Послевкусие.

      Его сводит с ума послевкусие её имени на губах.       Сара, Сара, Сара…       Тёмные длинные локоны волос, большие ониксовые глаза, молочная безупречная кожа и полные алые губы — компоненты его безумия.       И это проклятое — сладкое, манящее, соблазнительное – имя.       Сара…       — Вернулась, — шепчет он, медленно сокращая и без того ничтожную дистанцию между ними.       Она лишь слегка поднимает уголки губ вверх — играет. Сбежала от него столько лет назад, а сейчас просто улыбается. Хочет свести его с ума.       Она всегда была жестокой.       Он останавливается на расстоянии шепота и чувствует жасминовый аромат её густых волос.       Пьянит до одурения.       — Кого я должен похитить на этот раз? — спрашивает он, вдыхая цветочный запах её локонов.       Она качает головой, игриво изгибает бровь и слегка поддаётся вперёд, томно и тяжело дыша — дразнит.       Он бережно кладёт свою руку на пленяющий изгиб её талии, властно притягивая к себе:       — Скажи это, — склоняясь к ней, шепчет он. — Скажи.       Она молчит, шумно дышит, а он с жадностью смотрит, как дрожат её обветренные губы.       Не сдастся — невыносимо сдерживаться — не сейчас.       — Одно слово, — проводя кончиками пальцев вдоль линии её скул, растягивает он. — Одно твоё слово и я навеки буду принадлежать тебе.       Её чёрные, как смоль, ресницы, дрожа, медленно опускаются, прикрывая веками глубокие карие глаза.       — Скажи, — произносит он, осторожно цепляя её подбородок пальцем, вынуждая смотреть в его горящие голодным безумием глаза. — Просто, скажи это.       Молчит — неспешно подводит его к грани безумия.       Жестокая.       — Любое твоё желание, — склоняясь к её губам на опасно близкое расстояние, продолжает он. — Я исполню всё, что ты прикажешь.       Король Лабиринта — властный, устрашающий, неприступный — жалкий раб её воли.       Она неспешно выдыхает горячее облачко пара, открывая глаза, уголки её губ дразняще приподняты вверх, и она невинно передразнивает его:       — Любое?       От мягкого тембра голоса его внутренности стягиваются в тугой узел, и он покорно кивает, глядя в глаза, где живёт его безумие.       — Джарет, — мурлычет она, касаясь кончиками пальцев его руки. — Ты ведь знаешь, чего я хочу.       Знает — хочет — жаждет услышать это от неё.       — Кого я должен похитить?       На грани — одно её слово и он обречён.       — Я хочу, — растягивает она, от чего его дыхание останавливается в унисон с сердцебиением, — чтобы Король Лабиринта забрал меня, — она слегка тянется к нему губами и томно выдыхает, — навечно…       И вновь — новое, желанное, неизведанное — послевкусие, что персиковыми нотками растекается на его губах.       Послевкусие её поцелуя.