Parler A Mon Pere

POV Надир Куда делся, черт бы его побрал, этот Дестлер? Судя по словам Кристины, он был здесь и собирал вещи, чтобы мы могли сразу же отправиться в путь. Я подошел к лошадям; на моем коне висит мешок с вещами и посудой. Но куда подевался Призрак Оперы? Не стал же он настоящим призраком?! — Эрик?! — шепотом произнесла бывшая дива оперного театра. — Где ты? — Кристин, — к девушке подошла Мэг, — я думаю, его здесь нет. По крайней мере, поблизости от этого дома. — Но ведь он только что был! — голос Даае стал громче. — Эрик! — отвернувшись от сестры закричала она. По лесу пронеслось эхо, зовущее Эрика. — Послушайте, мадам, — я подошел к девушке с вьющимися волосами, — я не знаю, где Эрик, но нам нужно ехать. — Что Вы такое говорите, месье Хан?! — я по голосу понял, что она возмущена. — Я не могу уехать без Эрика Дестлера! Слышите? Без него я не поеду дальше! — Кристина, Вы должны знать, что он ничего просто так не делает, — я говорю абсолютно спокойно. — Если он слышал погоню за нами, значит, она на самом деле есть. Возможно, он поехал их задержать… — Но пока он не вернется, я не сдвинусь с места! — чеканила упрямая девушка. — Разве вы не понимаете, что он дает нам фору? Мы должны сейчас же ехать, а не трепаться, стоя на одном месте! Я обещал ему защитить Вас и вашего ребенка, мадам! Я не знаю, что будет дальше, но сейчас мы должны сесть на лошадей и поехать! — Но… — девушка всхлипнула. — Я не могу потерять своего ангела, Мэг. — И ты не потеряешь, — блондинка обняла свою сводную сестру. — Он вернется к нам, он нас догонит в дороге. Правда, Надир? — Маргарита, как и я, прекрасно понимала, что если Кристина будет думать, что Эрик погибнет, то дальше ни под каким предлогом не отправится. Ей будет на все наплевать. Но я должен увезти ее в Персию! «Что бы в дороге не случилось, Надир, — со всей серьезностью звучал в моей голове голос Эрика, — даже если что-то случится со мной, увези Кристину в Персию! Обещай мне, что доведешь это дело до конца!» — Да, Мэг, ты права, — уверенно сказал я. — Эрик обязательно нас догонит, — если будет жив… — Ладно, я поеду, — с выдохом произнесла девушка, забираясь на свою лошадь. Было весьма заметно то, с каким трудом далось ей это решение. Но мы все же двинулись в сторону Мангейма. Прямая дорога до города здесь одна, другие две занимают больше времени, потому что идут вокруг и подводят к нему с другого входа на противоположной стороне. Мы же будем ехать по главной, — Эрик знает, что таков наш путь, который не должны менять.

Ну же, Эрик, ты должен нас догнать!

— Мэг! — я окликнул девушку, которая скакала рядом со мной. — Ты впереди! Никуда не сворачивай! — в ответ она согласно кивнула и слегка пришпорила лошадь, чтобы ускориться. — Кристина, Вы за ней! Я буду позади! — Нет! — возразила Даае. — Не спорьте со мной! — я настоял, немного приостанавливаясь, чтобы позволить Кристине обогнать меня. Пока я скакал в конце нашей колонны, думал о том, что все идет слишком скомкано, в спешке и непонятно. Мы еще должны были спокойно жить в Париже, мадам Жири не должна была быть убита кем-то неизвестным… Когда я услышал позади себя еще топот копыт, я испугался, что нас догнала погоня дофина. Но обернувшись, я поблагодарил Аллаха, что дал этому придурку мозгов не оставлять нас! Это был Эрик. Хотя он и был в плаще, полностью скрывающем его лицо, я узнал его фигуру. Я не мог отставать от девушек впереди, поэтому Дестлеру придется поднажать и догнать хотя бы меня. — Что там? — спросил я, когда друг поравнялся со мной. — Нам стоит поторопиться, — ответил Призрак, продолжая скакать рядом. — Я смог их задержать, — но в его голосе чувствовалось что-то не то. — Что с тобой? — Все нормально! Продолжай скакать, я буду