Parler A Mon Pere

POV Кристин Эрик целовал меня в ответ, а потом в один миг растворился, точно призрак, оставив после себя только мне уловимый след своего пребывания здесь. Я растянулась в улыбке, — теперь он всегда незримо, но ощутимо будет со мной. Не весь, но его частичка, которая растет внутри меня. Я приложила руку к животу и закрыла глаза, не зная, к чему, собственно, прислушиваюсь. Я слышала только биение своего сердца… и стук в двери… — Да, — разрешила я, — войдите. — Миледи, — это вновь была Элоиза с виноватым видом. Что же мне с ней делать? Если она кому-нибудь расскажет о том, что видела меня в постели с другим мужчиной? — Проходи, — я позвала ее рукой в комнату. — Я уже однажды с тобой разговаривала по поводу полумаски и… Ты не подумай, я люблю своего мужа, но согласилась я на этот брак по глупости, я была в гневе и зла на любимого человека. Рауль мне больше как хороший друг, нежели возлюбленный. И я очень ценю его. Но мое сердце принадлежит другому. Что ты будешь делать с той информацией, которой владеешь? — О, Вы… Вы подумали, что я расскажу все Дофину или его родителям? Нет, миледи, я обещала Вам. Я сохраню это в тайне. End POV Кристин POV Мэг Пока еще кипит дело об убийстве актера в оперном театре, никто из балерин не остается в своих комнатах. Тем, кому некуда пойти, директора предоставили комнаты неподалеку от оперы. А моя мама пригласила к нам одну из моих знакомых, также пытаясь помочь. Мама все еще ничего не знала о том, что произошло и происходит между Кристин и Призраком… Эриком. Она свято верит, что моя сводная сестра счастлива в браке с дофином Франции, своим старым другом детства, однако все не так, как ей хочется. Последний раз, когда Кристина писала мне письмо, она говорила, что Рауль вскоре возвращается в Париж, и ей придется расстаться с Эриком, вернувшись в Версаль. Я совсем не понимаю, что она нашла в Призраке и почему так безумно его любит? Она говорит, что под маской его скрыто какое-то врожденное увечье. Но, как тогда она влюбилась в него? По мне, так Рауль самый красивый мужчина во Франции! Никогда бы не подумала, что из-за такого, как Эрик, моя во всем правильная сестренка будет изменять мужу. Но не смотря на все, я безумно ее люблю и помогу, если будет нужно. Я глубоко и отчаянно вздохнула, снимая пуанты со своих ног. Мое настроение было не из лучших. Я не люблю, когда заканчивается репетиция, ведь только на сцене я чувствую себя свободной, вольной делать все, что захочу, а хочу я только одного — танцевать. Я напряглась, когда услышала в раздевалке какой-то странный шорох. Неужели снова крысы завелись? Фу, какая мерзость! Продолжив переодеваться, я пыталась успокоить свое разыгравшееся воображение. Когда я была готова, попрощалась с остальными балеринами, которые по обыкновению за болтовней долго возились, вышла из комнаты, направляясь на выход из оперы. Как вдруг снова послышался шорох и долгое протяжное «Мэ-э-эг». Черт, что это было? По телу прошел холодок… — Мэг, — кто-то дернул меня в темноту за руку от чего я чуть было не упала. Я хотела закричать, но рука в черной перчатке зажала мне рот, — тише-тише, не кричи, это я — Эрик! — когда я сглотнула ком, он отпустил мой рот. — Господи, ты напугал меня до жути! — выругалась я. — Можно было просто подойти, а не утаскивать черт знает куда в один из твоих ходов! — сложив руки на груди, наш Призрак спокойно слушал мою мини истерику и ждал, пока я перестану. — Успокоилась? — спросил он, когда я, наконец, замолчала. — Да, — буркнула я. — В чем дело? — Мне нужна твоя помощь, Мэг. Это касается Кристин, — вот это уже было интересно. Что ему от меня нужно? — Я не могу ждать пока она там что-то придумает, и ребе… — Эрик? — я прищурилась. — Какой ребенок? — Черт, я не должен был… Ладно, Кристин беременна, — с выдохом сообщил мне Дестлер. — Что? — я заулыбалась и чуть ли не завизжала от радости. Но потом нахмурилась. — Чей это ребенок? — настороженно спросила я. — Мой, — мужчина принимал это как должное. — Ого… Так, что ребенок? — Ребенок тоже не может ждать, время будет идти, он будет расти и