Похождения незадачливой попаданки Настеньки

Даже я не могла понять, откуда у меня столько сил бежать так быстро. Нет, не бежать. Я летела, даже ни за что не цепляясь и не спотыкаясь. Я немного неуклюжа, и такая скорость без случайных остановок заставляла думать о той удаче, что пожелал мне Ирмо. Последние слова Вала не выходили из моих мозгов, будто вырезаны в моей черепной коробке ножом. Мне до сих пор это видение казалось чем-то нереальным, но что-то подсказывало мне, будь этот сон нереальным, я не бежала бы к друзьям с уверенностью в своих действиях. По мере приближения к главной площади шум становился всё громче и громче. Скопление людей, движущееся вперёд, дало мне понять, что гномов поймали и вели на суд к Бургомистру. Я со всех сил пыталась протиснуться к своим гномам, но толпа лишь отталкивала меня назад, либо не замечая меня, либо не желая уступать удобное для зрителя место. Взгляд зацепился за знакомое пальто. Это был Бард, который так же активно пытался добраться до гномов. Я протиснулась к нему. - Бард, я должна быть рядом с ними, помоги! – Он достаточно резко и грубо схватил меня за левое предплечье и потянул за собой. Люди расступались перед ним. «Уважают его, поди», - промелькнула мысль в голове, но моё внимание переключилось на порог высокого дома, на пороге которого стоял… Если честно, то Бургомистра я хотела назвать разжиревшим Джигурдой с блестящей лысиной, которая переплюнула макушку Двалина, но я поняла, что таким сравнением могу оскорбить самого Джигурду. Проще Бургомистра назвать пузатой бочкой с жиденькими волосёнками. Сразу понятно по его взгляду, что не просто так мои ручки тянутся к его скудной шевелюре, чтобы «подправить» причёску. Рядом стоит сутулый мужчина, мистер Монобровь. - Отряд наёмников, не иначе, сир, - сказал этот чернявый мужичонка. Голос я его узнала сразу же – тот самый Альфрид. Я выскользнула из «заботливых» рук Барда и стала ещё упорнее проталкиваться к друзьям. Кое-как, но всё же добралась до них, и повезло же мне упереться в спину Бофуру. Тот быстро повернулся ко мне, а я лишь молча обняла его. Честно, я немного боялась. Хоть Ирмо и сказал, что я помогу Судьбе вернуть свою власть, а Вайрэ – доткать тот гобелен Арды, но я волновалась. Мне нужно рассказать кому-нибудь об этом видении. Эх, жаль, что тут нет Гэндальфа, который точно на короткой ноге с Манвэ! - Почему вы не предупредили меня, что всё же пойдёте в эту оружейную? – шикнула я, пока Бургомистр что-то громко говорил. - Ты спала, я не хотел тебя будить. Ты давно нормально не высыпалась. – Знакомые мне тёплые руки стиснули меня в объятьях. Так мы простояли совсем недолго, повернувшись к Бургомистру. - Попридержи язык, человек! Ты не знаешь, с кем говоришь! – громко гаркнул Двалин. Мне казалось, что в конце фразы он вставит какое-нибудь ругательство на кхуздуле, как делал обычно, если кто раздражал его. Альфрид как раз и был тем самым раздражающим фактором. – Перед вами Торин, сын Траина, сына Трора! Толпа позади нас тихо зашумела, пока Торин не выступил вперёд вслед за боевым другом. Я вперила свой взгляд в его черноволосую макушку, ожидая того, что скажет Дубощит. Смешно, но я уже давно не называла его по прозвищу, даже в мыслях величала его королём. Пожалуй, я даже спорить не стану сама с собой, почему я теперь считаю его королём, хоть и без короны. Если бы я писала книгу, я бы даже называла Торина Королём. Да, именно, с большой буквы. Сейчас я даже убедилась, разумеется, в очередной раз, что не просто так считаю его великим гномом. - Я помню Дейл, когда он был центром торговли. Я верну Эребор, разожгу гномьи кузни, и золото потечёт сюда рекой! – Эти слова я запомнила лучше всех остальных. Громкий голос Торина потонул в восторженном гуле горожан. Лицо у Бургомистра вытянулось, затем он снова вернулся в реальность, когда Бард выступил, так сказать, оппонентом. - Нас ждёт только смерть, Торин Дубощит! Если вы разбудите зверя, то уничтожите всех нас. – Бард произнёс последние слова уже не так слышно, но я чётко их разобрала. - Слушайте кого