Parler A Mon Pere

POV Мэг Прибыв в Стамбул, мы поселились на самой окраине города, где еще продолжался редкий лес. В этот раз нам очень повезло, ведь это был хороший, большой и просторный дом с достаточным количеством кроватей для всех нас. На самом деле, кровати было две, но учитывая, что я сплю с Надиром, а Кристина с Эриком, то этого оказалось вполне достаточно. Надир завел нас внутрь, раскрывая шторы на окнах и осматриваясь вокруг. Эрик помогал пройти Кристине до ближайшего места, где можно было бы присесть. Ей становится тяжело ходить, не говоря уже о том, чтобы ехать верхом. — Ты знаешь, чей это дом? — я спросила у перса, подходя ближе к нему. — Здесь очень чисто, наверное, кто-то живет… — Да, я знаю, чей он. Это дом моей… жены… — В смысле? У тебя есть еще одна жена? — я вытаращила глаза на Надира, пока моё сердце опустилось в пятки. — О, нет, Мэгги, — засмеялся он, — это дом моей первой жены. Она турчанка, родилась в Стамбуле. По сути, теперь этот дом мой, — вздохнул Надир. — Прости, — я обняла его, — я ведь не знала, — оставив легкий поцелуй на губах Надира, я посмотрела в его глаза. — Ничего. Нам же нужно было где-то остановиться. Мы можем быть здесь столько, сколько нам угодно. Дофин сейчас, вероятно, где-то далеко залечивает свои раны. — Но здесь очень чисто, — я обвела взглядом гостиную с камином. — За ним следит моя сестра, она уже долгое время живет в империи. Амина поддерживает тут порядок во время моего отсутствия. Пойдем, — Надир взял мою руку и повел к одной двери, что была неподалеку от нас, — это будет твоя комната. — Моя? А где же ты будешь спать? — спросила я, входя в открытую дверь. — Я буду в гостиной на диване. — Надир, как я вижу, кровать достаточно большая, чтобы поместить нас обоих. Нет нужды спать на неудобном диване, — я подвела его ближе к кровати, приложив к его торсу руки, которые поползли на спину, охватывая Надира. Я прильнула к нему сильнее, намекая на то, что хочу и готова зайти дальше. Вновь поцеловав его, я почувствовала некую холодность с его стороны. — В чём дело, Надир? — всхлипнула я. — Я больше не интересна тебе, как женщина? — Мэг, не принимай это на свой счёт, — перс погладил меня по щеке. — Дело не в тебе, а во мне. Я всё еще боюсь, что ты… можешь бросить меня, а я не хочу, чтобы ты потом жалела, что первым был я. — Вот вроде бы взрослый мужчина, а логика подростка, — хмыкнула я. — Я же не просто так ношу данное тобой мне кольцо еще в Париже. Я только жду, когда ты будешь готов к тому, чтобы я одела его на палец. — Мэг, я… Не давая ему возможности что-либо казать, я прижала указательный палец к его губам. — Еще я должна сказать тебе кое-что очень важное, — его взгляд сосредоточен на мне, зрачки его карих глаз сузились. — Я провела с тобой очень много времени в дороге, я знаю тебя очень хорошо и не смогу жить без тебя. А быть едиными мы можем быть только в браке и веря только во что-то одно. — Мэг… — кажется, он понял, к чему я веду, поэтому пытается меня остановить. — Пожалуйста, не перебивайте меня, месье Хан, — я улыбнулась уголками губ. — Я хочу быть единым целым с тобой, Надир, — серьезно продолжила я, — хочу верить в то, во что веришь ты. Я хочу верить в Аллаха, хочу стать мусульманкой. Я искренне, от всего сердца этого желаю. Закончив говорить, я смотрела на его лицо в ожидании реакции на мои слова. Глаза его начали постепенно становиться шире, брови поднимались все выше и выше, а я жду, что же он скажет мне в ответ. Он нервно сглотнул. Ему не верится в то, что я сейчас произнесла. — Мэг, это правда? — недоверчиво спросил перс. — Ты уверена в своём решении? — Уверена, как в самой себе, — твёрдо сказала я. — Ты хоть представляешь, каким счастливым ты делаешь меня?! — на губах Надира появилась сияющая улыбка, а затем вдруг он резко меня поцеловал с новой страстью. Поцелуй был полон любви и нежности — вернулся мой Надир, который со всем возможным трепетом относится ко мне и моим решениям. Я знаю, что никогда не смогу заменить его первую жену, но также я знаю, что, не смотря ни на что, он любит меня всем сердцем, и я чувствую это, чувствую, слыша биение его сердца, его учащенное дыхание рядом со мной, вижу его горящие, как факелы, глаза с расширенными зрачками. — Так когда мы сможем все устроить? — спросила я, оторвавшись от крепкого поцелуя и восстанавливая дыхание. — Хоть сегодня, Мэгги, — улыбается Надир, поглаживая мою щеку. — Послушай, я схожу в город с Эриком за необходимыми вещами, и после мы устроим небольшой семейный праздник. — Хорошо, — захихикала я. Когда он хотел выйти из комнаты, я остановила его, потянув за руку. — В чем дело, милая? — он удивился моему действию. — Я кое-что забыла сказать… — на минуту я замолчала, собираясь с духом и силами. Я всегда боялась признаться в этом и себе, и персу. — Надир, я люблю тебя! — Мэг, — на его губах играет нежная улыбка, глаза смотрят прямо в мои, — я тоже очень тебя люблю. Но… — при этом «но» в его глазах начали собираться слезы. — Но ты никогда не забудешь свою жену, — закончила я, — я знаю это. Но я также знаю и верю, что меня ты тоже любишь. Все хорошо, правда, я же все понимаю, — вновь оставив на его губах теплый поцелуй, я посмотрела в карие глаза. — А теперь тебе нужно пойти с Эриком в город. — Да, ты права, Мэг, — наконец, он улыбнулся после продолжительного напряжения. Когда наши мужчины ушли, мы с подругой расположились на диване в гостиной, и я рассказала, о чём попросила Надира. Даае внимательно меня слушала, вытаращив глаза. — Мэг… Это так… Неожиданно, — выдохнула Кристина. — Это очень серьезные перемены в жизни и… ох… — она напряглась и положила руку на живот, — опять малыш толкается, — хихикнула Кристин. — Знаю, что ты скажешь, что мне надо ещё подумать хорошенько. Но я уверена в своем решении, я люблю Надира и хочу быть с ним всеми возможными способами. — Хорошо, Мэгги. Я, в любом случае, поддержу тебя. Независимо от твоей религии, ты все равно останешься моей любимой сестрой! — Кристин обняла меня, слегка приподнявшись со спинки дивана. — А я уже не могу дождаться рождения вашего малыша! — я положила свою руку на ее, лежащую на животике. — Он будет очень талантлив и красив. — Еще рано, Мэг, — вздохнула сестра. — Он должен еще немного подрасти и подготовиться. Но я очень боюсь, что из-за всех этих поездок верхом что-нибудь случиться и он родится раньше. Вдруг он не выживет тогда?! — Глупости все это, Кристин! Не накручивай себя. Мы успеем прибыть в Персию к родам, не переживай. Надир сказал, что мы здесь задержимся максимум на неделю. — Надеюсь, Мэг, что мы успеем.

