Ещё одно обещание

Прошло несколько дней. Йомы почему-то не показывались в селении. Но Шаоран был непоколебим. Он собирался подняться на злосчастную гору, уничтожить демонов и достать пёрышко принцессы, которое Мокона почувствовала сильнее всего именно на горе – в пещере. – Я пойду с тобой! – заявила Мей Лин за завтраком. – Шаоран, ты слышишь? – Это опасно, – ответил он. – Мы с Курогане-саном пойдём вдвоём. – Нет! Я должна вам помочь! – Мей Лин-сан… – тихо проговорила Сакура, с трудом сдерживая те странные чувства, что рвались наружу, когда она слышала, как Мей Лин обращается к археологу «Шаоран». – Шаоран… -кун прав… Я думаю, что Нокору-сан, Суо-сан, Акира-сан, Котори-сан и твои сёстры не хотели бы, чтобы с тобой что-то случилось. – Я знаю… – Мей Лин опустила глаза. – «Но я должна… Я должна разобраться в своих чувствах… – она украдкой взглянула на Шаорана. – С тех пор, как он появился здесь, я не нахожу себе места. Я веду себя с ним, как с другом, как с Суо или Нокору, но моё сердце начинает стучать так громко, когда я обращаюсь к нему просто по имени, говорю с ним, когда я рядом с ним… Что это? Почему я так мучаюсь? Неужели Котори была права, и он… Но тогда… – она перевела взгляд на Сакуру, – она…» Мей Лин закусила губу, чтобы не расплакаться. От горьких мыслей её оторвал голос Фая, неожиданно громко прозвучавший в нависшей тишине: – А я думаю, что тебе стоит пойти, Мей Лин-чан. – Ты в своём уме? – Курогане гневно посмотрел на него. В голубых глазах Фая читалась абсолютная непоколебимость. Он кивнул. Ниндзя вздохнул и махнул рукой: – Делайте, что хотите. – Тогда… – Сакура положила на стол палочки. – Тогда я тоже пойду с вами. Она решительно встала. Фай, едва заметно улыбаясь, поднял на неё глаза. Нокору перестал жевать, Суо нахмурился, а Акира поперхнулся. Котори охнула. Мей Лин уставилась на Сакуру в недоумении. Шаоран опустил голову. Курогане не обратил на слова девушки внимания и продолжал трапезу. – Я пойду с вами, – снова повторила Сакура. – Я знаю, что вы будете против. И я знаю, что не смогу вам ничем помочь. Но… позвольте мне хотя бы волноваться за вас! И быть рядом с вами, и молиться, чтобы вы вернулись целыми и невредимыми! Произнеся эту отчаянную и пламенную речь, принцесса неожиданно развернулась и выбежала из комнаты. Фай усмехнулся: – И возражения не принимаются. Дети стали непослушным. Да, папочка? – повернулся он к Курогане. Тот не ответил. – Нэ, Куро-папа?! Нэ? – протянула Мокона, запихивая в рот китайскую булочку с корицей. Курогане своей огромной ладонью вдавил ехидную зверюшку в стол и спросил сквозь зубы: – Где это видано, чтобы ушастая булка ела своих родственников? Мокона вырвалась из крепкой руки ниндзя и спряталась у мага за пазухой: – Вааай, Куро-папа издевается! – Что ж, – Нокору поставил на стол пустую пиалу. – Похоже, что у нас не остаётся выбора. Суо, Акира! – Семпай, – одобрительно посмотрел на него Суо. – Куда Мей Лин-сама, туда и мы, – улыбнулся Акира. – Такая уж у нас обязанность. – Не кисни, Шаоран! – Мей Лин хлопнула его по плечу, хоть это и далось ей с трудом. – Чем больше народу, тем быстрее мы справимся! – Или тем больше из нас пострадают, – как-то очень меланхолично заметил Курогане. – Ну, зачем же сразу о плохом думать, Курогане-сан? – с улыбкой спросила Котори, наливая ему чай. Чувство того, что всё скоро изменится к лучшему, вот уже несколько дней не покидало её, и поэтому она позволила себе не переживать за друзей. Когда все поднялись на гору, было около полудня. Солнце, светившее так ярко с утра, скрылось за серыми, тяжёлыми тучами, которые плотно затянули небеса, стоило только путникам подняться к злосчастной пещере. Ветра совсем не было. Пугающая тишина, нависшая над этим пустынным местом, словно готовила ловушку для непрошенных гостей. – Как-то тихо, – напряжённо вглядываясь в груды камней и сухих