хотите, - через несколько секунд повисшего молчания заявил Торин, - но в случае успеха, мы разделим с вами все богатства горы. У вас будет столько золото, что вы сможете отстроить Эсгарот десять раз! – Жители Озёрного города снова загалдели, но уже с удвоенной силой, и мне казалось, что никто не сможет пересилить голоса толпы. Я ошиблась – пересилил Бард. - Народ, послушайте! Послушайте меня! Это из-за неуёмных амбиций Трора Дейл сгорел в огне дракона!.. – Хотел что-то лодочник сказать ещё, но его перебил Бургомистр, потряхивая толстым, словно это был не палец, а любимые копчёные сосиски Бомбура, пальцем. - Не стоит поспешно обвинять других. Давайте не будем забывать, что именно Гирион, твой предок, Бард, не смог убить дракона! Но Бард не слушал нападок ни Бургомистра, ни Альфрида, а лишь подошёл к Торину почти вплотную, нагнулся и что-то прошипел ему в лицо. Король был спокоен, и даже шипение Барда не могло пошатнуть его уверенность в успехе похода. - Вы готовы разделить бессметные богатства моего народа? – спросил Торин. Даже издалека можно было увидеть огонёк алчности в глазах правителя Эсгарота. - Я вам вот что скажу… У меня просто ужасное предчувствие. Я невольно сжала руку Бофура. Тот вопросительно посмотрел на меня. Может, он такой же внимательный, как и я, и смог прочесть в моём взгляде: «Всё пойдёт по пизде, вот я на сто процентов уверена!» - Добро пожаловать! Добро пожаловать, милости просим! Все радовались: гномы, рыбаки, их жёны… Кое-кто всё же остался недоволен. Это были я, Миша, Бильбо и Бард. - Попомни меня, эти люди хоть и примут нас как королей, потом будут ненавидеть, будто мы сами являемся драконами! – фыркнул Миша, добравшись до меня. - Что он сказал? – спросил Бильбо. - Что Эсгарот будет нас потом ненавидеть. Мне кажется, что у Михаила просто пророческий дар. Сам что думаешь? – Как малыш-хоббит только слышит меня? - Клянусь всеми богами, теперь идея похода не кажется мне такой удачной, как в самом начале! Дальше мы попросту не успели перекинуться и парой слов, потому что восторженная толпа понесла нас всех в сторону одного из самых богато отделанного дома, который Бургомистр нам выделил в бессрочное пользование. Я лишь удивлённо ойкнула и, схватившись за Бофура как можно крепче, двинулась за остальными. Не успели гномы толком осознать, что в Эсгароте за ними никто гоняться и пытаться убить не будет, так сразу затеяли попойку! Я ещё долго буду удивляться такой простоте горного народа. Удивляться будет и Миша, и Бильбо, которые вместе со мной сидели на скамеечке и попивали из кружек эль. Я только для компании плеснула себе в деревянную кружку, гигантскую просто кружень, немного медовухи. Я могу пить, но не очень умею, да и не хотелось с больной головой промучиться весь день. Я ещё никогда не видела гномов такими весёлыми и беззаботными. Я видела, как Бомбур беззастенчиво опустошает тарелки на столе. Я видела, как Двалин и Глоин шуточно боролись на руках, чья окажется сильнее – Глоин выиграл и назвал Двалина «слаборуким пострелом», на что мистер Суровая Лысина обиделся на папашу Гимли. Фили и Кили танцевали под звуки флейты Бофура, утянули в свой хоровод и раскрасневшегося Ори. Кто-то ещё хлопал, пел на кхуздуле, ел, делал то, что любил больше всего делать… - Гана, выпей с нами, не сиди в сторонке! – Подвыпивший Фили всучил мне в руки кружку ещё больше, чем моя. Чуть-чуть, но всё же выплеснулась через край медовуха, пенящаяся будто белым пухом. Кили же подтолкнул донце кружки, и я носом уткнулась в пену. Делать нечего, сопротивляться двум молодым гномам я не могла – начала пить, схватившись одной рукой за неё. Другой я не преминула заехать кулаком в нос младшему наследнику рода Дурина. Стоило мне допить эту несчастную кружку с медовухой, как мир через несколько минут принял совершенно другие краски. Кто-то уже даже пытался долить мне ещё эля, как Балин заступился за мою скромную персону. - Вы же споите бедную девочку, дурни! – Фили, Кили и ещё кто-то лишь рассмеялись. О Эру, мне ещё никогда не было так стыдно, когда я вспоминала эту