когда-то же родится. Поэтому, я уже начну действовать и увезу ее отсюда. Желательно побыстрее. Для этого мне нужно найти своего старого друга. — А я здесь каким боком? — поинтересовалась я. — Я не виделся с ним уже около шести или семи лет, вероятно, он поехал в Персию. Твоя помощь заключается в том, что ты должна его найти и передать это письмо. Сегодня же, — Эрик протянул мне конверт, запечатанный сургучом в форме черепа. Я удивленно подняла брови вверх. — Воу, ты же не думаешь, что я буду искать этого твоего друга по всей Персии?! — возмутилась я, вскинув руками в стороны. — Нет, — смеялся Призрак. А что здесь смешного? — Мэг, у меня есть его старый адрес, который ты должна проверить. Возможно, он уже вернулся из Персии, — объяснил он. — А-а-а-а, — протянула я и ухмыльнулась. Самой смешно стало. Эрик бы не отправил меня в другую страну, да и мама бы этого не позволила даже ради Кристины. Я робко взяла письмо и посмотрела на череп из красного сургуча. Устрашающе однако! — Я бы и сам к нему наведался, но у меня нет сейчас времени. Сегодня Кристина должна приехать в поместье, и, думаю, будет не рада увидеть, что меня там нет. Я не хочу ее волновать. — Хорошо, я сейчас найду этого… А как его зовут хотя бы? — я спрятала письмо в складках своего платья. — Его зовут Надир Хан, у него темноватая кожа, словно он только приехал загоревший с моря. Он на голову ниже меня, черные волосы, плотное телосложение. Ты не ошибешься, — заверил меня мужчина. — Можешь ему даже много ничего не рассказывать, только покажи письмо, и он сам все поймет. — Ладно, — согласилась я. — Давай адрес и я пойду. — Удачи, Мэг, я или Кристин, мы будем держать тебя в курсе наших планов. Спасибо за твою помощь. — Не за что, — улыбаясь, я кивнула Дестлеру. Я вышла из тоннеля и поняла, что пока мы мило беседовали в «укрытии», все уже разошлись и в опере никого не осталось. Были погашены все свечи, а значит и парадный выход закрыт. Я выйду через служебный. Выйдя в переулок Оперы и жилых домов, я направилась в сторону названного Эриком адреса. Я знала, где это находится, хотя всю свою жизнь я не ходила в эту часть города. Не было надобности. Теперь хоть посмотрю, что тут да как! Когда я проходила по улице между домами в поисках нужного, те немногочисленные прохожие, вероятно, живущие в этом районе, смотрели на меня косо и отчего-то недобрым взглядом. По спине бежал холодок, становилось не по себе и сердце ускоряло ритм. Сейчас я была готова закричать даже от любой букашки, внезапно упавшей на меня. Вот, кажется, я нашла нужный мне адрес! Этот дом выглядит обветшавшим в отличие от других, кажущихся новостройками. Подойдя ближе к двери, я подняла руку и нерешительно постучала, ожидая услышать какое-то шевеление изнутри дома. Но я слышала лишь тишину. Решив, что, вполне вероятно, постучала слишком тихо и жильцы могли меня не услышать, я повторила свое действие еще раз, но уже сильнее и более увереннее. Все равно — ти-ши-на. Может, кого-нибудь спросить о месте пребывание владельцев дома? Хотя, соседи здесь не внушают мне особого доверия, и к ним я бы стала обращаться в самую последнюю очередь. Я спустилась с маленького крыльца, состоящего из двух ступенек, намереваясь уйти, как вдруг позади себя услышала щелчок замка. Я медленно обернулась и в дверном проеме увидела мужчину, похожего на того, которого описал мне Эрик. Только еще у него была борода. Несколько мгновений он рассматривал меня своим хмурым взглядом. — Чем я могу помочь Вам, мадемуазель? — спросил он, хрипя и прокашливаясь. — Я ищу Надир Хана, — произнесла я, — это Вы? — Даже если и так, то зачем я Вам? — настороженно спросил мужчина. — У меня для Вас письмо, — я пошарилась в складках платья и выудила конверт. — Вот, — я протянула его месье Хану. — Оно от… — Эрика, — Надир перебил меня, глядя на фигурный сургуч на письме. — Благодарю, что передали мне письмо, мадемуазель. — Он мой друг, ему и моей сестре нужна помощь. Я сделала это ради них, — объяснила я. — Ему и твоей сестре? — удивился перс. Я несколько раз кивнула головой. — Хм, надо же, все-таки