***

— Куда это они ушли, ничего не сказав? — возмущенно спросила я у Надира спустя два дня нашего пребывания в Стамбуле. — Сегодня ее день рождения, а я даже не успела ее поздравить! — О, Эрик устроил для нее сюрприз, Мэг, — Надир весьма вдохновлен и радостен сегодня. — Что происходит? Какой сюрприз? И почему я ничего не знаю об этом? — А разве ты бы не проболталась своей сестре? — засмеялся перс, на что я недовольно цокнула и сложила руки на груди, слегка прищуривая взгляд. — Ну вот. Иди сюда, — он подвел меня к дивану в гостиной и усадил рядом с собой, — Эрик подготовил план этого дня. — Может, уже расскажешь, что он там уже выдумал? — Сейчас он повел ее в очень красивое место на пикник наедине. Мы с ними встретимся через пару часов, когда заберем священника в городе и приведем к ним, — мужчина все также продолжает улыбаться. Священник? Зачем им священник? — Эрик сделает этот день незабываемым для нее. Они сегодня поженятся. — Поженятся? Но как, если Кристина уже замужем? — удивилась я. — И мне ведь тоже надо было как-то подготовиться к этому событию! — Кристина Даае — да, замужем, но не француженка Селина де Голль, — ну, да, новое имя. В дороге не было надобности использовать документы и новые имена, все как-то обходилось. — Эрику можно было бы не менять имя, но ты ведь знаешь, каким он может быть параноиком, — перс закатил глаза. — Он попросил меня сделать документы и для него. Теперь он немец Эрнест Гримм. — Разве он знает немецкий? — Конечно. Помимо родного французского, он знает еще как минимум четыре языка, которыми свободно владеет, и немецкий в их числе. Чуть позже я отдам тебе твои документы. Они понадобятся тебе на свадьбе, где мы будем в качестве свидетелей. — И как же меня теперь зовут? — хихикая, спросила я. — Ты англичанка Анна Фэйрфакс родом из Лондона. Слава Аллаху, что мне не пришлось менять имя. Католическим странам моя личность неизвестна, это дает мне большие преимущества. Кстати, для тебя у меня тоже есть сюрприз. По приезду сюда ты сказала, что хочешь стать мусульманкой. Ты еще не… — Хочешь спросить, не передумала ли я? — улыбнулась я, заканчивая прервавшуюся мысль Надира. — Нет, я все также этого хочу, — моя ладошка легла на его щеку и нежно погладила. — Мы можем сегодня провести обряд посвящения, а завтра или послезавтра — это смотря сколько времени тебе будет нужно для подготовки — мы поженимся. — Как же я люблю тебя, Надир! — я накинулась на его шею, обнимая крепко-крепко. — Анна! — закашлял мужчина в моих объятиях. — Ты же задушишь меня! — Прости, — я смущенно отпустила его и посмотрела на свои пальцы, затем снова подняла взгляд на перса. — Я просто очень рада. — Я тоже. Так что, ты согласна?