попойку! - Нормальна, начальник! – Разнесло с одной кружки меня знатно, но в состоянии пьяного чебурека я пробыла недолго и стала кружить в хороводе гномов, веселье которых ничто не могло оборвать. Даже Торин танцевал, чего я никак не думала увидеть. Я юлой крутилась с каждым из гномов, но благо, что не с Бомбуром, потому что с его-то телосложением было бы тяжело хотя бы одно движение сделать – раздавит или случится другая какая беда! Дошла очередь и до Торина. Я впервые дотронулась до его руки, которые с виду мне всегда казались холодными. Я снова ошибалась, но эта ошибка была приятной, равно как и само общество Короля. Он веселился, и не было больше той угрюмой задумчивости, с которой он вошёл в дом Бильбо Бэггинса. То ли хмель ему в голову ударил, то ли будущие две недели спокойствия заставили улыбку взыграть на лице гнома – неважно. Я была рада видеть своего Короля счастливым. - Гана, сыграй нам что-нибудь, больно приятная у тебя музыка, - попросил Балин. Я приметила в углу, возле лавочки, дорогую лютню. Она была сделана из прочного светлого дерева, плавно обтёсанная. Я бы даже сказала, что сделали её эльфы, но да какая разница, коль я пьяна? Мне на ум пришла одна песенка. Алкоголь, эльф и следопыт – таковы герои моей песни. Сочинила я её года три назад, и я даже не жалею, что сочинила, потому что я даже знала, про кого пою. Эх, а мне выдастся возможность познакомиться с Арагорном? Не, плохая мысль, я же столько не проживу, ещё шестьдесят лет терпеть! - «Посетители трактира не хотят угомониться: Всё вверх дном, дрожит трактирщик, суета и кутерьма; Человек из Следопытов эльфа перепить грозится! Сразу видно: камикадзе или выжил из ума! Смотрит эльф из Лихолесья абсолютно трезвым взглядом, Хоть уже устал трактирщик наливать ему вина. Человек себя колотит пяткой в грудь: «Мол, буду гадом, Но бессмертного собрата напою я до пьяна!» И опять же, буду гадом, если я не буду трезвым, Выпив столько, сколько эльфу захмелевшему налил Даже если эльф на битву бросит все свои резервы Перепить его с избытком Следопыту хватит сил!» Эльф над ним лишь посмеялся, опрокидывая кружку, Даже бдительный трактирщик потерял давно им счёт! Но тягаться «из прикола» с человеком согласился: Вдруг случится в мире чудо, и он эльфа перепьёт? Потекло вино рекою, счёт пошёл уже на бочки Следопыт держался крепко, но и эльф не отступал Пьяный Следопыт грозился: «Это мол, ещё «цветочки» Но эльф «ягод» не дождался – Следопыт под стол упал!» И теперь он крепко спит там с недопитой кружкой рядом. Видимо, свершиться чуду в этом мире не дано! Смотрит эльф на Следопыта абсолютно трезвым взглядом И в свою большую кружку наливает вновь вино…» Пьяным гномам понравилась эта песня, и они требовали ещё какую-нибудь похабную балладку об «остроухих выродках». Ну, про эльфов я не особо так успела насочинять песен, но ведь есть и другие, верно? - «Налейте чашу менестрелю Я вам сыграю и спою Я пью вино, но не хмелею: Тем меньше пьян, чем больше пью. Пусть выпил я бочонок эля, Но на ногах ещё стою Нельзя быть пьяным менестрелю Я – выпивши и я пою. Мой голос твёрд, а взор мой ясен И песня струн моих звонка Я чувствую себя прекрасно Не дрогнет на ладах рука. И вновь идёт по кругу чаша Искрится на свету вино Я пью друзья, здоровье ваше! Но не пьянею всё равно. Летит под своды моя песня И я ещё могу сидеть Пир продолжается, чудесно Так будем пить и песни петь! И вновь мне чашу наливают А я не в силах отказать Её я залпом выпиваю – Мне больше нечего терять. Но что со мною вдруг случилось Тяжёлой стала голова Я начал набок вдруг клониться И как-то вдруг забыл слова Чего-то вдруг лады двоятся И что-то очень близко пол Я завтра буду извиняться А щас я падаю под стол!» - закончила я наигрывать быструю мелодию и петь. Голос от алкоголя сделался менее певучим, но да кому какая разница, повторюсь? Все выпили, всем по «сараю»! Время перевалило за полночь, и пьяные гномы откинулись без сил. Кто-то успел добраться до комнат и уснуть там практически мертвецким (не приведи Махал!) сном, а кто-то заснул под столом, на