Ньери-2

       Такой умиротворённости я не чувствовал уже давно. Хорошо, тепло, уютно. Совсем не хочется двигаться. Я согласен лежать так вечность. Меня обнимают, некрепко, но вполне ощутимо и это так приятно. И лежать мне поразительно удобно, хоть я и практически полностью залез на Саске…       ... Это ведь Саске такой тёплый и удобный? Это же он меня обнимает? Больше же некому. Но тогда кто так пристально на нас смотрит?..       Медленно открываю глаза, но толком ничего не вижу. Тихо вздыхаю и заставляю себя немного приподнять голову. Слава невинным креветкам, я нежусь в объятиях мужа. Убедившись в этом, снова хочу устроиться у него на груди, но по-прежнему чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Хмурюсь, приподнимаюсь еще сильнее и лениво осматриваюсь по сторонам.       Итачи стоит в дверях и внимательно нас рассматривает. Спросонья не могу понять, что выражает его лицо, да и, если честно, сейчас меня это не волнует. Кажется, еще слишком рано. К тому же, сегодня выходной, и можно спать сколько душе угодно. Вон теме вообще до сих пор не проснулся. Снова кладу голову ему на грудь, и Саске тут же крепче прижимает меня к себе, во сне скользит ладонью по моей талии и кладёт её мне на бедро. Фыркаю, и возвращаю его руку на прежнее место. Нечего разжигать во мне запретные желания.

***

      Итачи бесшумно вышел из комнаты. Его глупый маленький брат всегда был тем еще собственником, и с годами ничего не изменилось. Сейчас даже во сне он ни на мгновение не отпускал мужа, не давая ему не то, что встать, немного изменить позу. Впрочем, Наруто это, похоже, нравилось. А может, он просто смирился.       Учиха покачал головой и на цыпочках снова зашел в детскую. Он по привычке встал рано и было немного непривычно от того, что все до сих пор спят. За час с небольшим он уже успел много чего сделать, а в его доме по-прежнему царило сонное царство. В целом, Учиха ничего не имел против этого, но он всё еще был возмущен. Со своей «ночью науки» Гаара совсем позабыл о детях. Нерадивый папаша. Он, небось, перед сном, даже не зашел и не проверил их! Но будить мужа и ворчать Итачи не стал. Всё же ничего страшного не случилось, а Гаара немного реабилитировал себя тем, что хотя бы о нём позаботился. Но устроить ему «весёлые» выходные не помешает. Главное, чтобы настроение не пропало.       Итачи подкрался к кроватке и заглянул в неё. Кадо уже проснулся. Он тихо лежал и внимательно рассматривал брата. Тот всё еще спал, крепко прижимая к себе его ладошку. Итачи улыбнулся, его сын между тем, на него посмотрел. Мгновение Кадо рассматривал папу, затем скривился, всхлипнул, явно готовясь заплакать и того, хуже, закричать.       – Ш-ш-ш, – предостерег его Итачи, осторожно освобождая малыша из «плена» и доставая его из кроватки. – Ш-ш-ш, – повторил он, когда Кадо снова всхлипнул.       Учиха успел выйти из комнаты как раз в тот момент, когда простые всхлипывания перешли в отчаянные рыдания. Машинально покачивая ребёнка на руках, он отнёс его на кухню и первым делом покормил. Аппетит малыша напомнил Итачи о том, что он сам еще не завтракал. Но от мысли и самому перекусить Учиху отвлёк ребенок. Наевшись, он успокоился всего на пару минут и снова начал плакать, требуя к себе внимания.       – Скоро подрастёшь и всё мне расскажешь, – сам себя успокоил Итачи и понес Кадо в гостиную. Там уже сонный Гаара вскрывал новую пачку памперсов.       «Это уже пятая, – машинально отметил про себя Учиха. – Наверное, ему просто нравится их открывать…»       – Доброе утро, – Гаара заразительно зевнул и подошел к супругу. Приобнял его за талию и посмотрел на Кадо.       Малыш на мгновение успокоился и как будто даже обрадовался. Протянул ручки к отцу и Намикадзе поспешил взять его на руки. И только после этого он снова начал плакать.       «Так он говорит, что никто его не понимает, – припомнил Итачи слова Кушины. – Наруто вёл себя точно так же…»       Учиха покачал головой. Несколько секунд он наблюдал за бесполезными попытками мужа успокоить малыша, затем легонько одернул Гаару и кивнул на пачку памперсов.       – Только не говори, что это надо сделать мне, – Намикадзе явно занервничал.       – Тебе, дорогой, – Итачи не сдержал коварной улыбки. – Кому же еще? Слышишь, – он поднял указательный палец вверх, – Исами уже проснулся. Я пойду к нему.       – Ну и вляпались мы с тобой, – доверительно сообщил Кадо Гаара. – Папа будет очень недоволен, если мы не справимся с этой задачкой… – он достал из открытой пачки памперс и принялся недоумённо крутить его в руках. – И как нам с этим быть?..