***

Спустя пару часов в тот же день — Ну, как ты себя чувствуешь? — спросил Надир, поправив шелковый платок на моей голове. — Что-то изменилось? — Хм, — я задумалась. — Вроде бы все по-старому, но внутри какое-то одухотворение, что ли, — выдохнула я. — Надеюсь, ты никогда не пожалеешь о своем решении, Анна, — его теплые губы коснулись моего лба. — А сейчас нам пора в город, и стоит поторопиться, потому что Эрик… то есть Эрнест и Селина должно быть уже заждались нас. Не произошло ничего сверхъестественного и магического. Я лишь повторила фразы, сказанные Надиром, и запомнила их. Но внутри все словно перевернулось. Пока мы забирали в городе священника, я все никак не могла отвести глаза от своего любимого мужчины. В то же время я успевала рассматривать столицу империи. Все кажется таким новым и красивым, интересным и непознанным. Это новый путь в моей жизни, который мне только предстоит пройти… Тем временем, вместе с Надиром и святым отцом мы добрались до места, где нас ждали Эрик и Кристина. Эрнест и Селина. Привыкнуть бы. Я подошла к сестре, пока священник раскладывал все нужные вещи для обряда. — Эрнест так рано увел тебя, что я даже не успела поздравить тебя, — обнимая подругу, я поцеловала ее в щеку. — С днем рождения, сестренка, — прошептала я ей на ушко. — Спасибо, дорогая. Анна, ты вся светишься, хотя замуж выхожу я, — засмеялась Селин. — Я позже все расскажу тебе. Сейчас будет самый важный момент в твоей жизни, — от моих слов на глазах своей сестренки я заметила слезы. — Ну, ты чего? Сегодня плакать не полагается! — вытерев большими пальцами влагу с ее лица, я взяла ее под руку и повела в сторону жениха и Надира. — Идем, он уже ждет тебя. Как только мы все были готовы, началась эта небольшая церемония венчания. Да, не в церкви, но все будет официально оформлено, брак будет записан в книге учета. Наблюдая за своей сестрой, я понимаю, что здесь и сейчас — несмотря на все сопутствующие обстоятельства — она самая счастливая женщина на всей планете: она выходит замуж за того, кого любит всем сердцем, теперь он для нее весь мир; она носит под сердцем ребенка от любимого мужчины, — что может сделать ее счастливее, чем это? — Жених может поцеловать невесту, — прозвучали завершающие слова, и мы с Надиром похлопали в ладоши, радуясь этому событию. — Спасибо Вам, — Эрнест пожал руку священника после того, как завершил поцелуй со своей женой. — Да благославит Вас Господь, — ответил тот и принялся собирать свои вещи. — Мы очень рады за вас, — Надир пожал другу руку и обнял его, похлопывая по спине. — Селин, ты прекрасна в этом белом платье, — он поцеловал руку теперь уже мадам Гримм. — Это платье в стократ красивее, чем любой королевский наряд, — засмеялась девушка, из глаз которой все равно текли слезы. — Любовь моя, — Эрнест прижал ее к себе, — что же тебя печалит? Мы вместе, наш ребенок в порядке… Что не так? — Все прекрасно, Ангел, — всхлипнула Селин, вытирая ладошкой носик, — все замечательно. Только я очень хочу, чтобы папа был сейчас здесь с нами. Чтобы была мадам Жири… Чтобы мы были в Париже. Чтобы мы жили под оперой… — Селин, мы не можем вернуться, дорогая, — Гримм крепко обнял свою жену. — Мы не можем воскресить тех, кого мы любили и любим до сих пор. Но ведь они продолжают жить в наших сердцах. — Нам нужно жить дальше, нужно двигаться вперед, — я взяла сестру за руку. — Мы будем счастливо и спокойно жить, когда доберемся до Персии и начнем там новую жизнь. — Да, — она начала успокаиваться. — Спасибо за то, что вы всегда рядом со мной…