Разбитое сердце

Утомлённая «ночной битвой» с Натаниэлем, Элисса долго не могла уснуть. Лучник давно тихо сопел, лежа на животе, только изредка вздыхая. Во сне его лицо преобразилось, черты стали мягче, привлекательнее: длинные чёрные ресницы, словно крылья бабочки, покоились на щеках, а чёрные как смоль волосы разметались по подушке. На улице пошёл дождь, барабаня в окно, словно нежданный гость просившийся на ночлег, где-то шелестел прибой и свистел ветер. Мысли Командора путались, а чувства играли злую шутку – они словно переливались всеми цветами радуги, в них было всё: гнев, влюблённость, ненависть и МЕСТЬ. Да, да месть! Только вот месть кому? Себе? Алистеру? Скорее всего - Алистеру, ведь он спал с Анорой, а почему ей нельзя? А может вообще существует банальный ответ на это всё «дерьмо» - "Да, да Элисса, слишком долго у тебя не было мужчины! Ну, признайся, ты живая женщина, а не монахиня. И будь рядом с тобой Стен, наверно, ты придумала бы, как соблазнить его? Ага, обмазаться кремом для печенья и сверху положить вишенку". От этой мысли девушка заулыбалась.

***

А в это время в Денериме… — Алистер! Ты куда? – сонно спросила Королева. — Да, так, не спится. Пойду прочту последние новости и приказы. Ты отдыхай. - он целует её в макушку и погладив округлившийся животик, уходит. Анора поворачивается и смотрит в окно. Там, на небесах, висит полная луна. В руках она мнёт угол одеяла. "Ну почему, почему он не может её любить, как любит эту Кусланд. Нет, в постели он хорош, грех говорить, лучше, ну, лучше Кайлана. Более нежный, внимательный. Да и вообще по жизни... Хм, а ведь по началу она его презирала. Да! А потом были эти трепетные ухаживания, она боялась его страсти. Ведь Кайлан вообще больше потом после брака интересовался охотой и войной и не так атлетично сложен. Что-то в Алистере было дикое, первобытное что-ли, но вместе с тем рыцарское, нежное, наивное, однако что-то ускользало в их отношениях. Когда он смотрел на Элиссу, будь она не ладна, взгляд его загорался, чего не было с ней. Он обращался с ней как с экзотическим цветком, как…как с Королевой. А с Командором, запросто, близко, душевно, дружески, и в то же время…она не знала. Не понимала, что их так сильно объединяло. О, она ревновала к тейрине, и как ревновала! Предела радости не было, когда Командор уехала в Амарантайн, но тут Анора заметила, что её Король стал слишком задумчив и часто надо было раза по три его окликать, он был с ней и одновременно с другой! Ребёнок в утробе зашевелился и стал пинаться, Королева погладила живот и заулыбалась… Зато у неё есть то, что не сможет дать Командор Серых Стражей её Алистеру… Да, её Алистер! Надо же влюбилась."

***

В кабинете Алистер налил себе вина и в сотый раз прочел отчёт своего Командора. Сухой деловой текст. Ничего такого, что говорило о его Элиссе, словно пишет другой человек. На мгновенье ему кажется, что бумага пахнет её духами. Нет, показалось. Она сбежала из Денерима и не взяла даже свои вещи, за исключением брони и оружия: двух клинков – Шип розы и Дар богов. Мдаа, как хочется ему вернуть то время в лагере, где были только они. Всё было так просто - он, она и их любовь. Вот только, леди Кусланд была права: нелегко любить двух женщин одновременно. Он предполагал, что с Анорой будет у них политический брак, а с Элиссой они будут вместе навсегда. Но. НО, Анора Мак-Тир незаметно прокралась в его сердце и наполовину вытеснила Элиссу Кусланд, жаль, что нельзя соединить этих женщин в одну. Так как же так получилось? Король вздохнул. Анора бесспорно была красивее Элиссы, как картинка, истинная леди, а вот Командор – отважна, напориста, сильна и «куча шрамов в придачу», скорее миловидна, чем красива, но жизнь и страсть в ней бурлили ключом. Королеву хотелось защищать, оберегать и нежно любить, а с тейриной можно было идти хоть в ад, жить одним днём и страстно не оглядываясь любить. Она как глоток свежего воздуха. Всё! Хватит! Скоро он станет отцом, ещё одна причина, из-за которой они с Командором не могли быть вместе. Хотя ему хочется ещё раз увидеть своего Стража. А что если... Бывший храмовник грохнул кулаком по столу. Вдруг, если она завела себе кого-нибудь? Нет-нет...