его кто-то полюбил. Я и не сомневался, что когда-нибудь настанет этот момент. Так, а почему же он сам не пришел ко мне? — Ситуация такова, что сегодня он встречается с Кристиной, и если он не придет, то она будет волноваться, а ей вредно из-за… Вот же… — Девушка беременна! — выпалил мужчина, раскрыв глаза в удивлении. — Вот это да. Мадемуазель, могу я предложить вам зайти ко мне на чай? — Боюсь, я должна Вам отказать, месье Хан. Я тороплюсь домой, мама уже ждет меня, — смущенно ответила я. — Что же, больше не смею Вас задерживать. Благодарю за письмо! Удачи, юная леди. Теперь я отправилась домой со спокойной душой и чувством выполненного долга. Узнать бы, как Кристин! Домой я просто долетела, потому что уже начинало темнеть, и сейчас мама меня отругает. Но я должна ей все объяснить. Ну, если не все, то хотя бы часть из происходящего. Тихо войдя в наш дом, я прислушалась и поняла, что мама хлопочет на кухне. Я постаралась закрыть дверь как можно тише и незаметно подняться в комнату. Но, когда я уже была на середине лестницы, меня остановил строгий голос мамы: — Маргарита Жири! Будь добра, остановись! Зажмурившись, я медленно повернулась к маме. Я спускалась обратно вниз с ужасным желанием все рассказать в свою защиту, но тогда я не сдержу обещание, данное Кристине. Как же сложно! — Где ты была? Ты должна была вернуться два часа назад! — с волнением в голосе отчеканила мама. — Со мной все в порядке. Я просто… гуляла… — Гуляла?! — глаза мамы яростно раскрылись. — Ты хоть понимаешь, как я переживала, Мэг? Ты могла бы предупредить меня! Хоть изредка, умоляю, думай еще и обо мне, не только о себе! — Прости меня, мам, я не хотела, правда, — я начала оправдываться. — Я помогала Кристине. — Кристине? А что у нее случилось, что ей понадобилась твоя помощь? — удивилась мама, которая провела меня в гостиную и усадила на диван, около горящего камина. — Пожалуйста, я не могу всего рассказать, — я взяла руки мамы в свои. — Пойми, я уже ввязалась в это, и не могу допустить этого с тобой. Могу только сказать, что, по-своему, но Кристин счастлива. И еще она беременна! — воодушевленным голосом оповестила я. — Беременна? Ну надо же! Какие хорошие новости! Но, Мэгги, ты меня пугаешь тем, что скрываешь от меня что-то, — насторожилась мама. — Я… правда, не могу. Я не знаю, чем все это закончится, — всхлипнула я. Если королевская чета раскроет предательство Кристины, то казнят ее, Эрика и всех, кто причастен к этому. — Хорошо, я не буду настаивать. Когда все утихнет, я надеюсь, что ты расскажешь мне. — Надеюсь, что все будет хорошо, и я расскажу тебе… End POV Мэг POV Надир Меня посетила интересная мадемуазель, отдав письмо от Эрика. Сколько лет я ничего не слышал от него, и вдруг я узнаю, что ему и его беременной подружке нужна помощь. Признаюсь, я был удивлен, что у него есть любимая женщина, которая в добавок ко всему еще и ждет от него ребенка! Надо прочитать, что мой старый, знакомый волшебник написал… Я распечатал конверт и достал бумажку с текстом. Да, это его почерк. Мои глаза побежали по красиво выведенным строкам. «Дарога, пока что я буду краток, более детально объясню все при встрече, которая, надеюсь, состоится в ближайшее время. Мне нужна помощь. Она состоит в том, чтобы вывезти мою любимую женщину из Франции! Заметь, не из города, а из страны! Это действительно очень важно. И перестань улыбаться тому, что у меня есть любовь! Но при встрече я разрешу тебе сказать твое коронное „Я же говорил!“ Мне важно знать, сможешь ли ты мне помочь. Если да, то сколько это будет стоить и когда ты все сможешь устроить? Мне бы не хотелось все оттягивать, потому как время сейчас отсчитывается довольно четко и ограниченно. Самый максимум, который у нас есть — семь-восемь месяцев. Но к этому времени мы уже должны спокойно пить прохладительные напитки где-то далеко от Франции, где нас не найдет ни одна лучшая ищейка в мире. Для обдумывания всей этой информации у тебя есть два дня. По прошествии этого времени, я буду ждать тебя на закате около моста на нашем старом месте. Буду надеяться, что ты придешь.