***

      Во второй раз меня разбудили поцелуи. Нежные, какие-то осторожные, возбуждающие. Мягкие губы приятно скользят по коже и от этого внутри всё трепещет. Не сдерживаю тихого стона, и меня тут же ласково целуют в губы. Открываю глаза и сталкиваюсь взглядом с Саске. В его глазах дивным образом смешались похоть и нежность. Это завораживает. Легкие, практически невесомые поцелуи дразнят и отвлекают, но я не могу оторвать взгляд от мужа. Его желание осязаемо.       Сглатываю. Сердце пропускает удар. Его рука скользит по моей обнаженной груди, и я неосознанно задерживаю дыхание.       … Саске...       … Теме…       Он мягко проводит рукой по моей шее, скользит немного в сторону, пропускает между пальцев недлинные пряди волос, немного приподнимает мне голову и снова целует. В этот раз жадно и страстно, окончательно спуская себя с тормозов.       … Саске…       Мы давно уже раздеты, но я понимаю это лишь тогда, когда он просовывает в меня сразу два пальца. Вздрагиваю. Меня тут же отвлекает множество легких поцелуев. Теме. Чувствую, как его эрекция упирается мне в бедро и отчего-то это жутко смущающее ощущение возбуждает меня еще сильнее.       Где-то на краю сознания проскальзывает мысль о том, что мы в гостях, и не можем позволить себе таких вольностей. Но желание почувствовать мужа в себе сильнее, всех здравых домыслов. Единственное, о чем мне приходит в голову спросить Саске – это презервативы. Их у него вполне ожидаемо нет, но мы оба не видим в этом особой проблемы. Разве что…       – Мы здесь всё запачкаем, – шепчу мужу в губы свою последнюю мысль. Он привычно хмыкает и снова отвлекает меня поцелуем. Теме. Как же я его хочу…       Не замечаю, как раздвигаю ноги в стороны, прогибаюсь в спине, сильнее задевая член Саске и глубже насаживаясь на его пальцы. Невольно всхлипываю и тут же отвлекаюсь на ласковый поцелуй. И не сразу замечаю ужасной пустоты. Внутри буквально всё сводит от желания. Теме заставляет меня хорошенько это ощутить. И только хочу возмутиться, как всё меняется. Шумно выдыхаю, тихо всхлипываю, ненадолго прикрываю глаза. Стыдно признаться, но мне безумно нравится чувствовать в себе Саске, особенно так, когда никакие резинки не скрадывают ощущений. И когда он начинает двигаться…       … Я полностью лишаюсь рассудка….       Теме. Он забывает о своих нежностях и полностью отдается инстинктам. И меня пугает то, как сильно мне это нравится. Быстрый ритм, резкие, немного грубые, глубокие толчки буквально сводят с ума. Саске не останавливается ни на мгновение. То входит глубоко, по самое основание, то безжалостно отстраняется, оставляя после себя болезненную пустоту. Очередной толчок заставляет вскрикнуть. Слишком резко, слишком глубоко. Прогибаюсь в спине, запрокидываю назад голову. Он должен сдвинуться хоть немного, но теме останавливается, заставляя меня почувствовать всю длину его члена, и сминает мои губы мягким поцелуем. Тихо скулю и он снова продолжает двигаться. И почему-то с каждым новым толчком хочется сильнее кричать. Хватаю мужа за волосы, стону ему в губы и неосознанно двигаю бедрами ему навстречу. Жарко, тяжело, больно. Болит член, требуя разрядки, но Саске и не думает прикасаться к нему. Его руки заняты тем, что держат мою голову.       … Теме…       Целую его. Жадно, со всей страстью и получаю такой же пылкий ответ. Тихо скулю, но Саске как будто не замечает этого. Исступленно продолжает вколачиваться в меня, даря каждый раз немного новые, смешанные чувства. Долго не выдерживаю. В какой-то миг всхлипываю, сильно напрягаюсь и с облегчением кончаю. Кажется, влеку за собой Саске. Чувствую, как его семя разливается во мне. Слабо вздрагиваю. В очередной раз вспоминаю о том, что мы должны предохраняться. Нужно лучше следить за теме и не идти у него на поводу. Но разве же я смогу?..       