сзади, — голос Эрика слабел. Черт возьми, что с ним? Неужели ему пришлось драться и его ранили? Нет, я так не… Если смотреть правде в глаза, это вполне вероятно. Нам нужно оказаться в Мангейме как можно скорее! По дороге я поворачивал голову чуть назад, чтобы проверить Эрика, и видел, что он уже едва ли не лежит на своем коне. Но судьба, как бы там ни было, была на нашей стороне, потому что начинало светать, и мы подъезжали к городу. Из окрестных деревень ехали крестьяне, определенно направляющиеся в Мангейм. У нас совсем нет времени, чтобы гулять и рассматривать местные достопримечательности. — Эрик, что с тобой? — я подскакал к своему другу, приподнимая его с почти с лежачего положения. И, когда Дестлер, превозмогая боль, сел ровно, я увидел, что он ранен в бок. Рана, к сожалению, глубока! — Не смей говорить Кристине, — прохрипел он. — Ты думаешь, она слепая и не заметит того, что ее любимый человек истекает кровью? — я немного замедлил ход, мы отстали от девушек. — Отправь ее с Мэг на рынок, пусть купят ей еды и теплую одежду… У нас будет несколько часов, я смогу немного поправиться. — За пару часов? — с издевкой спросил я. — Я подозреваю, что ты дрался и тебя ранили, но об этом поговорим позже. И под каким предлогом я должен отослать Мэг и Кристин на рынок без нас? — Скажи, что у нас есть дело, — Эрик кашлял, и я начал бояться, что если не помочь ему сейчас, то мы можем его потерять. — Ты что, идиот? Придумай что-нибудь, Надир! — зарычал друг. — Ладно, будь позади нас, чтобы Кристина к тебе не приближалась. Я их догоню, а затем вернусь за тобой и отведу к местному врачу. Эрик согласно кивнул и медленно продолжал ехать на коне, а я пришпорил своего и помчался вслед за двумя девушками. Мне потребовалось некоторое время, чтобы их догнать, но мне все же это удалось. Они ждали меня около входа в город. Как бы не проговориться Кристине о состоянии Дестлера, иначе они оба устроят мне разнос: он за то, что проболтался, она за то, что не сказал пару часов назад, что, во-первых, Эрик нас догнал, и, во-вторых, что он ранен. — Почему ты задержался, Надир? — с тревогой спросила Мэг. — Все хорошо? Эрик нас не догнал? — Э, пока еще нет, — а лгать близким людям, оказывается, трудно. — Боже, пусть он скорее доберется до Мангейма! — всхлипнула Кристина и сложила руки в молитве. — Он доберется, — я уверил обеспокоенную девушку. Но если скажу, что он недалеко отсюда, она ни за что не пойдет на рынок. — Мэг, Кристина, вы пойдете на рынок, чтобы купить еды и теплой одежды… — А ты? — удивленно спросила Мэг. — У меня есть… некоторые дела, и нужно подождать Эрика, — в одном он был прав — пока они походят по рынку, у нас будет два-три часа. — Встретимся на другом конце города через… Вам хватит три часа на покупки? — обе одновременно кивнули. — Значит, через три часа. И не берите ничего лишнего! Деньги нам еще понадобятся… Я дождался, пока девушки скроются за поворотом в городе и отправился забрать Эрика с дороги. Далеко от Мангейма уезжать не пришлось. Когда мы вновь встретились, я понял, что ему уже раза в три хуже. Началась сильная лихорадка, он почти не мог держать глаза открытыми и еле-еле говорил. Мне пришлось взять поводья его лошади, чтобы он ничем не усугублял свое состояние. Мне нужно скорее найти врача для друга! Я поторопился зайти в город, но еще на самом входе, где я разговаривал с Кристин и Мэг, нас окликнул какой-то пожилой мужчина. — Прошу прощения, — я спешился и подошел к старику, одетому в просторные одежды. Он не выглядит, как житель этого города, возможно, он приезжий. — Нам нужен врач, мой друг ранен. Вы не знаете, кто мог бы ему помочь? — Я приметил вас еще на дороге за городом, — заговорил житель, привлекший наше внимание, — и я могу вам помочь. Меня