Нелюбовь?...

      Озираясь по сторонам, Кузнецова кралась по лесу. Уже смеркалось. Её путь лежал к засыпанному колодцу, через который Андрей и Даша когда-то нашли вход в подземелье. Потом в него упала Алиса Ткаченко, и Поляков приказал его засыпать, чтобы больше никто не пострадал. Девушка очень боялась не успеть к указанному времени - тот, кто назначил ей встречу, предупредил, что опаздывать не в её интересах.       Барышникова она увидела издалека – тот стоял, опираясь на каменную кладку. Вика остановилась в нескольких шагах от него, держа в руке фонарь. - Я рад, что ты пришла, - парень повернулся к ней лицом.       Сама не зная почему, брюнетка сделала шаг назад. Его близость всегда её нервировала, а теперь уж и подавно. Когда они стоят вдвоём, друг напротив друга, в лесу…. - Что тебе нужно? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.       Хотя, какое к чёрту, спокойствие, когда её всю колотит, словно лист на ветру? И он наверняка это заметит. Рано или поздно. - Поговорить. Просто поговорить. - А потом? - Будет зависеть от того, чем закончится этот разговор. Давно ты встречаешься с Уваровым?       Хоть Вика и ожидала этого вопроса, всё равно он прозвучал неожиданно. - Ты с самого начала сливала ему всю информацию о вашем расследовании? И сейчас продолжаешь это делать? Он знает о подземелье под лестницей?       Кузнецова хранила молчание. Пусть выскажется до конца, а она тем временем подумает, что ей делать. - Я хочу тебе помочь. Но не смогу, если ты будешь молчать, - в ответ на это Вика пнула носком балетки камень. Барышников вздохнул и скрестил на груди руки. – Мне придётся рассказать обо всём твоим друзьям. - И что ты хочешь за своё молчание? – брюнетка сильнее сжала фонарь.       Не услышав ответа, девушка направила луч света в его сторону - Алексей улыбался, в его взгляде читалось торжество. Понятно. Могла бы сразу сообразить, к чему всё идёт. - Мне нужны гарантии, - серьёзно сказала она. - У меня есть кое-что, указывающее на твою связь с Уваровым, - вкрадчиво сказал парень. Кузнецова невольно напряглась. – Если будешь себя хорошо вести…. «В эту игру я уже играла. Только теперь знаю правила». - И что же это? - По-твоему, я такой дурак, что ношу улику с собой? Хотя, признаюсь, иногда мне нравится рассматривать эту вещь, и представлять, что рядом с тобой я. А не он.       Мысли девушки лихорадочно закрутились в голове – о чём он говорит? Она всегда была очень осторожна. - Не старайся, - засмеялся Барышников. – Всё равно не угадаешь. Но я могу тебе это показать, чтобы у тебя не было сомнений. Подойди сюда, - он снова опёрся рукой о колодец. - Ты прячешь это здесь? – Кузнецова приблизилась. - По-моему, неплохое место для тайника.       Едва она склонилась над бортиком, как в ту же секунду он развернул её к себе и сжал запястья, прижимая к холодному камню. Вика подавила в себе желание вырваться из его рук. Барышников смотрел на неё в упор, его дыхание то и дело сбивалось. Она не отводила взгляда, ожидая, что будет дальше. - Он тебя заставил, да? Угрожал смертью друзей, шантажировал.       Выждав несколько секунд, брюнетка едва заметно кивнула и закусила губу. По щеке скатилась слеза, и она глубоко вздохнула, сдерживая спазм. - Лёша, - позвала его тихо. – Я…. - Тише, ничего не говори, - Барышников отпустил её руки. Стёр мокрую дорожку - этот жест вызвал слабую улыбку на лице девушки. – Ты не отвечала на мои ухаживания, потому что боялась его. Но я с первого дня чувствовал твою симпатию ко мне, у нас ведь так много общего, - он обнял её за талию, и она подалась ему навстречу, положив руку на плечо. - Теперь я всё понимаю, - шептал Алексей, касаясь губами её виска, щеки и переходя на шею. – Ты просто боишься. Но со мной всё будет по-другому, вот увидишь. Я не такой, как он, я….       Удар фонарём по лицу заставил его вскрикнуть и отступить – она вложила в него всю силу, на которую была способна в данный момент. Ослеплённый светом и болью, Алексей что-то прорычал и бросился на девушку. Сжав своё «оружие» обеими руками, Вика ударила его по голове. Он согнулся пополам, и она нанесла ещё два удара в область затылка. После того, как он упал, девушка осветила его фонарём – лицо разбито, и голова тоже, но он был жив.       