Наверное, мне надо что-то ему сказать. Может, возмутиться? Но по утрам, в настроение, у нас обычно так и бывает. Тот, кто просыпается раньше, по-своему будит другого и мы просто наслаждаемся друг другом. Это настолько естественно, что не требует никаких обсуждений. Но обычно мы стараемся держать себя в руках, когда с ночевкой остаемся в гостях. А ведь это дом наших братьев. У нас здесь даже комнаты нет. Нам постоянно предлагают новую. Интересно, у нас есть соседи? И как громко мы себя вели?..       – Саске, – тихо зову.       Теме не отвечает. Уткнулся носом мне в шею и щекочет кожу тёплым дыханием. Он лежит на мне и от этого безумно жарко. И тяжело. Пошевелиться не могу и только сейчас замечаю, что даже дышать и то трудно.       – Саске, мне тяжело.       Теме неразборчиво ворчит, переворачивается набок и увлекает меня за собой. Облегченно выдыхаю. Чувствую, как по ноге медленно стекает семя мужа и морщусь. Неприятно. Надо принять душ, но совсем не хочется шевелиться.       … Интересно, мы уже запачкали простыни или еще нет?..       Саске рассеяно гладит мое бедро, спускается ладонью ниже и с легкостью просовывает в меня пальцы. Вздрагиваю, широко распахиваю глаза.       – Не надо, – лепечу, чем, кажется, лишь сильнее дразню его.       Учиха со мной по-прежнему не говорит. Только ласково целует губы, успокаивая, и бесцеремонно просовывает в меня еще по пальцу, заставляя вновь напрячься. Мы все еще расслаблены, но если так и дальше пойдет, я снова заведусь. Надо срочно что-то предпринять.       – Теме, – через силу ворчу, вглядываясь в его довольное лицо, – мы в гостях, помнишь?       – Хм-м, – лениво соглашается он, но его явно это не волнует.       – И у нас нет презервативов, – всё еще пытаюсь вразумить его.       – Они нам не нужны, – снисходит до нормального, но возмутительного ответа теме. – Профессор Орочимару всё верно говорил.       Ответить что-то мне не даёт мягкий поцелуй. Лишняя пара секунд чтобы понять о ком говорит мой муж. Профессор… Ах это…       – Наверное, – говорю, машинально облизывая губы, – мне стоит запретить тебе смотреть все эти интеллектуальные шоу.       – Запрети, – с усмешкой разрешает Саске, легко целует в нос и с легким вызовом смотрит мне в глаза. Теме.       – Отпусти, – уверенно требую и даже пытаюсь отодвинуть от себя его руку. Саске не сопротивляется. Охотно подчиняется, а я старательно делаю вид, что не слышу никаких пошлых звуков.       Почувствовав свободу, спешу встать с кровати. Теме усмехается шире и жадно следит за каждым моим движением. Это смущает. Я даже жалею, что не взял ничего, чтобы прикрыться. Нужно побыстрее спрятаться от его глаз. Жаль, что здесь это практически невозможно сделать. Машинально осматриваюсь. Дом Гаары уникален тем, что здесь практически в каждой комнате есть санузел. Это какой-то тщательно перестроенный пансион, но это не так уж и важно сейчас. Замечаю две неприметные двери и искренне радуюсь своему спасению. За первой дверью оказывается туалет. Немного не повезло, но не беда. Сюда мне тоже надо.       Стоит только вернуться в комнату, и я снова оказываюсь под пристальным взглядом мужа. Он уже сидит на кровати, но по-прежнему кажется расслабленным и непринуждённым. Надеюсь, его похотливые желания немного поутихли. Впрочем, это ведь не так уж важно, всё равно я сейчас спрячусь в ванной, а потом нам уже будет не до всего этого…       Зелёный кафель вызывает улыбку. Позитивно так. Мгновение рассматриваю в небольшом зеркале свое лицо и отчего-то вспоминаю об оставшемся в комнате Саске. Трясу головой и спешу залезть в небольшую ванну. Но образ теме жестоко преследует меня и здесь. Пустота внутри вновь становится осязаемой, а воспоминания о том, что всего пару минут назад во мне были пальцы мужа, лишь сильнее дразнят. По телу вновь разливается лава желания, член уже налился кровью и встал, даже соски и те уже затвердели. Шумно вздыхаю, неуверенно тяну руку к члену, и в этот миг дверь в ванную открывается. На пороге останавливается Саске, жадно меня рассматривая. Замираю на месте, похоже, в нелепой попытке скрыть от него свою эрекцию. Теме усмехается, решительно заходит в ванную. За ним бесшумно закрывается дверь, и я понимаю, что попал…