зовут Ганс. — Надир, — я пожал ему руку. — У нас в запасе только несколько часов, — предупредил я, — мы очень спешим и не можем задержаться в городе надолго. — Я постараюсь, чтобы Вашему другу стало легче. Идемте, — мужчина махнул рукой, зовя нас за собой. Мы двинулись по улицам города. Я и старик шли пешком, а Эрик все еще сидел на лошади, которую я держал под уздцы. — Сколько времени прошло с момента ранения? — не прекращая идти, он обернулся и быстро окинул взглядом бессознательного Дестлера. — Я точно не уверен, но уже около пяти или шести часов, — ответил я, также посмотрев на друга. Держись, Эрик, ты же сильный! Ты всегда выживал, как бы трудно ни было! — Это плохо, — пробормотал себе под нос старик. — Но, я думаю, у нас еще есть немного времени. Это мой дом, — он остановился около входа в старое на вид здание. — Давайте, нужно снять Вашего друга с коня и завести его внутрь. Мы вдвоем подошли к Эрику. Я немного растолкал его, пытаясь привести хотя бы в более-менее сознательное состояние. Он попытался открыть глаза, но было очень трудно. — Эрик, ты должен мне немного помочь, — я обратился к Дестлеру. — Мне нужно снять тебя с лошади, и я был бы признателен, если бы ты хоть немного помог с этим. Раненый Призрак еле-еле сам перекинул ногу, достав ее из стремени, и, если бы я не удержал его, то он сейчас точно лежал бы на земле. Я подхватил его под руки, заставляя стоять на своих ногах, которые упрямо не слушались хозяина. — Держись за меня, Эрик, держись, — я перекинул его руку за свою шею, чтобы он делал упор на мои плечи. Но у него почти не осталось сил, потому что его пальцы еле касались меня, не говоря уже о том, чтобы хорошо держаться. — Пойдем, нам сюда, Эрик, — я вел его в открытую пожилым мужчиной дверь. Этот дом напоминал мой в Париже, только по размерам гораздо меньше. Это что-то вроде холостяцкой обители — здесь лишь коридор, одна комната и кухня; мебели почти нет, а в комнате, куда мы прошли, была перинная кровать, устеленная простынями и покрывалами, и большой стол с разными травами, настойками и лекарствами. Ого, да это — почти лазарет… — Кто Вы? — поинтересовался я. — Врач? В ответ мужчина засмеялся и отрицательно замотал головой. — Уложите его на постель, — он указал пальцем на нужное место, а сам подошел к недавно замеченному мной столику и что-то начал искать, роясь среди стеклянных баночек. — И снимите с него одежду… — наконец, найдя нужное лекарство, он подошел к кровати. — Эрик, — я уложил его, расстегнул плащ и снял с него рубашку, — ты меня слышишь? Все будет хорошо, потерпи немного, — я похлопал его по плечу. Я заметил, что старик хочет, чтобы Эрик выпил жидкость из склянки. — Что это? — я остановил его, схватив за руку. — Лекарство. Если Вы хотите, чтобы ему стало лучше… — Хорошо, — согласился я и позволил ему влить темную жидкость. — У нас есть лишь несколько часов, — напомнил я. — Это у него есть несколько часов, — со вздохом произнес старик, рассматривая открытую рану. — Что Вы имеете ввиду? — я уставился на этого мужчину, после чего нервно и со страхом перевел взгляд на Дестлера. — Он же не… — Если не останется в постели, вполне может умереть. Рана глубока, — это раз; два — он потерял слишком много крови; три — если его перемещать ближайшие сутки-двое, может стать только хуже. — Но Вы не понимаете, мы не можем здесь оставаться, — настаивал я. — И почему же? — нахмурился он, обрабатывая ранение моего друга. — Вы что же, преступники? — ухмыльнулся Ганс. — Не совсем, но почти, — с опаской произнес я. — Вы поможете ему? — Да, я постараюсь, но, к сожалению, ни гарантировать, ни даже просто обещать, что он выживет, я не могу. Я же не знаю, в каких вы будете обстоятельствах… После этого наш разговор прекратился. Мое