взбодрились все! Сегодня вечером у нас ещё один матч с Сейджо! — Савамура-сан, видимо, им сейчас очень сложно, — сказала Майя. — Возможно, они хотели оправдать ваши ожидания. Мы столько тренировались, хоть и не отточили навыки, но столько сделали для победы. Напрасно… Наверное, именно так они и думают. Посмотрите, Шоё и Тобио чернее тучи. Я взбодрю их, чтобы они не сделали ошибок в последующих матчах, и это не повлияло на их играх в общем, — и убежала.***
— Кагеяма, Хината! — позвала центрального блокирующего и сеттера розоволосая, — У вас чего такие грустные мины? Сожаление, что проиграли? Разве проигрыш - это не путь к победе? Разве проигрыш не сделает вас сильнее? Разве проигрыш в каком-то тренировочном матче что-нибудь изменит? — Какая разница вообще, — начал Кагеяма. — Тренировочный этот матч или нет? Главное это то, что мы проиграли. Разве это не главное?, — последние слова младший связующий Карасуно, мягко говоря, заорал на весь зал, так что на него обернулись все, кто находился здесь. Майя тяжело вздохнула. Она стала делать так намного после того, как временно стала менеджером. Информация в голове может и проста, но вот достать её — путь далёкий и сложный. Будь на её месте другая девушка, у которой нет такой проницательности, она бы, скорее всего, сдалась. Майя думает так не из-за того, что у неё высокая самооценка, а из-за того, что это действительно сложно. — А разве главное — это не практика? — совершенно спокойно, но слишком холодно начала, по сути, отчитывать Тобио за сказанные только что слова, девушка. Она не допустит такого обращения к себе, она столько делает для них, а они плюют на это. Хотя, это только начало, — Да, вы проиграли. Да, в тренировочном матче. Соглашусь, проигрыш что в тренировочной, что в настоящей игре — тяжёлая вещь. Но ты бы так разочаровался, если бы проиграл в настоящем матче? Хината-старшая подняла глаза. Она смотрела взглядом безумца, отчего холодок по спине прошёл не только у Кагеямы и у всего Карасуно, но и у остальных людей, которые находились в спортзале, тоже. Все рассматривали стройную девушку с перевязанной рукой, которая ещё чуть-чуть и взорвётся от негодования. — Если, — от её напряжённого голоса вздрогнули все, — Ты считаешь, что проигрыш тут и в настоящей игре — одно и то же; если ты считаешь, что это твой предел; если ты считаешь, что напряжённые тренировки были напрасны и не дали никакого результата; если ты считаешь, что тебе никогда не обыграть Аоба Джосай; если ты считаешь, что ты слабее Ойкавы… то ты меня разочаровал. Осмотрев ещё раз весь спортзал, девушка развернулась и спокойно села на лавку, будто ничего только что не случилось. Будто это была не она. Хотя «это была не она» тут вполне подходило. Подобного от такой, с виду простой девушки, не ожидал никто. — Ты такая наивная, проницательная и милая, аж бесит.