***

      Вколачиваться в мужа одно удовольствие. Он послушный, открытый, отзывчивый. Его рваные стоны заглушает включенная вода, но даже так, ньери старается не шуметь. А Саске знал, как это трудно для его добе, и он ласково целовал мужа в шею подбадривая и благодаря. Наруто разрешал кончать в себя, хоть потом и ворчал. И Учиха мысленно разделял его недовольство, но в порыве страсти забывал обо всем и желал лишь одного: глубже проникать в мужа. А на пике своего возбуждения мог думать только о том, чтобы кончить в него. И он потакал своему маленькому капризу.       Наруто тихо заскулил. Саске осторожно вышел из него и бережно прижал к себе. Благодарно поцеловал в губы, ласково погладил по голове. Всё-таки его добе бесподобен. – Утром заходил Итачи, – сонно пробормотал ньери, удобно устраивая голову на плече мужа.       – Они сейчас заняты с детьми, – понял его опасения Саске. – Меня разбудил их плачь, – припомнил он.       – За это время они их пять раз успокоили, – пробормотал Узумаки, тихо вздохнул и провокационно попросил: – Покупай меня, – помолчал немного, осознал, что предложил и тут же передумал: – Хотя лучше не надо…       Учиха хмыкнул и сделал воду несколько теплее. Конечно, секс в запрещенных местах чувствуется острее и хочется его больше, но нужно знать меру. Наруто явно собирается еще подремать как минимум час, а время не стоит на месте. За Узумаки обычно не водится спать до обеда и об этом знают все обитатели дома. С другой стороны, Саске совсем не собирался скрывать от кого-то свою личную жизнь. Он мог не акцентировать на ней внимания, но на прямой вопрос уж точно не собирался краснеть. Но добе стеснялся и это, в целом, было очень забавно.       – Давай я тебя отнесу, – предложил Саске, когда они с горем пополам покончили с водными процедурами. Наруто всё еще был слишком расслаблен и откровенно клевал носом. Его даже было немного жаль.       – Нет, – ньери отрицательно покачал головой, и, явно опасаясь, что вопрос был чисто для галочки, поспешил вылезти из ванны. Он неуверенно сделал шаг вперёд, тут же поскользнулся на мокром полу и лишь чудом не упал.       – Добе, – покачал головой Учиха, придерживая мужа за талию.       – Теме, – не остался в долгу Наруто. Помолчал мгновение и пожаловался: – Холодно.       Саске тихо вздохнул, крепче обнял ньери. Здесь не было полотенец. Заходя сюда, он не думал о том, чтобы принимать душ. О чём думал добе, убегая из комнаты, Учиха даже не брался отгадать. Саске помедлил несколько секунд, затем всё-таки принял решение и уверенно открыл дверь. Мысленно он был готов столкнуться с кем-нибудь в комнате. С Гаарой, например. Однако, к счастью, их уединение всё еще не потревожили. Итачи не в счет. А может, именно ему надо сказать спасибо за то, что они до сих пор предоставлены друг другу.       Вежливый стук в дверь раздался, когда Саске, уже полностью одевшись, сидел на кровати и едва заметной усмешкой читал новое сообщение. Учиха не обратил на стук внимания. Отвечать и этим тревожить мужа он не собирался. Наруто всё еще дремал, обвив руками его талию и уткнувшись лбом в нижнюю часть его спины. С ним было тепло и уютно и менять что-то не хотелось. Саске бросил короткий взгляд через плечо, убедился, что ньери по-прежнему спит и решил ответить на сообщение.       Стук повторился. Учиха неопределённо хмыкнул и отправил sms. Дверь решительно открылась, на пороге комнаты застыл Гаара. Он казался возмущенным, однако, чем дольше рассматривал гостей, тем спокойнее становилось его лицо.       – Доброе утро, – спокойно сказал Намикадзе. Проблемы в том, что он может разбудить брата, Гаара не видел. Его можно было понять. Как-никак, уже начало двенадцатого.       Саске хмыкнул, отвечая на приветствие. Наруто негромко заворчал, теснее прижимаясь к нему и как будто прячась от шума.       – Мы ждём вас на ланч, – невозмутимо продолжал Намикадзе.       Учиха кивнул, принимая это к сведению, но не спеша предпринимать хоть какие-то действия. Гаара покачал головой и пообещал себе рассердиться, если не получит ответ на очередной вопрос.       – Пойдёте с нами гулять?       – Нет, – приглушенно пробормотал Наруто. – У нас планы.       – Может, отмените? – предложил Намикадзе.       – Невозможно, – вмешался в разговор Саске. Добровольно оставаться в обществе братьев дольше, чем это возможно, он не собирался. К тому же, они действительно договорились с Наруто немного прогуляться. Время от времени им нужно это делать.       – Ладно, – не стал спорить Гаара. – Ждём вас через пять минут, – и он, к облегчению Саске, оставил их одних.       Наруто перевернулся на спину и сладко потянулся. Рассеяно потянул мужа за рукав кофты, заставляя того оглянуться. Несколько секунд ньери лениво рассматривал мужа, затем вдруг коварно улыбнулся.       – Планы на вечер? – всё еще немного сонно спросил он, кивая на телефон в руках мужа. – По девочкам пойдёшь?       Учиха хмыкнул и покачал головой. Не объяснять же этому добе, что он очень даже его удовлетворяет и что с ним никакие девочки не нужны. Всё равно не поймёт. Вместо этого, Саске чуть ближе придвинулся к ньери, легко поцеловал того в губы. Немного приподнял, заключая в объятия, и вручил ему свой телефон, позволяя прочитать переписку.       – Суйгетсу предлагает встретиться, – прежде чем Узумаки успел что-то понять, объяснил Саске.       – А-а-а… – протянул Наруто. – Ну это же ваша маленькая традиция, – он серьёзно покивал. – Сначала спиваетесь, потом…       – Добе, – предостерёг его Учиха.       – И всё по выходным, – благоразумно пропустил самую пикантную часть ньери. – А завтра, небось, продолжите…       – Наруто, – строго, с едва уловимыми нотками раздражения произнёс Саске, но неожиданно смягчился. – Если хочешь, я никуда не пойду, – он легко поцеловал мужа в висок и немного крепче прижал к себе.       – Нет, что ты, иди, – чуть смутился ньери. – Я совсем не против. Всё равно у меня курсы вечером.       – Не слишком ли часто? – нахмурился Саске.       – Да как всегда, – слабо передёрнул плечами Узумаки и попытался вырваться из тесных объятий.       – Тебя забрать? – Учиха нехотя выпустил мужа из своих рук.       – А ты будешь в состоянии? – игриво уточнил Наруто, возвращаясь к прерванной было теме. Он попытался спрыгнуть с кровати, но Саске оказался быстрее. Он снова крепко обнял ньери за талию и притянул его к себе.       – Ты меня провоцируешь добе, – доверительно поделился Учиха, прежде чем нежно его поцеловать. Жаркий ответ Наруто лишь сильнее распалял утихшие было желания.       – Теме, – на выдохе прошептал Узумаки, – держи себя в руках, – он легко поцеловал мужа в нос и всё же вырвался из его рук. Слез с кровати и ненадолго убежал в ванную.