Обойдя лежащее на земле тело, Вика направила луч света вглубь колодца – пусто, что и следовало ожидать. Заметив краем глаза, что Барышников начинает приходить в себя, она поспешила убраться прочь с места преступления. - Что случилось? – воскликнула Одинцова после того, как дверь её медпункта распахнулась, и на пороге появилась запыхавшаяся и растрёпанная старшеклассница.       Кузнецова всхлипнула и, закрыв лицо руками, сползла по стене на пол. На этот раз слёзы были настоящими – её всю колотило после случившегося. Склонившись над ней, школьный врач увидела, что одежда девушки разорвана, а руки перепачканы чем-то красным. Лариса Андреевна подняла её с пола и усадила на кушетку. Накапала в стакан с водой валерьянку и молча протянула ей. Подождав, пока она немного успокоится и придёт в себя, Одинцова начала осторожно расспрашивать о случившемся. - Только не говорите никому, пожалуйста, - сразу попросила Вика, сжимая в руках пустой стакан. - Я должна рассказать обо всём Виктору Николаевичу, - осторожно возразила Лариса Андреевна. – Пойми, тот, кто на тебя напал, находится в стенах школы, ведь территория оцеплена военными, и чужой сюда просто не сможет попасть. Ты успела его разглядеть?       Кузнецова не ответила, уставившись в одну точку. - Как это произошло? - Я была в лесу. Уже стемнело. Кто-то схватил меня. Мы боролись. А потом я ударила его фонарём. Мне удалось вырваться. Он погнался за мной, но я смогла убежать. - А что ты делала в лесу одна, да ещё так поздно?       Брюнетка вздохнула. Хороший вопрос. - Ты не видела, но догадываешься, кто это может быть, - ответила за неё Лариса Андреевна. – Тем более нужно обо всём рассказать вашему директору. Здесь дети, и он должен знать об опасности. - Это личное. Я не хочу, чтобы вся школа узнала, - Кузнецова снова всхлипнула. – Он… он больше ничего мне не сделает. Не посмеет. Можно, я пойду? - Вика, я должна тебя осмотреть, - твёрдо заявила Одинцова. – Чтобы убедиться, что он не причинил тебе вреда. Пройди за ширму и сними одежду. Я принесу тебе что-нибудь из своих вещей – твою одежду придётся выкинуть.       После осмотра брюнетка сидела на кушетке за ширмой, обхватив руками колени. Вспоминала, как на полпути к «Логосу» разорвала на себе вещи и перепачкала руки в крови Барышникова, стирая липкую жидкость с фонаря. Было противно, её затошнило от запаха, но она вытерпела. Сразу после ухода школьного врача девушка тщательно вымыла руки и лицо с мылом.       Лариса Андреевна принесла ей свои джинсы и футболку. Как только Вика переоделась, она снова попыталась убедить её обо всём рассказать Полякову. В ответ та лишь отрицательно качала головой, на её глазах снова заблестели слёзы. - Ладно, - сдалась Одинцова. – Тот, кто на тебя напал, не успел причинить тебе практически никакого вреда, поэтому я не стану сообщать о случившемся вашему директору. Пока не стану. Но если что-то подобное повторится…. - Я могу идти? - Иди. Тебе нужно отдохнуть. Постарайся поспать. - Спасибо, - поблагодарила её Вика перед тем, как покинуть медпункт.       Не оглядываясь, поднялась на этаж учителей и без стука вошла в комнату бывшего физрука. Закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Выдохнула, словно только что пробежала стометровку. - Ты уверена, что стоит так рисковать? – Уваров поднялся с кресла и подошёл к ней. – Тебя могли увидеть. - Можно убить человека фонарём? - Каким? – уточнил он, всматриваясь в лицо девушки и отмечая, что её глаза светятся каким-то странным недобрым огнём. - Например, вот таким, - она обошла его и направилась к столу, на котором лежал вышеназванный предмет. Точь-в-точь как тот, которым она недавно избила Барышникова в лесу. - Смотря, куда ударить, - развёл руками Уваров, продолжая наблюдать за ней. – Человека, в принципе, можно чем угодно убить. Что-то случилось? - Ничего особенного, - отмахнулась от него брюнетка.       Прошлась по комнате. Выглянула в окно. Потом закинула руки за голову и потянулась. Тряхнула волосами и повернулась к мужчине. - Я соскучилась. И что там по поводу нашего плана?       