Out of control

Сегодня ночью, наша глава началась. Самое время, чтобы смыть грехи И никто не станет отрицать, мы — Сыны Ночи. Быстро проносимся сквозь нашу боль, Больше мы не будем ждать шанса. Черные кресты останавливают свет, обнимая Сынов Ночи.

×××

Солнечные лучи освещают уютную кухню, на плите закипает кофе, ведущая утренних новостей объявляет прогноз погоды на сегодняшний день, из крана в фильтр льется вода, не особо громко включена музыка. Добро пожаловать в мой дом. — Этсуко! — зовёт меня тётя, и я неохотно покидаю теплую постель. Медленно бреду на кухню, шаркая ногами и потирая заспанные глаза. Когда сажусь за стол, передо мной тут же ставят тарелку с карри. Видимо, Ясуко специально встала пораньше, чтобы порадовать меня. Меня зовут Этсуко Миякэ, и уже три года я живу со своей тетей, которая старше меня всего на пять лет. И дело вовсе не в том, что я бедная и несчастная сирота, потерявшая родителей в автокатастрофе. Три года назад мои родители заключили контракт с CCG, в котором обязывались начать работу над проектом по усилению человеческих способностей, чтобы люди могли противостоять гулям. И через два дня, как мать с отцом подписали нужные документы, за ними приехали какие-то люди в серых плащах и забрали их под конвоем, словно преступников. Мне тогда было четырнадцать, но, даже несмотря на то, что я была в том возрасте, когда все уже прекрасно понимаешь, а родители начинают тебе рассказывать намного больше, чем раньше, подобный уход отца и матери меня впечатлил слишком сильно. Меня же ввязали во все это через четыре месяца. Когда на пороге тетиной квартиры внезапно появился отец, я несказанно обрадовалась — подумала, что его отпустили. Но я никогда так не ошибалась. Папочка поступил, как самый настоящий подлец: подсыпал нам с Ясуко снотворного в чай, а когда мы вырубились, забрал меня в лабораторию. Сейчас я отношусь к этому более спокойно, ведь я понимаю, что родители хотели мне только добра — думали сделать меня способной противостоять гулям. Но тогда, будучи запертой в маленьком помещении с кучей пробирок, я ненавидела мать с отцом лютой ненавистью. Но, несмотря на все усилия родителей, из меня не получилось сделать супер-человека — то ли была слишком слаба для подобных опытов, то ли кровь оказалась не той, но факт остаётся фактом: меня отпустили на свободу практически той же, что и была раньше. А подпорченная иммунная система и потрепанные нервы — это пустяки. Я вернулась к обычной жизни: продолжила ходить в школу, гуляла с друзьями, бывала на концертах любимых групп. Все те пять месяцев, проведенные в лаборатории CCG, казались просто старым ночным кошмаром, который с каждым днём вызывал чувство опасения все меньше и меньше. — Чем займешься сегодня? — спрашивает Ясуко, доедая свой завтрак. — Думала сходить в торговый центр — у меня кончилась канцелярия и порвались единственные джинсы, — отвечаю с набитым ртом, за что получаю от тети укоризненный взгляд и щелчок по носу. — И, естественно, ты собиралась обратиться к своему спонсору? — вздыхает Ясуко, понимая, что с самого утра её кошелёк потеряет довольно неплохую сумму. С деньгами у нас проблем нет, хотя, конечно, не живём на широкую ногу. Зарплаты Ясуко вполне хватает на все наши основные расходы и даже немного остаётся. — Ага, — улыбаюсь я, забирая из-под носа у тёти её тарелку. Ставлю её на свою и несу к раковине, чтобы потом помыть. Я живу самой обыкновенной и довольно неплохой жизнью. И мне абсолютно не на что жаловаться.