лавке, под окном… Что делала я? А я просто пыталась привести в чувства Бофура и хотя бы оттащить его в пустующую комнату. Тот еле-еле ковылял, держась за мою руку, и что-то бормотал и мычал, будто язык отнялся. Я ногой открыла дверь в комнатку и повела пьяного возлюбленного к постели. Уже даже уложить его хотела, как тот потянул меня за собой. Очевидно, что я оказалась прямо на нём. В темноте комнаты, освещаемой лишь одной свечкой, я сумела разглядеть его, Бофура, улыбку. Да даже хмель не смог её как-то исказить – улыбался Бофур всё так же по-доброму. Тёплая рука легла на мой затылок, чуть взъерошив короткие волосы, затем прижала голову к широкой груди. - Я люблю тебя, - глухо сказал Бофур. Я щекой прижалась к нему ещё сильнее. У Бофура бешено стучит сердце. Алкоголь или я на него так действую? - Я тоже тебя люблю, Бофур, - так же тихо ответила я. - Ты, это, не передумала? Ну, я про свадьбу? – Внезапный вопрос, однако, на который невозможно, по правде говоря, дать ответ сразу. Я молчала некоторое время. - Нет, я не передумала. Думается мне, что даже не передумаю… - Рукой я потянулась к его лицу. Усы у него всё же не жёсткие, наоборот, даже мягкие, хоть и не шелковистые. Пальцы зарываются в волосы Бофура. Тепло и уютно. Я чуть приподнялась, приблизилась к его лицу и прикоснулась к губам Бофура. Поцелуй вышел немного неловким, но мой гном отвечал на него. Вторая его рука охватила меня за плечи. Бофур углубил поцелуй, и я ещё явственней ощутила послевкусие эля. Жалела ли я о том, что не смогла вовремя остановиться? Нет, ничуть не жалела. Я расстегнула слишком большую рубашку, стянула с себя поясок, которым обмоталась, чтобы этот «мешок из-под картошки», как назвал его Мишка, не висел на мне. Пальцы лихорадочно расправлялись с завязками на рубахе Бофура, но получалось это у меня довольно скверно, и гном решил помочь мне. Дальше мы приступили к штанам, попутно целуясь. Теперь это были не нежные поцелуи, а даже пьяные и страстные. Никогда прежде я ни с кем так не целовалась, и для меня это было в такую новинку, что я даже некоторое время боялась того, что дальше могло случиться. - Боишься? – хрипло спросил Бофур, разорвав поцелуй. Он уже приспустил свои штаны, и я уже чувствовала своими бёдрами, как его орган пульсировал. Да, я боялась, я ведь ещё не занималась сексом ни разу, а тут… - Мы можем остановиться, если хочешь… Я могла бы побояться, что случится один раз – и уйдёт любовь, увянут помидоры! Но я знала одно: если гном полюбил, то это навсегда! Они целомудренны до мозга костей, и с кем попало спать не будут. - Бофур, милый… - Рукой я нашла его плоть, слабенько сжала её. Бофур охнул от этой неожиданности, потому что когда женщина берёт инициативу в свои руки (в прямом и переносном смысле) – это странно и внезапно. Я подвинулась к нему и впустила в себя, хоть и с трудом. Эти ощущения были для меня совершенно незнакомыми. Внизу живота приятно теплело, а когда Бофур вошёл в меня, будто сотни иголок воткнулись в тело, но как же приятны были эти чувства! Я почувствовала, как что-то горячее стекает по внутренней стороне бёдер, и это была кровь. Бофур даже спьяну понимал, что мне может быть немного больно и терпимо ждал, пока я не привыкну к нему. Я лишь целовала его лицо, гладила пальцами по щекам и скулам. Даже чуть прижавшись к Бофуру, можно было ощутить, как заколотилось его сердце, даже быстрее, чем при простом поцелуе! Медленные толчки несколько удивили меня, но мне стало лишь приятнее от движений Бофура. Да, плоть у него была большой, и казалось мне, что ещё одно движение – и я просто разорвусь, но тут уже я просто перестала соображать. Инстинкты, да, они такие! И я, и Бофур были на пределе. Я знала, чем могло кончиться то, если он вовремя не выйдет, но не думала об этом. Думал ли он? Но всё имеет свой конец. И сейчас я улеглась на узкой кровати, прижавшись к любимому гному. Кажется, я даже улыбалась, засыпая рядом с дорогим моему сердце Бофуром. «Знала ли я, что влюблюсь так сильно?» «Ну, ты и не хотела, а само как-то вышло!» «И не жалею, если честно…»