Parler A Mon Pere

1686 год, Париж POV Кристина Даае       Тёплые солнечные лучи опустились на город и залили его утренними красками. В моё маленькое окошко тоже попало несколько лучников, и они заиграли по моему лицу. Как приятно меня будит утро! Распахнув глаза, я протерла пелену и подскочила с кровати. Я подошла к миске с водой и брызнула на своё лицо, придавая себе свежести. Подняв взгляд, в зеркале я увидела улыбающуюся девушку, глаза которой блестели. А с чего бы им не блестеть? Я счастлива! У меня есть мадам Жири и Мэг, которые любят меня, у меня есть Ангел Музыки, который учит меня, у меня есть работа!       Я стала собираться на встречу с Ангелом, у меня с ним сейчас занятие. Я привела волосы в порядок и спустилась вниз, где мадам Жири уже готовила завтрак. Пахнет вкусно, но мне нужно бежать, не то я опоздаю! До театра ещё нужно дойти, а мне до него двадцать минут пешком… — Кристин, садись, выпей хотя бы чаю! — мадам Жири стояла в коридорчике, поставив руки на бока, и строго на меня смотрела. — Мам, нет, мне уже некогда! Он, должно быть, уже ждёт меня… Он очень строг! — я обула свои туфельки и выбежала за дверь, перед этим чмокнув женщину в щеку.       Я бежала по еще спящим улицам города, не замечая ничего вокруг себя, потому что не хочу опаздывать! Спустилась по аллее между домами, пробежала через рынок на главную городскую площадь. Вдруг из-за угла на меня выехала четверня лошадей. Бросив взгляд на карету, я поняла, что это королевский экипаж и там едет кто-то из королевской семьи. Рауль — как я давно его не видела. Интересно, он думает обо мне? Скучает? Прошло уже десять лет с нашей последней встречи… Я дала дорогу, и карета понеслась дальше…       Я опомнилась и подбежала к красивому зданию Оперного театра. Войдя в большие главные двери, по коридорам я спустилась в усыпальницу, где у нас проходят уроки музыки. Господи, хоть бы я не опоздала! Если я начну сейчас что-то говорить, мой голос будет дрожать и… Я лишь стала осматриваться вокруг и ждать хоть какого-то звука от Ангела. Может, все-таки стоит спросить? — Ангел? — робко прошептала я, стараясь произносить как можно тише. Но даже мой шепот разнесся эхом по дальним уголкам оперы… — Ах, дитя мое, я уже думал, что ты забыла про наше занятие! — приятный баритон послышался мне в ответ. Я не опоздала, — я улыбнулась сама себе. — Простите, учитель, что заставила Вас ждать. Я на рынке… — я замялась, потому что не знала, говорить ли о том, что мой старый друг — член королевской семьи. Раньше, когда мы были детьми, это не доставляло нам никаких трудностей, все было легко и просто. Но, поменялось ли что-то теперь? — Ничего, — я отрицательно замотала головой и села на каменный подоконник. — Все хорошо? — насторожившись, спросил голос. — Кристин, ты бледна… — Да, маэстро, все хорошо. Мы можем начать наш урок? — Конечно. Давай вспомним, что ты учила на прошлом занятии…       Сегодняшний час не прошел даром. Мой голос стал немного выше, хотя и странным образом подрагивал, словно я чего-то боюсь. Я не боюсь брать верх, нет. Наверное, я боюсь того, что или как отреагирует Ангел Музыки на то, что вдруг у меня не получится взять выше. Все занятие делал замечание, что я либо боюсь его, либо меня волнует что-то еще. Ох, здесь сразу все проблемы. Хотя я никогда раньше и не боялась Ангела, но сегодня что-то во мне переменилось. Из-за королевской кареты что ли? Да я даже не уверена, был ли в ней Рауль! Может, это был кто-то другой?! — Кристина, — настойчиво окликнул меня баритон Ангела. — Да, маэстро? — робко спросила я. — Ты не заболела? Ты сегодня странно себя ведешь. Если ты плохо себя чувствуешь, тебе лучше пойти домой и отлежаться несколько дней. — Нет-нет, все прекрасно, уверяю Вас, учитель. Просто утром встретила кое-кого из прошлой жизни. Это не важно, я даже не уверена, что это был он… — Он? — меня перебил Ангел. — Мужчина? — Скорее, парень. Он лишь на год старше меня. Но вряд ли это был он. Давайте забудем это, — я сделала безразличный голос. — Мы закончили на сегодня? — Да, Кристина, мы закончили. В целом, я тобой доволен. Хочу у тебя кое-что спросить. Ты бы хотела сыграть одну из главных ролей?       Что? Главную роль? Он смеется надо мной? — Вы так шутите? — с обидой в голосе спросила я. — Почему же, дитя мое? Я говорю вполне серьезно. Вот, например, скоро будет постановка Шекспировского произведения «Ромео и Джульетта». Ну, согласись, что Карлотта вряд ли подойдет на роль юной, невинной Джульетты, — Ангел говорил с каким-то смешном в голосе. — Я больше вижу тебя в образе девушки Капулетти. — Но… Ангел, я ведь балерина! Лишь изредка пою в хоре! — кажется, мне стало страшно не на шутку. — И что мешает тебе сыграть Джульетту, Кристина? У тебя самый что ни на есть чистейший голос! Самый нежный и проникновенный! Я знаю, что ты готова, дитя. А сейчас ступай к труппе, сегодня важный день.       