На следующий день компания старшеклассников, за исключением Даши Старковой, собралась в библиотеке, чтобы обсудить очередную вылазку в подземелье под лестницей. Барышников пришёл позже всех. Его появление заставило всех на несколько секунд потерять дар речи - под его левым глазом красовался фиолетовый синяк. - Ни хрена себе, - высказался за всех Морозов. – Кто тебя так? - Да ерунда, - поморщился тот. – Решил кое-что проверить. И вот, поплатился за собственное любопытство.       Листавшая толстую книгу Кузнецова хмыкнула. - Нашёл что-нибудь интересное? – спросила Виноградова. - Пока не скажу. Хочу удостовериться. - Собираешься получить второй синяк для симметрии? – поинтересовалась Вика. – В этой школе небезопасно вести расследование в одиночку. - Я это учту, - скривился Барышников, потирая затылок, где красовалась огромная шишка. - Ребят, давайте уже пойдём, пока в холле никого нет, - поторопил всех Авдеев. - Интересно, что они скажут, когда узнают правду. О тебе и шестёрке Колчина, - шепнул брюнетке на ухо Алексей, подавая ей руку при спуске под лестницу. – Осторожно, ступенька. - У меня тоже есть что рассказать. - Если они захотят слушать твои жалкие оправдания. - Вчера вечером ты заманил меня в лес и пытался изнасиловать. А когда я дала отпор, выдумал эту небылицу насчёт меня и Вадима Юрьевича, - мило улыбаясь, тихо ответила девушка. – Ах, да самое главное забыла. У меня есть свидетель. - Разбитый фонарь? – усмехнулся Барышников, но уверенности в его голосе поубавилось. – Тебе никто не поверит. - Мне, может быть, и нет. Но вот Ларисе Андреевне, которая осматривала меня после того, как я вернулась в школу, поверят. Я с трудом уговорила её ничего не сообщать Виктору Николаевичу и остальным. Так что советую держать рот на замке, - с этими словами она вырвала руку и направилась к остальным, чувствуя затылком его злой взгляд.       Вика не стала рассказывать Вадиму о своей первой маленькой победе. Он ведь сам сказал, что она больше не должна кому-то что-то доказывать, в том числе и ему. Девушка ощутила слабый привкус власти над другим человеком, и это слегка вскружило ей голову. Она смогла переломить, казалось, патовую ситуацию, в свою пользу. Не зря всё-таки родители назвали её Викторией. - Ты какая-то странная сегодня, - сказал Уваров, когда они встретились в этот же день вечером в спортзале. - Только сегодня? – игриво улыбнулась Вика. - Последние несколько дней. Ты стала другая. - Какая? – девушка ждала ответа, затаив дыхание – надо же, он всё-таки заметил. - У тебя что-то случилось? - Может быть, - уклончиво ответила она. – Угадай. Даю три попытки.       Поднялась с пола и закружилась в лунном свете, который проникал сквозь решётки на окнах. Вадим направился к ней, но она уворачивалась, смеясь и дразня его. Изумрудные глаза время от времени вспыхивали, густые волосы развивались в танце. Наконец, ему удалось поймать девушку. Он встряхнул её за плечи, пытаясь привести в чувство. - Ты что-то сделала? Мы же договаривались – никакой самодеятельности. - Не кричи на меня, - обиделась брюнетка, обиженно надув губы.       Уваров нахмурился. Вика снова засмеялась и обняла его, сбрасывая руки со своих плеч. Впервые чувствовала себя хозяйкой положения в этих отношениях. Раньше ей казалось, что он читает её, словно открытую книгу, знает наперёд каждое её действие, каждый шаг. А теперь она превратилась в кроссворд, и ему придётся потрудиться, чтобы разгадать этот ребус. - Лучше скажи - тебе удалось проверить остальные двери в комнате под лестницей? - Да, - недовольно ответил Вадим. – Они никак не связаны с основным подземельем. Я был прав. - И что теперь? – погрустнела девушка. - Будем искать другой путь, - уклончиво ответил Уваров. – Я этим уже занимаюсь. - И говоришь об этом как бы между прочим! - У тебя тоже появились секреты от меня, - усмехнулся он. – Расскажешь свой – и я расскажу о том, что узнал.       Подумав секунду-другую, Вика отрицательно покачала головой. Позже, вернувшись к себе в комнату, Уваров запер дверь и достал из ящика стола военно-полевой телефон. Набрал знакомый номер, послушал гудки и сбросил. Набрал снова. - Цель уже близка, - сказал он, как только ему ответили. – Скоро всё будет кончено.