***

       Определённо секс хорошо влияет на наши отношения. Еще пару часов нежностей и я искренне поверю в то, что у нас всё замечательно. Впрочем, сегодня действительно какой-то необычный день. Этакий привет из прошлого. А может, просто сказывается то, что мы пару дней даже и не разговаривали толком. Хотя, что голову ломать над необъяснимыми вещами. Настроение у нас просто хорошее. Повезло, что вот так вот совпало.       – Пять минут, – встречает нас ворчанием Гаара. – Вы на часы смотрели?       Ага. Полчаса прошло. Всего-то. А ведь я мог принять ванну. И тогда бы они нас вообще бы не дождались…       Итачи усмехнулся. Сейчас он очень похож на Саске. Такое же скептическое выражение лица и лёгкая, вроде бы безобидная, но такая ощутимая насмешка. Его забавляет Гаара. Похоже, он не сомневался, что мы не придём вовремя.       Мы всё же позавтракали. Запечённая картошка по-прежнему кажется мне лучшим кулинарным шедевром. Может, как-нибудь дома приготовить? Кошусь на теме, он как и вчера сидит напротив меня и за обе щеки уплетает наш нехитрый завтрак. Хм, пожалуй, с картошкой будет то же самое, что и с «Пуатье»: мне практически ничего не достанется. Ну да посмотрим.       Практически сразу после завтрака мы с Саске ушли. Время действительно не стоит на месте. До начала моих курсов осталось чуть меньше четырёх часов, а мы ведь хотели пройтись по магазинам. Это то еще «развлечение».       Теме. К своей одежде он относится просто. Главное, чтобы удобно и по сезону тепло. Словом, первое попавшееся подойдёт. Конечно, в брендовом магазине и первое попавшееся не будет абы чем и Саске наверняка подойдёт, но нельзя же так…       Хотя мне немного завидно, что у него всё так просто. А у меня для одежды критериев куча. Поэтому совсем не люблю её покупать. Обычно всё проходит однообразно, скучно и утомительно. И в этот раз практически ничего не изменилось. Разве что со мной был Саске и его короткие комментарии. Обычно, простое «хм», в котором я упорно слышал его любимое «добе» и говорить с ним пропадало всякое желание. А ведь я ни о чем его не спрашивал. Теме.       Спустя, кажется, полчаса, Саске надоело выбирать одежду. Он вольготно устроился на небольшом диванчике рядом с примерочной и заинтересованно наблюдал, за тем как я то надеваю на себя пальто, то снимаю его. После пятой такой «попытки» теме решил немного оживить наш досуг. Когда я надевал пальто, он подходил ко мне, проверял его плотность и зачастую браковал. И умудрялся при этом обойтись всего-то парой слов! Теме.       Когда мы наконец, нашли подходящие по теплоте варианты, он осчастливил меня целым осмысленным предложением.       – Мне всё равно, что с тебя снимать.       И я даже не понял, как попросить его свалить в туман. Потом еще пришлось бегать за ним по всему магазину, требуя остаться: мы ведь еще ничего ему не купили.       Но отыграться я не забыл. Собрал все пальто, что мне понравились – их собралось больше десяти – и заставил Саске примерить все. Мне же не всё равно во что его одевать!       Думаю, мне очень повезло, что мы были в магазине. Теме буквально испепелял меня взглядом, но я успешно прятался за стеллажами с одеждой. А потом всегда возвращался к нему с новым «трофеем». И видя, как он обреченно закатывает глаза, отчего-то был невероятно счастлив. О, непорочный рамен, как я люблю играть у него на нервах!

.*.*.*.

      Саске облегченно вздохнул. Еще никогда он так не радовался тому, что остался один. И Суйгетсу ему очень вовремя написал. Этот денёк стоил того, чтобы выпить что-то покрепче пива.       И всё-таки хорошо, что добе так редко покупает одежду. С ним на это никаких нервов не хватит. И ведь с Узумаки почти никогда не поймёшь, когда он всерьёз спрашивает, а когда шутит. И он бывает довольно капризным. Да, о последнем Саске давно знал, но всё же легче от этого не становилось.       «Хорошо, что он такой непоседа», – подумал Учиха, с удовольствием растягиваясь на кровати.       Несколько минут Саске просто наслаждался тишиной, затем невольно вспомнил сокурсников мужа. Он увидел их совершенно случайно. Отвёз Наруто на курсы, и тот, заметив знакомые лица, тут же поделился с ним этим открытием. Все эти ребята, если подумать, были молоды. И издали ни одного из них Саске не назвал бы ньери. И хоть в верности своего мужа Учиха не сомневался, окружение Наруто ему не понравилось.       Подумав еще немного, Саске решил, ни о чем не говорить мужу. В конце концов, Узумаки всецело и полностью ему доверяет. Никогда не спрашивает куда и с кем он идёт и когда собирается вернуться. Конечно, с поездками всё обстоит немного иначе, но даже тогда его компания Наруто волнует мало. Если бы для него это было важно, он бы непременно заговорил об этом. Учиха хмыкнул. Его муж мог хоть когда-нибудь его приревновать…

.*.*.*.