деревьев, произнесла Мей Лин. – Это лишь кажется, – покачал головой Суо. – Затишье перед бурей. – Надо быть настороже… – негромко проговорил Курогане, но это прозвучало как приказ. Никто и не думал ослушаться ниндзя. И только белобрысый маг, стоя немного в стороне, обмахивался сорванным по дороге лопухом: – Фьююю… Душно-то кааак… – Фай-сан, – Сакура осуждающе посмотрела на него, – не стоит быть таким беспечным. – Эхе-хеее… – лицо Фая растянулось в широкой улыбке. Шаоран только укоризненно вздохнул. Этот маг – «себе на уме» человек, часто действует вопреки здравому смыслу, поэтому юный археолог понимал, что нет никакого толку в том, чтобы предупреждать его. – Да не стоило их брать с собой вообще… – донёсся до юноши недовольный голос Курогане. Чёрный ниндзя доверительно жаловался Акире и Нокору на выкрутасы мага, Мей Лин и Сакуры. – Эй! Я, между прочим, всё слышу! – раздался возмущённый возглас племянницы Ли за спинами телохранителей. – Простите, госпожа… – виновато улыбнулся Акира. Сакура и Шаоран наблюдали за этой вполне мирной перепалкой как будто со стороны – чувство опасности от какой-то даже наигранной, неправдоподобной пустоты и тишины только усилилось. Обоим казалось, что они почти способны ощутить его физически. Каждой клеткой тела и археолог, и принцесса ожидали нападения, подвоха, ловушки. И они не заставили себя ждать. Душную тишину и безветрие внезапно прорезал истошный крик зеленоглазой девушки – демон неслышно пополз сзади и схватил её за ногу. Шаоран резко развернулся и рассёк мечём змеиное тело гада. Но позвать на помощь они уже не могли: монстры окружили молодых людей плотным кольцом. Сакура нахмурилась и посмотрела себе под ноги. «Уж если я здесь, то не должна доставлять проблем Шаорану-куну. Я тоже буду сражаться». Она решительно подняла с земли палку и прижалась спиной к крепкой спине археолога. – Шаоран-кун. Если что, я буду прикрывать. Тот только грустно усмехнулся. – Спасибо. А в душе возникло странное ощущение дежавю. Как будто такое уже случалось. Но думать об этом у юноши не было времени – монстры наступали, и каждое промедление было чревато. У Шаорана в глазах рябило от обилия демонов, от чудовищной скорости их движения и от стальных вспышек собственного меча. Но очень скоро лезвие Хиэна окрасилось в тёмно-бордовый цвет. Спиной археолог чувствовал, как плечи принцессы прижимаются к нему сзади, но увидеть, что твориться с её стороны, он не мог. А Сакура, от ужаса и напряжения потерявшая дар речи, изо всех сил пыталась сохранить самообладание – она не хотела быть археологу обузой в этой трудной битве… Шаоран уже не помнил, как друзья сумели вырвать их с принцессой из окружения. Он помнил только, как его руки сжимали в крепких объятьях плечи девушки, которую била мелкая дрожь. Сакура ни единым жестом не показала, насколько она напугана, и это до глубины души поразило темноволосого юношу. Ощущение дежавю по-прежнему не покидало его, чувство, что когда-то они уже сражались вот так – спина к спине – становилось только сильнее. Принцесса что-то едва слышно прошептала Шаорану перед тем, как тот вверил её магу. Юный археолог снова ринулся в самое пекло боя, туда, где не взирая на опасность и ужас, сражались самые отважные люди селения. Курогане, издали заметив, что его юный товарищ спешит на подмогу, ударом нечеловеческой мощи освободил Шаорану дорогу. – Курогане-сан… – начал было юноша, но чёрный ниндзя перебил его: – Значит так, парень. Мы здесь не для того, чтобы терять людей. Забираем перо принцессы и уходим. Шаоран молча кивнул. Он не спрашивал у Курогане, как они это сделают. Археолог уже понимал своего старшего напарника без слов. Откуда-то сбоку появились Акира и Суо. Мей Лин, нанеся какому-то монстру сокрушительный удар с тыла, тоже присоединилась к товарищам. И кольцо демонов снова сомкнулось. – Чёрт возьми! – выругался