беспокойство возрастало с каждой проведенной в этом доме минутой. Не из-за того, что этот человек не мог точно сказать, выживет ли Эрик, или нет; а потому что я не был уверен, насколько Эрик задержал погоню за нами, сколько времени у нас еще есть. Больше того, я много думал о том, чтобы Мэг и Кристина не потерялись в этом городе и нашли нас через назначенное время. Мы ведь не сможем бегать по всему Мангейму и искать их. Эрику становилось все хуже и хуже, несмотря на то, что удалось остановить кровотечение, и рана была обработана. Моя надежда тоже постепенно иссякала вместе с жизненными силами моего друга. Все, чем конкретно я мог помочь ему в этой ситуации, — это только молиться Аллаху, чтобы был милостив и не забрал его у нас, у Кристин и их ребенка. Если не ради самого Эрика, не ради меня или Кристин, то ради его ребенка он должен жить. Девушка не справится с отпрыском Дестлера сама, и уж тем более, если он унаследовал характер… Когда к концу второго часа лихорадка, наконец, спала, я приободрился. Может, еще не все потеряно? Эти проклятые лекарства начинают действовать! И это хорошо. Спустя еще час Эрик начал приходить в себя, но был еще в бреду и все еще слаб, чтобы продолжать путь дальше. Времени уже не осталось, мы должны встретиться с Кристиной и Мэг. Я должен решить, что важнее: жизнь Эрика или жизнь Кристины? О, Аллах, помоги мне! Он мой друг, я не могу его бросить, но и девушка тоже важна, ведь она носит под сердцем ребенка. Если ее поймает королевская семья, ее доставят обратно в Париж, осудят и казнят, не задумываясь о малыше. Эрик хотел бы, чтобы я поехал дальше с ними. Я не хочу никого выбирать… — Мне нужно уйти на некоторое время, — я подорвался с табурета, накидывая свой плащ на плечи. — Вы присмотрите за ним? — А чем я по-Вашему занимаюсь последние три часа? — с сарказмом спросил старик. — Конечно, идите. Вы вернетесь за своим другом? — Я вернусь за ним через час, постарайтесь привести его в более-менее вменяемое состояние, чтобы он мог говорить и сидеть в седле. Я отблагодарю Вас, — при моих словах о благодарности, пожилой мужчина ухмыльнулся. — Вы, похоже, упрямый человек, — безнадежно вздохнул он, снова меняя повязку на ране Эрика. — Хорошо, идите и не волнуйтесь за него. Я сделаю все возможное и даже постараюсь сделать невозможное. — Спасибо, — я кивнул головой и вышел из спальни в коридор, а оттуда на улицу. Людей стало гораздо больше, чем было утром. Я взял свою привязанную лошадь, сел верхом и решил встретиться с Кристин и Мэг на другом конце города, как мы и договаривались. Я уверен, что они уже заждались там и начали волноваться. Нужно их как-то успокоить, а в частности Кристину. Но… что им сказать про Эрика? Может, лучше сказать, что я его еще не видел? Около ворот из города я спешился и решил найти девушек на своих двух. Я сначала осмотрелся вокруг себя, а затем прошел чуть ближе к самому выходу. Народ то выходил, то заходил довольно приличным потоком, но я бы узнал свою блондинку из тысячи. Мне уже стало казаться, что их здесь все еще нет, когда… — Надир! — я услышал тоненький голосок Мэг позади меня. Я сразу же обернулся и увидел, как она бежит ко мне, вручив мисс Даае поводья своей лошади. Мэг прижалась ко мне в объятиях, я вдохнул ее аромат, и на душе стало немного спокойнее. — Месье Хан, — подойдя к нам, Кристин, приветствуя меня, кивнула головой, — а где Эрик? Разве Вы еще не встретили его? — Почему же, я уже виделся с ним, — мои слова заставили глаза девушки загореться, — но он еще в городе заканчивает дела. — Как он? Он в порядке? — Да, — солгал я, — более чем, — на что я, собственно, и надеюсь. — Вы сейчас медленно поедете дальше, не торопитесь. Поезжайте прямо, никуда не сворачивая, а мы вас