Эрик»

Вот ведь гад! Знал, что я буду улыбаться! И как же мне не терпится сказать «Я же говорил!» ему в лицо. Да что об этом думать? Конечно, я помогу ему в этой ситуации. Благо, у меня еще остались связи, с которыми я смогу обеспечить им качественные документы и передвижение. Я уже предчувствую интересные приключения!

***

Придя через два дня к закату к мосту, где Эрик сказал, что будет ждать меня, я осмотрелся по сторонам. Было безлюдно, веял неприятный и холодный ветер. Мерзкая погода. Из густого тумана показалась высокая фигура, в которой я тут же узнал друга и направился ему навстречу. — О, Аллах! Эрик! — я пожал ему руку и заключил в небрежные объятия. — Сколько лет! Богом клянусь, ты похорошел! — сказал я, сдернув капюшон с головы Дестлера. — Дарога! — нервно отчеканил он. — Не веди себя по-детски, мы ведь по серьезному делу встретились. — Да, конечно. Не будем стоять на месте, лучше пойдем, — на улице холодно и сыро, нужно хоть как-то согреваться. — Расскажи мне все по подробнее. Что за женщина эта Кристина? — Женщина, — ухмыльнулся Эрик, — она скорее еще невинный ребенок. Ей только восемнадцать. Я уже давно за ней присматриваю. Я учил ее музыке и вокалу, но делал я это тайно. Она меня не видела, считая, что я Ангел музыки, посланный ее отцом. Она выросла. Ей стало любопытно как же я выгляжу, пришлось открыть ей эту тайну… — Я же говорил! — выпалил я, перебив рассказ друга. — Прости, но, правда, я же говорил, что придет время и у тебя будет любимая женщина. Девушка. — По началу она не проявляла ко мне никаких чувств, но в нашу первую встречу поцеловала меня без маски. Все пошло странным чередом и ужасно быстро. Она стала маркизой, невестой дофина, перед их свадьбой она пришла ко мне с извинениями и мы… переспали, — когда я посмотрел на Эрика, то увидел на его лице смущение и то, как видимая часть его лица покрывается краской. — Да брось! — возмутился я. — Это же вполне естественно! — я слегка пнул его в плечо. — Не для меня, Надир. Ты ведь знаешь, — вздохнул он. — После этого кто-то убил актера, Кристин посчитала, что это был я и на зло мне вышла замуж за Рауля. Но во время свадьбы мы поговорили, я объяснил, что не делал этого. Однако, было уже поздно. Мне пришлось заменить дворцового врача во время консуммации, чтобы скрыть тот факт, что она уже не девственница. — А вот это ужасно, Эрик. Я вряд ли даже представить могу какого тебе было смотреть, как любимая девушка ложится в постель с другим. — Это были семь кругов Ада, Надир, — измученно произнес Призрак, отведя от меня взгляд. — Но после этого что-то произошло, дофину пришлось уехать, и мы с Кристин были вместе четыре недели в ее поместье. Это было самое волшебное время в моей жизни! Когда она попросила меня приехать в Версаль для разговора, я испугался. Она сказала, что беременна! Я поверить не мог… — Погоди, а ты уверен, что это твой ребенок? Может, это ребенок ее мужа? — она ведь была со своим мужем. — Я уверен, Надир. И она уверена. Сначала я хотел убедить ее избавиться от ребенка, потому что он может родиться таким же. Но потом понял, что это неправильно. Я не позволю чему-либо случиться с Кристин и моим ребенком. Мне нужно ее увезти. Я долго думал и понял, что нет выхода, кроме этого. В любом случае, королевская семья узнает и ее казнят! — Да, это серьезно. Как насчет Персии? Достаточно далеко отсюда? — Надеюсь, — вздохнул друг. — Деньги не проблема, готовь все, что нужно и побыстрее…