       Пожалуй, самый необычный коллектив, в котором мне доводилось быть, собрался здесь, на курсах фотографа. Нас здесь всего одиннадцать человек. Десять «студентов» и один преподаватель. Все мы примерно одного возраста. Здесь, кроме мня, нет ньери, но зато есть две девчонки. Они экспериментируют с внешностью покруче, чем Таюя. И иногда, глядя на них, я подумываю о том, чтобы отправить подруге их фотки. Пусть знает, как надо волосы красить и в какие прически их укладывать, чтобы градиент гладеньким был…       Парни здесь собрались самые разные. Несколько из них женаты. Двое других, кажется, положили глаз на наших экстравагантных подруг. Еще двоих я совсем понять не могу. Они слишком замкнутые. С трудом добьешься от них и пары фраз. Но я-то знаю, как с такими ребятами разговаривать. Спасибо теме, опыт у меня богатый. Наверное, именно потому, что нам всё же удается время от времени перекидываться парой фраз, они обычно занимают места рядом со мной. Девчонки поначалу пытались подшучивать, мол, я женат и им ничего не светит. Но их реплики остались без внимания, а парни и не подумали менять свои места. С тех пор у нас ничего не меняется.       Но больше всего на этих курсах мне нравится наш преподаватель. Он, наверное, немного старше Саске. Весёлыё, остроумный с непослушными рыжими волосами и выразительными светло-карими глазами. Его зовут Яхико и он мастер своего дела. Нет, возможно, до профессионального педагога ему еще расти и расти, но фотограф он классный. У него отменная интуиция и, наверное, у него вообще не бывает неудачных кадров.       – И что ты хочешь снять с такого ракурса? – Яхико подошел ко мне как раз тогда, когда я настраивал камеру. – Если компромат на соседа, то это лучше делать так, – он несколько сдвинул мои руки в сторону и вниз. – Расслабь кисти, тебе должно быть удобно. Да, вот так. Теперь щёлкай, посмотрим, что получится.       Яхико всегда тщательно следит за тем, чтобы камера в его руках или в наших лежала самым естественным образом. Он утверждает, что фотоаппарат – это продолжение нашего тела и что, когда мы и сами так будем думать, кадры будут чувствоваться и ловиться кончиками пальцев. Не знаю, так ли это, но звучит забавно. Особенно когда он вдохновенно об этом говорит. У него это своеобразная молитва камере. Напомнив нам об этой нехитрой истине, Яхико неизменно проверяет наши кисти. Если напряжены – что-то не так.       Кадр вышел забавным, немного нелепым и совершенно никого не компрометирующим. Но если включить фантазию и представить, что под столом справа от меня стоял не большой чёрный рюкзак, а скажем, кто-то прятался, мы бы непременно запечатлели его лицо на фото.       – Сегодня я хочу вам рассказать, о тонкостях ночной съёмки, – Яхико незаметно перешел к теме сегодняшнего занятия. – Предлагаю разделить занятие на две части. Первый час – мы проработаем основы, второй – прогуляемся по улице и поищем удачный кадр. В конце и вначале следующего занятия разберём то, что получится.       Возражений не последовало, урок начался. Яхико однозначно умеет говорить. Наверняка очень хорошо готовится. А еще поражает его словарный запас и то, что его, кажется, невозможно поставить в тупик.       – Наруто, ты витаешь в облаках, – я снова попал в поле зрение наставника. – Влюбился?       Смешно слышать этот вопрос от него. Особенно с этой неповторимой интонацией и непоколебимой уверенностью, что объектом любви может быть только он. А ведь мы оба женаты. И от этого его слова звучат еще забавнее.       – На пару часов, – честно признался я, вспоминая сладкое утро. Спать на теме было очень удобно, между прочим. Да и просыпаться так мне понравилось…       – Ой как нехорошо, – покачал головой Яхико. В его глазах светились смешинки, а на щеках появились симпатичные ямочки от улыбки. – В нашем распоряжении всего пара часов, и если ты не соберешься, то всё пропустишь.       Я хмыкнул и как мог серьезно кивнул. Посмотрел в окно, увидел на ветке дерева, растущего под окнами, птицу и не задумываясь её сфоткал.       – Тебе так удобно? – как-то слишком серьёзно спросил Яхико и я даже не сразу понял о чём он говорит.       – Да, – растерянно соглашаюсь. – А что?       Яхико хмыкнул, велел сделать так еще один кадр, как всегда проверил мою кисть и покачал головой.       – Ну да, – пробормотал он, – ты так часто делаешь…       Недоумённо на него смотрю и абсолютно не понимаю в чём дело. Внимательно рассматриваю свою правую руку, но с ней вроде бы всё в порядке. Пожимаю плечами и пока Яхико подошел проверить моего всегда молчаливого соседа, с любопытством просматриваю получившиеся кадры. А что, птичка неплохо так вышла…