догоним. — Надир, все хорошо? — хмурясь, спросила Жири и взяла мою руку в свою. — Конечно, леди, все хорошо, — сразу же, без раздумий ответил я. Для того, чтобы сильнее ее убедить в том, что все хорошо, я, чуть склонив голову, прильнул к ее губам легким, нежным поцелуем. — Я заберу Эрика, и мы скоро к вам присоединимся. — Хорошо, — согласилась Мэгги и забралась на свою лошадь. Проклятие, я не знаю, каким чудом Эрик сядет в седло своего коня… — Будьте осторожны, — я придержал уздцы лошади Кристины, когда та залезала наверх. — Все будет в порядке, — спокойным голосом произнес я, хотя внутри мое сердце бешено колотится. Слегка пришпорив лошадей, девушки двинулись и буквально через пару минут, пока я следил за ними, были в четырехстах метрах от ворот города. Глубоко вздохнув, я сел на своего коня и решил вернуться за своим другом, который, надеюсь, уже в гораздо лучшем состоянии. В скором времени я нашел тот дом, в котором я оставил Дестлера, и, привязав коня рядом с конем Эрика, вошел внутрь, после того, как постучался. — Ах, Вы вернулись, — в комнате был все тот же старик, который что-то готовил за своим столом с травами. — Ваш друг уже в сознании, можете с ним поговорить. — Эрик? — я повернулся на кровать, в которой он лежит с закрытыми глазами. — Где Кристин? — хрипло спросил он, медленно открывая глаза и еле-еле поднимая голову. — Она с Мэг, уже выехали из города. Мы их догоним. Может, останешься здесь, а через пару дней мы встретимся в Штутгарте? — предложил я. — Нет, я поеду с Вами… Надир, помоги мне встать, — он сбросил с себя одеяло, пытаясь резко подняться, но боль в боку дала о себе знать. — Боже! — завопил Эрик, хватаясь рукой за перебинтованный бок и падая обратно на кровать. — Аккуратнее, — предупредил я, — тебе не нужно делать резких движений, чтобы не разошлись швы. Обопрись о меня, — я присел, и Эрик перекинул руку за моей головой, — вот так, теперь медленно поднимайся, — я начал выпрямляться, наблюдая за лицом Эрика. Он вспотел от напряжения и очень сфокусирован. — Кто Вы и почему помогли мне? — Эрик, опираясь на меня, посмотрел на старика, подходящего к нам с несколькими маленькими стеклянными баночками. — Потому что Вам нужна была помощь, — ответил Ганс. — Чем мы можем Вас отблагодарить? — спросил я. — Пусть он хотя бы не умрет по пути, — ухмыльнулся тот, — чтобы мои старания в его лечении не прошли зря. Вам нужно будет выпить это через пять часов, вторую склянку — завтра утром на рассвете. И еще, не забывайте обрабатывать швы, чтобы не занести какую-нибудь инфекцию в кровь. — Спасибо Вам, — поблагодарил Дестлер, кивая головой. — Спасибо скажете, когда заживет, — засмеялся старик. — Давай, друг, нужно тебя одеть, — я усадил Эрика на табурет и помог ему одеть рубашку и жилет. — Теперь плащ. Будем надеяться, что кровь не просочится на чистую одежду, — вздохнул я. — Берегите себя, — пожилой мужчина пожал нам обоим руки и проводил до выхода из его дома. С особым трудом Эрик залез на своего коня, которого я держал под уздцы, пока друг забирался в седло. Когда я сел на своего, мы отправились в путь. Пришлось немного ускоряться, чтобы догнать Мэг и Кристину, но мы не можем скакать слишком быстро, иначе все лечение Эрика пойдет насмарку. Я не подавал виду, но в глубине души я очень переживаю, чтобы девушки не попали в какие-нибудь неприятности, поэтому хочу быстрее догнать их. Мы с Эриком едем наравне, поэтому я часто смотрю на его состояние. Он держится хорошо, старается сидеть ровно, но все это он делает, превозмогая боль. Если так и дальше пойдет, он долго не протянет. Кристин должна знать, чтобы он мог ехать более расслабленно и не лгать ей о своем самочувствии. Но все это зависит лишь от самого Дестлера. Он должен сам рассказать девушке…