Суо. – Это у них тактика такая?! – Нет у них никакой тактики… – осторожно прислушиваясь к действиям монстров, произнёс Курогане. – Так им проще уничтожить нас. – Ну, и что мы будем дальше делать? – спросила Мей Лин, ощущая, как плечо Шаорана касается её плеча. По телу пробежала мелкая дрожь, а кровь ударила в голову. Она чувствовала, что готова погибнуть здесь, если этот темноволосый юноша будет рядом. Чтобы отогнать шальные мысли, она с силой мотнула головой. – Всё просто… – негромко произнёс Шаоран, напряжённо вглядываясь вдаль. Он видел цель, которой необходимо было достичь в считанные секунды. – Курогане-сан! – Вперёд! – скомандовал ниндзя и ринулся на демонов, размахивая мечом и сокрушая всё, что было на его пути. Шаоран под надёжной защитой последовал за ним. Суо сообразил, что их с госпожой и товарищем задачей было прикрывать археолога и отбиваться от тех йом, которые стали преследовать. Шаоран, спустя несколько мгновений, оказался в кромешной темноте. Находясь в пещере, он совершенно не слышал звуков битвы, которая не прекращалась на вершине горы. Будто бы и не было тех страшных, жутких событий, которые пришлось пережить им всем. Будто бы и не существовало этих ужасных монстров. Когда глаза юноши немного привыкли к темноте, он заметил в глубине пещеры слабое, едва заметное свечение. Повинуясь непонятному, будто зовущему ощущению, юный археолог двинулся к этому сиянию.Чем ближе подходил Шаоран к источнику света, тем слабее он становился. Когда юноша, наконец, достиг своей цели, то свечение практически совсем исчезло. На небольшом плоском камне в самой глубине пещеры, испуская слабое мерцание, покоилось белоснежное с кроваво-красным перо. Источник всех бед и частичка драгоценной памяти принцессы. Шаоран осторожно дотронулся до него, пока его мерцание не погасло окончательно. Стены пещеры содрогнулись, как от подземного толчка. Археолог медленно выдохнул и, собрав в кулак остаток сил, схватил перо и поспешил к выходу. Стены пещеры затряслись, с потолка посыпались камни, разъярённые демоны забились в конвульсиях, заревели, задёргались, затрудняя юноше дорогу к выходу. Шаоран, забыв обо всём, не заботясь о том, что происходит, стремительно бежал, пытаясь выбраться из этого злополучного места. Всё, чего он хотел, это поскорее вернуть своей единственной принцессе осколочек её воспоминаний… Землю вдруг резко тряхнуло. Сакура почувствовала, что не ощущает тверди под ногами. – Фа-Фай-сан… – она что было силы схватилась за рукав мага. – Наверное, Шаоран-кун нашёл твоё пёрышко, Сакура-тян! – с напускной весёлостью сказал блондин. Но принцесса услышала в его голосе тревогу. – Фааай! Они ведь оттуда выберутся невредимыми? – взволнованно спросила Мокона, сидевшая на голове мага. – Не могу с уверенностью это утверждать… – ответил только что подбежавший к ним Нокору. Он тяжело дышал. Было видно, что его силы на исходе. Они все снова ощутили сильный толчок. Демоны истошно взвыли, а земля неожиданно заходила ходуном. Оставаться на горе было слишком опасно. – Сакура-тян, – совершенно серьёзно начал маг. – Мы больше не можем тут находиться. – И он с силой потянул девушку за собой. – Но Курогане-сан… и Шаоран… Шаоран-кун по-прежнему там! – по щекам принцессы потекли слёзы. – Они не вернулись! Мы должны их дождаться! – Принцесса! – закричал Нокору, – Вы не можете! Вы должны спасаться! – Нет! Нет! Я обещала ждать! – Сакура-тян, ты не можешь погибнуть напрасно! – Фай схватил принцессу на руки и ринулся вниз. Сакура сжала зубы, чтобы снова не закричать. Зачем, если её всё равно никто не услышит? А в голове крутилась всего одна мысль. «Почему не я сейчас рядом с ним? Почему не я?...» Мей Лин неслась вперёд, не разбирая дороги. Гору нещадно трясло, монстры сходили с ума, и сейчас то место, где все они находились, было самым опасным в мире. А племяннице Ли совсем не хотелось