×××

В моём любимом торговом центре, как обычно, полно народу. Сперва захожу в магазин одежды, потому что знаю, что не пробуду там больше десяти минут — у меня нет привычки часами расхаживать между стеллажами с юбками, платьями и свитерами, просто нахожу то, зачем я пришла, и покупаю. Зато с канцелярскими принадлежностями все совсем иначе. Я очень люблю яркие ручки, карандаши, тетрадки и прочие нужные для учёбы вещи. И дело вовсе не в том, что, изнывая от однообразия в своём учебном заведении, в котором за формой следят больше, чем за успеваемостью, я не отчаиваюсь и нахожу способ выделиться из серой массы. На самом деле, у нас замечательная школа: понимающие учителя, которые дают материал так интересно, что хочется учиться больше и больше, весёлый директор, который ввёл обязательным только пиджак чёрного цвета, адекватные ученики, которые не устраивают потасовок между параллелями. Иногда у нас бывает довольно скучно, но я этим довольна. Когда выхожу из канцелярского магазина, чувствую небольшую усталость и голод. А так как у меня осталось немного денег, решаю зайти в любимое кафе, которое довольно часто посещаю с друзьями после школы. Спускаюсь на первый этаж и, пытаясь не толкнуть кого-нибудь в толпе, иду в сторону нужного мне места. Но то, что я вижу в «Йошиде», повергает меня в абсолютный шок. Все столики в заведении заняты, у кассы довольно большая очередь, чего в этом кафе никогда не было. И все же, не отчаиваюсь и встаю за какой-то женщиной с ярко-рыжими волосами. Моя очередь подходит спустя семь минут, а за это время я уже успела порядком известись и мысленно обругать каждого, кто стоял передо мной. Заказываю свой любимый кофе и пирожное — за такое долгое ожидание можно себя и побаловать. Получив заказ и расплатившись за него, ухожу от кассы с подносом в руках и судорожно ищу хотя бы одно свободное место. Мне везет, потому что почти сразу же вижу девушку, которая сидит одна за двухместным столиком. Отгоняю подальше предположения о том, что она может ждать кого-нибудь, и решительным шагом направляюсь к брюнетке. — Простите, у вас не занято? — спрашиваю у девушки. — Нет, садитесь, пожалуйста, — она улыбается и чуть наклоняет голову, будто желая рассмотреть меня с другого ракурса. — Кстати, я довольно часто тебя здесь вижу. Меня Тошими зовут. — Этсуко, — представляюсь девушке, а затем делаю глоток кофе. — Кстати, — говорит Тошими, — ты знаешь, почему сегодня тут так много народа? — Самой интересно, с чего это «Йошида» стала такой популярной, — оглядываясь по сторонам, чтобы посмотреть, пришли ли люди ещё. — Мне брат что-то говорил по этому поводу, но я совершенно не помню, — улыбается девушка, и я делаю то же самое. Спустя пару минут я убеждаюсь в том, что мне несказанно повезло встретить Тошими — у нас не только нашлась масса общих интересов, но и сама по себе девушка оказалась очень приятным и интересным собеседником. Уже буквально через десять минут нашего общения я немного жалела о том, что не познакомилась с Тоши раньше. — Ладно, мне пора бежать, — говорит новая знакомая, когда какая-то женщина, проходящая мимо нас, не многозначительно прокашлялась, показывая тем самым, что людей, желающих выпить чашечку кофе за столом довольно много, — было очень приятно познакомиться с тобой, Этсуко! Тошими быстро пишет свой номер телефона на салфетке, а затем добавляет: — Обязательно позвони мне этим вечером, я хочу с тобой погулять! Согласно киваю и убираю салфетку в рюкзак, ставлю на поднос использованную мной посуду, а потом сама покидаю кафе в приподнятом расположении духа.