***

      Яхико обожал фотографировать. Практически на каждом занятии он напоминал себе о том, что должен следить за подопечными, а не творить всласть. А то его опять обвинят во невнимательности и уволят. Конечно, серьезной проблемы в этом нет, но он проиграет спор. Опять. И нет, ничего страшного не случится, но самолюбие пострадает. Да и придётся расстаться с такой замечательной группой. В принципе, у него каждая группа, с которой приходилось работать была замечательной, но это понравилась особенно. Здесь не было заумных снобов, утверждающих, что их мнение – истина последней инстанции. К тому же, так случилось впервые, вся группа была с ним примерно одного возраста. И в этот раз среди них считай не было ньери. Только один. Яркий, жизнерадостный, очень даже симпатичный. Женат, что не удивительно. Такие долго свободными не бывают. Иногда, смотря на него, Яхико жалел, что его муж так редко улыбается.       На улице смеркалось и было довольно прохладно. Идея фотографировать «натуру» уже не казалась Яхико такой уж замечательной. Но никто не сказал и слова протеста, даже не попытался возражать, и они отправились на «охоту». По-хорошему, им стоило уехать за город. Может, там и трудно в такую пору найти интересный кадр, но зато людей немного. А так, идя по улице они то и дело натыкались на прохожих. Кто-то не стесняясь их фотографировал, а кто-то напротив ворчал, что люди портят его удачный кадр. Яхико и сам смотрел по сторонам, прикидывая, что мог бы щелкнуть. Особых идей не было, и он просто следовал за группой. В конце концов, сегодня им было достаточно просто научиться делать качественную съемку при плохом освещении. А еще, полное отсутствие темы, поможет понять лучше каждого из его группы. Ребята, наверное, даже не догадываются, как много может рассказать о них их самая безобидная фотография.       Перейдя вместе со всеми очередную дорогу, Наруто не пошел прямо, а свернул налево. Яхико машинально остановился. Оставлять ньери одного ему не позволяло воспитание. Мало ли, что с ним может случится. Наруто казался Яхико довольно легкомысленным парнем. Он создавал впечатление человека, который легко находит себе приключения. Одним из главных магнитов была его яркая внешность. И вместе с тем, Яхико отчетливо себе признавался в том, что из своей группы, пожалуй, именно ньери он знает хуже всего. И дело даже не в том, что он женат. Так с ним даже легче общаться. Наруто казался открытой книгой, однако, всего фотографии были безличностными. Яркие, интересные кадры, скорее выдавали в нём человека с хорошим вкусом и лёгкой рукой, чем что-то рассказывали о нём. Иногда Яхико ловил себя на том, что хотел бы увидеть все фотографии, что сделал ньери за одну фото-сессию. Их ведь гораздо больше, чем он показывает, и среди тех редких «черновых» кадров наверняка есть те, которые могут хоть что-то о нём рассказать.       – Что у вас здесь? – ребята заметили, что они отстали и поспешили вернуться.       – Что у нас здесь? – с усмешкой повторил вопрос Яхико, внимательно рассматривая немного растерявшегося Наруто.       Ньери свернул на узкую, неплохо освещенную улицу, прошел немного и остановился там, где свет фонарей был самым тусклым и слабым. Здесь Наруто сделал пару снимков и до тех пор, пока его не окликнули, задумчиво смотрел прямо перед собой. За ньери ответил жалобный мявк.       – Котёнок! – оживились девушки. Одновременно повесили фотоаппараты на шеи и поспешили на звук.       – И как ты его нашел? – покачал головой Яхико.       – Он мяукал, – Наруто передёрнул плечами, как будто услышать жалобный кошачий писк среди уличного гула было вполне естественно. – Я не могу его забрать, – тихо вздохнул ньери.       – Я тоже, – подумав немного, признался фотограф.       – Я заберу, – подал голос обычно молчаливый парень. Спрятав фотоаппарат в рюкзак, он подошел к девушкам и достал из неприметной коробки черного котёнка.       Яхико хмыкнул. Пожалуй, на этом «охоту» можно было объявить закрытой.

.*.*.*.