умирать. «По крайней мере, до того момента, как я не увижу Шаорана. Хотя бы в последний раз.» Внезапно она ощутила за спиной чьё-то присутствие. Девушка обернулась, насколько это было возможно, и увидела за спиной его. Того, кого так хотела увидеть. – Шаоран! – закричала она. – Как всё прошло? Тот, не говоря ни слова, поднял вверх руку, в которой было крепко зажато белоснежное пёрышко. – Ура, мы это сделали… – чуть слышно прошептала черноволосая девушка и, едва её ноги коснулись спокойной земли, она упала без чувств. – Мей Лин-сан! – выкрикнул Шаоран. – Госпожа Мей Лин! – испуганно вторил ему голос кого-то из защитников… Земля успокоилась. Йомы как-то сами собой исчезли, а на местах, где должны были остаться их тела, почему-то возникли зеленеющие кусты и кочки. Мокона, радостно что-то вереща, прыгала по ним. Курогане подозрительно косился на Фая, почти уверенный в том, что без магии последнего тут не обошлось. Маг же с невинным видом уселся на одну из кочек и наслаждался щебетанием птиц и теплом солнца, которое снова выглянуло из-за облаков. Мей Лин медленно приходила в себя. От пережитого страха и потрясений, от физической усталости, ноги почти не держали девушку. Старший защитник порывался нести свою драгоценную госпожу до дома на руках, но она не позволила ему. Поэтому Нокору и Суо только поддерживали племянницу наместника за руки. Шаоран, по-прежнему крепко сжимая в руке перо, подошёл к принцессе, которая к своему собственному удивлению, невзирая на всё пережитое, очень твёрдо стояла на ногах. – Я нашёл твоё пёрышко, Химе. – он обернулся и посмотрел на своих боевых товарищей. – Мы нашли, – и протянул девушке осколок её памяти. Но Сакура осторожно взяла его за руку. Она крепко сжала своими тонкими пальцами его ладонь. По всему её телу прокатилась тёплая волна. – Я волновалась, – тихо произнесла девушка и заглянула юноше в глаза. И что-то в его взгляде внезапно дрогнуло. И его губы тронула тёплая и нежная улыбка. – Я знаю. Наблюдавшая за ними Мей Лин не могла отвести взгляд. Эта улыбка… Она поразила юную госпожу до глубины души. Шаоран никогда так не улыбался… ей. Эта особенная улыбка, эта особенная теплота была предназначена только для одного человека. Только для принцессы. На глаза племянницы навернулись слёзы, но она нашла в себе силы сморгнуть их. Значит, этот человек не для неё. Значит, так и должно быть. Как там сказал маг? Значит, это неизбежно. Весть о том, что селение раз и навсегда избавлено от гнёта монстров, успела облететь окрестности ещё до возвращения спасителей. Поэтому, когда Мей Лин переступила порог родного дома, её сёстры и Котори уже были заняты подготовкой праздничного мероприятия. – Нее-сан… – застонала черноволосая девушка, когда домочадцы накинулись на победителей с расспросами. – Мы все ужасно устали. Неужели нельзя подождать до вечера? – Ни в коем случае! – притворно сердито сказала старшая из сестёр. – Должны же мы что-то рассказывать жителям? Суо закатил глаза, давая понять, что конкретно он не в состоянии что-то вещать. Акира виновато улыбнулся. Курогане, не сказав ни слова, скинул своё обмундирование на руки очень вовремя подошедшего слуги и отправился в комнату. Фай окинул всех сияющим взглядом голубых глаз и произнёс: – Если никто не против, то я могу всё рассказать. Всё, что знаю. – Замечательно, – пробормотала Мей Лин и последовала примеру ниндзя. Она была измотана не столько физически, сколько душевно. Пережитый страх, волнение и тревоги, давали о себе знать. Но ещё из её головы никак не хотела уходить улыбка Шаорана. Девушка хотела забыть её навсегда. Но это было слишком сложно… Уже засыпая, она подумала о том, что сон подруги всё-таки сбылся. «Котори точно знала, что сон вещий, – Мей Лин уткнулась в подушку, пытаясь спрятать слёзы от самой себя. – И что Шаоран… это не мой герой. Но я очень хочу, чтобы он знал».