×××

По пути домой решаю зайти в продуктовый, чтобы купить спагетти и что-нибудь к чаю. И за долгими поисками нужной марки макарон, ещё более длительным выбором печенья я не замечаю, как на улице темнеет. Выхожу из магазина и даже тихонько присвистываю — так удивлена, сколько времени потратила, шатаясь по различным торговым точкам. Подхватываю пакет поудобнее и иду в сторону своего дома, глядя по сторонам. Район у нас не особо криминальный, да и гулей, которые в последнее время своей жестокостью вгоняют людей в состояние панического ужаса, практически нет, поэтому больше обращаю внимание на природу вокруг меня: аккуратные деревья, красивые цветы в клумбах. Я, на самом деле, очень люблю цветы — у меня в комнате есть несколько горшков с разными растениями, а на столе всегда стоит ваза с какими-нибудь пионами, к примеру. Ясуко даже иногда смеётся надо мной по этому поводу, мол, девушка, не любящая юбки и всякие остальные вещи, присущие только женщинам, но при этом обожающая цветы. Вдруг, я слышу какой-то шорох позади себя. Поворачиваюсь, но вижу только мусорный бак. До дома остаётся идти не больше пары минут — я уже в соседнем дворе, поэтому ускоряю шаг. Боковым зрением улавливаю тень, промелькнувшую слева, и меня охватывает страх. Практически перехожу на бег и, когда нахожусь у арки, ведущей на улицу, кто-то хватает меня за ногу, и я падаю. Переворачиваюсь на спину и то, что я вижу повергает меня в ужас. Надо мной в воздухе завис гуль, расправив свои огромные чёрные крылья (кажется, они называются Укаку). Парень надо мной хищно улыбается, и от его оскала мне становится нехорошо — подобное я видела только в фильмах про маньяков-убийц. Отползаю назад, но это мне ничего не даёт. Гуль смеётся пару секунд, а затем приземляется на землю ровно передо мной. Садится на корточки, а затем нависает так, что наши лица находятся практически на одном уровне. Изо рта у парня течёт слюна прямо на мою шею, показывая, как он хочет есть, и от этого зрелища мне становится очень мерзко. Брезгливо морщу нос и стараюсь отодвинуться хотя бы ещё, но гуль хватает меня за руки, таким образом прижимая к асфальту. — Ну-ну, ты же знаешь, что бабочки только усугубляют свою ситуацию, выпутываясь из паутины? — практически воркует монстр, и я отворачиваюсь, чтобы хотя бы не видеть этого. Гуль наклоняется к моей шее, а потом проводит носом от уха до ключицы, видимо, наслаждаясь ароматом. Затем переходит к плечу и вонзает в него свои острые зубы. Громко кричу от невероятно сильной боли и пытаюсь оттолкнуть монстра, но тот лишь сильнее прижимает меня к земле своим телом. Чувствую, как сжимаются челюсти гуля и уже готовлюсь попрощаться с куском собственной плоти, но вдруг откуда-то сверху раздаётся смутно знакомый голос: — Котаро, отпусти её! Этот самый Котаро, что несколькими мгновениями назад собирался поужинать мной, отстраняется и поднимается на ноги за доли секунды. Пытаюсь сообразить, что происходит, но появление того, кто заставил гуля остановиться только больше вводит меня в ступор. Тошими грациозно приземляется на асфальт, видимо, спрыгнув с ближайшего гаража, подбегает ко мне, а затем садится у изголовья. — Тошими-чан, так нечестно! — обиженно заявляет Котаро и складывает руки на груди, — я голодный. — Ей ты точно не будешь утолять голод, — возражает ему моя сегодняшняя знакомая, оттягивая ворот футболки, чтобы посмотреть, что с моим плечом. Пытаюсь что-то спросить, но Тоши накрывает ладонью мой рот, заставляя таким образом помолчать. — Это та девушка, с которой ты сегодня познакомилась, что ли? — раздаётся третий голос, и из темноты выходит парень, который даже выше того, который чуть меня не съел. — Ага, — только и отвечает Тошими, придерживая ладонью рану, чтобы я не потеряла много крови, — Тетсуро, лучше бы помог мне — я без понятия, как оказывать первую помощь! — Проще было бы её съесть, — все ещё обижаясь, заявляет Котаро и даже отворачивается от нас. — Ты бы вообще молчал, — усмехается брюнет, — друг, что за бред про бабочек ты нес? Это же старо, как мир. — Ничего не знаю, я выглядел круто, — парирует гуль и хмыкает, будто бы уже победил в словесной перепалке. Тетсуро громко вздыхает, а потом садится на корточки и берет меня на руки. Все ещё пребывая в полубессознательном положении, пытаюсь сориентироваться в пространстве и понять, хотя бы, в какой я части двора. — Отнесем её к нам, а дальше разберемся, — говорит парень, и Тошими соглашается с ним. А через секунду я окунаюсь во тьму, полностью теряя связь с внешним миром.