Важнее любви?

      Колоссальные шпили, еще на рассвете выглядевшие недосягаемым миражом, теперь закрывали небо, угрожающе нависая над приближающимся всадником. Тот только насмешливо фыркнул немой громаде города, который изо всех сил делал вид, что никакого дела до пришельца ему нет. Правда это была, или же за ним уже следили сотни глаз, не особенно волновало.       У главных ворот было оглушительно шумно. Толпы людей и эльфов сновали туда-сюда, грохотали повозки, проносились на тонких стремительных скакунах вечно торопящиеся гонцы, прятались от жары стражники. На фоне всеобщей толкучки неприметный парень на невысокой лошадке мгновенно затерялся сразу после того, как уплатил положенную пошлину на входе.       Двух или трех случайных взглядов, брошенные извечным бродяжкам, сидящим вдоль главной дороги, никто не увидел. Едва глядя по сторонам, всадник доехал до знакомого постоялого двора, где ему дежурно улыбнулся никогда не узнающий его владелец заведения. Пристроив коня, парень уже пешком вышел на улицу. Посмотрел в небо, прикидывая время, широко ухмыльнулся и быстрым шагом пошел к центру города, с поразительным для приезжего безразличием игнорируя полные магических чудес лавки, изысканную архитектуру и впечатляющие статуи.       Не дойдя нескольких кварталов до главной площади, путник свернул с главной улицы и через несколько минут оказался возле небольших вычурных ворот, разделяющих районы. Возле них вели разговор двое мужчин. Один был уже седым, со сложно заплетенной бородой, слезящимися глазами и глубокими морщинами. Балахон на нем висел бесформенным чехлом, но дороговизна ткани читалась даже отсюда. За его спиной стояли двое эльфов с понуро опущенными головами. Второй — моложе как минимум втрое, высокий, со смуглой кожей и золотящимся на солнце открытым плечом. Темные, почти черные волосы густой волной падали на лопатки, но на висках были коротко подстрижены, выдавая в говорившем склонную к эпатажу натуру. Безупречные усы подчеркивали нахальную ухмылку, с которой он отвечал собеседнику, а тот, в свою очередь, казался все меньше и суше с каждым мгновением разговора.       Путник отступил в тень, не желая мешать беседе. Отвлеченно царапал ногтем оштукатуренную стену, считал повторяющийся узор на подоконнике, проследил взглядом за пробежавшей полосатой кошкой. Почесал обгорающий нос, видя, как наигранно вежливо раскланиваются мужчины, проследил взглядом за уходящим стариком, но пошел за другим, так и не заметившим его, на ходу стряхивая с плеча полу плаща и являя на свет обрубок руки с пристегнутым к нему арбалетом. Настоящее чудо техники, подарок Варрика… но все же не привычный в прошлом длинный лук.       В несколько летящих длинных шагов он нагнал безмятежно посвистывающую жертву, схватил за левое плечо, разворачивая лицом к себе и упирая в живот протестующе брякнувший арбалет.       — Магистр Павус, не опасно ли вам ходить по городу одному? — прошипел парень, смело глядя в смеющиеся глаза.       — Не знаю, с чего ты взял, что со мной нет охраны, — пожал плечами маг. — Не все таскают за собой забитых рабов… и прекрати тыкать в меня этой штукой, она хоть не заряжена?       — Издеваешься, да? — Тревельян чуть толкнул его и опустил руку. — Я же не идиот совсем.       — Судя по тому, какие слухи доходят до меня о Дженни…       — А тут я вообще ни при чем.       Не желая слушать оправданий, Дориан привлек его к себе, вынуждая неловко завести покалеченную руку за спину и жадно целуя ждущие губы.       — Тебя не было два месяца, аматус, — прошептал он, с трудом заставив себя отстраниться.       — Я не могу все время тут торчать, слишком жарко, — насмешливо ответил Сириус. — Но сейчас намерен задержаться подольше. Произошло что-то новое?       — Магистра Аримана убили на той неделе. Кажется, все тот же «таинственный мститель», — Павус явно пародировал чей-то тонкий голос. — Старый свин несколько раз упоминал, что станет следующей жертвой, но я не придавал его словам значения.       — Ты расстроен? — бывший Инквизитор склонил голову к плечу.       — Разве что тем, что в этой смерти могут обвинить люцернов. Демоны, мне нужно срочно разыскать этого убийцу, чтобы хоть немного узнать о его планах. Не хочу оказаться следующим.       — Думаю, мне будет, что тебе рассказать. Я не говорил, что виделся с Хоуком месяц назад?       — И он снова был с этим своим… — Дориан демонстративно наморщил лоб, словно действительно не помнил имени целителя.       — С ним самым. Кстати, он зачем-то сказал мне, что ничего важнее любви нет.       — Значит, этому голодранцу ты веришь?!       — А Хоук и Варрик рассказали об одном старом друге…