      Они часто встречались с Суйгетсу в «Пабе». Не самое приметное место на Центральной улице с ценами выше среднего. Здесь редко бывало много посетителей, но атмосфера и негромкая музыка производили неизгладимое впечатление. Спустя пару месяцев после свадьбы Хозуки поход в «Паб» каждую неделю вообще стало для них традицией. Сидели обычно за барной стойкой, чтобы не ждать неспешащих официантов и видеть, как готовится их заказ.       Пока смаковали первый заказанный напиток и со знанием дела закусывали его солёными орешками, они практически не разговаривали. Позже, когда хмель понемногу ударял в голову, разговор завязывался сам собой. Первым обычно что-то говорил Суйгетсу. То ли рассказывал о прошедшем дне, то ли сокрушенно вздыхал и риторически спрашивал: «Зачем я женился?».       – Слушай, Учиха, – задумчиво протянул Суйгетсу, неспешно смакуя уже второй бокал янтарного напитка, – зачем ты женился?       Саске бросил короткий взгляд на Хозуки. Тот немного отставил от себя бокал, насупился и как-то нервно потарабанил пальцами по стойке. На самом деле этот парень характером был под стать Наруто. Тоже шумный, дерзкий, чрезмерно предприимчивый. И Учиха никак не мог взять в толк, как им удалось сдружиться. Впрочем, своего добе он тоже как-то терпит, но это совсем другой разговор.       В последнее время Суйгетсу было трудно увидеть не в деловом костюме. В нём он выглядел весьма солидно и где-то на подсознательном уровне внушал уважение. А вот темно-серый спортивный костюм, в котором он сейчас был, превращал парня в мальчишку. Ему даже без предъявления паспорта не продавали алкоголь. Суйгетсу всегда из-за этого недовольно ворчал, и вместе с тем хвалил персонал. Молодцы, мол. Законы соблюдают.       – Так зачем, а? – снова повторил свой вопрос Хозуки и требовательно посмотрел на друга.       – У меня был договор, который я обязан был исполнить, – пожал плечами Учиха.       – А, точно, – Суйгетсу махнул рукой, помолчал немного и снова вернулся к волнующей его теме. – А если б не было договора, женился бы?       Саске на мгновение опешил. Хозуки обычно избегал таких вот расплывчатых формулировок. Если этот парень действительно что-то не любил, так это фразы «если бы». И тем не менее, иногда он и сам её употреблял.       И что ему теперь ответить? Солгать или сказать правду? А какая она, правда? Ведь тогда, когда он делал предложение, он хотел, чтобы добе принадлежал лишь ему. Не для этого ли женятся?       – Пожалуй, – немного неуверенно согласился Учиха.       Сейчас у него тоже не было планов с кем-то делить мужа.       – Не правда, – Суйгетсу несильно стукнул кулаком по столу, нахмурил светлые брови, недовольно поджал светлые губы.       – Да как тебе сказать, – протянул Саске, делая еще один глоток из своего бокала. – Он, такой желанный рядом, а я толком не могу к нему прикоснуться… Меня бы это свело с ума.       – О, – Хозуки на мгновение прикрыл глаза. – Так ты у нас счастлив в браке, – он усмехнулся и абсолютно трезво посмотрел на Учиху. – А на свадьбу меня не позвал.       – У нас её как таковой и не было, – пожал плечами Саске. – Наши родные, – поделился он, – вот уже полгода пытаются её организовать.       – Гм-м, – Суйгетсу вдумчиво пригубил из бокала.       – Как там Кимимару? – Учиха великодушно подвёл друга к главной его проблеме.       – Ревнует, – недовольно выплюнул Хозуки. – В каждом клиенте видит измену. А встреча с тобой, – он закатил глаза и неожиданно рассмеялся. – Нет, фантазия у него, конечно, что надо.       Саске неопределённо хмыкнул. Супруга Суйгетсу он практически не знал. Видел до свадьбы друга пару раз, и непосредственно на торжестве. И всё. Больше их пути никогда не пересекались. Где откопал Хозуки своё чудо, и что ему могло прийти в голову, Учиха понятия не имел.       – А твой как относится к нашим встречам? – поинтересовался Суйгетсу, жестом прося бармена повторить его заказ.       – Говорит, что мы ходим по девочкам. В красках расписывает каждую минуту нашей встречи. Уши в трубочку сворачиваются. Вовремя не заткнёшь… – Саске многозначительно замолчал, вспоминая, как однажды-таки позволил добе сказать, всё, что было у него на уме. Был он тогда не в духе, и рассказал много чего интересного. После этого его захотелось хорошенько отшлепать и поставить в угол. Но тогда добе спас телефонный звонок.       – Любопытно… – протянул Суйгетсу, кивком благодаря бармена за выполненный заказ.       – Хочешь послушать? – с сомнением уточнил Учиха, внимательно наблюдая, как делают выбранный им коктейль.       – Пожалуй… Вообще, я хочу познакомиться с твоим мужем, – признался Хозуки. – И было бы здорово познакомиться семьями, – воодушевлённо продолжал он. – Тогда Кимимару убедиться в том, что мы не ищем тебе подружку…       – Хм…       «А добе такое в голову не пришло», – отметил про себя Саске и полез за телефоном.       – Не вопрос, – он и сам время от времени подумывал представить Хозуки добе. Но всё никак не было подходящей возможности. Так почему бы не сейчас? – У вас есть планы на завтра?       – Вроде свободны, – Суйгетсу заметно оживился, почти до дна выпил свой заказ и заинтересованно посмотрел на Учиху.       Саске даже не подумал о чём-то спрашивать Наруто. Если бы у добе были какие-то планы, он бы уже сто раз о них рассказал. Учиха перепроверил свой органайзер, убедился, что ничем не занят и удовлетворённо хмыкнул. Задумался на мгновение, неопределенно передёрнул плечами и предложил:       – Часам к двум придёте?