В ответ я ничего не сказала. Смогу ли я выступить в главной роли? Наверное, я не уверена. Но, если мой учитель говорит, что я готова, возможно, я действительно готова? Что же мне делать, о, папа? Папочка, как же ты мне сейчас нужен! Ангел Музыки — это хорошо, но вот… был бы рядом со мной ты! Мне было бы куда легче жить. Я молча вышла из усыпальницы и пошла на верх, где гримерные комнаты всех балерин. Никто не переодевался, все только сидят и хихикают что-то обсуждая. Я подошла к Мэг, и девушка сразу же набросилась на меня с объятиями. — Тише, Мэг, ты же меня раздавишь! — засмеялась я, стараясь выбраться из цепких объятий подруги. — Мама сказала, ты ушла, не позавтракав! Как это понимать, Кристин? — блондинка смотрела на меня настойчивым взглядом. — Я… торопилась на занятие. Я и так опоздала! Но мне повезло, что он не ругал меня… — Он — Ангел Музыки? — с насмешкой спросила Мэг. — Да, он. Мэг, я говорила тебе, что он правда существует. — Кристин, я верю, что поешь ты прекрасно! Однако… — подруга замялась, — мне кажется, Ангел Музыки — это лишь плод твоего воображения. — Мэг, — я было хотела возразить, но в комнату вошла мадам Жири. — Девушки, сейчас будут раздавать роли! — отчеканила мадам Жири своим обычно строгим голосом. Дома она никогда так не говорит, там она мягкая и добрая. Только мы с Мэг знаем ее настоящее «лицо». — Все на сцену, живенько, живенько! — она подпихивала нас тростью под наши попки, чтобы мы поторопились.       Вся труппа оперного театра вышла на сцену в несколько рядов. Впереди стояли ведущие актеры, включая Убальдо Пьянджи, Карлотту Гудичелли, и некоторых других. Затем стоял хор и балетная труппа — где стояли я и Мэг. Все вокруг перешептывались, обсуждая, какую же оперу мы будем репетировать ближайшее время. Я не могла не заметить слов Ангела о Шекпировской «Ромео и Джульетте», но слепо верить какому-то Ангелу Музыки… Почему какому-то? Я знаю его уже не первый год! А если быть точной, то Ангел со мной с двенадцати лет, когда я впервые попала в этот театр. Уже восемь лет он учит меня пению, он наставляет меня, помогает и поддерживает. Разве я не могу ему верить? — Итак, — перед нами стал месье Лефевр, начинающий свою речь, — я долго думал и решил. Не без помощи нашего многоуважаемого Призрака Оперы, — он засмеялся и поднял взгляд вверх, словно он знал, что Призрак будет где-то там, наверху. Во мне все похолодело. Призрак здесь? — Так вот, ставить мы будем… — барабанная дробь. — «Ромео и Джульетта», — выдыхаю я шепотом, пока директор выдерживает волнительную паузу. — Кто сказал, «Ромео и Джульетта»? — удивленно посмотрел в толпу директор. Мое сердце бешено забилось, боже, я же не хотела, чтобы он обратил внимания на меня. Все стали оборачиваться по сторонам, а стоящая рядом со мной Мэг вытолкнула меня вперед. — Мадемуазель…? — Даае, — робко ответила я. — Вы правы, мадемуазель Даае, ставить мы будем «Ромео и Джульетту» Уильяма Шекспира. Я замешкался, решая, кто будет играть главные роли… Они ведь такие юные! — Лефевр уже забыл обо мне, и, ходил по сцене вскидывая руками и хмурясь. — Быть может, Вы сыграете Джульетту? — послышался вопрос, но я никак не могла представить, что он прозвучал в мой адрес, поэтому я замерла на месте. — Что? — послышался писклявый голос Карлотты. — Хористка? Месье Лефевр, Вы смеетесь? — У нее хорошие рекомендации от учителя, — директор подошел ближе ко мне и подмигнул. Я совсем не поняла этого знака. Я просто в немом шоке ничего не могу ни согласиться, ни возразить! — Мадемуазель Даае, что же Вы молчите, дорогая? — Да она даже говорить не умеет, не то, чтобы петь! — рычала Гуидичелли со вставками своего родного итальянского языка. — Знайте свое место, мадам, — спокойно ответила мадам Жири, окинув приму своим строгим взглядом. — Нет, нет, — я наконец обрела хоть какой-то дар говорить, — все нормально. Е-если… месье Лефевр, Вы жел-желаете, чтобы я сыграла Джульетту… Я не смею откзать… — Вот и отлично! — улыбнулся директор, а ко мне подбежала Мэг и стала дергать меня за руку, радуясь моей роли.       Но я же стояла молча, осматривала взглядом остальных актеров и танцоров в поисках того, кто мог бы сыграть Ромео. Все же мне придется с ним тесно общаться и даже… Боже, мне придется его целовать! Я… я никогда прежде никого не целовала! Кто же будет Ромео Монтекки? Вот вопрос, который волнует меня больше всего…